Птицам - воля!

Дорогие мои, простите, что не отвечаю на ваши великолепные отзывы – интернет в моём доме совсем не слушается. Однако я поборола его на время, чтобы выложить небольшое (за размеры простите) продолжение. Спасибо вам за каждое ваше слово <3 Кларк и Беллами значительно сблизились, но не в таком смысле, не в «особом». И конечно, стали как друзья наведываться друг к другу в гости. Как и в этот майский денёк (как время-то летит!), Беллами перед работой заскочил к подруге; он в последние пару дней помогал ей делать курсовую работу, в которой она значительно не преуспела, пока возилась с ним в больнице. Удивительно, но забота Кларк поставила Белла на ноги значительно быстрее, чем можно было предположить. То место, что «Птицы» называли своим домом, Блейка удивляло всё больше и больше. Сегодня, например, в дверях он встретился со своим доктором, мистером Финном Коллинзом – молодым, подающим надежды хирургом, которому едва ли есть тридцать. - Ох, мистер Блейк! – радушно отозвался он, - не ожидал вас здесь увидеть. - Ах, здесь проживает… проживают мои хорошие друзья. Позвольте, я пройду? Финн отступил на шаг. Лекса, Рейвен и Октавия, безусловно, имели право развлекаться, пусть даже и с его доктором. Но они едва его знали. «Это не так уж и важно», - успокаивал себя Беллами, проходя внутрь апартаментов. В груди защемило, с чего бы? Опасения подтвердились. Калейдоскоп воспоминаний вихрем разрушили душевный покой, как Катрина уничтожила Новый Орлеан. Беллами потерял дар речи – он глядел на растрёпанную Кларк, и всё никак понять не мог – отчего реакция у него такая странная? - Оу, Белл! Не думала, что ты сегодня заглянешь на огонёк! Прости, я совсем… не готова… писать курсовую, прости, - вполне уверенным голосом, растягивая слова – манера, которая ему нравилась. Любой звук всегда нараспев, медовое звучание голоса. Такие острые слова. - Мне уйти? - Хотелось бы, - послышалось от Коллинза, - я всё же рад, что ты можешь ходить. - Да, могу. Всё благодаря Кларк. - Надо же. Что ж, похоже, Беллами не плевать на это. Он захотел ударить Финна с размаху и накричать на Гриффин, однако как-то удержал себя в руках. *** - Давай же, Беллами, давай! – радостно кричала Кларк, когда Беллами перешёл на бег трусцой. Он смог. Прошла какая-то неделя – и он уже немного бегает. Весь апрель ушёл на реабилитацию. Беллами смотрел на Кларк – она его лучший друг, теперь уж точно. Линкольн позади смеялся, они с Мёрфи затеяли потасовку. Остальные девочки пытались понять, как лучше пожарить крылышки на барбекю. - Ох, я больше не могу, - рассмеялся Блейк. - Слабак! – в шутку бросила Гриффин, складывая руки на груди. – Это всё, на что ты способен? - Ах, принцесса, ваш рыцарь более не достоин вас, - пропел Мёрфи, проскальзывая между ними двумя. - Дорогуша, лови бабочек, пока взрослые разговаривают, - съязвил Беллами и получил кулаком в плечо. Мёрфи отошёл, они с Кларк оба уставились на то, как Джон с Рейвен разговаривают. - Удивительно, - шепнула мисс Гриффин, подходя ближе к брюнету, - она к себе полгода мужчин ни на шаг не подпускала. Был бы хоть хороший, а тут!.. - Джон в какой-то мере хороший. Он пытается им быть. - Как думаешь, у него выходит? Рейвен звонко рассмеялась, ткнув пальчиком в грудь Мёрфи, а он шутил только больше; девушка совсем покатилась со смеху. - Если бы не ты, этого бы не было. - Да я ведь их не сватала. - Я не про них. Глаза молодых людей встретились. Ещё немного – губы могут соприкоснуться в нежном поцелуе. «Так слащаво», фыркнул бы Мёрфи. - Ты… огонёк надежды. Навсегда. *** Огонёк погас. Кислорода стало в недостатке, будто огонь сжигал его. Дыхание Беллами спёрло, он всё так же непонимающе смотрел на Кларк, которая улыбалась другому мужчине. Вероятно, между ними просто секс. Хотя кто знает? Если это молодёжная комедия – Беллами остался в девочках-дурочках. Не сказав ни слова, он убрался из квартиры девушек. В парадной он повстречал Рейвен – довольно грубо откликнулся на приветствие, но тут же извинился. - С тобой всё в порядке? – обеспокоенно поинтересовалась шатенка. - Всё просто прекрасно. Вы завтра… будете в баре? - Безусловно. - Отлично. *** - Ты должен сказать ей, друг, - настаивал