Птицам - воля!

Верите, или нет – Беллами проснулся с ясным умом и бодрым духом. В общем, не как обычно. Он даже выспался, что было поразительно. Он смотрел в окно – единственный в мире, стоя. Не лёжа на полу, не сидя на стуле и не падая лицом в кофе. Новая пятница, новая жизнь. Вот прошлая, например, закончилась ужасно. Пока Белл искал в холодильнике чего съестного, в это самое окно прилетел камешек. Затем второй. И третий. Ух, настойчивый поклонник! Стоял погожий мартовский денёк, дело шло к прекрасному апрелю. Немудрено, что когда Блейк перегнулся через подоконник, он увидел Линкольна, зовущего его на пробежку. В ответ он лишь кивнул, ясное дело, он с удовольствием сбежит из квартиры, где любого оглушит храп Джона Мёрфи. Натянув кроссовки и футболку, даже не захватив плеер, Беллами на всех порах выбежал на встречу к Линку, тут же сбивая его с ног. - Козёл, слезь с меня! – рассмеялся друг, когда Беллами провёл кулаком по его короткому ёжику. - Где твои лохмы, здоровяк? – удивился Блейк. - Это новый стиль, - прокряхтел он в ответ, скидывая брюнета с себя и поднимаясь на ноги. - Признайся, тебя Дора заставила! Дора – как бы девушка Линкольна. Он не был повесой, но в искренность их чувств Белл мало верил. По крайней мере потому, что никто не знал, что они встречаются. Это странно, как минимум. - Её цепкие ручки слишком сильно вцепились в твою гриву, дружище. Правильно, что срезал всю проблему. - У меня хотя бы есть девушка, - издевательски протянул парень, пускаясь в лёгкий бег. - Эй! – Беллами поспешил догнать его, - я просто не нашёл ту самую. - Веришь в эту ерунду про «настоящую любовь»? - Не вся любовь настоящая, но это и к лучшему… слушай, в этом мире не обязательно быть мудаком, если ты мужчина, - повёл плечами Блейк. Его друзья то и дело пытались пристыдить за равнодушие к коротким отношениям. Но что он мог поделать с собой? - Чувак, у тебя не было секса два месяца, с тех пор, как Майя тебя бросила, - закатил глаза Браун. - Месяц и тридцать дней, - буркнул Беллами, - наш прощальный секс – её идея. И вообще, это я её бросил. - Ага, именно поэтому и чуть ли не рыдал. - Жарко было. - В январе? Слушай, нет в этом ничего постыдного. Вы с Майей были вместе с четвёртого курса. Тебе двадцать шесть лет, мужик. Вспомни, скольких девушек ты поимел со старшей школы! Не счесть. - Я этим… не горжусь, ясно? Ты вообще, друг мне или враг? - Я твоей проблемы не понимаю. В мире столько красивых девушек. Ты свою единственную даже не ищешь. Этот парк оказался просто огромным. На одном конце, из пункта А в пункт Б двигались два мужских симпатичных тела лёгкой трусцой, а на встречу им направлялись две изящные женские фигурки прогулочным шагом. Октавия едва удерживала все нужные конспекты в руках. - Что у тебя сегодня? – спросила Кларк. - Арамейский язык и три пары скандинавского, - нахмурившись, ответила брюнетка. Солнце так и слепило. – Ir be suu tintoe aramaiit? - Чего? – Гриффин о чем-то задумалась, а потом услышала какое-то бульканье, и не совсем поняла, что ей сказали. - Ты говоришь по-арамейски? - Ха-ха, очень смешно, - Кларк показала подруге язык, а та чмокнула её в щёку, ну, чтоб не обижалась. Итак, объекты почти встретились. Однако Кларк свернула с пол пути – ей не в ту сторону. Распрощавшись с Октавией, она ускользнула вправо и исчезла через две с половиной аллеи. Резко повернувшись, она совсем не заметила Линкольна, который, пытаясь не сбить с ног саму девушку, выбил у неё из рук тетради. - Ох, прости! Беллами резко вдарил по тормозам, ожидая, пока они там разберутся. Стоя поодаль, он слышал их разговор, однако участие в нем не принял и не представился. Смутно эта девушка кого-то ему напоминала, но не очень сильно. - Сильное выступление было на прошлой неделе! - О да, спасибо за площадку. - «Птички» просто порвали всех! Грандиозный успех, - продолжал восхищаться