Старая сказка

Этот день с самого утра грозился стать прескверным. Несмотря на безграничную любовь к людям и большим скоплениям этих высших творений эволюции, шумные праздники Изая не слишком любил. Особенно этот чертов весенний бал в честь примирения, появившийся в королевстве лет пять назад. Когда, наконец, закончилось восстание одного из отдаленных регионов, добившегося-таки права на самоуправление, какой-то умник предложил в первых числах мая устраивать прием, на котором примирившиеся стороны будут вспоминать о бессмысленности войн и обсуждать новые договоры и законопроекты. Как же, как же! Шестнадцатилетний Орихара, прослышав об этом, смеялся долго и с надрывом. Ну да, поговорить-то они поговорят, вот только вместо праздника во дворце будет весь день (а точнее, еще и всю предшествующую неделю) стоять крик, злоба и скрежет зубовный. Члены королевской семьи, придворные и прочие обитатели замка будут на все лады ругать свободолюбивых обитателей восставшего региона и их предводителей, с которыми теперь приходится сотрудничать и любезничать, старательно изображая вежливость. Вот поэтому во время этих ежегодных встреч юный принц пытался скрыться в праздничной суматохе и не попадаться никому на глаза, что было для него совершенно несвойственно. Но от такого обилия фальши и лицемерия подташнивало даже любителя манипуляций и интриг, юного Орихару. - Прячешься? - сочувственно поинтересовалась Селти, обнаружив скучающего Изаю за тяжелыми оконными портьерами. - Ты же меня не выдашь? - тот состроил умоляющую мордашку. - Я - нет. Но, боюсь, скоро тебя тут обнаружат. Изая не мог точно сказать, сколько лет они знакомы. Селти была сначала его нянькой, потом гувернанткой, а когда парень подрос, она перешла в распоряжение его сестер. Впрочем, это не мешало ей относиться к двадцатитрехлетнему принцу как к ребенку, которого она когда-то ловила по всем крышам, балконам и чуланам, а затем вычитывала лекцию о поведении и безопасности. Больше из принципа или по привычке: знала ведь, что толку не будет. Однако неподходящее королевской особе поведение, скверный и вздорный характер, а так же привычка везде совать свой нос и влезать по уши в неприятности не помешали Орихаре-младшему дорасти до зрелого возраста и не убиться. С другой стороны, поговаривали, что добрую половину слуг и придворных в могилусвел именно он. Доля правды здесь присутствовала, выходки молодого принца кого угодно могли довести до удара. Впрочем, в остальном отец был им вполне доволен. Изая вырос умным, изворотливым, нестандартно мыслящим и крайне изобретательным молодым человеком. Он всегда был в курсе всех событий, так что когда ему было шестнадцать лет, поговаривали, что ни одно происшествие не случается без его ведома или с его разрешения. Правда, бывало и так, что некоторые события проконтролировать не удавалось. Вот как сейчас. - Здесь вообще есть место, где измученный дурацкими правилами и требованиями я может на время скрыться от этого балагана?! - Ох ты мой бедный, неужели так тебя истязают? - наигранно покачала головой Селти. - Да совсем замучили, изверги, - брюнет решил продолжить игру. – Хотят вытащить меня на это жуткое мероприятие, чтобы я там весь вечер прошатался, выслушивая вычурные, пропахшие лживостью комплименты и болтая о делах государственных. Женщина пожала плечами. - Привыкай. Когда станешь королем, будешь проделывать такое едва ли не каждый день. - Ох, не напоминай! Но я, хвала богам, пока еще молод и относительно свободен. А иммунитет к придворному и политическому лицемерию у меня еще не выработался. Я ж им такого наговорю…. - Ты умеешь! А язык за зубами – никак? Искусство правильно и вовремя молчать ты тоже вроде неплохо освоил. - Ну, так не интересно! Ты не представляешь, какое невообразимое удовольствие видеть эти расфуфыренные напомаженные лица после пары ласковых! А молчать и быть паинькой…. Селти, я же помру со скуки! Та лишь покачала головой, убирая в стороны тяжелые бархатные шторы, окончательно разрушив при этом орихаровское убежище. - Прятаться у девочек не дам! Но могу дать тебе совет. Как думаешь, где скрываться лучше всего? - Наверное, там, где искать не станут? - Именно, - женщина тряхнула головой, сбрасывая с красивого лица выбившуюся из прически недлинную прядь, и оперлась рукой об оконную раму. – Хотя, точнее будет сказать, там, где искать и не подумают. Где тебя ожидают увидеть в последнюю очередь?

