Атомная зима

- Так мы, значит, собираемся захватывать мир и все такое? - осторожно и как бы невзначай спросил Джек, принимая протянутую Кромешником кружку с чаем и мгновенно остужая её ледяным дыханием. Мужчина выгнул бровь и опустил свою чашку, не донеся её до губ, посмотрев на Фроста так, как смотрят на тяжело больных детей: - Мне-то что до мира? Ледяной дух сдержал облегчённый выдох и пересел поближе к Кромешнику: - Ладно, тогда зачем я присоединился к тебе? Мы не будем ни с кем сражаться? Король Кошмаров сморщился, снова опуская только донесенную до рта кружку: - У тебя шило в одном месте, Джек. Тебе что, больше всех надо? - Нет! - парень вскинулся и поджал ноги под себя, хмурясь, - Просто я это все по-другому представлял. - Не собираюсь я ни с кем воевать. Но и прятаться больше не буду, - янтарные глаза Питча как-то нехорошо сверкнули, но Джек не придал этому значения, да и, в конце концов, был согласен с Кромешником. Однако парень не унимался: - А я тогда зачем? - он положил подбородок на плечо Повелителя кошмаров, на что тот раздраженно дернулся, скидывая почти повисшего на нем Джека. - Просто чтоб был, - огрызнулся мужчина, - И почему только в твоей голове до сих пор сидят эти мысли? Неужто влияние Хранителей так сильно, что ты все не можешь избавиться от их бредовых идей? Мне нравится твоя сила, да я почти восхищен ею, но черта с два я буду её использовать. Сам решишь помочь - я буду рад. Так что оставь свои снежные бури при себе. К тому же, из-за тебя у меня ещё и появились проблемы с Хранителями. Впрочем, ладно, с помощью тебя же их и решу, - Кромешник неприятно улыбнулся, вспомнив, как быстро вышел из строя Песочник после удара Джека. - Ладно, - вяло протянул парень, у которого даже обидеться не получилось, - А что насчёт моих развлечений? - Оставь свой идиотизм на поверхности. - Да я не... - Кстати об этом. Если тут по несчастью окажется хоть один ребёнок, то я сделаю чучела из вас обоих. - Можно подумать! - Джек обиженно фыркнул, - больно надо мне сюда детей тащить. Кромешник пожал плечами, мол, предупредил, и наконец принялся за чай, прикрывая глаза и расслабленно откидываясь на спинку дивана. Парень же вздохнул, легко потягиваясь, и обнаружил, что кружка в его руках покрылась инеем и заледенела вместе с чаем. Не особо разочаровавшись (Джек чай не любил), парень поставил её на стол и улегся, осторожно положив голову на колени Кромешника. Тот лишь кинул равнодушный взгляд вниз и вплел тонкие пальцы в волосы ледяного духа. *** - И давно ты сам не приходил к детям? - Джек, мягко опустившись на подоконник, повертел в руках посох и взглянул на Кромешника, склонившегося над мирно спящим ребёнком. Годы, безвылазно проведенные под землёй, сказались на нём ещё большей бледностью да лихорадочным блеском спокойных светлых глаз. Резной выступ скул, казалось, стал ещё сильнее очерчен, и без того изящные пальцы вытянулись, сузились к кончикам, а кожа приобрела совсем светлый оттенок. - Да, - мурлыкнул мужчина, еле ощутимо проводя подушечками пальцев по золотому песку, мягко струящемуся над головой мальчика, - Ты должен понять, Джек, что жизнь не может состоять только лишь из счастья. Что есть счастье? Люди находят его, преодолевая трудности и страхи, но с чем они останутся, если в мире вдруг не останется ничего плохого? Я оказываю людям намного большую услугу, нежели чем все Хранители вместе взятые. Люди - как представители всегда побеждающего добра - когда-нибудь, да одолели бы меня, зло в последней инстанции, и без помощи Зубной Феи, знаешь ли. Но никто, этого, увы, никогда не поймёт. Кромешник спокойно отодвинулся от детской кроватки, наблюдая, как добрый сон поглощает тьма. - Я дал людям то, что заставляет их быть счастливыми - страдания. Ну разве я не альтруист, скажи мне? - мужчина взглянул на притихшего ледяного духа с беззлобной усмешкой. Кромешник был ужасно умным. Джеку всегда казалось, что он знает абсолютно все, всему сможет найти объяснение и даёт его, причём такое интересное, новое, не сыгранное под лад Луноликому, что нельзя было не заслушаться длинными, полными красивых эпитетов речами. С каждым разговором парень все глубже и глубже утопал в том кромешном аду, где обитали помыслы Питча, и ему это нравилось. Он обретал долгожданную свободу, расправлял крылья и летел. Только с Кромешником можно было падать, взмывая ввысь. - Ты умный, - наконец выдал Фрост, спрыгивая с окна и усаживаясь на край стола, - Значит, по твоему, мир несправедлив? - О, да, он возносит на небеса тех, кто лишь делает вид, что спасает человечество, да и сам в это благополучно