Твои прикосновения

      Каменаши, приоткрыв глаза, глянул на телефон. Дисплей известил его о том, что ему пришла новая смс-ка. «Просмотрю потом», - подумал Каме и повернулся на другой бок. Одеяло соскользнуло и упало на пол. Парень запустил руку под майку и почесал свой совершенно плоский живот. Волосы перепутались, а глаза никак не хотели открываться. Сегодня – понедельник, день тяжелый, но отнюдь не для него. Ведь с понедельника по среду теперь он не работал. Ему сменили график и стали вызывать только в самые прибыльные вечера. Казуя даже рад был такому раскладу: получал он столько же, а отдыхал намного больше. К тому же теперь он мог чаще видеться с Джином. Что тоже не могло ни радовать. Каме улыбнулся и снова залез в телефон. К первой смс-ке добавилась вторая.       - Приходи ко мне вечером, часов в 8, вкусняшек поедим! – писал Аканиши. – Если ты не занят, конечно, - добавил он во второй смс-ке.       Каменаши снова улыбнулся и лег на спину, согнув ногу в колене. Сейчас только одиннадцать утра, значит, можно еще немного поваляться в кровати. Каме запустил руку в свою густую шевелюру, перебирая прядки. В открытое окно проникал прохладный февральский ветер. Еще немного, и Каме начнет мерзнуть. Но это будет через несколько минут или через десяток минут… Казуя подумает об этом потом. На улице заметно потеплело, в пальто было в самый раз, хотя многие уже гуляли в легких плащах. Но это был Каме. Каме не выносил холода, поэтому и одевался всегда чуть теплее требуемого.       Прохладные хлопковые простыни, на которых лежал парень, доставляли несказанное удовольствие. Каме провел рукой по постели и снова улыбнулся. День предвещал только хорошее, так почему же не улыбнуться?       Каменаши открыл один глаз, затем другой. Снова глянул на дисплей. Прошло всего лишь пару минут, как же хорошо…. Каме подмял под себя подушку и снова заснул.       Сердце Джина билось, как сумасшедшее. Он только что отправил Каме смс-ку, и не просто смс-ку, а приглашение на ужин, на романтический ужин. Да, Джин не указал этого в своем сообщении, но… Каменаши наверняка обо всем догадается. Аканиши покраснел до кончиков волос и вытер вспотевшие ладони о пижамные штаны.       - Не время переживать! – сказал себе Аканиши и похлопал себя по щекам. – Соберись! Ты же мужик! Джин откинул одеяло и встал с постели.       - Нужно позвонить Рё.. Да.. нужно позвонить Рё! Он определенно знает, что нужно делать… А пока.. пока нужно превратить себя в человека…       Аканиши медленно пополз в ванную.       Каменаши проснулся около четырех дня и решил, что пора бы и совесть иметь. Сев в постели и поправив майку, парень огляделся. Окно было все еще открыто. Каме поежился и поспешил закрыть его. Не хватало еще заболеть! Каме отправился в ванную и включил воду погорячее. Пока ванна набиралась, он заглянул на кухню и взял с тарелки яблоко.       «Приходи в 8.. вкусняшек поедим», - вспомнил Казуя утреннюю смс-ку.       Поедим вкусняшек… Что бы это значило? Дружеский ужин? Или пиво с закусками? Возможно, саке и суши? Или, например, чипсы и боевик… Или… что-то большее? Каменаши застыл, а рука, что подняла яблоко на уровень рта, остановилась на полпути. Неужели… Джин… У них свидание, что ли? Каме ожил и снова принялся поглощать яблоко, раздумывая над своими предположениями. Аканиши не раз говорил, что ему весьма интересно Каменашино общество, он постоянно касался Казуи, частенько где-нибудь угощал, книжки даже дарил… Нет-нет, помотал головой Каменаши. Они всего лишь друзья… Всего лишь друзья..       Ведь так?       