Глава первая.
28 марта 2015 г., 19:50
Тонкие, музыкальные пальцы Луи молниеносно набрали сообщение на маленькой клавиатуре айфона. Сообщение улетело на электронный ящик Гарри. Он слегка откинул голову на спинку кресла и прикрыл глаза.
“Так будет проще, – подумал он. – Проще и для меня и для него”.
- Чай? Кофе? – вежливо спросила симпатичная стюардесса, слегка склонившись над плечом парня.
- Да. Пожалуй… А что порекомендуете? – он мило улыбнулся и бросил заинтересованный взгляд на девушку.
Стюардесса слегка смутилась, и хотела, что-то ответить, но Луи успел её опередить.
- Пожалуй, кофе. Только без сахара… Не люблю кофе с сахаром, - продолжая улыбаться голливудской улыбкой, ответил юноша.
- Пожалуйста, – девушка услужливо протянула горячий напиток на небольшом подносе.
Луи взял кружку и сделал небольшой глоток. Кофе был настолько горячим, что он слегка обжёг язык и забавно поморщился.
- Может, поужинаем… – чуть ли не крича в след “новой знакомой”, поинтересовался Томлинсон, отрывая взгляд от терпкого ароматного напитка. Но, заметив на себе несколько удивлённых глаз, смотрящих на него из-за спинок сидений, уже значительно тише добавил -…поужинаем как-нибудь?
Девушка обернулась и тихо кокетливо пролепетала.
- Возможно, – подливая очередному пассажиру горячий чай.
Парень расплылся в довольной улыбке и снова откинулся на спинку кресла: “Томлинсон, чёрт возьми! Теперь ты за каждой юбкой будешь волочиться, только лишь для того чтобы доказать самому себе, что ты не гей?!.... Нет. Я не гей! Я по определению не могу им быть – мне не нравятся мальчики, только… только он немного… скорее как друг…”
Луи нервно захлопнул ноутбук и включил плеер. В наушниках зазвучала какая-то популярная весёлая мелодия. Он хотел раствориться вместе с музыкой, просто забыться и не думать о свалившихся на него за последнее время проблемах. Точнее проблемы существовали уже давно, просто он пытался не думать о них, в то время как отдыхал в Донкастере на Рождество.
“Не время думать об этом. Я должен просто отдохнуть, просто хорошо провести время со своей семьёй” - каждый раз, твердил себе Луи перед сном, и каждый раз его отвлекал дребезжащий звук мобильного телефона. Он тяжело вздыхал и в очередной раз протягивал руку к блестящей чёрной трубке. На дисплее высвечивались уже выученные наизусть буквы: New message /Harry /. По телу тут же проливалась необъяснимая волна теплоты, он нажимал на кнопку и быстро пробегал глазами по строчкам, будто боясь увидеть что-то. На дисплее каждую ночь высвечивалась только лишь одна строчка: “Как дела?” Он в очередной раз сухо отвечал: “Нормально”, боясь дать хоть какую-либо надежду ему. И отшвыривая ни в чём не повинную трубку куда-то в сумрак, закрывал лицо ладонями. Глубокий вздох. Беглый взгляд по мало освещённой комнате. И прежняя тоска.
С тех самых пор в Донкастере для Луи стало существовать два мира: один – тёплый и родной, второй – холодный и одинокий. В одном у него была семья и ароматная ёлка, друзья и ни с чем несравнимые семейные вечера, а в другом – только пугающая неизвестность и боль. В этот отчуждённый мир он попадал, как только переступал порог своей спальни. Ночь подкрадывалась всегда незаметно, разбавляя свежее зимнее небо, освежающими мелкими снежинками. В такие моменты Луи оставался один на один со своими мыслями в холодной комнате. Его пугала эта непривычная тишина и спокойствие, и даже временами казалось, что в затёртых гостиничных номерах с парнями было гораздо комфортнее, нежели здесь – в своей родной спальне... в одиночестве.
