Замена Неба

*** - Ты двадцатипятилетний виски проглотил за две секунды. - Он был вкусный... - Ты пять секунд назад говорил, что он горький. - Уже не горький... - Мелкий. Тсуна не отреагировал. Он сидел, обхватив ладонями пустой стакан, будто тот всё ещё был тёплым. Занзас хмыкнул. - Всё? - Не знаю... - Зато я знаю. Он молча забрал бутылку со стола и убрал её подальше. Тсуна проводил её таким несчастным взглядом, словно у него только что отняли последнюю надежду человечества. - Э... - Хватит. - Но я... - Ты уже пьяный. - Я не пьяный... Он попытался сказать это максимально серьёзно. Получилось настолько трагично, что Луссурия, выглянувший из-за двери, тут же захлопнул её обратно, чтобы спокойно поржать в коридоре. Тсуна нахмурился. - Я просто... Он долго искал мысль. Очень долго. - ...очень... горизонтальный. Занзас медленно закрыл глаза. - Что? - Не знаю... Тсуна честно задумался. - Но звучит правильно. Минуту оба молчали. Потом Савада тяжело вздохнул. - Они пострадали... - Угу. - Из-за меня... - Нет. - Да... - Нет. - Но... - Мелкий. Занзас поставил локоть на подлокотник кресла. - Если ты сейчас начнёшь спорить с человеком, который видел за свою жизнь больше перестрелок, чем ты учебников, я тебя даже перебивать не стану. Сам потом поймёшь, насколько херовую чушь несёшь. Тсуна обиженно надулся. - Ты грубый... - А ты идиот. - Хибари тоже так говорит... - Значит, у травоядного иногда появляются мозги. Тсуна неожиданно захихикал. - Он меня сегодня опять назвал травоядным... - Заслужил. - Но я же... - Заслужил. -Даже ты не спросил за что... - Мне без разницы. Тсуна ещё сильнее надул щёки. - Вы все одинаковые... - Нет. - Одинаковые... Он начал загибать пальцы. — Хибари страшный... — Угу. — Гокудера шумный... — Угу. - У Ямамото глаза страшные. Хотя он улыбается. - Есть такое. - Скуало страшный. - Ты уже Варию перечисляешь. - Бельфегор страшный. - Вот с этим многие согласятся. - Лусурия... Домашний. — Это самое доброе описание, которое я от кого-либо слышал про него. — А ты... Тсуна поднял голову и очень серьёзно посмотрел на Занзаса. Настолько серьёзно, насколько вообще может смотреть человек, которого развезло с одного стакана. — Ты... Он ткнул в него пальцем. — Очень хороший. В кабинете стало тихо. Занзас медленно поднял бровь. — Повтори. — Хороший. — Ещё раз. — Очень хороший... — Никому больше этого не говори. — Почему? — Репутацию мне испортишь. Тсуна моргнул. Подумал. И вдруг совершенно искренне кивнул: — Ладно... Через две секунды: — Но ты всё равно хороший... Занзас обречённо вздохнул и потёр переносицу. — Всё. Больше не наливаю. С тебя и одного стакана катастроф выше крыши. За дверью кто-то сдавленно фыркнул. Судя по звуку, Скуало уже минут пять подслушивал. Занзас даже не повернул головы. — Мусор. Дверь мгновенно захлопнулась. — ...Если хоть одна живая душа узнает, что мелкий назвал меня хорошим, пристрелю всех свидетелей. Из-за двери донеслось очень искреннее: — Мы ничего не слышали, босс! Тсуна тихо рассмеялся. Впервые за несколько дней — по-настоящему. Без вины. Без тревоги. Просто потому, что рядом был человек, с которым можно было хоть ненадолго перестать быть Доном. Савада снова замолчал и задумался. — Я плохой Дон... Занзас даже не поднял головы. — Угу. — Очень плохой... — Ещё хуже. Тсуна тяжело вздохнул. — Они все называют меня Доном... — Потому что ты Дон. — Вот именно... Занзас нахмурился. — Что "вот именно"? — Они ошибаются... — Мелкий. — М-м? — Ты сейчас сказал самую тупую фразу за сегодняшний вечер. А это серьёзное достижение. Тсуна печально посмотрел в пустой стакан. — Они просто ещё не поняли... — Чего? — Что я не настоящий... — Кто? — Дон... Занзас медленно поставил свой стакан на стол. — Ты официально глава Вонголы. — Да... — Все документы подписаны. — Да... — Кольцо у тебя. — Да... — Люди тебе подчиняются. — Да... — Тогда какого чёрта ты "не настоящий"? Тсуна беспомощно развёл руками. — Не чувствую... — Чего? — Что я Дон... — А что ты должен чувствовать? Тсуна надолго задумался. Очень надолго. — Ну... Он неопределённо поводил рукой в воздухе: — Доновость... Занзас