Через вселенную

- Звонов! - девушка обняла его, искренне улыбнувшись. - Вот уж не думала, что ты будешь моим репетитором. - Ну, когда мама позвонила мне и предложила репетиторство, я не смог отказаться. - парень почесал затылок, посмотрев на Миру. - А ты однако выросла. - Хах, конечно же, - она вздохнула, начиная снимать обувь. - Четыре года прошло... Как отучился? За все время: ни ответа, ни привета. - Музыкальное училище - оно такое. У меня попросту не было времени связаться с тобой или с матерью, - он похлопал свою младшую сестру по голове, проходя в небольшую комнату где стояло пианино. - Ну, начнем? - Давай. Как раз посмотришь на то, чему я научилась за последние несколько лет. - Лейнвебер присела на стул, решив исполнить одну из своих любимых композиций. - Что собираешься исполнить? - с интересом посмотрел Кирилл на свою сестренку. - Сергей Рахманинов - прелюдия номер пять, опус двадцать три. - волнительно сказала девушка. Тонкие и длинные пальцы скользнули по красивым клавишам, сначала медленно, а потом со временем набирая темп. Мира вовлеклась в игру на инструменте. Музыка проникала в уши, заставляла вздрогнуть от своего прекрасного звучания. Пальцы перебирали клавиши, а девушка внимательно следила за руками, чтобы не ошибиться из-за редкой невнимательности. Краем уголка глаза посматривала на брата, который слушал ее игру. Она, несомненно волновалась. Играть на таком чарующем инструменте вдохновил именно он - ее старший брат. Мирослава часто наблюдала за игрой брата в детстве, пока он не уехал учиться в другой город в музыкальное училище. Девчонка любила наблюдать за ним; как он аккуратно обращается с инструментом, мягко нажимая на клавиши. Как он проникновенно играл, иногда доводя маму до слез своей проходящей в самую душу игрой и саму девочку. Яркий свет нескольких торшеров освещал комнату достаточно хорошо, иначе из-за такой вечно хмурой погоды не было бы ничего видно. Солнце редко выходило, а если бывало, то в грязные и теплые дни. Через несколько минут Мира закончила игру, молящими глазами посмотрев на брата. Парень все еще что-то обдумывал, глядя на клавиши. Потом он переметнулся взглядом серо-зеленых глаз на Лейнвебер, чтобы вынести "приговор". - Ты слишком торопилась в конце прелюдии. Как-будто хотела ее поскорее закончить, - русоволосый провел указательным пальцем по клавишам. - Старайся обходится с пианино более нежнее, аккуратнее что ли. Ты играешь грубо, будто выливаешь все накопленные плохие эмоции. Как говорила мама в детстве: "если ты будешь грубо относиться к инструменту, то оно будет злиться, и играть будет сложнее. Представь, что ты гладишь пальцами голову младенца; нежно и аккуратно, чтобы не нанести никого вреда. С пианино нужно обращаться также". Обращайся к нему нежнее. Мира кивнула и вновь стала переигрывать прелюдию.

***

Элька позвонила Мирославе и договорилась о встрече. Подруги уже давно никуда не ходили вместе, поэтому Эвелина решила позвать одноклассницу в кафе. Они встретились ближе к пяти часам дня у макдональса. - Так, ты говорила что будет какая-то интересная для меня новость? - Преображенская заглянула в глаза подруге, потом сощурилась и щелкнула пальцами. - Выкладывай! - Мой старшенький приехал. - радостно выпалила Мирка, энергично хлопнув в ладоши. - М-м-м, Кириешка что ли? - Гм, если бы он это услышал, разозлился бы точно. - приложив указательный палец к подбородку, вынесла вердикт девушка. Подруги вошли в здание и присели за столик у окна. Мирослава залезла в карман, доставая оттуда еще непрочитанное письмо. Видимо она хотела открыть его вместе с подругой, чтобы узнать что там содержится. Элька отошла заказывать фаст-фуд, а в это время Лейнвебер стала нервно открывать конверт. Достав его содержимое, на обратной стороне она увидела надпись концертного зала "Towa" и ее печать на самом конверте. Это было пригласительное. Они приглашали ее выступить на пятнадцатилетие концертного зала "Towa" для элитных гостей с их детишками. Когда подруга пришла с подносом не полезной, но такой вкусной еды, она поставила ее на столик, заглянув в листок бумаги на котором было написано приглашение. - О-о-о, так тебя пригласили на выступление в Тову? - радостно спросила рыжая, начиная поглощать свой чизбургер. Мирослава кивнула, потом вновь посмотрела на приглашение и отложила его в сторону. - Стоит соглашаться? - Что-за глупый вопрос? Конечно, стоит! - Эвелина стала страстно ее убеждать. - Кого думаешь играть? - Может Мендельсона, Рахманинова или Шуберта... - она вопросительно сложила руки на стол, подняв ладони вверх и опустив на них подбородок. - Как ты думаешь? - О Боги, я не разбираюсь во всем этом. Давай сама, сама-а-а. - подруга стала вновь уплетать свою порцию. Мира решила тоже поесть, так-как дома она не обедала из-за игры на пианино. Пальцы жутко болели, потому что девушка провела за любимым инструментом около двух с половиной часов. Руки продолжало ломить, поэтому она сжала их в кулаки до побеления костяшек. Когда девушки закончили с трапезой, они отправились в парк, который находился весьма близко к заведению. Хотелось прогуляться. Просто безмолвно пройтись по аллее, которая была хоть чуточку ярче, чем серые красоты города. Красиво выложенный камень со светло-бежевым отливом шел среди больших и могучих деревьев, которые стояли в ряд, словно карандаши в коробке. По бокам дорожки шли деревянные темные лавочки с красивыми и изящными ножками. Они извивались подобно плющу; так неосторожно, но до помутнения рассудка красиво. Под вечер тучи разошлись, и над головой был слышен пролетающий вертолет. Если взглянуть в тускло-голубое небо, можно увидеть ровные и красивые полоски, которые как толстые нити шли за ним, будто преследуя его, играя в некие догонялки. Красные листья беспорядочным ковром лежали на пожелтевшей траве и на каменной кладке длинной и широкой дорожки. Благодаря деревьям которые стояли поблизости, воздух казался более чище чем обычно. Аромат сырости и сгнивших листьев не давал покоя. Раздался телефонный звонок, и оказалось что кто-то позвонил Эльке. Она отошла не переговоры, а потом попрощалась с Мирославой. Девушка осталась в одиночестве, но она решила надолго не задерживаться и отправилась домой.

***