“Как же я отвык от всего этого – думал Луи. - Моя спальня, немного скрипучая лестница, ведущая на первый этаж, доносящиеся из кухни ароматные пряные запахи, шелест деревьев за окном, стены, звуки… Ведь раньше я помнил всё до мельчайших подробностей... Как я мог забыть это?..” Он виновато прижимался лицом к подушке и жадно вдыхал её родной запах, пытаясь навсегда оставить его в своей душе. Сердце болезненно стучало в груди, будто его безжалостно сдавливала чья-то леденящая рука.
“Мне плохо без тебя, Гарри… Плохо, чёрт возьми!.. Сейчас я бы пошёл вместе с “Только не приезжай меня встречать, прошу…”– пробежала тревожная мысль в голове.
“Ему плевать! Плевать на меня!”
“Нет же. Ему не всё равно. Я знаю… Я чувствую. Но тогда почему он так со мной?”
Медленно привстав с кровати, он направился к ноутбуку. Компьютер за всё это время уже успел потухнуть. Только сейчас Гарри понял, как в комнате стало светать. Он не спал всю ночь. Добравшись до компьютера, он потеребил в руках мышку. Экран резко вспыхнул, и парень лениво прищурился. Глаза слегка закололо от непривычного света.
- Гарри! – послышалось из-за двери. Это был взволнованный Найл.
- Что? – глухо отозвался из тёмного помещения Стайлс.
- Может, хватит там шуметь. Ложись спать.
- Не хочу.
- Уже скоро вставать, ты должен немного поспать.
- Я не хочу, Найл! – более твёрдо и чётко повторил из-за двери парень.
- Ну, как хочешь. Лиам тоже объявил протест, – сказал он. И уже отходя от двери, буркнул что-то типа: “Два идиота. Скорее бы приехал Томмо, иначе я чокнусь тут с ними”.
Когда Гарри понял, что Хоран, наконец, оставил его в покое, он снова уставился на монитор. Нервно впиваясь ногтями в указательный палец, он сильно задумался и нахмурил лоб.
“Ну, надо же было мне ему такую идиотскую написать – “Я хотел написать тебе письмо по e-mail, потому что хочу тебе много сказать”. Вот теперь сиди и думай, что ему тут написать!”
Но думать парню долго не пришлось. Слова сами по себе соскочили из его мыслей прямо на монитор, будто только и ждали этого момента.
Привет, Лу!
Хочется много всего сказать, но я буду краток. Думаю, глупо просто молчать об этом, поэтому сразу расставим все точки над “i”. Я знаю, перед Рождеством произошло много всего. Наверное, именно поэтому ты, так или иначе, стал игнорировать меня. Но ведь это не правильно! Вспомни, как в самом начале нашего знакомства нам было хорошо вдвоём: я считал тебя своим близким другом. Я, конечно, и сейчас тебя таковым считаю, просто всё как-то изменилось. Ты стал другим... Хотя теперь какая разница? Главное, что всё стало рушиться именно из-за тех дней перед Рождеством. Ненавижу себя за то, что многое позволял себе тогда, это было глупо и, наверно, неуместно..?
Луи, я не хочу, чтобы наша с тобой дружба вот так просто рушилась. Я не могу, просто, молча, стоять и думать, что всё, что происходит - это только чёртова реальность, с которой нужно просто смириться...
И ещё, мне просто очень важно знать – являешься ли ты всё тем же другом, которым был раньше для меня?
Гарри.
Парень медленно потёр тыльной стороной ладони свои уставшие глаза и уже в пятый раз перечитал своё письмо. “Думаю, пойдёт. Надеюсь, после него Луи не будет шарахаться от меня ещё больше”. Он уже более уверенно надеялся на успех, нежели с sms-сообщениями и поэтому, долго не колеблясь, тут же отправил письмо нужному адресату.
Голод и усталость давали о себе знать. Он привстал со стула и сладко зевнул. Живот слегка сводило от голода, но чувство усталости брало своё. Еле добравшись до кровати, Гарри тут же отдался в объятья тёплого и пушистого одеяла. Он нежно потёрся щекой о мягкую подушку. “Томлинсон, приезжай поскорей” – последнее о чем подумал парень и тут же уснул.
“В Луи? В этого самовлюблённого болвана? Неееет”
Найл, наконец, понял, что просто так из этого друга ничего не выудишь, и поэтому решил пойти другим путём.