Казуя выбросил палочку, что осталась от яблока, и отправился принимать горячую ванну.       Вечер настал так быстро, что Аканиши едва успел выпроводить, лыбящегося во все свои тридцать два шикарных зуба, Нишикидо. Джин не утаил от лучшего друга для кого все эти приготовления, почему Аканиши так волнуется и почему у него так потеют ладони каждый раз при упоминании любимого имени. Рё сначала долго лыбился, как дьявол, потом усмехался, потом ржал, а затем, дав несколько дельных советов, относительно кроватных отношений, получил от Джина щедрый подзатыльник. Каменаши – это нестандартный случай. Этот парень вздрагивал от каждого его прикосновения, частенько вообще шарахался, постоянно закусывал губу и прикрывал глаза, будто сдерживался, чтобы не стукнуть Аканиши. Джин был не совсем уверен в успехе этого мероприятия, точнее сказать, совсем не уверен, но… Будь, что будет.       Сервировав стол бокалами и тарелками, парень в который раз пожалел, что у него нет высокого стола, как в ресторанах. Он выбрал красное благородное вино. Большой и сочный кусок мяса лежал в окружении овощей, рис ожидал палочки в гости, а девственно чистые бокалы так и просили наполнить себя вином.       Услышав стук в дверь, Аканиши приглушил свет, оставив гореть лишь торшер у окна.       - Привет, - поздоровался Каме, укутанный в белоснежный шарф и одетый в темно-синее пальто.       - Проходи… - голос Джина дрогнул от волнения.       - Чего-то темно у тебя… - заметил Каменаши, разматывая шарф.       - Так надо.. – уклончиво ответил Аканиши.       - О! Так у нас снова фильм намечается? – Каме повесил пальто на крючок и вошел в комнату.       Парень застыл на пороге, не зная, как себя вести. Нет, он, конечно, предполагал романтический ужин, но это казалось ему самым маловероятным вариантом. Каме прикусил губу и глянул на Джина. Аканиши внимательно следил за парнем, пытаясь понять, как тот отреагирует на подобный жест, но, кажется, лицо Каменаши не выражало отвращения или презрения – это хороший знак.       - Проходи.. садись… - гостеприимно предложил Джин, положив руку на поясницу парня.       По спине Каме будто электрический разряд прошел. Он едва заметно вздрогнул и вошел в комнату, усаживаясь со стороны окна и ожидая, когда к нему присоединится Джин. Аканиши, взяв в руки бутылку вина, наполнил бокалы.       - Ну.. – произнес Джин. – Выпьем за то, чтобы наши отношения были самыми крепкими на свете! Каменаши улыбнулся и поднял бокал.       - Непременно! Будем самыми лучшими друзьями!       Джин решил пропустить мимо ушей последнее слово и чокнулся с парнем.       - А если не секрет… В честь чего такой праздник? – чуть позже спросил Каме, доедая мясо и потягивая очередной бокал вина.       - Ну… - задумался Джин, стараясь не выдавать себя. – Почему бы не устроить маленький праздник живота себе и тому, кто дорог?       - Я для тебя – важный человек? – спросил захмелевший Каменаши.       - Да, - коротко ответил Джин, попивая вино и исподлобья поглядывая на задумавшегося Каменаши.       - Вот как! – улыбнулся, наконец, Казуя. – Ты тоже очень дорог для меня… - подумав, выдал парень. – Пожалуй, ты мне нравишься, - кивнул своим мыслям Каме и опустошил бокал.       «Не шути так со мной», - подумал про себя Джин и навалился на стену, разглядывая своего гостя.       