Смерть или Слава

Часть 2 Гаррет сидел в одном из углов, подтянув острые колени к подбородку, чтобы сохранить иллюзию тепла и защититься от холода, который с мелкими каплями сырости тек по шее и забирался в самую глубину, прямо к сердцу. Он держал свое оружие на коленях. За годы суровой подготовки Гаррет научился содержать свой лазган в идеальном порядке. Скоро бой. Первый бой, возможно последний. Смерти он не боялся, просто не думал об этом. Гаррет опасался колющего чувства там, где часто-часто стучало сердце. И еще он боялся не успеть все сделать правильно, так, как его учили. Как сквозь наброшенное одеяло, слушал он неторопливый рассказ сержанта, пытаясь вдумываться в слова, но на самом деле почти ничего не слыша. Рядом с ним, как птицы на ветке, которую раскачивает холодный и злой ветер примостились остальные юные гвардейцы из нового пополнения. Луч света падал на голову темноволосого паренька с острыми чертами лица – Нолана Хэя, и его друга –Криса Нормана, говорливого, подвижного, как ртуть. Они сидели рядом и тихо переговаривались между собой. Слева от них в полутени был виден силуэт крепкого парня, который курил, и дымок от его сигары красивыми извилистыми штрихами поднимался вверх. Стараясь не попасть в облако табачного дыма, недалеко от него, сидели три девушки – офицеры связи. Чистые светлые лица, правда с тенями усталости под сиреневыми кадианскими глазами, и чистое журчание негромких голосов, а иногда и легкий смех, приятно скрашивали холодную атмосферу блиндажа. -Я был таким как вы перед первым боем, только у меня еще и горло саднило и руки тряслись. Мы с комиссаром Мюррэем были самыми молодыми среди тех, кто готовился принять на себя удар сил орков… -Была команда – носом не клевать! –заорал он неожиданно и сразу послышался стук упавшего на пол блиндажа оружия, а все головы в мгновение ока развернулись к Махорию. Довольно хмыкнув и оглядев цепким взглядом настороженные лица новобранцев, он продолжил. -Посмотрите на него, на нашего комиссара. Только не так пристально, он этого не любит. Сидящие около комиссара Мюррэя бойцы хмыкнули. Колин Мюррэй, комиссар Имперской гвардии, славился резким вспыльчивым нравом и если кто-то долго останавливался взглядом на его изуродованном лице, то этому кому-то надо было быть готовым к мрачному взгляду серых глаз, под которым даже штабное начальство могло забыть нужные слова, или вообще к чему-то более увесистому. А кулаки у комиссара были как у взрослого орка, не зря он так любил контактный бой. Сказывалась тяжелая юность, когда комиссар был хрупким юнцом, которому часто доставались тычки и затрещины от более одаренных природой сверстников. Комиссар Мюррэй вел свой род с планеты Шиндельгхайст сектора Готик. Во время 12 Черного Крестового Похода там состоялась великая битва Готических Войн. Как и крепость «Блекстоун», расположенная на этой планете, предки комиссара и он сам были до мозга костей верны делу Императора и не представляли своей жизни без служения Ему на поле брани. -Перед тем боем я увидел комиссара в первый раз. Это сейчас я такой уверенный в себе сержант, которому ничего не стоит ввязаться в любую драку. А тогда у меня шея торчала над воротником, как у гретчина. После тяжелых боев от славного нашего 393-го полка почти ничего не осталось. Из-за того, что нас, новобранцев, оказалось слишком мало, командование приняло решение о запросе подкрепления. Вдобавок к этому нам прислали нового комиссара, так как старый был поделен чоппой орка на двух поменьше. К нам на помощь прибыли Элизианские гвардейцы, а вместе с ними – Колин Мюррей, выпускник Схолы Прогениум… Гаррет , слушая сержанта вполуха, рассматривал помещение бункера. Повсюду лежат спальные мешки, полупустые ящики со снаряжением стоят в углах, у входа в бункер – баррикада с часовым пулеметчиком. В соседнем углу бункера свободные от караула бойцы обступили довольно внушительного размера печку со странным местным названием, на Низком Готике звучащим как «burzhuyka», на которой однорукий повар готовил ужин. Старый гвардеец, помешивая поварешкой-протезом ароматное варево, разливал его по мискам и тарелкам. Вдруг Гаррету показалось, что что-то изменилось. Не хватало какой-то существенной детали для полного восприятия картины. И тут он понял, чего не хватает: гула от падающих снаружи орочьих снарядов, который за несколько дней непрерывного обстрела стал почти привычен. Словно в ответ его мыслям дверь в бункер распахнулась, и внутрь ввалился окровавленный бородатый гвардеец. - Сержант! – закашлявшись, закричал солдат. – Артобстрел прекратился, сейчас пойдут зеленокожие! - Сколько времени до контакта? – спросил сержант - Около двадцати минут, сэр! Переглянувшись с комиссаром, сержант поднялся со своего места, вынул из ножен саблю и, ухмыляясь, произнес: - Итак, господа новобранцы, вот оно – ваше настоящее посвящение в ряды Имперской Гвардии! Отложив замясланную тряпочку и полуразобранный болт-пистолет, из своего закутка подал голос комиссар: - Махорий! – произнес он. – Я возьму половину взвода и отправлюсь на передовую. Воодушевление и подачу личного примера беру на себя. Ты же вместе со второй половиной взвода под нашим прикрытием проберетесь в тыл, и постараетесь уничтожить хотя бы часть артиллерии орков. Не думаю, что они заметят вас раньше, чем вы объявитесь прямо у них перед мордами. Справишься? - Не впервой, господин комиссар. – с легким сарказмом ответил Махорий и повернулся к новобранцам.