***

- Братик сошел с ума? - По-моему, да. Изая заставил себя успокоиться, подавляя бесновавшийся где-то внизу живота дикий коктейль раздражения и возбуждения. Предвкушение не давало ему спокойно стоять на месте, так что брюнет, оперевшись руками на низенький туалетный столик из темного дерева, нетерпеливо переминался с ноги на ногу, едва сдерживаясь, чтобы не броситься нарезать круги по маленькой комнатке. С минуты на минуту сюда нагрянет бесчисленное множество фрейлин, портних и слуг с тоннами украшений и километрами шелка, чтобы помочь принцессам подготовится к балу, так что времени у него немного. - Ты же не хотел идти. - Вы тоже. Так что я предлагаю вам сейчас очень выгодную сделку. Соглашайтесь, девчонки. Подмены никто не заметит, я вам гарантирую. Близняшки переглянулись, помолчали некоторое время, словно мысленно совещались, соглашаться ли с затеей старшего братца, от которой явно несло немалой дозой неадекватности. - Вы же сами не хотите идти, - продолжал искушать трясущийся в предвкушении Орихара. – Бегите себе, гуляйте, в нормальной одежде, как белые люди. Я же знаю, как вы эти приемы и балы не любите. А я все устрою, никто и не заметит! Впрочем, про "не заметит" он явно преувеличивал. Зная своего старшего брата, Майру и Курури могли с уверенностью во все двести процентов сказать, что тот как минимум пару раз аккуратно намекнет на истинное положение вещей. Если, конечно, ему не вздумается в конце вечера выйти в центр дворцовой площади и снять с себя парик и шляпу – а то и бальное платье – на глазах у ошарашенной знати. - А ничего, что нас двое, а ты – один? - Один одинешенек! Брюнет только отмахнулся: - Нашли проблему, тоже мне! Кажется, отец порой говорит, что меня одного много на целое Икебукуро. Уж если одного Орихары Изаи слишком много на целое государство, то неужели я на балу сам не продержусь. Мы с вами похожи, вы – близнецы. Уж как-нибудь двоих сыграю. - Ладно, уговорил. - Уговорил. Только знай, если вляпаешься в неприятности – нас не ищи, нас тут не будет. - А то я не догадался, - закатил глаза довольный Изая, мысленно рисуя себе картину штурма городского театра. Бедняга Юхей, готовится себе к очередному спектаклю и даже не догадывается, какой сюрприз его сегодня ожидает. Точнее, даже два сюрприза, которые непременно обнаружатся в гримерке или даже прямо на сцене. Брюнет не подозревал, что беспощадная, однако очень и очень изобретательная госпожа Судьба готовит ему самому весьма оригинальный сюрприз.

