Чудная ночь

Красавицы, двери закройте, Замкните на три засова — Король молодой со свитой С веселой охоты мчится.

Ее звали Филектель; девушка-песня, девушка-пташка. Когда напевала тонким голосом нежные песни, ее собирались слушать и эльфы, и птицы. Рядом с ее домом росло дерево, солнечные лучи проникали в помещения через его листья, и комната казалась залитой нежным зеленым светом. Филектель любила зеленый. Она любила родной Лес, тонкие запутанные тропы, солнце, заглядывающее сквозь крону древних дубов. Она любила танцевать на полянах под звуки флейты или лютни, любила петь, собирать цветы — а потом заплетать их в волосы. украшала свои золотые волосы ромашками и лилиями, белыми розами, одевала серебряное платье из тонкого шелка и во всем королевстве невозможно было найти никого красивее. Так, наверное, считал и молодой король. Не мог не считать; иначе, зачем бы он каждый день проезжал мимо ее дома. Его конь замедлял ход, а Трандуил поднимал голову, пытаясь встретиться взглядом с самой прекрасной девой в мире. Филектель пряталась за тонкими занавесками, за густой листвой, чтобы никто не видел, как дрожат ее руки, как блестят глаза и пылают щеки. Она была влюблена — слишком давно и слишком сильно, но боялась показать это. Об ее чувствах знала лишь Эльдис — старшая сестра. Каждый день, после того, как Филектель, испугавшись, скрывалась от всех и особенно от себя, именно Эльдис садилась рядом и успокаивала ее. Говорила о том, что все будет хорошо, что однажды, вместо того, чтоб проехать мимо, Трандуил зайдет в дом той, которая — все в Лесу уже знают — покорила его сердце. Филектель боялась в это верить. Стоит ли говорить, что приглашение на празднование во дворец к королю пугало ее невероятно? Да, она пела, танцевала и украшала косы белыми цветами, но была бледна и волнению ее не было предела. Эльдис собирала дары — ягоды и фрукты, орехи и вино, цветы и мед. Расставляла их на подносе, чтоб преподнести владыке. Во дворец на праздник не принято приходить с пустыми руками. Эльдис украдкой поглядывала на младшую любимую сестру и улыбалась. Она была уверена — именно сегодня вечером произойдет то, что изменит судьбу Филектель навсегда. Так должно было быть. Иногда Эльдис казалось, что она может предсказывать будущее, иногда она в это совершенно не верила. Но в скором замужестве сестры она была уверена. И сердце ее радовалось. Она подошла к Филектель — та придирчиво рассматривала свое отражение в крошечном зеркале. Обняла за плечи, пытаясь поделиться своим спокойствием и уверенностью. Зеркало показывало причудливую картину — две девушки была подобны дню и ночи: златоволосая, солнечная Филектель в белых нарядах и Эльдис, с волосами, цвета вороньего крыла, в синем шелковом платье. Она улыбалась одними уголками губ, это придавало обычной эльфийке загадочности. Филектель же была открыта для всех и за это ее любили.

Король запевает песню — Не слушайте этот голос, Противясь чудесной силе, Что манит вас на дорогу.

