Главное - семья.

«Пожалуйста, сыночек, не умирай!» - Драко повторял про себя эти слова, как мантру, всё время, пока, опустив руки в защитный инкубационный кокон, пытался, нет, не исцелить, а просто передать немного жизненной энергии этому крохотному комочку. Горько смотреть на это тельце с большеватой головой, синими губками и крепко зажмуренными синеватыми веками. Увы, целитель не может заменить слабенькое, еле трепыхающееся сердечко или нарастить новые лёгкие. Сколько он борется за жизнь сына? Три дня? Четыре? Отец и мама недавно снова приходили, пытаясь уговорить его немного отдохнуть. Он вышел к ним в коридор. - Драко, пойдём домой. Поешь и немного поспишь, - уговаривал Люциус. – А потом вернёшься. Мама молчала, только гладила его по пушистым растрёпанным волосам. И Драко не выдержал, уткнулся в неё и засопел ей в шею. Мама прекрасно поняла, что он боится разреветься при отце. Ведь Малфои не плачут. Нарцисса взглядом приказала Люциусу уйти. Она крепко обняла сына, прижала его к себе и стала шептать на ухо что-то ласковое, из детства: «Ты мой маленький… Мой зайчонок…» Люциус стоял в конце коридора и тяжело вздыхал. Можно попросить Северуса. Можно, если бы между Северусом и Драко не стоял Поттер. И просить Снейпа должен сам Драко. А Драко вытер глаза и опять ушёл в палату к Астории. * * * - Мистер Малфой, вы мужественный человек. Я прямо говорю вам, готовьтесь к худшему. Колдомедицина бессильна. Даже вы с вашим даром ничего не можете сделать, - с едва заметным акцентом говорил бородатый акушер Адальберт Мюллер. – Да, я понимаю, это близнецы. Здоровый ребёнок тоже потеряет часть магической силы со смертью брата. Но в дальнейшем сила наверняка восстановится. Они вышли из палаты и разговаривали в коридоре. Потом врач возвратился в палату к Астории. Драко подошёл к окну и прижал пылающий лоб к стеклу. Его дар целительства не помогал, сколько он ни старался. Он часами держал руки над худеньким тельцем сынишки, окутывая его золотым сиянием и чувствуя слабенькое трепыхание сердечка и неглубокое дыхание повреждённых лёгких. Но его силу как будто высасывала какая-то чёрная воронка. Из старых книг Драко знал, что именно так чувствует себя целитель, если пытается исцелить умирающего человека. Старинные фолианты предостерегали, что лучше отпустить того, кто умирает, иначе целитель лишится своего дара, бессмысленно потратив его на борьбу с самым могущественным врагом – Смертью. Он знал это, но пытался опять и опять, отводя глаза от заплаканной подурневшей жены, бормоча ей что-то нейтрально-успокоительное и надеясь на чудо. И теперь герр Мюллер лишил его последней надежды. - Драко… Послушай, может ты попробуешь попросить помощи у Снейпа, - Джереми Корриган неслышно подошёл сзади и опустил руку на плечо. – Я имею в виду – особой помощи, как у члена Гильдии. - У меня с ним в последнее время плохие отношения, - пробормотал Драко. - Ну, ты же не задаром будешь просить. Неужели у Малфоев нечего ему предложить? Корриган похлопал его по плечу и так же неслышно исчез. Целитель подошёл к двери палаты, а потом резко повернулся и быстрым шагом кинулся вниз по лестнице. Он не мог больше видеть отчаянные потерянные глаза жены, которая не отходила от инкубационного кокона. Он вышел из больницы и аппарировал перед Хогвартсом, только потом сообразив, что ворота школы не пропустят его, так как он уже не является студентом. Как назло и во дворе перед школой было пусто. Начало мая, все готовятся к экзаменам или пишут контрольные работы. Внезапно из дверей школы выскочил Сайрус Кэрроу. Он подбросил в воздух учебник трансфигурации, завопил «Вингардиум Левиоса!» и весело заскакал на одной ноге, удерживая книгу в воздухе направленной на неё палочкой. - Сай! Сайрус! – негромко позвал Малфой. – Скажи профессору Поттеру, что мне надо попасть в школу. - Ага! Щас, я быстро! – и мальчишка скрылся за дверью, оставив учебник валяться на земле. Через несколько минут ворота раскрылись. Поттер выскочил из школы и устремился навстречу мужу. - Драко, что? Малыш? - Я хочу поговорить со Снейпом. У него урок, не знаешь? - Нет, он у себя в кабинете проверяет контрольные. Давай я пойду с тобой, - Гарри с тревогой смотрел на мужа. Драко побледнел и