- Ты поедешь в аэропорт, встречать Луи? – он будто специально протянул последнее слово, чтобы придать значимость этого имени и подозрительно уставился на Стайлса.
Гарри растерянно отвёл взгляд в сторону и ответил.
- Да, поеду, наверное.
Найл заметил, как в зелёных глазах Гарри что-то еле заметно вспыхнуло и тут же смиренно потухло. Парень неожиданно засуетился, и не в силах больше сидеть на месте, вскочил со стула.
Блондин давно догадывался о “несуществующей” связи Гарри и Луи. С самого начала их знакомства он стал подозревать, что вся эта уж слишком тёплая и заботливая дружба может развиться в нечто большее. Это как карточный домик, считал он, стоило было задеть лишь одну карту, как рушилось всё строение. В случае с Гарри и Томмо карту уже давно выдернули из конструкции, возможно даже с первого знакомства. Всё стало развиваться слишком быстро: сначала это непринуждённое общение, потом длинные разговоры по ночам. Найл всегда слышал, как из номера Луи доносился весёлый смех парней... Но нет же! Они не остановились на этом – общие вещи, общие интересы, общее настроение и даже проблемы.
Найл запомнил, как Стайлс всегда панически боялся сцены, особенно когда это были его первые выступления. А ещё он запомнил, как за кулисами Луи каждый раз слегка сжимал холодные пальцы Гарри, в целях хоть немного успокоить парня. Это были мимолётные, но очевидные касания. Наверное, тогда они думали, что это совершенно не способно вызвать ненужных подозрений, даже если кто-то их заметит. Но как они глубоко ошибались.
Найл каждый раз видел плескавшуюся робость в глазах Стайлса, когда Томлинсон будто в шутку, но от души прижимал его к себе и “по-дружески” целовал в лоб или щёку. Постепенно подозрения переросли в уверенность. Но в тоже время его не покидала уверенность ещё и того, что лезть в чужие отношения будет несусветной глупостью. Найл ждал. Ждал когда их игра в “кошки-мышки” изживёт свое, и они снова станут объективно смотреть на всю сложившуюся ситуацию.
- Наверное? – переспросил Хоран.
- Да! Наверное… Слушай, Найл, может прекратим разговор на эту тему. Меня тревожит другой вопрос.
- И какой же?
- Когда тебе сняться эротические сны – это нормально?
За спиной зеленоглазого шатена кто-то громко прыснул со смеха.
- Хаз, конечно нормально! Мне они каждую ночь снятся, – сказал Пейн, появившись непонятно откуда. Он присел за стол и притянул к себе бутылку колы.
Стайлс понял, что терять ему больше нечего и, облокотившись о столешницу кухонного гарнитура, неуверенно продолжил.
- Точнее я хочу сказать, если эротические сны о тех, о ком ты даже и представить не мог. Это, конечно же, было бы возможно, но как-то я раньше не мог этого представить. Да и вообще мне бы такое никогда в голову не пришло. Это…
- Хаз, ты хоть сам понял, что сейчас сказал? – переспросил Лиам, и, не дождавшись ответа, с видом знатока тут же переспросил. - Тебе понравился этот сон?
- Ну… - протянул задумавшийся парень. – Я не знаю…
- Ответ “Ну” подразумевает то, что тебе он понравился, просто ты сам не можешь признаться себе в этом, – сделал вывод Лиам. Но для Гарри это звучало скорее как приговор.
- Лиам, ты… - хотел вспылить Стайлс, но его перебил Хоран.
- Лиам прав, иногда наши сны бывают и нашими тайными желаниями, засевшими глубоко в подсознании… – улыбнулся блондин. - Кстати, а что тебе снилось?
Гарри заметно покраснел.
- Мне всегда сняться красивые девочки с большими…
- Пейно, я знаю, кто тебе обычно снится! Я спрашиваю у Гарри.
- Да всякая ерунда. Пустяки, – он оттолкнулся от гарнитура и снова направился к себе в комнату.
- Видимо, далеко не пустяки, если он так этим озадачен, – тихо сказал Лиам, обращаясь к Найлу, и тут же вскрикнул. – Эй, Хаз!
