Рассвет играет не по правилам.

От лица Рози -«Что за вонь?» -Это первоё, о чём я подумала. Я не могла открыть глаза, любое движение доводило меня до истерики, всё болело. Что вчера произошло, чёрт возьми?! Воспоминания стали всплывать, но лучше бы они этого не делали. Сейчас я вижу вечер чётко, как будто наблюдала со стороны. Что это было? Я стала жертвой насильников? Нет, не думаю, слишком уж они были скользкими. Я хорошо запомнила запах одного из них, он до сих пор витает около меня. Он не был на запах убийцы-насильника. Скорее я стала жертвой богатеньких сыночков, лишённых ласки. Я услышала шаги, кто-то вошёл. Дверь заскрипела, и это дало мне по мозгам, я скривилась. -Хей, -зелёные глаза смотрели меня так, будто я приведение, или инопланетное существо. –вот я дурак. Я дурак, да? Зачем я сказал тебе самой идти до дома? Иногда мои шутки всё губят. Я ведь не знал, что именно в этот момент кому-то захочется… -Он замолчал, я смотрела на него не отрываясь. Мне было больно, но я смотрела. Вчера я хотела умереть. Я винила этого парня, но виновата-то, сама. Я сама согласилась, чтобы он подвёз меня, сама оставила сумку, сама зачиталась книгу в больнице, во всём виновата сама. Он хотел лишь проучить меня, вот и всё, и то, проучить в шутливой форме. Но это же я, я всегда влипаю во что-нибудь. Потому что ну не могу я жить спокойно. Он ждал. Ждала и я. -Тебе больно? –Это самый глупый вопрос, из всех заданных вопросов за мою жизнь. Я кивнула головой и тут же пожалела. Тупая боль растянулась во всей моей голове. Я поняла, где нахожусь, больница. Вонь лекарствами, пищащие аппараты, игла в руке, на мне больничная сорочка. В палату ещё кто-то вошёл. Каблуки. Женщина. -Кендалл, выйди пожалуйста, я должна поговорить с Рози. –Сказал знакомый голос. -Нет, я должен всё слышать. От части я виноват в этом. –Она с минуту помолчала но подошла ко мне. -Как ты себя чувствуешь? –я попыталась поднять большие пальцы, но руки меня не слушались. –Ты пребываешь в лёгком шоке, скоро это пройдёт, и ты сможешь говорить. Рози, это очень плохо, что так случилось. Я должна тебе сейчас сказать одну вещь, и как ты на неё отреагируешь, я не знаю, я чувствую, что пока рано тебе это говорить, но пока ты в таком состоянии, ты воспримешь это немного легче. –Я хотела попросить её говорить прямо, но не смогла. –Это касается твоей беременности… -Я посмотрела на неё. –Нет, нет, ты не была беременна, нет, успокойся, но, к моему большому сожалению, у тебя только пять процентов, чтобы это случилось. Возможно, со временем это процент увеличится, если ты будешь проходить курс лечения. Сейчас у тебя всё слабое, ещё и это, ты должна понять. Вот сейчас не поняла. Она, что, имеет в виду, что я никогда, никогда не стану мамой? Что она несёт? В глазах застыли слёзы. Я хотела всё рвать и метать, хотела убить тех подонков, но я лежу здесь, в то время, как моё представление о будущем рассыпается на мелкие куски. Она ещё что-то говорила про сотрясение мозга, ушибы на теле, и т.д., но я полностью была разбита только одной новостью. Спустя две недели Наконец-то. Дом, душ, кроватка, холодильник с едой. Роби забрал меня. Он не знает всего, ему сказали, что я попала в ДТП, парню не обязательно знать всего. А вот моя мамашка прилетела через пару дней как узнала. Начала играть в заботливую мамочку, винить себя, что оставила одну, и т.п. Я хотела плюнуть ей в лицо, но не могла, тогда я её не чувствовала себя. Сейчас она снова в Ницце, собирается замуж. Отец ушёл от нас три года назад, не мог больше терпеть её измен. Я всё лето пробыла у него в Лондоне, и не хотела возвращаться. Он нашёл себе женщину, родили ребёночка, доченьку. За него я искренне счастлива, а вот мама… Кендалл был всегда в больнице. Я не знаю, толи он хотел искупить вину, толи ему хотелось быть рядом, но когда ночью я сбегала в палату к Тони, он спал в кресле комочком. Тони ещё не скоро выпишут, будут ждать, когда срастутся рёбра, а это не быстро. Есть новости об отчиме Тони, судебное слушание назначено на двадцать пятое сентября. Наверное это не круто прозвучит , но в этом году я не разу не была на уроках. Я сейчас об этом мало думаю. Всё то время, что я была в больнице, думала и молила, чтобы мне однажды довелось стать мамой. Я плакала, но Крис меня успокаивал, я всё ему рассказала, спустя неделю я пришла к нему и всё рассказала. Он обещал, что мы вместе найдём их, и отомстим. Я чувствую, что во мне проснулась друга я. Теперь я не боюсь ничего, я готова рвать всех, кто причиняет боль девушкам. Они должны быть наказаны, по всей строгости жизни. Я вошла домой и почувствовала запах булочек. -Ммм, Роберт, вы наконец-то научились готовить? –усмехнулась я. -Ха-ха, шутница. –Он чмокнул меня в висок. –Я могу закрыть тебе глаза? –Я не поняла, но, разрешила. Он повёл меня на кухню. Запах был ближе и ближе. -Открываю. –Сказал он и отдёрнул руки. Передо мной стояла девушка очень симпатичная девушка. Она улыбалась. И я тоже не сдержала улыбки. -Знакомься Рози, это Тейт, моя девушка. –Он подошёл к ней и обнял за плечи. Она же протянула мне руку, и я её пожала. -Очень приятно, Тейт. Это ты всё наготовила? –Я была удивлена. -Да, надеюсь тебе понравится. Я рада, что, наконец, с тобой познакомилась. Твой брат о тебе очень много рассказывал. –Я улыбнулась и посмотрела на Роби. Они были чем-то похожи. У неё тоже тёмны волосы, ореховые глаза. Она маленького роста, ниже меня. У неё милый голос, скорее всего, она поёт. -Мой брат говорил обо мне? Не верь, всё что он сказал, ложь. –мы засмеялись. -Похоже, я буду жалеть о том, что познакомил вас. -Ну не придумывай. Давайте лучше обедать? –Спросила Тейт. -Я так соскучилась по домашней пище. –улыбнулась я и села за стол. Мы проговорили с Тейт около трёх часов. Роби ушёл смотреть телевизор, не вытерпев нашей болтовни. Она оказалась очень и очень милой. Я помогла ей убрать со стола, помыть посуду, и, попрощавшись, поднялась наверх, приняла душ и легла спать.