Браун. «Надо же, он пытается ей понравиться!» - подумалось Беллу, он, наконец, узнал в девушке ударницу. Вблизи она казалась ещё меньше, он улыбнулся своим мыслям. Она уж точно лучше Доры, хотя бы даже внешне более безопасна. - Если позволишь, сегодня мы тоже были бы не прочь распеться, - мило улыбнулась брюнетка. Распеться… он ведь спас их вокалистку! В прошлую пятницу, он смутно это помнит, но «принцессу» он как-то более точно запомнил. - Кстати! Я хотела спросить. У вас нет завсегдатая с «историческим подбородком» и «тёплыми глазами»? Беллами и Линкольн одновременно задумались, может, припомнят? Да нет, странное вообще такое описание. Под него любой подойдёт, если не знать, что такое «исторический подбородок». - А по точнее описания нет? Фото, может быть? - Ох… он назвался моей подруге рыцарем… Дальше Беллами не слушал. Линкольн не знает об этой истории. «Без паники», - визжало подсознание, пребывая в кромешной той самой панике. Чтобы развеять ваши предположения о Беллами Блейке – он замечательный парень. Не стеснительный, как кажется. Вовсе не скромный. Просто взрослый. Ох, они закончили разговор, Беллами часто задышал. Ему было безумно стыдно перед той девушкой, вокалисткой. Он повёл себя чуть ли не как подонок – с одной стороны спас, с другой – даже поблагодарить себя не дал. Ну вот кто так делает? - Это я, - набравшись мужества, признался Блейк. - Я знаю. Ни у кого больше нет такого палевного поведения. Нечего подслушивать. Белл чуть не захлебнулся от возмущения. - Они выступают сегодня? - Да, - безмятежно ответил Линкольн. - И она там будет? - О ком ты? - О принцессе. - Ах, - Браун загадочно кивнул и подмигнул Блейку, - сам узнаешь. - О нет, в пятницу больше не ногой в «Арку», - он активно замотал головой в ответ. Ни за что. Едва ли от прошлого раза отошёл. - Да ладно тебе, чувак! Все наши будут. Даже Финн вырвется, и ты такое пропустишь? - О Боже! Ещё один пьющий человек? – притворно восхитился брюнет. – Всё равно нет. - Ну, ты же не боишься эту самую девушку? - Она не страшная, поверь мне. - Так она тебе понравилась? Беллами промолчал. Ну, может, чисто эстетически. - Послушай, она лидер «Birds». Недурна собой. Её голос – потрясающий! Попытай счастье, - мягко произнёс Линкольн. - Нет, всё равно нет. Прости, Браун, но я буду холостяком до того момента… - Пока она сама к тебе не подкатит? Слушай, может ты латентный гей? - Какой-какой гей? – скривился Блейк. - Гей, который не признаётся себе и другим в том, что он гей. Такое тоже бывает, что ж, дружище… - Не то, чтобы меня прям зацепили твои слова, но считай – два месяца компостирования мозгов не прошли даром. Я приду. Может даже, поговорю с ней. Если что, я потащу её к тебе в квартиру. Он получил оплеуху под затылок. - Только посмей! Не думаю, что эта девушка того заслуживает.

***

В баре собрались все. «Арка» процветала, и приносила достаточно прибыли. Дело, безусловно, в «Птицах». Они стали героинями в 48 кварталах, а на полсотни улицах – и все благодаря болтливости народа. Поразительно. - Так много народу! – воскликнула Рейвен. Теперь им был выделен «их» столик, большой такой, чтобы целая компания поместилась. - Мы просто красивые девушки, - сухо протянула Лекса, - к сожалению, каждый третий здесь хочет нас… - Всё дело в таланте! – перебила её Кларк, не позволяя выразиться. Стоун хмыкнула. Все девушки завертелись – где четвёртая? - Кто-нибудь в курсе, где Октавия? - Без понятия, - пожала плечами Рейвен. - Есть понятие! – усмехнулась Лекса, показывая пальчиком в сторону укромного уголка, где-то в районе барной стойки. – Девочка растёт. - Но они же ничего такого не делают. - Разговаривают. - Зато как разговаривают! – подхватила Рейес. - Да вы издеваетесь, - расхохоталась Кларк, а затем привстала: - Эй, Окти, пора начинать! Та недовольно обернулась и надула губки. - Сколько раз просила не называть меня «Окти»!