закрыл лицо ладонью. — Доновость?.. — Ну да... — Это что ещё за хрень? — Не знаю... Тсуна искренне расстроился. — Но у тебя она есть. — ... — И у Девятого была. — ... — А у меня нет. Занзас молча смотрел на него секунд десять. Потом не выдержал и заржал. — Мелкий... Ты хоть представляешь, насколько по-идиотски это звучит? — Представляю... — Нет, не представляешь. — Представляю... — Нет. — Я вообще думал... — Тсуна шмыгнул носом. — Может, однажды проснусь... — И? — И почувствую себя Доном. — Как насморк? — Наверное... — Или температура поднимется? — Может... — Тридцать восемь и семь десятых. Диагноз — Дон. Тсуна неожиданно очень серьёзно кивнул. — Вот! — ... — Именно! Занзас снова посмотрел в потолок. — Господи... За что мне это... — А ещё... — Что "ещё"? — Ещё... — Нет. — Мне кажется... — Даже слышать не хочу. — ...что Хибари думает, что я потерялся. — Почему? — Он всё время ходит рядом. — Это он тебя пасёт. — Вот! — Это не "вот". Это Хибари. — А Гокудера вообще уверен, что без него я умру. — Это тоже нормально. — Правда? - карте глаза неверяще округлились. — Для Гокудеры — более чем. Тсуна немного подумал. — То есть... — Да. — Они странные? — Очень. — Не я? — Ты тоже. — А... Он облегчённо выдохнул. — Тогда хорошо... Занзас покачал головой. — Один стакан... Он взял бутылку, посмотрел на неё с укором. — Такого позора этот виски ещё не видел. — Занзас... — М? — Скажи честно... — Ну. — Я похож на Дона? Занзас окинул его взглядом. Растрёпанные волосы. Красные глаза. Сидит, обняв пустой стакан так, словно это плюшевый медведь. — Нет. Тсуна обречённо кивнул. — Вот видишь... — Сейчас ты похож на сопливого студента, которого первый раз напоили. — Я так и думал... Он трагически вздохнул. — А ведь Дон должен быть... Он замолчал. — Каким? — Ну... Тсуна поднял руки и попытался изобразить... Что-то. — Таким... — Каким "таким"? — Большим. — Ты метр семьдесят с лишним. — Не таким большим... — А каким? — Ну... Он снова поводил руками. — Донским... — ... — Чтобы заходишь в комнату... Тсуна выпрямился. Нахмурился. Попытался сделать суровое лицо. Получилось так, будто он очень старательно изображал запор. — ...и все сразу такие... Он выпучил глаза. - О-о-о... Занзас молча смотрел. - А у меня... Тсуна снова сдулся. - Не получается. - Получается что? - Быть страшным. - И слава богу. - Нет... Тсуна покачал головой. - Они на меня улыбаются. - Ну. - Это неправильно. - Почему? - Потому что Дона должны бояться. - Кто тебе сказал? - Никто... - Тогда с чего ты взял? - Ну... Он задумался. - Ты страшный. - Есть такое. - Девятый был страшный. - Угу. - Натсуеши был страшный. - Ещё какой. - А я... Он опустил голову. - У меня даже грозно молчать не получается. Занзас фыркнул. - Покажи. - Что? - Грозно помолчи. Тсуна очень серьёзно выпрямился. Сложил руки. Нахмурился. Молчал секунд пять. Потом тихо спросил: — Ну как? — Ты сейчас выглядел как человек, который очень хочет в туалет, но стесняется спросить, где он. Тсуна убито уронил голову. - Вот... - Мелкий. - М? - А ты не думал, что если на тебя не орут, не бегут и не прячутся под стол... - ... - Может, ты всё делаешь правильно? Тсуна долго думал. Очень долго. Потом серьёзно посмотрел на Занзаса. - Нет. - Почему? - Потому что так не бывает. Занзас тяжело вздохнул: - УБИРАЙСЯ. Но сказал это уже без злости. Почти с обречённой усталостью человека, у которого на коленях внезапно оказался пьяный Дон, жалующийся на смысл жизни и неправильных Хранителей. *** Луссурия уже почти час сидел возле кровати. - Уснул? Скуало осторожно заглянул в комнату. Луссурия прислушался. - Уснул... Оба одновременно облегчённо выдохнули. - Слава Мадонне... И в этот момент кровать скрипнула. Тсунаеши сел. Посидел секунды три, серьёзно посмотрел перед собой, словно принимал судьбоносное решение. Потом встал. Медленно. Очень уверенно. И пошёл к двери. - Э... милый? - У меня... - очень серьёзно сообщил Тсуна, - государственные дела. - Какие ещё государственные?! - Очень государственные. Он открыл дверь. И ушёл. Через двадцать секунд по коридору раздался голос. - Скуало! - ЧЕГО?! - Он опять куда-то