верит, а таких, как я, обрекает на вечные страдания и одиночество. - По-другому мир просто перестанет существовать, разве нет? - А ты умеешь думать, оказывается. Можешь ведь, когда хочешь, - издевательски протянул Кромешник, - Ты прав. Поэтому только и остаётся, что жить с этой несправедливостью. Парень пропустил язвительное замечание мимо ушей и поболтал ногами, отворачиваясь к окну. Луна скрылась за густыми темными облаками, ветер быстро гнал их куда-то вдаль, а в просветах иногда виднелись отблески мелкой россыпи звёзд. Джек спрыгнул со стола, медленно подходя к кровати. Последние песчинки золотого песка над мальчиком утопали в чёрном, детское личико исказилось гримассой боли. Ледяной дух легко коснулся сновидения кончиком пальца, а песок в момент оказался замороженным, сплетаясь со льдом, и застыл над головой ребёнка, сжавшегося в комок от холода. Кромешник повернулся к Джеку, удивлённо распахивая веки и проводя тыльной стороной ладони по странной, застывшей в воздухе субстанции: - Как у тебя получилось коснуться сновидения? - Король кошмаров тихо выдохнул, восхищенно рассматривая переливающиеся серебром тонкие ледяные иглы, - Невозможно. Переборов собственное удивление, Джек хмыкнул, закидывая посох на плечо: - Кажется, глупый ледяной мальчишка оказался не просто весёлым дурачком, а? - Ты не понимаешь, - Питч восторженно кружил около замороженного сна, изредка касаясь и очень тихо что-то нашептывая себе под нос, - О, только посмотри, как это прекрасно, Ледяной Джек! Только взгляни... Бедное дитя так мучается во сне! А сколько страха приносит ему твой холод! Парень отшатнулся, вглядываясь в искаженное болью лицо ребёнка: - Это ведь не... Я не думал, что так выйдет... - Прелестный мой мальчик, разве никто не говорил тебе, что нужно быть осторожнее в своих желаниях? Я, кажется, предупреждал, - Кромешник сложил руки за спиной, тихо смеясь, - Ты пожелал быть со мной - так взгляни же, к чему это привело. - Зачем ты это делаешь? - Я хочу, чтобы ты думал своей головой, Джек, - Кромешник качнул головой, - Ты наконец взрослый, никакие Хранители не скажут тебе, что правильно, а что нет. Выбирай сам, что тебе важнее. - Да я ведь уже выбрал, - Джек раздраженно взмахнул рукой, задевая сон, который тут же рассыпался ледяными осколками. Парень кинулся защитить от них ребёнка, но Кромешник схватил его за руку: - Сны не материальны. Мальчик ничего не чувствует. И правда, тот даже не двинулся, когда на него обрушилась ледяная чёрная лавина, разве что лицо его разгладилось и приняло обычное выражение. Джек тяжело выдохнул, сжимая руки в кулаки: - И почему я могу прикоснуться к сновидению? Что это значит? - Это значит, что тьма и холод идеально подходят друг другу, - Кромешник приподнял подбородок, кинув на Джека торжествующий взгляд. - Я это уже слышал, - ледяной дух закатил глаза, - И не один раз. - Теперь ты получил этому доказательства. *** - И что теперь? Где мне спать-то? - Джек растерянно оглядел ближайшие выходы из большого зала, освещенного лишь несколькими огарками свеч, - Только не говори, что где найду. Кромешник, не отвлекаясь от выглядящего довольно интимным общения с Кошмаром, вздохнул, мягко поглаживая чёрного коня по крупу: - Ты можешь спать со мной, если достаточно взрослый, чтобы сейчас не покраснеть, словно помидор. Джек фыркнул: - Я никогда в жизни не краснел, тоже мне. Было бы из-за чего ещё. - Ты думаешь, я не знаю о том, что у тебя кровь настолько густая и холодная, что двигается со скоростью улитки и в капилляры попадает с большим трудом? Конечно, ты ни разу не краснел. Фрост недовольно что-то пробурчал: - Можно подумать, я бы смутился, если бы мог. - О, а ты уже достаточно взрослый мальчик, чтобы не смутиться? - Кромешник усмехнулся и поймал взгляд Джека, чуть поднимая бровь, - А твоя кожа уже достаточно терпеливая, чтобы выдержать пробуждение в промерзшей насквозь постели? Парень сложил руки на груди и передразнил тёмного духа, выгибая бровь так же, как он. - Что же может тебя так взволновать? - Кромешник хитро прищурился, отходя от питомца. Внимательно следя за перемещением Короля кошмаров, Джек насторожился, готовый в любую секунду отразить атаку или убежать. - Мало ли, ты решишь помереть от холода ненароком. Я переволнуюсь - умрёшь ведь все таки. Кромешник усмехнулся, медленно растворяясь в клубившихся около его ног тенях, и в несколько взмахов кисти погасил последние свечки. - О, да ладно тебе! Кромешник, хватит, это не смешно, - Джек раздраженно шикнул, потеряв последний шанс добраться куда-нибудь без травм: он совсем ничего не видел в