осунулся, под глазами темнели круги, губы были искусаны. Поттер винил себя. Если бы он не аппарировал вместе с Асторией, может быть, ей удалось бы родить двух здоровых малышей. - Нет, Гарри. Я должен один. Не ходи за мной, пожалуйста. - Я подожду тебя здесь в холле. Драко спустился в знакомые подземелья и подошёл к кабинету декана. Он, сам не зная, зачем произнёс пароль, который в бытность его школяром позволял ему беспрепятственно заходить к крёстному. Как ни странно, старый пароль сработал, и дверь открылась. Северус искал какую-то книгу на полке. Он обернулся с недовольным видом. Драко, не раздумывая, подошёл к нему и опустился на колени. - Я прошу особой помощи. Крёстный, я прошу у тебя помощи, как у члена Гильдии зельеваров, - скороговоркой произнёс он. Снейп помолчал, разглядывая коленопреклонённого крестника. Да, он не может причинить вред крестнику своими действиями. Но дети Драко не имеют к Снейпу никакого отношения, он не обязан спасать их любой ценой. - И что я получу взамен? – холодно спросил он. - Всё что угодно, - прошептал Драко, опустив голову. - Встань, Драко. Послушай, у тебя ведь один наследник совершенно здоров. - Они ведь близнецы, крёстный. Даже у маглов считалось, что близнецы эмоционально связаны, чувствуют и физическую боль, и настроение друг друга. У магов всё было серьёзнее и страшнее. Близнецы в детстве подпитывают друг друга магией, у них общая магическая сила. До одиннадцати лет их стараются ни на минуту не разлучать. Если один близнец погибает, то второй может утратить магическую энергию и стать сквибом. Целитель не стал рассказывать это, крёстный и так всё знает. - Драко, я должен думать о своём собственном сыне, он мой единственный наследник. Ты же знаешь, что член Гильдии может воспользоваться своим правом только один раз в жизни. - Я сделаю всё, что скажешь, - с отчаянием самоубийцы проговорил Драко. Искушение было слишком велико! И Северус принял решение. - Хорошо. После проведения Ритуала крещения ты разорвёшь с ним все отношения, - потребовал он. Драко ждал нечто подобное, но всё равно это требование наполнило его сердце опустошающей горечью. Спасибо, что хоть разрешил провести ритуал крещения с Гарри и только потом расстаться с ним. - Мы любим друг друга… - пробормотал он. - Значит, сделай так, чтобы он разлюбил, - последовал жестокий ответ. Драко молчал, пытаясь сморгнуть злые слёзы. Он подошёл к огромному окну, выходящему в озёрные глубины. Магическое стекло легко выдерживало давление пучины. В зелёной воде вдалеке медленно плавала русалка, что-то собирая со дна в корзинку. Потом она кому-то махнула рукой, и к ней резво подплыли два детёныша-русалоида. Они кружились вокруг матери, играя в догонялки. Драко как будто слышал их весёлый смех. Русалка схватила в охапку обоих малышей и принялась целовать. Драко повернулся к Северусу, который сел в кресло, читая какой-то пергамент и не обращая внимания на крестника. - Я согласен, - сказал он. – Я разрываю все отношения с Поттером, а ты лечишь моего сына и помогаешь вступить в Гильдию зельеваров. - Ты ещё торгуешься, мальчишка? – рыкнул Северус. - Я Малфой, - коротко ответил Драко, и этим было сказано всё. Истинные Малфои всегда стараются заключать сделки с максимальной выгодой для себя. Драко упрямо смотрел в лицо Снейпа, не отводя взгляда. Он почему-то ожидал, что Снейп захочет пролегилиментить его. Зачем? Он и сам не знал. Но зельевар и не думал о легилименции. Перед его глазами мелькали воспоминания, которые он заталкивал глубоко в подсознание. Он на коленях перед Дамблдором. Ползает по земле, изображая страх и отчаяние. Умоляет спасти его Лили. Говорит, что просил Тёмного Лорда, но тот ему отказал. Да, они с Люциусом решили разделиться, заняв противоборствующие стороны. Всё для спасения семьи! Но как это унизительно! Гордый, высокомерный Люц не смог бы пресмыкаться на коленях перед светлым волшебником. - Вы мне отвратительны! – сколько презрения в голосе Пресветлого волшебника! – Значит, вам плевать, что её муж и сын погибнут? Пусть гибнут, лишь бы вы получили то, что хотите? Северус молчит, не сводя глаз с Дамблдора. - Ну, так спрячьте их всех, - хрипло выдавливает он из себя. – Спасите её…их. Прошу вас. - А что я