Один удар сердца

- Кругом одни кости, - ни к кому не обращаясь, говорил Абелас, вглядываясь в эльфийский замок, величием соперничающий со скалами.       Тревельян, потискавшая подругу, наревевшаяся с ней на пару, сидела у костра, закрывая от ветра покрасневший нос. Весна в Дю-Лионе наступать не спешила. Бык общался со своими ребятами, Кассандра всё еще сидела в шатре и, судя по звукам, исступленно точила свой меч. - Даже не хочу представлять, что ты чувствуешь, глядя на наш мир, - отозвалась Эвелин чуть погодя, – с ума можно сойти, наверное. - Наверное, - эльф присел рядом с Вестницей. – Но мне что-то не хочется.       Женщина кивнула, глядя в огонь, это она прекрасно понимала. Сколько раз уже сама могла превратиться в пускающую слюни куклу, не счесть. Дважды провалиться в Тень, повисеть на руке у морового магистра, встретить живое ископаемое, не раз, и не два. Тревельян хмыкнула. Голова её не поддавалась таким потрясениям, принимая как должное любые странности, происходящие с хозяйкой. Делов-то, например, побывать в будущем и вернуться. Марчанка хихикнула нервно и тут же попыталась стянуть рот из ухмылки в угрюмую точку.       Эльф наблюдал за женщиной с интересом. - Мне порой кажется, - попыталась оправдаться Эвелин, - что только лёгкая форма безумия не дала мне окончательно свихнуться. - У тебя вся компания такая же, - поделился мнением относительно Инквизиции Хранитель. - Заметно, да? – Вестница оглянулась на Быка, размахивающего секирой посреди лагеря. – Боевые психи, специально отбираем. Пойду спать.       За пологом протопали три пары ног, судя по звукам и сопению, Бык там однозначно присутствовал, а значит, скорее всего, остальные ноги принадлежали Вестнице и Искательнице. Абелас сел в своем спальнике, все затихло. Сквозь щель в пологе пробивался голубой утренний свет. В лагере было тихо, тревогу никто не объявлял, поэтому эльф прилег обратно, даже задремал, но какое-то подспудное волнение толчком под ребра заставило его выбраться из тепла и пойти к кострищу, искать ответы. У костра сидел полусонный Крэм, допивал из ополовиненного котелка отвар. Увидев мага, наемник кивнул, мол, присаживайся. Эльф поёжился от холода, но присел рядом, приняв у наемника горячую чашку обеими руками, отпил: - Я слышал Бык мимо проходил, куда он собрался в такую рань? - Так вы не в курсе? – Крэм озадачился на минуту, словно решая, стоит или не стоит говорить эльфу. - Чего? – подтолкнул его Абелас. - Они втроем на охоту ушли, за мост, - зевнул Крэм. – Как обычно. - На кого охотятся? – Маг немного даже расстроился, что ему не предложили, но, решив, что троице просто хочется провести оставшееся время вместе, расслабился. - А, ну так там дракон один остался, - Крэм махнул рукой в сторону амфитеатров, возвышающихся на холмах за ущельем. - Дракон? – уточнил Абелас. - Угу, они его на десерт оставили, с прошлого раза, очень мощный, молниями плюётся. Абелас сдавленно охнул. Крэм напрягся. - С ними пошёл кто-то из магов? – поднимаясь, Абелас уже знал ответ. - Раньше Дориан ходил, - до Крэма начало доходить, - ох ты ж, святые панталоны, а никого из магов-то и нет. Хранителю не под стать было ругаться, он лишь заскрежетал зубами, от такой глупой непредусмотрительности. - Помоги с бронёй, - метнулся маг в палатку, - нет, найди мне посох.       Когда, разбуженная шумом Долийка выползла из своей палатки, её «лук», с кристальным «прицелом» поблескивал уже на полпути к драконоборцам.       Пять лириумных зелий сгреб со стола маг, в спешке покидавший лагерь, должно было хватить, но не обязано. Грохот от мечущегося по арене дракона слышался уже у среднего амфитеатра, эльф, давно так не бегавший, на лестнице начал окончательно задыхаться, проклиная утенеру, как дурной сон. Сквозь грохот разлетающихся камней доносились воинственные вопли Быка, женщин пока слышно не было. С почти разорвавшимися легкими, маг выбежал на арену и, тут же пришлось кастовать защиту. Дракон мотал головой, поливая все вокруг искрами, троица зачем-то сбилась в кучу, но это было и удобно. Абелас накрыл их куполом как раз в тот момент, когда из глотки зверя вырвалась струя заряда, метившая прямо в Быка. Икры заскользили по щиту, уходя в талый снег и камень.       