- Ну что ещё? – послышался недовольный голос из холла.
- Если ты не хочешь, чтобы тебе снова приснился этот сон, просто воплоти его в жизнь! – Лиам снова покатился со смеха.
- Ага, Пейн, ты же у нас специалист по эротическим снам и по их воплощению в жизнь, – в голосе звучали уже злобные нотки.
Лиам снова отвёл взгляд на Найла, закрывая пробкой чёрный газированный напиток.
- Он что, шуток не понимает?
Найл осуждающе покачал головой.
“Луи! Луи! Луи! Когда же я перестану думать об этом неблагодарном и равнодушном болване!” – Гарри приоткрыл дверь своей спальни и зашёл внутрь. – “Томлинсону вообще на меня плевать. Что ж, тогда и мне будет всё равно. Когда он приедет, я найду в себе силы быть равнодушным. Я смогу доказать ему, что не весь этот грёбаный мир крутиться вокруг него”.
Гарри включил ноутбук и открыл почту. На мониторе в отделе входящих виднелось уже, ставшее ненавистным, знакомое имя - Louis Tomlinson. На экране высветились долгожданное послание.
Эй, Гарольд! Я так понял, что вы совсем без меня там заскучали.) Лично я совсем не вспоминал о вас. Ладно, шутка. Я очень скучал… Просто безумно!
Что касается твоего вопроса по поводу дружбы – ДА. Гарри, ДА. Я всегда был, есть и буду твоим другом!! Мне неприятно, что ты вообще спрашиваешь об этом?..
А на счёт дней перед Рождеством, то тогда мы оба погорячились. Честно сказать, я теперь уже редко вспоминаю о том времени. Думаю, мы больше не будем совершать подобных ошибок. Ведь так? И вообще, давай забудем об этом. Не люблю вспоминать прошлое.
Луи хохо
Я редко вспоминаю о тех днях, мы оба погорячились. Не будем совершать подобных ошибок. Томлинсон, неужели ты думаешь, что всё это - одна глупа и никчёмная ошибка? Неужели это так? Но ты ведь не можешь отрицать, что нам было хорошо тогда. Ведь было же? Чёрт!”
Гарри схватил первое, что попалось под руку, и швырнул о стену. Ни в чём неповинный айфон разлетелся на четыре небольших детали. Свернувшись калачиком на кровати, парень что было сил, прижал к себе мягкую подушку, пытаясь выплеснуть всё своё напряжение наружу. В комнате будто остановилось время, и застыл без того тяжёлый вяжущий воздух. Лежать здесь одному, и думать о Луи было бы сплошным мучением, поэтому Гарри, недолго думая, встал на ноги и направился в гостиную.
***
Юноша, молча, сидел в спальне и болезненно прикусывал губу. Где-то в углу тёмного мрака светился монитор компьютера, нервируя зелёные глаза своим настырным светом. В руке снова был телефон. “Почему я не могу просто не думать об этом?” – спрашивал себя Гарри. Он всё крепче сжимал тёплую трубку в мокрых руках. Нервно сняв блокировку, он быстро напечатал сообщение. Потом опустил руку на колени и уставился невидящим взглядом в темноту. В голове крутилось много мыслей, из которых нельзя было выявить что-то цельное. Он снова приблизил телефон к лицу. На дисплее горели предательские слова: “Что мы будем делать дальше, Луи?” Он, нервно, не задумываясь, нажал на кнопку “Clean”. Слова на дисплее тут же очистились, и экран снова стал походить на чистый лист бумаги. Чёрная черта вначале настырно замигала, будто требуя от парня любых слов. Гарри нервно отшвырнул телефон на кровать и с силой откинул голову на подушку. Шум ветра за окном на время вернул Стайлса к реальности. Он встал на ноги и приблизился к окну. “Снова загород, снова окраина Лондона…тихий район…совсем как тогда, перед Рождеством в ноябре. Лучше бы это была любая другая гостиница в центре города, со звуками сирен, криками людей и прочей дрянью, которая слышна из окон в любых крупных городах … Я ненавижу эту тишину! Ненавижу, потому что постоянно думаю о тебе”. Он слегка напряг зрение, чтобы