получу взамен, Северус? – алчно спрашивает Дамблдор. Северус ошеломлён этой неприкрытой жестокостью. Ему хочется послать куда подальше этого манипулятора, который требует плату за спасение собственных пешек. Но потом он пересиливает себя. - Взамен? Всё, что угодно! – бормочет он, как сейчас Драко. - Поклянись. И сейчас Снейп думает, что тогда надо было поторговаться с этим Пресветлым мерзавцем, а не кидаться с головой в рабство. Дамблдор одним махом получил и ценную информацию, и новую пешку. Его развели, как тупого гриффиндорца. Слизеринцы не верят простым обещаниям. Поэтому Снейп пишет на пергаменте магическую клятву и зачитывает её вслух. - Я, Драко Люциус Малфой, обязуюсь разорвать все отношения со своим тайным мужем Гарри Джеймсом Поттером взамен на то, что Северус Тобиас Снейп излечит моего сына Корвуса Малфоя. Кроме того, Северус Тобиас Снейп обязуется приложить все силы для вступления Мастера зелий Драко Люциуса Малфоя в Гильдию зельеваров в последующие два года. Они подписывают оба экземпляра кровью. - Крёстный, можно я воспользуюсь твоим камином? – спрашивает Драко, пряча свой пергамент. Ему не хочется разговаривать с Гарри, выслушивать его покаянные извинения и отвечать на вопросы о самочувствии Астории и детей. У него нет сил на это. * * * Снейп несколько минут стоит у окна, разглядывая зелёную колышущуюся воду. Он смотрит на часы. В Гильдию надо отправляться прямо сейчас. И неизвестно, сколько займёт времени сам процесс, раз на раз не приходится. А завтра ТРИТОНы у седьмого курса, да и контрольную он не проверил. А и чёрт с этими экзаменами и контрольными! Личная жизнь важнее. Зельевар вытаскивает висящий на шее медальон и открывает его, активируя прямой портключ в резиденцию Александра Астрова, бессменного председателя самой закрытой и могущественной организации – Международной Гильдии зельеваров. Раньше Астров жил в Лондоне, но с началом войны перенёс свою резиденцию в Россию, и возвращаться не собирался. Даже ежегодные собрания Гильдии теперь проводили на континенте. Похоже, что зельевары брезговали, как властью Тёмного Лорда, так и установившейся сейчас диктатурой грязнокровок. Каждому из семи зельеваров, входящих в Верховный совет Гильдии, был выдан свой портключ, переносящий мага сразу в дом шефа. Толстенький бородатый домовик в косоворотке провожает Снейпа в кабинет Верховного зельевара, бормоча по-русски что-то вроде: «добропжалать…» Астрову сто сорок один год, но он бодро вскакивает из-за стола, заваленного книгами и пергаментами, и пожимает Северусу руку. Он маленький сухонький, с белыми, как снег, волосами. - Северус, как ты вовремя. У меня к тебе очень важное дело, - радуется шеф. - Господин председатель, я хочу воспользоваться своим правом члена Гильдии, - сразу же говорит ему Снейп. Все важные дела могут подождать, ребёнок Драко совсем плох. - Что случилось? Что-нибудь с твоим сыном? – с тревогой спрашивает Астров. - Нет, это касается ребёнка близкого мне человека. Родился недоношенным, восьмимесячным. - Может быть, родителям стоит отпустить его? Восьмимесячные очень слабенькие. Лучше бы он родился семимесячным, шансов было бы на порядок больше. - Его брат-близнец родился абсолютно здоровым. - Близнецы, - понимающе кивает Верховный зельевар. – Тогда дело другое. Он подходит к окну и распахивает его, впуская в комнату влажный ветер весеннего вечера и отрывистые крики какой-то птички: «Сплю-ю…Сплю-ю…» - Кучум! Кучум! – негромко зовёт Александр Астров. Слышится шум крыльев и на подоконник садится огромный ворон, размером побольше люцевых павлинов. В одной лапе он держит большой кусок сырого мяса и, сев на подоконник, немедленно начинает его клевать. Снейп понимает, что перед ним легендарный Кучум, фамильяр Верховного зельевара. Астров мальчишкой подобрал и выходил ещё неоперившегося воронёнка, и птица отвечает ему преданностью и любовью. Говорят, что Кучум очень умен. Это он нашёл разрыв-траву и освободил из цепей своего молодого хозяина, когда тот пытался выкрасть у персидского шаха Жар-птицу. Несчастный феникс сидел в грязной тесной клетке и плакал. Глупые маглы даже не собирали его слёзы, не понимая всей ценности этой птички. Юноша успел открыть клетку и выпустить феникса на