Троица обернулась. На лице каждого застыл неописуемый всеобъемлющий АЗАРТ. Глаза Тревельян округлились, она с восхищением глянула на переливающийся купол и завопила: - Рубить ногу, Бык! Коссит рванул из-под купола, раскручивая секиру, следом бросилась Кассандра.       Маг опрокинул в себя флакон зелья, сотворив каждому из охотников, барьер. Как он стал неловок, давно не пользовавшийся магией, эльф. Посох хорошо помогал, но это было что-то чужеродное, не своё. Хранителю Митал, по идее не было нужды ни в зельях, ни в посохе, но это было столь много лет назад, что Абелас испугался, впервые испугался, что его искусство может подвести. Под драконом носились три урагана. Абелас заморозил лапу чудовища и Бык ломанул по ней секирой, пробивая броню, туда же попала и Кассандра, расширив рану, Тревельян дорезала сухожилия, пока Бык прикрывал сверху от пытающего достать зубами причиняющих боль людей. Зверь завопил так, что заложило уши, и Абелас на время потерял ориентацию в пространстве. Следующее, что он увидел – много драконьего молодняка, устремившегося на арену из пролома в стене.       Вторая, третья колба с лириумом.       Дракон уже припадал на передние лапы. Бык хромал, Кассандра всё медленнее поднимала щит, Эвелин потеряла шлем.       Четвертая колба.       Хвостом зацепило и Абеласа, так метался дракон, волочивший одну из ног, словно тряпичную, за собой.       В Быка попал заряд и коссит упал в лужу, снова Кассандра бросилась вперед, отгоняя от него драконью мелочь. Тревельян метнула последний нож, целясь в драконью голову за рогом, где кожа тоньше. Снова завопил зверь.       Пятая колба.       Абелас уже почти ничего не видел перед собой от перенапряжения. Дракон, завалившись на бок, метнул молнию в Тревельян, отшвырнув её на камни. Бык, рубанул секирой под челюстью дракона, замахнулся еще раз и они вместе с Кассандрой прорвали кожу, обнажив мясо и вену. Искательница запрыгнула на голову, ухватившись за рог, вонзила меч глубже, и словно рычагом раздвинула чешую, раскрывая рану шире. Полыхнуло, Вестница всадив кинжалы по рукоять и рванув на себя, почти искупалась в фонтане драконьей крови. Всё затихло через минуту.       Хранитель осел в остатки сугроба, потом завалился набок. - Создатель! – первой заметила, что с магом неладное, Кассандра, - он лириума наглотался.       Держась за бок, она поспешила к нему. Тревельян отерла лицо и поковыляла следом. Несколько сотен лет маг не принимал лириума, и теперь, его скрутило так, что он не мог ни дышать, ни говорить. Издалека доносились взволнованные голоса: - Касс, что делать? Ты же знаешь? - Зелье здоровья есть? Давай. Пои.       В рот полилась отдающая мятой жидкость, Абелас проглотил её, понимая, чего добиваются женщины. Потом жесткие пальцы залезли ему в глотку, и мага вырвало лириумом и травами. Снова залили в рот, еще больше зелья, поили долго, до опустошения колбы. Снова пальцы. Эльф чувствовал, что его переложили из снега на что-то мягкое. - Надо выжечь лириум, Абелас, надо кастовать. Маг кивнул, пытаясь сосредоточиться, вытянул вперед руку. Заскрежетали камни, осыпалась стена. - Молодец, еще. В голове прояснялось. В бирюзовой мути, плавающей впереди, он различил остаток галереи и смел её волной. Каменное крошево осыпалось далеко за дорогой. Теперь маг чувствовал только опустошение и усталость. - Еще один сумасшедший на мою голову, - услышал он шёпот в ухо. Тревельян баюкала его на коленях, обхватив голову и плечо эльфа. – Ну зачем ты пошёл за нами? Абелас