хоть немного вглядеться в темноту. Где-то неподалёку горел уличный фонарь, подчёркивая своим светом контур оголённых ветвей садового дерева. Гарри вслушался в тишину. Слегка уловимый скрип деревьев тихо напоминал о январском леденящем ветре. Стайлс слегка поёжился от увиденной картины и, накрыв тонкими холодными пальцами своё предплечье, незаметно вздрогнул. Оледенелые руки снова обхватили телефон и в который раз напечатали сообщение. “Привет. Как дела?” Быстро, будто боясь передумать, Гарри тут же нажал кнопку “Send”. “Какой же я всё-таки придурок! Написать сообщение – это уже огромная проблема. Да, чёрт возьми! Это ведь всего лишь какое-то дурацкое сообщение! Дурацкая, тупая…но ведь она для него” Он снова нервно швырнул телефон на кровать и слегка прошипел сквозь зубы, возмущаясь своим поведением. Через какое-то время парень присел на подоконник и провёл пальцем по стеклу. Размазанная вытянутая дорожка появилась на холодном окне. Тишина. Гарри резко встал и кинул взгляд на телефон. Тишина. Он сделал круг по комнате, потом вернулся к окну. Тишина. “Чёрт тебя подери, Томлинсон! Да ответь же мне, наконец!” Тишина. Он лёг на кровать и прикрыл глаза. Пытаясь успокоиться, Гарри стал считать в уме до десяти. Но, не успев дойти и до семи, он услышал желанный звук мобильника. Сердце подпрыгнула куда-то ввысь, и тут же притихло. Он перевалился на вторую половины кровати, где лежал телефон и, присев на ноги стал читать сообщение: “Нормально. Завтра ночью буду в Лондоне. И ещё, Стайлс, у тебя что, пристрастие такое - будить людей в 5 утра?” У Гарри слегка расширились глаза, и он тут же напечатал: “Прости. Я..просто не спится, и я потерял счет времени”. Он плюхнулся спиной на кровать: “Вот идиот! Это получается, я ему сейчас в 5 утра написал sms - “Привет. Как дела” Не успел Гарри закончить себя ругать и окончательно покрыться багровым румянцем, как на дисплее высветилась очередное сообщение: “Да ничего) Я и так уже должен скоро вставать, хотя сегодня всю ночь не спал.” Harry: Почему? Louis: Я думал. Harry: О чём? Louis: Хаз, не суй свой нос, куда тебя не просят. Harry: Хорошо. Harry: Я хотел написать тебе письмо по e-mail. Louis: Зачем? Harry: Потому что хочу тебе многое сказать. Просто не могу в лицо. А так… Так проще. В общем, я сам запутался, что имел в виду. Louis: Если хочешь, пиши. Проверю почтовый ящик завтра в самолёте. Точнее уже сегодня. Пока. Harry: Пока. От безысходности Гарри хотелось скрутиться в клубок и тихо завыть. Одна половина говорила ему, что Томлинсону плевать на него и это доказывает, с какой холодностью он отвечал на сообщения. Другая – упорно доказывала, что это, какой ни какой, но всё же прогресс, раз Луи удосужился написать что-то большее, нежели просто слово: “Нормально”. Весь двухнедельный отпуск парень только и делал, как изводил его этим словом. После очередного “нормально” Гарри вспыхивал недетской яростью, и каждый раз обещал сам себе, что больше никогда не будет писать этому неблагодарному идиоту. И каждый раз на следующий день он остывал и тянулся к телефону.***
Изящная шея. Знакомая линия скул. Такая гладкая кожа на груди, животе. Рука скользит по телу. Всё как в сладком медовом бреду. Туман. Сливочная шёлковая ткань простыни, кожа на ощупь такая гладкая... Я не могу остановиться. Я обследую каждый участок тела. Оно такое родное и такое долгожданное. Мокрые, чуть липкие губы незнакомца…такие знакомые сладкие губы. Я прижимаюсь к ним так жадно и в тоже время так бережно, будто это целебный источник, испив который я снова излечусь. “… Почему я не могу разглядеть твоё лицо, ведь здесь так светло? Ты сводишь меня с ума. Это не может быть правдой”. Золотистые пятнышки солнца играют по его великолепному телу. Эти руки…где я мог раньше видеть эти руки? Они божественны – такие тонкие и изящные. Я просто не в силах удержаться. С дрожью прижимаю его ладони к лицу и ощупываю губами каждый сантиметр тонких пальчиков. “Почему ты здесь? Я же не звал тебя? Почему мне так хорошо с тобой?” Тёплые мокрые дорожки на щеках.