волю, когда его окружили стражники, оглушили дубинкой по голове, выхватили палочку и бросили в темницу. Освободил его Кучум. Говорят, что Кучум не только понимает человеческий язык, но и сам может говорить по-человечьи. Говорят, что этот волшебный ворон умеет аппарировать. Говорят… да много чего говорят. Верховный зельевар что-то приказывает Кучуму по-русски. Снейп понимает только слова «мортис…виван…» Чудодейственные Аквамортис и Аквавиван, а по-простому мёртвая и живая вода. Мёртвая вода исцеляет любые болезни или телесные повреждения, живая передаёт жизненную силу. В сказках обычно живая и мёртвая вода текут двумя ручьями с какой-нибудь скалы. В действительности скала Жизни и Смерти, местонахождение которой русские держат в большом секрете, раз в год, а то и реже, начинает сочиться каплями магической влаги. Возле скалы днём и ночью несут вахту дежурные колдуны, чтобы сразу собрать живительную влагу в два разных флакона. Очередь на это лекарство, которое стоит баснословных денег, растянулась на много лет вперёд. Но один раз в жизни каждому из двухсот членов Гильдии разрешается бесплатно и вне очереди получить живую и мёртвую воду для исцеления дорогого ему человека. По преданиям только ворон может получить внеочередную порцию воды, подолбив скалу клювом. А возле окна продолжается какой-то спор. Астров всё больше сердится. Ворон что-то бормочет ему, кажется, тоже по-русски. Потом, как ни в чём не бывало, продолжает отрывать куски мяса и глотать их. Астров убеждает упрямую птицу, показывая на Снейпа. До зельевара доносится «…младенчик…» Кучум сердито зыркает на Северуса, потом, зло мотнув головой, швыряет недоеденное мясо прямо в Снейпа и взлетает в начинающее темнеть небо. Почти сразу раздаётся хлопок аппарации, сопровождаемый коротким «Крра-а». - У него сейчас ужин, - извиняющимся тоном объясняет Астров. – Придётся подождать, готовую Акву всю раскупили. Не знаю, сколько Кучум провозится. Но уже через четверть часа раздаётся «Крра-а», и на подоконник плюхается ворон. К его шее привязаны два крошечных флакончика. В чёрном мёртвая вода. Другой флакон освещает и ночной сад, и комнату радужными бликами живой воды. Северус внезапно замечает, что кончик грозного клюва птицы отломан, а сам клюв выглядит довольно стёртым. - Афанасий! – Астров хлопает в ладоши. Знакомый бородатый домовик склоняется в поклоне. Астров что-то приказывает ему, показывая на клюв. Тот понятливо кивает. Ворон спрыгивает с подоконника и, переваливаясь, как неуклюжая толстая утка, идёт за домовиком, который открывает перед ним дверь. Астров рассматривает флакончики на свет. - По две капли, - удовлетворённо говорит он и отдаёт флакончики. – Северус, для младенца будет достаточно одной капли. И не перепутай – сначала мёртвая вода, потом живая. Снейп никогда не держал в руках живую и мёртвую воду. Чёрный флакон тяжёленький, увесистый, как будто там не две капли, а целый котёл. И он морозно холодный. А радужный флакончик лёгкий, невесомый и приятно тёплый, как будто пленил солнечного зайчика. - Благодарю вас, милорд, - Северус почтительно склоняет голову. - Давай, удачи тебе, - кивает головой Верховный зельевар и вдруг говорит уже в спину торопящегося уйти Снейпа. – Северус, со следующего года я подаю в отставку. Ты- мой преемник. Потрясенный Снейп замирает, чувствуя безумную радость. Стать главой Гильдии зельеваров значит получить в свои руки безграничную власть в этой могущественной организации, тайное влияние на сильных мира сего и, что скрывать, неплохую зарплату. Не об этом ли он мечтал в молодости, когда примкнул к партии Тома Реддла? А потом он понимает, что теперь будет очень легко выполнить второе требование Драко. Он рассыпается в благодарственных словах и старается поскорее откланяться, оправдываясь тем, что младенец очень плох. С помощью портключа приходится вернуться в то место, откуда прибыл. В Англии было десять вечера. Зельевар захватил сильное успокоительное зелье, разблокировал камин в своём кабинете и шагнул туда. - Больница святого Мунго, - чётко произнёс он. Возле огромного камина в вестибюле больницы к нему немедленно подступили охранники. - Посетители только до девяти… - лениво процедил один из них. - Ты чего, это же