шевельнулся, разворачивась к Вестнице. - Вы не взяли мага. - Ох, - вздохнула Кассандра, - и вправду. Бык хохотнул. Тревельян нагнулась к уху эльфа: - Это был наш десятый дракон и у нас очень, очень, очень много зельев против молний и для здоровья. – Она наклонилась ниже и нежно поцеловала эльфа в скулу. – Но всё-равно, спасибо, ты очень мне помог. - Эй, Бык, я это почувствовала, - трепала за ремень коссита Искательница, чуть попрыгивая перед ним. - Что «это», кадан, - ласково рассматривал женщину Бык. - Бурление в крови, дракон взывал, - Кассандра выглядела совершенно счастливой. - Дошло до тебя, да? – расхохотался Бык, - когда перевели всех. Тревельян, опершись подбородком о плечо эльфа, с удовольствием смотрела на друзей. - Ты вся чёрная, - заметил Абелас, глядя на Вестницу снизу. - Это на неделю теперь, - провела по лицу Эвелин, размазывая густую почти обсидианового цвета кровь еще больше, - пока не отмоется. Ты тоже, с пятном, - усмехнулась она, рассматривая отметину на щеке эльфа. – Не скроешь, капюшончиком только если. Эвелин провела пальцем по отметине и наследила на бледной щеке эльфа еще больше. - Пора его вспарывать, - подрыгала ступнями марчанка, пытаясь размять затекшие ноги. – Интересно, кого он сожрал до нас. Абелас прикрыл ладонью лицо, приподнимаясь с колен Вестницы, плечи его задрожали. Тревельян с удивлением разглядывала хохочущего эльфа, который больше походил на эльфа рыдающего. - Ничего, ничего, - похлопал его по спине коссит, - привыкай, ты с Боссом остаешься, судя по всему, надолго. Кассандра толкнула его локтем в бок. - А ведь производил впечатление серьезного эльфа, там, в храме, - с сарказмом заметила она. – Добро пожаловать в Инквизицию на вакансию телохранителя Вестницы Андрасте. - Тела, - выразительно выделил подмену буквы Бык, - хранителя, ага. Смех в золотых глазах эльфа понравился Тревельян гораздо больше, чем тоска и она не стала спорить. Эльф сел, вдохнул шире сырого наэлектризованного воздуха: - Вина бы. - А у меня есть, - спохватилась марчанка, копаясь в тайниках испачканного и измятого доспеха, - вот, крепленое красное, как раз для таких случаев. Эльф отпил половину и протянул флягу женщине. Бык уже отбирал походную бадью с мараас-локом у Кассандры, мужчины переглянулись. - А пойдем-ка, кадан, я тебе кое-что покажу. – Многозначительно подмигнув Абеласу, коссит ухватил Искательницу под локоть. - Да что же, - Кассандра пару раз оглянулась, пока Бык тянул её в сторону колоссальной туши дракона, потом взвизгнула, и они скрылись за оттопыренным крылом. Тревельян прикусила губу, сдерживая смех. - Долго их теперь ждать. - Это хорошо, - повернулся к ней эльф, пристально вглядываясь в расслабившуюся Эвелин.       Бык выдрал из пасти дракона зуб и расколов пополам, протянул часть Кассандре, та, уже посвященная в тонкости ухаживаний кунари, прижала обломок к груди. Поцеловались, Искательница трогательно привстала на цыпочках, дотягиваясь до коссита: - Закажу оправу в Вал-Руайо, буду носить под мантией. Постояли еще, обнимаясь. Бык отогнул край перепонки, подглядывая за покинутыми эльфом и Тревельян. - Что там? – полюбопытствовала Искательница. - Валяются в снегу, сумасшедшие, а внизу Крэм и Долийка подглядывают, думают, что их не видно. Накажу за такое. - За то, что подглядывают? – строго уточнила Кассандра. - За то, что их видно, - угрюмо ответил Бык. Потом хмыкнул, - приятно удивлен. - Да говори же, - возмутилась Искательница вечной привычке Быка провоцировать её любопытство. - Эльф доминанта, для современных остроухих это не характерно, а у этого властность в крови. Можно сказать, оставляю Вестницу в надежных руках. О, они за стену свалились, - нарочито равнодушно пробормотал Бык и кинулся к обломкам стены, на которой только что уминала снег страстная парочка. - Не в Тень бы. - Еще не хватало, - перепугалась за подругу Искательница Пентагаст.