Каменаши очень шла эта черная рубашка и выпрямленные волосы. Он крутил бокал в руке, а потом, о чем-то раздумывая, медленно его опустошал. Аканиши делал предположения относительно того, что случится, если он признается Каме, если выложит все, как есть? Или, наоборот, сейчас был очень даже подходящий момент, когда Казуя пьян и, возможно, если чувства Аканиши не взаимны, просто забудет об этом разговоре? Джин глянул на парня и обнаружил, что тот внимательно следит за ним. Каменаши медленно облизал нижнюю губу и поставил бокал на стол.       - Ты хочешь о чем-то поговорить? Так ведь?       Да уж, проницательности Казуе не занимать. Он все еще упрямо смотрел на парня, ожидая, когда тот наконец-то заговорит.       - Да, - кивнул Джин и тоже поставил бокал на стол. – Каме… Что ты думаешь обо мне?..       - О тебе?..       - Да.. обо мне…       - Ну… - задумался Казуя. – Мне комфортно с тобой. Ты веселый, интересный, открытый… Не знаю даже…       - А тебе… у тебя есть человек.. которого ты любишь?       - Ну… - щеки Каменаши порозовели. – У меня есть кое-кто на примете… Но я не уверен…       - Вот как?       Каменаши ничего не ответил и лишь вылил остатки вина в свой бокал. Джин поднялся с пола и подошел к музыкальному центру.       - Потанцевать не хочешь?       Каменаши обернулся, все еще держа бокал в руке.       - Можно.. но.. думаю.. я не ах-ти какой танцор… - покраснел Каме, но все же подошел к Джину.       Из динамиков полились звуки испанской гитары, чему немало удивился Каменаши. Джин, хитро улыбнувшись, положил руки на талию Каме и, направляя его в центр комнаты, выплясывал некое подобие ламбады.       - Джин! – рассмеялся Казуя, не зная, что делать.       Мелодия была медленная и романтичная, такую музыку, пожалуй, можно было назвать печальной, однако она подходила как нельзя кстати. Каме, подыгрывая Джину, стал медленно двигать бедрами из стороны в сторону, двигать телом. Парень постоянно улыбался. То ли ему нравилась задумка Джина, то ли она веселила его, то ли Каме был слишком пьян, чтобы что-то понимать или о чем-то догадываться. Но это было лишь на руку Джину.       Аканиши, плавно двигаясь, старался задержать на себе внимание Каменаши, но тот лишь улыбался и запрокидывал голову. Джин, приблизившись к Казуе, чуть коснулся шеи парня кончиками пальцев. Каменаши вздрогнул. Аканиши его коснулся… Дотронулся до его нежной, такой чувствительной кожи.       Каме замер и закрыл глаза. Еще.. пусть это повторится еще! Парень приоткрыл рот, и с губ его слетел неожиданный стон. Аканиши закусил губу и повторил прикосновение. Казуя подался вперед, навстречу ласкающей руке и задержал дыхание.       Джин расстегнул две пуговицы на рубашке Казу и чуть раскрыл ворот.       - А-ах.. – долетело до Аканиши и растворилось в романтических звуках гитары.       «Казуя, что же ты чувствуешь? Что же ты думаешь обо мне?»       Джин положил руку ему на поясницу и притянул к себе. Казуя опустил голову и уставился прямо на Джина. Но, стоило только Аканиши прикоснуться к нему, как Каменаши становился неконтролируемым… Волна жара пробежала по его спине и погасла в районе коленей.       - Джин.. – простонал он.       - Я хочу тебя… - тихо произнес Аканиши, жарко дыша тому в губы. – Хочу… - шептал он тому на ушко, поглаживая плечи и руки.       - Не надо, Джин.. не надо.. – бессвязно шептал Каменаши, а ноги его подкашивались.       - Будь моим! – молил Джин, все крепче прижимая к себе парня.       - Нет… Джин… - у Казуи подкосились коленки и, если бы Аканиши вовремя его не поймал, тот рухнул бы на пол.       Аканиши запустил руку в его шелковистые волосы, лаская голову, поглаживая шею.       - Не стоит.. этого делать!.. – собрав последние силы в кулак, Каменаши вырвался из цепких рук Аканиши и, шатаясь, добрел до коридора. Парень накинул пальто и, засунув ноги в ботинки, спешно покинул квартиру.       