Линкольн. - О чём? О ревности? Она абсолютно неуместна, - третья стопка водки была с горечью опрокинута. – Финн отличный парень. Он не отрезал мне ноги. Она вольна делать то, что угодно. Мы знакомы всего месяц. - Целый месяц. Удивительный месяц. Месяц, преисполненный веры и искреннего веселья; настоящего искусства и красоты. Месяц, не прошедший зря. Месяц, где каждый день воплощал собой какой-либо из человеческих идеалов. И эти сонные, прекрасные глаза – каждое утро, по расписанию, вместо кофе. - Я смогу забыть её, - уверенно кивнул Блейк. Самообман! - Не сможешь, - Мёрфи не умел выражать сочувствие. Но он всё понимал. – Тебе, похоже, действительно приглянулась эта девушка, дружище. Тебе станет легче, если… если я скажу, что она когда-то тебя сбила? Та ещё стерва! - Заткнись, пока я тебе не врезал, - резко прошипел Блейк, сжимая рюмку в ладони настолько сильно, что стекло превращается в крошку. Рука вся в порезах. Линкольн спешит на помощь, посылая официантку за дежурной аптечкой. - О чём ты только думаешь?! Он очень пьян. До конца вечера он просто наблюдает за ней – Кларк на сцене, там, где и должна быть. Возможно, он был чересчур пьян, чтобы заметить особый смысл песни, исполненной ею напоследок. Пожалуй, только дурак не знал эту песню Кэти Перри. - Может, в другой жизни, - вкрадчиво пропела Кларк, - мне суждено быть твоей девушкой; мы бы пошли против всего мира, храня обещания. Казалось, весь зал понял, к кому она обращается. - В другой жизни, я бы попросила тебя остаться… Возможно, Беллами не был настолько пьян, чтобы не уловить смысла. С грохотом он подорвался с места и выбежал из бара, позабыв куртку. Джон хотел было броситься за ним, но Линкольн его остановил. - Не нужно. Пусть проветрится. Свежий воздух действительно положительно действовал на Беллами. Он оказался в том переулке, где встретил Кларк. Вернулся к началу, предвещая весь сумбур. Блицкриг в отношениях – плохая штука. Чем оно обернулась? Ему вдруг вспомнился разговор с Линкольном пару дней назад: - Ты должен сказать ей, - твёрдо советовал Беллами. - Я не могу просто так сказать девушке – прости, нам нужно расстаться. Это не по мне. - Однако ты же сам понимаешь, что так продолжаться больше не может. - Как и ты, должно быть. - О чём ты? - Да брось. Все видят это. То, как ты смотришь на неё. Как говоришь о ней. Как слушаешь её песни. Как пялишься на её губы, изъявляя явное желание поцеловать её. Ты готов был на всё – продать свою долю квартиры, чтобы из этой суммы взять денег на недостающую стоимость её обучения. Ты помнишь, как она тебя отговаривала? Как искренне обнимала и уверяла, что справится? - Ты не мог стать экспертом в любви так быстро, - лишь отшутился Беллами тогда. Все знают, все, безусловно, ВСЕ знают об их чувствах. Они взаимны, но в тупике. И как бы не старались помочь… - Беллами? – послышалось со спины. - Тебе лучше уйти, я пьян. - Я не боюсь. - А должна! – неожиданно прокричал Беллами, оборачиваясь. - С чего бы?.. - Прощай, Кларк, - Беллами стремительно направился обратно в бар, чтобы забрать куртку и отправиться домой. Блондинка не сдавалась. Она преградила мужчине путь отступления. От него пахло алкоголем, но это не казалось уж очень противным. От близости – стояли они чуть ли не нос к носу, если бы не разница в росте – у Кларк закружилась голова. Блейк был готов биться об заклад – последует лекция о дружбе мужчины и женщины. - Ты не можешь убежать сейчас. - К чему ты спела эту глупую песню? В ней нет иронии. - В ней есть смысл. Большой смысл. - Что он показывает? Твою любовь к альтернативным вселенным? - Пусть даже и так. Беллами Блейк, если ты сейчас же не прекратишь паясничать, я за себя не ручаюсь! - Ох, принцесса, должен ли я бояться? Ударит? Возможно. Накричит? Вероятно. Поцелует? Да быть того не может! Прежде чем Беллами действительно что-то осознал, Кларк, положив ладони ему на щёки, резко притянула Блейка к себе. Губы их соприкоснулись в поцелуе, девушка тут же почувствовала горечь водки на своих губах. Её опьянило это, а он воспользовался слабостью, и обвил руками её талию. - Ну нихрена себе! – протянули в два голоса Рейвен и Мёрфи. Эти ребята просто постоянные свидетели происходящего, молодцы.