Твои прикосновения

Они лежали на постели в темноте: Каменаши уже без черной рубашки, а Джин лишь засучил рукава своей белоснежной футболки. Прошло уже минут десять, но никто из них не проронил ни слова. Каме поправил съехавшую на бок майку и, переплетя пальцы, положил руки на живот. Джин поджал губы и ненадолго закрыл глаза. - Каме? - Ммм?.. - Почему ты так долго упирался? – Джин повернул голову к Каме, но увидел лишь его руки; Аканиши лежал у него на бедрах, поперек кровати, согнув ноги в коленях. - Давай не будет об этом… - тихонько прошептал Казуя и почувствовал, как Джин расплел его пальцы и взял правую руку, сжимая в своей ладони. - Я хочу знать… Каме… Я просто не могу понять, почему? Ведь ты не противился, когда я целовал тебя? - Всё так, но… Джин переплел пальцы Казуи со своими и положил себе на грудь. - Ты мне нравишься… Каме.. и я хочу быть с тобой… - Я тоже… - Тогда… нам нужно доверять друг другу… Аканиши приподнял их сплетенные руки и нежно поцеловал запястье Казуи. - Объясни мне… - попросил Джин. Каменаши лишь тяжело вздохнул. Это была слишком болезненная тема для него. Его тело всегда доставляло ему столько проблем… А смех той девушки навечно застрял в его голове. - Пожалуйста… - Джин снова поцеловал руку Казуи, от чего тот судорожно вздохнул. - Это слишком личное… - Я хочу понять тебя, Казуя. Это вполне естественно. Я хочу быть с тобой, любить тебя, но… Пока ты мне все не расскажешь, мы не сможем двигаться дальше, понимаешь? Казуя вытащил свою руку из руки Джина, чем весьма его обидел. Каменаши потер глаза и запустил пальцы в волосы. - Мой мир полон ощущений… - начал издалека Казуя. – Я не такой, как обычные люди… Я очень от них отличаюсь. Моя кожа, мое тело… Я слишком чувствителен ко всему… Мне ужасно холодно зимой, я с трудом переношу август из-за жуткой жары. Я не могу спокойно реагировать даже на самые невинные прикосновения. Я схожу с ума… Я слишком чувствителен. - Но… Не хочешь же ты сказать, что это твой первый поцелуй? – перебил его Аканиши. - Нет… Не первый… - покачал головой Каме. – Мой первый поцелуй был в школе… Он был так прекрасен, что я невольно застонал… - Джин присвистнул. – Однако… Это очень рассмешило мою девушку, и она убежала. А потом вся школа об этом узнала…. - Ты встречался с кем-нибудь еще?.. - Нет.. не стал.. - А секс?.. – робко спросил Аканиши. - У меня его не было… - Никогда?.. – удивился Джин. - Никогда, - подтвердил Каменаши. - Совсем?.. – Аканиши сел на постели и уставился на Каменаши, лицо которого имело совсем смутные очертания в темноте. – Ни дрочки? Ни минета? Ни девчонок? Ни парней? - Нет… - о мастурбации он предпочел умолчать. Джин во все глаза уставился на Казуи. Будто перед ним лежал не двадцатичетырехлетний парень, а дикобраз со слоновьими ушами. Каменаши нервно провел язычком по губам, и это движение не укрылось от Аканиши, более того, он завелся. Джин снова лег, но уже на живот, рядом с Каме. - Каме… можно тебя поцеловать?.. - А?.. - Поцелуй… Можно?.. – робко спросил Аканиши, голодным взглядом глядя на губы Каме и желая их как можно скорее сжать и облизнуть. - Нет.. Не надо… - Каменаши поднялся с кровати. – Я пойду сделаю нам кофе… Если хочешь, могу тебя оставить одного… Минут на 10-15… - Да ну тебя! – обиделся Джин и запустил в Каменаши подушкой, но тот уже успел выйти в коридор. Аканиши, раскинув ноги-руки в стороны, закрыл глаза. А всё же их первый поцелуй был обалденным. Никакой похоти, только нежность, только желание раскрыться друг другу. Парень улыбнулся своим мыслям. Ему нравился Каме, это даже не обсуждалось, и он очень дорожил им. Пусть он ему частенько отказывает, пусть уж лучше у них будет один поцелуй в неделю, да взаимный и нежный, чем куча бесполезных и равнодушных прикосновений. Аканиши открыл глаза, поправил футболку, взлохматил волосы и направился на кухню. Каменаши разливал кофе из турки по двум небольшим чашкам. На столе уже стоял небольшой пакет молока и сахар. Тут же рядышком лежали аккуратненькие круассаны. - Прям французский завтрак! – улыбнулся Джин и сел на табуретку. - Ну.. чем богаты, тем рады! – усмехнулся Казуя и, залив турку водой, оставил в раковине отмокать. - Да я и не возражаю. Джин взял с тарелочки круассан и откусил за раз почти половину. - Слушай, Каме-чан, а можно я у тебя ночевать останусь? - Нет, конечно, - усмехнулся Каме и отпил кофе. – Понимаешь… Я сплю голышом, еще и хожу во сне… Ты такого не выдержишь и обязательно изнасилуешь. Так что уж, прости… Джин окаменел. Держа чашку около губ, он так и не отпил. Ошарашено глядя на Каменаши, он представлял себе эту эпичную картинку. - Шучу! – усмехнулся Каменаши. – А ты уж и поверил?! - Да кто ж тебя знает.. у тебя, вон, сколько тараканов в голове… - К тому же мне некуда тебя положить… - А в кроватку?.. К себе? – сладко пропел Аканиши, доедая круассан. - Я сам там буду спать… И тебе того же советую! - В твоей кровати спать? – усмехнулся Джин, начиная поедать очередной круассан. Каменаши допил кофе и поставил чашку в мойку. - Нет… в своей, - улыбнулся Каме, упершись о раковину руками и глядя на жующего Аканиши – сколько же влезает в этого человека? – У меня даже футона нету, чтобы тебя положить спать… - То есть проблема только в футоне?.. – уточнил Джин. - Ну.. первостепенная – да, но…. - Окей! – Аканиши вскочил с табуретки и побежал в коридор. - Ты куда? – удивился Каме и побежал вслед за парнем. Но тот уже скрылся во мгле ночи. Казуя закрыл дверь и, порядком удивленный, вернулся на кухню.