Джин так и остался стоять посреди комнаты, не в силах пошевелиться. Каме отвергнул его?.. Но, если ему он так неприятен, почему тело отзывалось на ласки, почему Каме стонал от его прикосновений? Может, Джин поторопился? Возможно, не стоило так напирать на парня? Но что он мог с собой поделать? Ему нравился Каменаши и как человек, и как объект любви. Но почему-то с Каме все было по-другому. Казалось, что этого парня окружает какой-то невидимый защитный ареол, не дающий чужому проникнуть в душу Казуи.       Джин подошел к окну и отодвинул занавеску. Пересекая двор, натянув на голову капюшон, шел Каменаши. Он ссутулился и шаркал ногами по асфальту, будто он вовсе и не хотел уходить от гостеприимного Аканиши. Будто его что-то заставило так спешно покинуть эту квартиру. Что же творится в твоей душе, Каменаши?       Казуя вошел в свою квартиру и закрыл дверь. Что ему теперь делать, он не знал. Эти ласки, эти прикосновения… они лишали его рассудка. Никто и никогда не ласкал Каменаши прежде, и он даже не представлял, что от этого можно получать такое удовольствие. Сердце колотилось в груди, а по телу растекался сладкий жар. Каме, медленно расстегивая пуговицу за пуговицей на своей превосходной черной рубашке, задумался, каково бы это было, если бы рубашку расстегивал не он сам, а Аканиши? Каме поспешил отогнать эту мысль, однако продолжение так и лезло в голову!       Парень направился на кухню, чтобы выпить стакан воды, как в дверь постучали. Казуя замер, рука застыла на полпути ко рту. Стук повторился. Кто мог прийти к нему в такое время? Каменаши никого не ждал. Может быть, соседям нужна помощь? На их этаже жила одна старушка, которая частенько просила Казую о помощи.       Каменаши отпил немного, чтобы смочить горло и направился в коридор. Свет автоматически включился. Парень открыл дверь и замер, вцепившись в ручку двери. На пороге стоял Джин в белой футболке с длинным рукавом и домашних джинсах. Из его рта валил пар. Аканиши втолкнул Казую в квартиру и закрыл за собой дверь.       - Каме…       - ……       - Почему ты убежал?.. – Аканиши пытался отдышаться, упершись руками в колени. – Почему?..       - Джин, пожалуйста…       - Разве тебе не понравилось то, что я тебе делал?..       - Давай не будем об этом… – пытался увильнуть от серьезного разговора Каменаши.       - Нет! Не «давай»!! – Джин резко шагнул к Каме и припечатал его к стенке.       - Джин, не надо… прошу тебя!       - Каме… - Джин уткнулся ему в шею, вдыхая его приятный аромат, чувствуя запах его кожи. Чувствуя, как Казуе становится жарко, как тепло исходит от его кожи.       - Джин…       - Пошли в гостиную…       - Нет, Джин.. не надо…       - Неужели не хочешь?.. – спросил Аканиши Казую на ушко, лизнув мочку и заползая под рубашку, поглаживая бока парня поверх белоснежной майки.       Каменаши застонал, вцепившись в футболку Аканиши, чтобы не упасть.       - Прекрати! – серьезно заявил Каменаши и, присев, проскользнул под рукой Джина и исчез на кухне. Аканиши последовал за ним.       Парень достал из холодильника апельсиновый сок и отвинтил крышечку.       - Будешь? – Джин кивнул и разочарованно уселся на табуретке. Ему было обидно, очень обидно, ведь он знал наверняка, что Каме хочет его! Но почему же он так активно избегает близости?       Казуя вытащил из навесного шкафчика стаканы и наполнил их соком. Один из них он протянул Джину, который тут же взял напиток, а второй оставил себе. Покручивая стакан в руке, Каме о чем-то думал. А затем, сделав глоток, посмотрел на Джина. Аканиши все это время внимательно изучал парня.       - Почему, Джи?.. Почему ты так меня домогаешься?       Аканиши поперхнулся.       - Ты же всегда говорил, что мы с тобой хорошие друзья, отличные соседи… Не стоит играть со мной! – предупредил он и поставил пустой стакан в раковину.       - А кто тут говорит об играх?.. – с обидой в голосе произнес Аканиши и, поднявшись с табурета, подошел к Казуе, но старался сохранять дистанцию, чтобы не спугнуть его.       - Э? – Казуя, обернувшись лбом ко лбу встретился с Аканиши.       - Ты мне нравишься… понимаешь?.. Я полюбил тебя…       Каменаши внимательно наблюдал за Джином.       - И я хочу тебя поцеловать. Разве я хочу чего-то невозможного? Всего лишь поцелуй…       - Поцелуй… - повторил Каме и облизал нижнюю губу, чем вызвал судорожный вздох Аканиши.       - Да… Всего лишь поцелуй…       Каменаши опустил голову и прикусил губу.       - Хорошо… - кивнул он. – Я дам тебе поцелуй… Но лишь один…       Джин судорожно сглотнул. Никто до этого не волновал его душу так сильно, как этот парень. Как у него это выходило – Аканиши понятия не имел. Однако Каме пленил его, заставил его биоритмы измениться. Заставил коленки подгибаться, а ладони потеть.       Аканиши взял Казую за руку и повел в гостиную.       В комнате было темно, лишь в окно проникал тусклый свет уличных фонарей. Джин взял Каме за обе руки и, медленно отступая назад, повел парня к креслу-мешку. Он чувствовал, как у Казуи мелко дрожат руки, как прерывисто он дышит, как волнуется. Но Аканиши волновался не меньше него.       - Всего лишь поцелуй… - напомнил Аканиши и сел в кресло, утягивая парня за собой.       - Но куда я сяду? – робко спросил Каме, поставив колено между ног Аканиши.       - Садись мне на колени…       - Но!       Джин резко дернул Казую на себя. От чего тот едва не упал.       - Садись мне на колени…. Каме.. я всего лишь поцелую тебя.. Всего лишь раз! – пообещал Джин.       Казуя осторожно опустился на бедра Аканиши, отмечая про себя, что поза была весьма двусмысленна.       - Доверься мне…       Рука нежно, но настойчиво поползла вверх по спине, поглаживая, прогуливаясь кончиками пальцев. Каменаши запрокинул голову и приоткрыл рот. Ласки, несомненно, нравились ему. Прерывисто дыша, парень ощущал на себе длинные, чуткие пальцы, которые теперь скользили по пояснице, забираясь под рубашку, но прикасаясь через майку. Каменаши наклонил голову на бок. Прохладные пальцы побрели к шее, касаясь ее кончиками, вызывая мелкую дрожь в теле Каменаши.       Казуя прикусил губу, а потом разжал зубы. Губа, дернувшись, приняла прежние очертания. Джин завороженно наблюдал за своим возлюбленным, восхищаясь переменами его настроения, его ощущениям. Ладонь легла на щеку Казуи, вторая забралась в густые и мягкие волосы и притянула к себе. Каме приоткрыл глаза, будто желая удостовериться в своей локации.       Горячее дыхание рот в рот, Казуя нервно сглотнул и закрыл глаза. Джин, приблизившись еще немного, прихватил губами нижнюю губу Каменаши и чуть оттянул. Казуя едва слышно ахнул. Джин прижался губами к влажным губам парня, осторожно сминая, стараясь делать это как можно нежнее. Кончик языка пролез между зубов и коснулся язычка Каме, который тут же лизнул язык парня в ответ. Снова потянув нижнюю губу на себя, он оставил рот Казуи в покое и отстранился, поглаживая парня по волосам и следя за его реакцией.       Это был, пожалуй, самый нежный и одновременно самый невинный поцелуй Джина за последние несколько лет.       - Джин… - прошептал Казуя и открыл глаза.