идёт! - ТВОЮ Ж... *** Первым под раздачу попал Леви. Он спокойно пил чай, когда дверь распахнулась. На пороге стоял совершенно серьёзный Тсуна. - Здравствуйте. - ... Леви молча поставил чашку. - Можно вопрос? - ... - Вы меня уважаете? Леви завис. Это был не тот вопрос, к которому его готовила жизнь. - Ну... - Только честно. - Ну... Мужчина подумал: "Раз тебя выбрал Занзас, я уважаю выбор босса. А значит и тебя?" Но вслух решил не озвучивать свои мысли. Опыт подсказывал, что стоит сократить ответ до минимума. Тсуна внимательно смотрел. Так внимательно, словно сейчас решалась судьба мира. - Уважаю... - А почему? - ... - ... - Потому что... вы Дон? Тсуна тяжело вздохнул. - Вот. - Что "вот"? - Именно это меня и беспокоит. И ушёл. Леви ещё минуту смотрел в пустой дверной проём. - Что сейчас было?.. *** Следующей жертвой оказался Маммон. Тот считал деньги. Очень сосредоточенно. - Маммон-сан. - Нет. - Но я ещё ничего не спросил. - Нет. - Почему? - Потому что после полуночи разговоры с пьяным Небом обычно заканчиваются плохо. Тсуна подумал. - Логично... Маммон облегчённо выдохнул. - Но вопрос всё равно есть. - Я так и знал... Тсуна сел рядом. Очень близко. Слишком близко. - Если бы ты меня не знал... - Мне уже не нравится начало. - ...ты бы захотел работать на меня? Маммон молча посмотрел на него. Потом очень честно ответил: - За деньги — да. Тсуна просиял. - Значит, не всё потеряно! И радостно ушёл. Маммон медленно снял капюшон. — Он сейчас... обрадовался тому, что я назвал цену его личности? *** Белфегор вообще не понял, что происходит. Он лежал на диване, лениво листая журнал. - Бел. - Ши-ши? - А ты меня любишь? Бел перестал листать страницы. Медленно поднял голову. - Чего? - Не как человека. - ... - Как босса. Бел долго молчал. Долго. Переваривал услышанное. Потом расплылся в широченной улыбке. - Ши-ши-ши! Принц не любит никого! - Понятно... Тсуна грустно кивнул. Развернулся. И пошёл к двери. Бел вдруг почувствовал себя почему-то виноватым. - Эй... Тсуна остановился. - Но ты смешной. - ... - Это считается? Тсуна неожиданно улыбнулся. - Наверное... И ушёл. Бел посмотрел ему вслед. - Странный он... *** - Где мелкий? - Не знаю. - Луссурия?! - Он снова исчез! Скуало схватился за голову. - ДА КАК ОН ВСЁ ВРЕМЯ ИСЧЕЗАЕТ?! *** Нашли его... ...в кабинете Занзаса. Тсуна сидел прямо на полу. А Занзас продолжал спокойно пить виски. - Босс... - Заберите его. - Почему он опять здесь?! Занзас сделал глоток. - Пришёл спрашивать. - Что? - Хороший ли он Дон. Повисла тишина. - И?.. - Уже у всех спросил. Тсуна очень серьёзно кивнул. - Угу. - И что выяснил? Тсуна задумался. Очень долго думал. Потом с искренним удивлением сказал: - Они все какие-то... необъективные. Занзас фыркнул в стакан. Скуало закрыл лицо ладонью. Луссурия тихо застонал. - Почему? Тсуна развёл руками. - Они меня знают. - ... - А мне мнение независимого эксперта нужно... Занзас уже откровенно ржал. - Мелкий. - М? - Ты сейчас по штабу Варии ходишь и ищешь независимого эксперта? Тсуна серьёзно задумался. Осмотрел офицеров. Потом перевёл взгляд на Занзаса. - ... - ... - Ой. В кабинете на несколько секунд стало очень тихо. А потом даже Скуало не выдержал и заржал так громко, что это было слышно, наверное, до самых ворот особняка. Луссурия всплеснул руками. - Всё! Всё! Теперь точно спать! - Но я ещё... - СПАТЬ! - У меня ещё два вопроса... - НЕТ! - Один маленький... - НЕТ! - Совсем крошечный... - СКУАЛО, ХВАТАЙ ЕГО! - ПОЧЕМУ ОПЯТЬ Я?! Через минуту по всему особняку разносился возмущённый голос Тсуны: - Я ВООБЩЕ-ТО ДОБРОВОЛЬНО СОГЛАСЕН СПАТЬ! НЕ НАДО МЕНЯ НЕСТИ! - ЗАТКНИСЬ И ЛЕЖИ! - НО ВЫ ЖЕ НЕСЁТЕ МЕНЯ ВВЕРХ НОГАМИ! - ЧТОБЫ ТЫ НЕ СБЕЖАЛ! Через полчаса весь штаб Варии наконец выдохнул. Луссурия осторожно прикрыл дверь. — Спит... — Точно? — недоверчиво уточнил Скуало. — Абсолютно. — Проверял? — Даже похрапывает немножко. Скуало облегчённо выдохнул. — Ну наконец-то... Бел лениво потянулся. — Ши-ши... принц уже думал, что этот мелкий никогда не выключается. Занзас только хмыкнул и налил себе ещё немного виски. Жизнь постепенно возвращалась в привычное русло.