В королевство пришли сумерки, окрашивая мир в синий, где-то высоко, над кронами деревьев, вышла на небо первая звезда. Она, вероятно, сияла этой ночью особенно ярко — но кому было до того дело, кому было дело до всех королевских сокровищ, когда во дворец зашла прекраснейшая Филектель? Придворные не сводили с нее глаз. Она от этого внимания смущалась, очаровательно краснела и опускала взгляд. Она еще не знала, что празднование в ее честь. Эльдис подошла к королю первой, опустилась на колени, поставив рядом с троном свои дары — сладкие, словно мед фрукты. Никогда прежде она не была так близка к Трандуилу; сейчас ей впервые открылось его лицо, тонкие черты лица, пронзительный взгляд голубых глаз. Ее сердце дрогнуло и оборвалось. Но Трандуил не смотрел на нее — его взгляд был прикован к той, что шла — нет, плыла, подобно лебедю — следом. Король встал, подал руку Эльдис — лишь бы только она скорее встала и отошла. А тогда сделал несколько шагов навстречу Филектель, взял у нее из рук цветы. Улыбнулся. Позже народ говорил, что это была первая улыбка Владыки за долгое время. Он улыбнулся своей леди, провел ее на самое почетное место. Ему было достаточно улыбнуться ей — а она уже сияла, ярче всех звезд, ярче солнца. Эльдис смотрела на них с другого конца пиршественного зала. Она смотрела на них, как смотрела все время до того, радуясь, но только сегодня в ее улыбке — одними уголками губ — сквозила грусть. Может быть, потому и не пела с другими, не танцевала и не веселилась вволю, хотя ее и звали. Не могла отвлечься, предаться радости — только смотрела на ту, которая была ей ближе всех на свете, и на короля. Представляла себя — ведь могла же быть она, Эльдис, на месте Филектель? Все внутри сжималось. Неужели эта одна встреча столько смогла изменить для нее? Еще вчера ее сердце принадлежало только ей, оно было спокойно, как летнее небо, но теперь билось подобно пойманной пташке. Где-то в отдалении смеялась лютня — ее песня звучала в ушах громче всего, будто бы насмешка. «Здравствуй, мой король. И прощай навеки». Эльфийка видела как смотрел Трандуил на свою возлюбленную. О таком мечтала каждая женщина. Нет, все правильно, что это счастье — у Филектель. Она, как никто заслужила его своей добротой и нежностью. Эльдис желала им удачи. И старалась заглушить крик души. Она не могла забрать короля. «Моего короля» — добавила мысленно, против своей же воли — у Филектиль. Никогда. Ночь не спешила уходить — самая короткая летняя ночь, она казалась длиной в вечность и никак не заканчивалась. Пахло жасмином и сиренью, где-то вне дворца звучали песни цикад — будто бы из другого мира. Эльдис хотелось туда — не видеть двух влюбленных, не слышать, как их тихо обсуждают другие. Забыть, что они существуют. Хотя бы на миг. Дева вышла на крыльцо, потом спустилась по лестнице. Здесь ночь царила безраздельно — было тихо и темно. Чудная Ночь. Та, что пьянит собой всех окружающих. Эльфийка набрала полную грудь воздуха. Он такой чистый, такой свежий, что, кажется, его можно пить, словно вино, словно кристально чистую воду. — Чудная Ночь, что ты делаешь со мной, что ты творишь с моим сердцем? Как могу я завидовать судьбе самого близкого мне человека? — спрашивала у небес девушка, но те привычно молчали. «Как могу я любить короля?» Этот вопрос остался не заданным. За спиной послышались шаги. Девушка обернулась — это спешила к ней Филектиль и — о звезды, почему? — вела с собой Трандуила. Желала познакомить свою сестру и своего жениха, поняла Эльдис. Глаза пары сияли ярче всех звезд. — Я желаю вам вечного счастья, желаю, чтоб вы любили друг-друга пока только держится этот мир, — пожелала Эльдис. Что еще могла она сказать? Она слишком любила Филектель, чтоб допустить хотя бы мысль о том, что можно разрушить ее счастье. Небеса милостивы — и пусть король покинет сердце, в котором он так быстро поселился и которое ему не нужно. — Что это, Таро, — обратился к Эльдис Трандуил. Она вздрогнула — он назвал ее сестрой, будто принимал ее в свою семью. — Почему у тебя слезы на щеках? — От счастья, Владыка, от счастья за вас двоих, — шептала эльфийка, вытирая слезы. Да, она счастлива за Филектиль. А ее сердце скоро успокоится. Обязательно. За Лесом восходило солнце. Чудная ночь таяла в его лучах — произошло все, что должно было произойти.