“Я хочу остаться. Остаться здесь… с тобой” – умоляюще шепчу на ухо. Зубы незнакомца поблёскивают между губ. Он улыбается так легко и непринуждённо. Где же я видел раньше эту улыбку? Он прикасается к моему телу, и я теряю контроль. “Я твой. Только твой”. Тело слегка тяжелеет, расслабляется в объятьях незнакомца и подаётся вперёд, прижимаясь вплотную к его телу. Моя рука останавливается на ягодице и жадно сжимает её. Дыхание на шее. Шоколадные локоны. Ты так близко. Я так ждал этого, любимый... Я так люблю тебя, Луи.. Луи?! Что за…? Подушка. Тёплое одеяло. Обыденная реальность. Гарри слегка потянулся в кровати и что-то недовольно пробормотал себе под нос. - О! Отлично! Ещё этого не хватало! – парень почувствовал, что одеяло слегка стало влажным. Он лениво перекатился на бок и зарылся носом в одеяло. “Вставай Стайлс. Сходи в душ, позавтракай. Развейся, наконец! Иначе у тебя точно съедет крыша”. Гарри нехотя приподнялся с кровати и потёр глаза. Отдёрнув руку от лица, он сонно осмотрел свою комнату. Окно было залито абрикосовым светом январского утра. Настырные лучи ещё зимнего солнца уже упорно рисовали на ковре свои замысловатые геометрические фигуры. Погода на удивление стояла солнечная, и с улицы доносился мелодичный щебет птиц. Гарри встал с кровати и потянулся. Через некоторое время юноша зашагал в душ. Он открутил кран в кабинке и встал под тёплые струйки воды. Прикрывая глаза от капель, Гарри медленно стал скользить руками по телу. Яркими вспышками вспомнился прошлый сон. Тонкие тёплые змеистые струйки приятно разливались по его гибкому юношескому телу. По спине пробежались еле уловимые мурашки. Он слегка коснулся ладонью прозрачной створки душевой кабины, будто пытаясь наткнуться на другое тело. Потом приоткрыл глаза и жадно вдохнул воздух. “Полнейший бред! Я начинаю сходить с ума”. Шатен откинул мокрые почерневшие от воды локоны назад и слегка покраснел от смущения и жара, царящего в душевой. Обмотавшись полотенцем, он вышел из душа. Через некоторое время Гарри уже находился на кухне и с жадностью поедал тосты с джемом и шоколадной пастой. - Так-так, – проходя вокруг стола, сказал строгим и чуть радостным голосом Найл. – Что это с тобой произошло? Гарри бросил на него недовольный укоризненный взгляд и, набивая рот очередным ломтиком хрустящего хлеба с шоколадной пастой, пробубнил что-то типа: - Что ты имеешь в виду? - Я имею в виду твои посиделки в спальне в течение двух дней. - Ммм, – понимающе кивнул Хаз, умудрившись в это время запихать в рот ещё несколько кусочков и запить всё это безобразие колой. - Рассказывай, Гарри. – улыбаясь, из-за представшей перед ним картины, сказал блондин. Он положил руки на стол и подпёр подбородок своей ладонью в ожидании длинного рассказа. Стайлса смутил такой настырный взгляд. Он слегка замедлил поедание своего “завтрака” и насторожился. - Что рассказывать? - Как что? Ты, то закрываешься в спальне и никого не хочешь видеть, то выходишь полностью счастливый. Что происходит? - Ничего, – испуганно выпалил Гарри. “Просто сегодня приедет Луи”. - Ты влюбился? - Что? – глаза парня округлились. – Хоран, ты в своём уме? В кого мне влюбляться? Мы за это время даже из дома не выходили. Сидим тут как идиоты, и всё это в целях нашей грёбаной безопасности!