темноте. - Ты ведь уже большой мальчик, так? Значит, найдёшь дорогу к спальне. Тёмный дух, посмеиваясь, слился с ближайшей стеной, а злой до чертиков Джек хорошенько размахнулся ногой, чтобы пнуть диван, стоящий, по его воспоминаниям, прямо перед ним, по промазал и с грохотом рухнул на спину, чертыхаясь. Обиженно просопев, Фрост улегся на бок и обнял посох, замораживая место вокруг себя. Если бы он мог видеть, то построил бы себе целый ледяной дворец, а так его умений хватило лишь на небольшой кусок льда, и то непонятно зачем созданный. От камня подземелья сквозило могильным холодом, и он начинал нравиться Джеку все больше и больше - странный и тёмный, хватающий за душу, пробирающийся к сердцу, но ничего лучше своего, родного синеватого льда для парня быть не могло. Пролежав так минут пять, Джек не выдержал и приподнялся на локтях, заорав: - Кромешник, твою мать, вытащи меня, я не могу больше! - Так-то лучше, - насмешливый голос послышался где-то над ухом, и прежде чем парень успел вздрогнуть, Кромешник подхватил его под руки и протащил сквозь несколько стен. Спустя пару секунд Джек не лучшим образом приземлился на пол в еле освещаемой комнате, и с удивлением обнаружил, что под его ногами тонкий, не самый мягкий, но вполне себе реальный ковёр. Видимо, Кромешник притащил его в самую глубь своей пещеры: воздух здесь был совсем уж сырой, а от каменных стен буквально веяло тем самым могильным холодом. Справа от Джека стоял письменный стол с высоким изящным подсвечником в готическом стиле, на котором аккуратно лежали рукописи на неизвестном Джеку языке и множество толстых книг с золотыми переплётами. Чуть дальше, в углу, куда почти не падал свет от свечи, располагались широкая кровать да тёмный шкаф с зеркалом. - Потушить? - все так же насмешливо произнёс Повелитель кошмаров, поглядывая на свечу. - Нет уж, спасибо, - Джек поежился и сделал пару шагов к столу, на всякий случай. - Если ты не возражаешь, у меня остались дела. Ты можешь ложиться, - тон мужчины почти посерьезнел, и Джек рассеянно кивнул, отходя от стола и медленно приближаясь к кровати. Помявшись с минуту, он посмотрел на что-то увлеченно записывающего Кромешника и покачался с носки на пятку. - Э, ну и... Мне нужно раздеться? Тёмный дух сдвинул брови вместе, положив перо на стол: - Ты серьёзно что ли? Хотя бы толстовку сними. - Да у меня ж под ней нет ничего, - ужаснулся Фрост. - Вот это новость. А белье у тебя, извини, имеется? Джек стыдливо промолчал, сложив руки на груди. - О, Луноликий, это ведь негигиенично, - Кромешник вздохнул, - Меня не прельщает перспектива спать в постели с твоей одеждой, которая где только не была. - И что делать прикажешь? - Я бы предложил тебе раздеться, но ты, станется, со своим подростковым глупым волнением и вправду мне кровать проморозишь. Возможно, в шкафу есть какая-то одежда, но я не уверен. Можешь взглянуть. Джек отступил на пару шагов и осторожно приоткрыл оказавшуюся на удивление тяжёлой дверцу. В нос тут же ударила пыль, и парень осторожно заглянул внутрь, пару раз чихнув. Бесконечное количество плотных чёрных мантий буквально захватило шкаф, превращая его в сплошное чёрное тканевое пятно. - Какое разнообразие, - Джек простонал, - Предлагаешь мне закутаться в этот балахон? Кромешник обернулся и фыркнул: - "Балахон"... Какое невежество. Я носил их, когда ещё не мог так хорошо управлять песком и делать из него тонкую работу типа одежды, так что поищи тщательнее, где-то должны быть и штаны. С тяжёлым вздохом Джек принялся разгребать аккуратно сложенные накидки, пока не наткнулся на ткань потоньше. Вытянув из шкафа, парень внимательно её осмотрел, прощупывая, пока не убедился, что это действительно брюки. - Издеваешься? Да они же длиной с меня! - До колен закатай или, если очень хочется, можешь к груди натянуть - будет комбинезон, - Питч потер лоб рукой, - Ледяной Джек, ты совершенно беспомощен в бытовых делах. Кстати, трубы водопровода треснули из-за тебя. - Будто я виноват, - проворчал парень, стягивая толстовку, - Если бы знал, ни за что в жизни к твоему душу бы не притронулся. К тому же, удовольствие от него сомнительное. - Что за дикарь.., - Кромешник качнул головой с сожалением. Тем временем Джек как можно аккуратнее сложил собственную одежду и захохотал, дотянув штаны Питча почти до груди: - Только посмотри! Тебе, небось, и до колен не дотягиваются? Кромешник вздохнул и встал, сжимая фитиль свечи между подушечками большого и указательного пальцев, отчего тот моментально потух. Притихший Джек опустил пояс на нормальную высоту и забрался под одеяло. - Так-то лучше.