***

От обилия белого и розового все расплывалось, словно дворцовую площадь покрыл густой плотный туман, или ее завалило рассветными облаками. Май был в лучшем своем одеянии, подчеркнуто нежный и юный, созданный для жизни, любви и веселья. Выряженные в тончайшие материи, усыпанные цветами деревья трепал несильный весенний ветер, отчего мелкие лепесточки срывались с насиженных мест и, поносившись немного, обессилено опускались на землю. Тяжелые темные плиты были уже сплошь покрыты тонким белым ковром, по которому безжалостно топтались гости. Не король, весна правила этот бал, раздавая направо и налево пьянящее чувство радости и жизни. Орихара Изая, облаченный в лучшее платье из праздничного гардероба Майру и Курури, который был так тщательно подобран и составлен лучшими же портными за месяц или два до празднества, аккуратно взял со стола бокал вина и улыбнулся, обводя взглядом собравшихся. Покрутил между пальцами тонкую хрустальную ножку, ощущая сквозь мягкий бархат перчаток гладкие узоры. А все вышло как нельзя лучше! Девочки сбежали гулять, а он тут морочит головы всяким престарелым индюкам, решившим поухаживать за юными принцессами. Бедные девчонки, как они терпят это на каждом подобном мероприятии?! Все эти лицемерные старые страусы только и думают, как бы стать ближе к королю, вступив в брак с одной из дочерей, или женив на ней какого-нибудь своего сынка или племянника. Интересно, а подозревают ли несчастные потенциальные женихи, опьяненные жаждой богатства и власти, какой подарочек им достанется? Сестры-то у принца тоже не промах. Хотя Изая, конечно, бьет все рекорды по изобретательности и некоему семейному безумию. У них вся семья с приветом. Но Изая выделялся даже на фоне внушительного генеалогического древа, где каждая ветвь болела чем-то своим. Проблема в том, что ему было скучно. Скучно сидеть на уроках, скучно исполнять каждодневные дворцовые ритуалы, скучно разбирать законы, политические и дворцовые интриги, несмотря на активное создание и участие в последних. До политики пока руки не дошли. Принцу было совершенно неинтересно, и оттого он постоянно выдумывал какие-то новые шутки и выходки, которые добрая половина дворца потом еще неделю вспоминала с содроганием, либо с нервным смехом. Вот и сейчас. Изая осмотрел площадь, подыскивая что-то интересное для себя. Наверняка площадь сверху напоминала палитру художника, вздумавшего изобразить цветущие на берегу вишни ранним вечером. Весна была тут повсюду, пронизывала всех и каждого, так что гости не осмелились нарушать эту юную девственную гармонию ярко-алым, синим, темно-фиолетовым, или не дай бог черным. Нет, все платья и костюмы были светлыми, теплых, пастельных тонов. Мимо принца прошествовала стайка молодых девиц, в ранних, еще совсем незрелых сумерках напоминающих полевых фей. Брюнет неожиданно для себя как-то даже тепло улыбнулся. Может, зря он сегодня все это задумал? Кажется, вечер обещает быть вовсе не плохим, даже наоборот. Растворенное в воздухе ощущение свежести и юности даже его немного взбодрили и обрадовали. Стало радостно, почти весело. Новый порыв ветра сорвал с деревьев и бросил в воздух новую волну белых лепестков, часть которых опустилась на светло-сиреневое атласное платье и аккуратную шляпку Изаи. Может, сегодня отдохнуть от извечных шуток? Переодеться и пойти немного развеяться? Все официальные разговоры уже наверняка иссякли, вряд ли к нему с этим пристанут. Так как, Орихара? Возможно, он бы так и сделал. Перевоплотился бы, пообщался с кем-то из юношей благородной крови, порой попадаются интересные собеседники. А может быть, выловил бы в толпе пажей вечно снующего туда-сюда Киду, потребовал вина и уединился бы где-то в парке под платаном или у источника, пил бы, размышляя о жизни и людях. Однако упомянутая ранее госпожа Фортуна явно не собиралась дарить Изае вечер тихого или не совсем тихого блаженства. Следующий порыв ветра был неожиданно теплым. Брюнет успел несколько удивиться, как тут на площадь стремительной волной упал следующий поток уже не теплого, а огненно-горячего, пропахшего гарью и пеплом воздуха. Скатерти и платья вздымнулись, открывая стройные и не совсем стройные девичьи ноги, с несчастных деревьев рванул огромный поток лепестков, так что часть веток остались едва не полностью голыми, а потом какая-то девица пронзительно заорала, давая импульс массовой панике. Неожиданно резко потемнело, словно произошло внеплановое экстренное солнечное затмение, с неба обрушился очередной поток горячего обжигающего ветра, а люди кинулись врассыпную, неуклюже шатаясь на каблуках и подхватывая длинные платья. Белый поток, резко контрастирующий с жаром и запахом гари, так и валил, словно в мае неожиданно выпал нежный и совершенно не холодный магический снег. Несчастные вишни – или яблони, черт их разберет – остались практически голыми, отчего выглядели совершенно несчастными и пристыженными, словно застигнутые врасплох девицы в момент первого секса. Орихара обернулся, подстегиваемый любопытством, которое нагло заткнуло инстинкт самосохранения. Длинная юбка рванулась назад, облепив ноги и сковывая движения. Впрочем, побежать он не успел бы. Огромные чешуйчатые лапы с когтями, каждый из которых был примерно с руку Изаи, мгновенно обхватили его, и земля неожиданно оказалась где-то далеко, под ногами. Она убегала все дальше и дальше, оставляя, бросая несчастного принца наедине с чудовищем, которое, по всем законам логики и здравого смысла, обитало где-то на страницах книг и древних фолиантов, но никак не в королевстве Икебукуро. Через пару минут, несколько оправившись от потрясения и осознав всю глупость и нереальность ситуации, брюнет вдруг захохотал так, как не смеялся никогда за всю свою жизнь. Шутка удалась, Изая! Ой как удалась, лучше и не придумать! Впрочем, долго посмеяться ему не дали: дракон с такой силой сжал жертву в тисках, что Орихара, кажется, услышал треск собственных ребер. Веселье жертвы было явно не по душе похитителю.