Твои прикосновения

      - Это я… - голос совсем охрип. – Это Аканиши Джин, - добавил он, прокашлявшись.       - Привет, - немного удивленно ответил Каменаши.       - А ты где сейчас?       - Дома… - растерянно ответил Каме. – А откуда ты знаешь мой номер?       - Мне твоя соседка дала…       - Вагащияма-сан? – догадался Казуя.       - Угу, - кивнул Джин и прикрыл глаза.       Голос у Каменаши по телефону совершенно другой: вкрадчивый, мягкий, с легкой хрипотцой и такой пленительный.       - Зачем звонишь? – спросил Каме и вздохнул, сев на пол у окна и опершись спиной о стену.       Джин растерялся. Не мог же он сказать Каме, что соскучился, или что-то в этом роде? Аканиши перевернулся на живот поперек кровати и увидел стопку книг, которые уже который день стояли у него в спальне и никак не могли дойти до адресанта. Аканиши вдруг вспомнил их первую встречу, то, как Каме стал защищать эти потрепанные томики, как отругал Джина за глупость. Парень улыбнулся.       - Алло… - напомнил о себе Каменаши и вырвал Джина из воспоминаний.       - Я хотел тебе книжки отдать… Ты их так и не забрал. Думал, к тебе зайти… вручить лично, так сказать, а ты уехал…       - Вот как… - задумчиво проговорил Казуя и, подняв голову вверх, глянул на потолок. – Хорошо… Я загляну к тебе…       - А когда ты приезжаешь?       - Завтра вечером собирался.       - А, может, я встречу тебя на Токио-эки, а потом сходим куда-нибудь… пивка попьем…       - Ха-ха! – рассмеялся Каме. – А как ты потом машину вести будешь?       И-то правда… Аканиши об этом совсем не подумал.       - Ну… тогда просто перекусим где-нибудь, я парочку вкусных мест знаю.       - Хорошо, я позвоню тебе, когда буду подъезжать к Токио.       - Заметано…       Парни усмехнулись и замолчали. Это их первый разговор по телефону. А сколько таких «впервые» еще будет у них, а будет ли? Кто знает… Каменаши, сидя у окна счастливо улыбался и вспоминал те их короткие встречи, разговоры, то, как он уснул с банкой пива в руке. Эти маленькие моменты в их большой истории уже дали свои плоды.       Сердце Аканиши бешено стучало. Он сделал это, сделал! Он позвонил Казуе. Лицо его раскраснелось, а ладони вспотели. В трубке молчали, молчал и он сам. Джин просто не знал, что еще сказать, и не хотел отключаться.       - Знаешь… - вдруг отозвался Казуя. – У меня у дома персик растёт…       - Персик?       - Ага. Мы его посадили, когда я только в школу пошёл.       - Вот как…       - Угу…       - А летом на нём много-много персиков, - задумчиво протянул Каме и прикрыл глаза, вспоминая, как бледно-розовые плоды[1] лежали в густой траве. – Ты пробовал когда-нибудь персики?       - Покупал… в магазине, - немного грустно ответил Джин и попытался представить персиковое дерево, усыпанное ярко-розовыми с лиловым оттенком цветами.       - А у нас каждое лето свои… едим их без остановки… - рассмеялся Каменаши.       Джин улыбнулся, ему нравился смех Казуи.       - А я всю жизнь прожил в маленькой квартирке, - признался Аканиши. – У нас там магазинчик был с овощами, фруктами. Потом папа умер. Мама через несколько лет вышла замуж за богача, и мы все вместе переехали в Токио… Правда, потом я ушел от них, вот теперь сам по себе…       - Сам по себе… - повторил Каме. – Я теперь тоже сам по себе… Но частенько езжу домой… Кто, кроме меня присмотрит за этой мелкой, - усмехнулся Казуя.       - Это ты кого «мелкой» назвал? – злобно зыркнула на Каменаши Чихару. – Обалдел совсем! – девушка уперла руки в боки.       - Прости, - обратился он к Джину. – Мне нужно идти… Я завтра позвоню.       - А, хорошо, - грустно отозвался Джин. – Пока.       - До завтра…       Каменаши сбросил вызов и уставился на сестру, у которой чуть пар из ушей от злости не валил.       - Мама там кушать приготовила. Пошли есть, – сообщила уже спокойнее Чихару.       - Хорошо-хорошо, - Каме поднялся на ноги и положил телефон на стол.       - А еще раз «мелкой» меня обзовешь – пипиську оторву! – процедила сквозь зубы девчушка и, вскинув подбородок, бодро зашагала вниз по лестнице на кухню.       - Чего? Чего ты мне оторвешь?.. – раскрыв рот, переспросил Каме, но сестра уже была внизу.       У Джина тряслись руки. Он осторожно, дрожащими пальцами положил телефон на кровать, перевернулся на спину и закрыл лицо руками. Что это было? Они разговаривали с Казуей. Вот так запросто болтали, будто старые друзья. Сердце бешено колотилось, гулко билось в ушах, в голове, стуча о грудную клетку. Кровь с бешеной скоростью циркулировала по сосудам и венам, сердце выбрасывало в кровь адреналин. Испарина выступила на лбу парня, а в горле пересохло.       Джин прикусил губу, он вовсе не собирался рассматривать Каменаши как своего парня, но внутренний голос нашептывал обратное. Что ему делать, Аканиши не знал и решил дождаться утра.       Поужинав с семьей, Казуя надел теплый свитер, пальто, замотался шарфом и надел толстую вязаную шапку.       - Ты куда? - встревожилась Каменаши-сан.       - Я скоро вернусь, - пообещал Казуя, улыбаясь. – Просто прогуляюсь немного, а то весь день дома сидел.       - О! Ну… ладно тогда, - кивнула мама, вытирая тарелку кухонным полотенцем. – Будь осторожнее…       - Хорошо, - кивнул парень и вышел из дома.       В лицо тут же ударил холодный ветер. На улице почти никого не было. Дышалось легко и свободно. Каменаши медленно побрел в сторону парка, разглядывая носки своих ботинок и размышляя о звонке Джина.       Этот низковатый, вкрадчивый, особый голос, легкая хрипотца, задорный смех и такая нежность во фразах. Почему они встретились тогда у мусорного бака? Почему именно тогда? В ту самую минуту... Пролитый кофе, стопки книжек, пиво и такояки... Каме улыбнулся и невольно вспомнил широкую, радостную улыбку Джина, его темные глаза и темно-русые волосы, чуть касающиеся плеч. Каменаши глубоко вдохнул и медленно выпустил воздух из легких. То с ним творилось, парень не понимал. Он не понимал ни легкого щекотания внутри живота, ни странных мыслей, которые так или иначе возвращались к парню, заставляя краснеть.       Казуя сел на лавочку, неприятно морщась от того, что та оказалась ужасно холодной. Завтра они встретятся, но хотел ли этого Казуя? Он и сам не знал. Стараясь себя не накручивать, Каменаши снова вздохнул. Аканиши Джин… Что скрывается за этими темно-карими глазами, о чем молчат эти пленительные губы? Почему руки так и тянутся к этому парню? Почему так хочется прикоснуться к нему? Почему он так хочет прикоснуться к Аканиши?       Казуя засунул озябшие руки поглубже в карманы и, поднявшись с неудобной лавочки, зашагал в сторону магазина.       «Хочу увидеть тебя…» - набрал Аканиши сообщение.       Всего лишь три слова, но как это интимно, как это не похоже на него. Джин не знал, какой может быть реакция Каме на подобное сообщение, Аканиши даже представить себе не мог.       Посылать или нет? Джин задумчиво обводил экран телефона пальцем. Маленькое сообщение черными буковками горело на белом экране. В комнате было так темно, что лишь маленький дисплей телефона освещал задумчивое, такое обворожительное лицо.       Прежде, чем он успел подумать о чем-то еще, его палец дрогнул, а сообщение улетело в неизвестность. Три заветных слова улетели на просторы сети. «Я тоже…» - гласил пришедший вскоре ответ.