профессор Снейп, - одёрнул его младший. – Проходите, профессор. Снейп смутно помнил этого парня. Кто-то из Хаффлпафа. Он, не дожидаясь лифта, бегом поднялся по лестнице на третий этаж в родильное отделение. Вот чёрт! Надо было узнать внизу в справочной, какая палата у Астории. В коридоре он увидел Драко. Крестник с ногами сидел на подоконнике, склонив голову к коленям. - Драко! Почему ты сидишь здесь? Ребёнок? – зельевар тронул его за плечо. Мафлой поднял глаза с воспалёнными веками. Похоже, вымотавшийся парень просто уснул. - А? Он слабеет, но пока держится, - пробормотал он. – Я сюда вышел посидеть и задремал. Драко устало потёр лицо руками. - Веди меня к ребёнку, - приказал Снейп, стараясь не замечать, как взгляд крестника вспыхнул радостью и надеждой. В палате было полутемно. Астория спала. Рядом под согревающими чарами в кроватке спал голышом здоровый младенец. Он причмокивал во сне и подёргивался. Драко осторожно вынул из инкубационного кокона худенькое тельце. Снейп поразился, какой контраст этот младенец составляет здоровому близнецу. Ручки и ножки, как спички, в груди что-то хрипит и булькает. И эти синие губки говорят о нехватке кислорода. Снейп достал чёрный флакон и осторожно открыл плотно притёртую пробку. Потом палочкой ювелирно точно добыл одну каплю и перенёс её в полуоткрытый ротик ребёнка. С минуту ничего не происходило. Потом младенец стал спокойно дышать, его личико порозовело. - Диагнастируй, целитель, - сказал Снейп. Драко сосредоточился. - Сердце в норме, лёгкие расправились и немного увеличились. Кажется, он голодный. Но я не чувствую в нём магии. - Подожди-ка, - Снейп точно так же извлёк сияющую дрожащую каплю живой воды и капнул в ротик младенца. Тот вдруг открыл глазки и начал громко реветь. - Он голодный! И магия появилась! – в восторге воскликнул Драко. Тут же проснулся второй младенец и тоже заревел. Снейп поморщился. Астория вскинулась на кровати, с ужасом глядя на Драко, который вытащил их ребёнка из инкубатора. Она вскочила и кинулась к мужу. - Он умер? – тихо спросила она и начала медленно оседать на пол. Снейп подхватил её и усадил на кровать. - Всё в порядке, девочка. Теперь всё будет хорошо, - мягко уговаривал он, вливая ей в рот успокоительное зелье. - Асто, он не умер, он хочет есть! – Драко то ли плакал, то ли смеялся. Супруги устроились на кровати, Асто принялась кормить близнецов, Драко помогал держать их. Снейп вышел в коридор и уселся на неудобный жёсткий диванчик. Он ждал Драко. Но из палаты тихо выскользнула Астория. Она подошла к профессору, опустилась на колени и прижалась сухими горячими губами к руке зельевара. - Профессор, спасибо вам, - чуть слышно прошептала она. - Не надо благодарить, девочка. Ты не знаешь цены. - Мне плевать! Лишь бы мой ребёнок жил, - страстно заявила она. Её глаза блестели от непролитых слёз. Снейп почувствовал тихий голос совести, но быстро подавил его. Драко его крестник, но его дети не имеют к Северусу никакого отношения. - Что там Драко делает? Он мне нужен. - Он положил ребятишек в одну кроватку и любуется, - тихо рассмеялась Астория. - Сейчас я его позову. Драко вышел через минуту. - Когда ты будешь проводить обряд крещения? – сухо спросил зельевар. - В день летнего солнцестояния. - Мне нужна твоя кровь. И волос. - Зачем? – глупый вопрос. Драко прекрасно знал, зачем. - Не изображай из себя идиота. Я надеюсь, ты помнишь, сколько готовится отворотное зелье? И не смотри на меня так. Я сам сварю отворот для Поттера. Драко послушно протянул руку. Снейп заклинанием надрезал палец Драко и собрал кровь в пробирку, которую сотворил из кусочка пергамента. В другую пробирку он положил два волоса, которые безжалостно выдрал из белобрысой шевелюры ойкнувшего Драко. - Не доверяешь мне? – усмехнулся юноша. – Я бы сам мог сварить отворот. Не удостоив его ответом, Снейп развернулся и удалился своим стремительным летящим шагом. * * * Наконец-то кончился учебный год. Все экзамены сданы, контрольные написаны. Начало июня, лето прочно вступило в свои права. Даже частые дожди не приносят похолодания, а просто очищают воздух. А после них в небе всегда появляется радуга. Гарри блаженствует. Он валяется на лужайке в парке Малфой-мэнора, подстелив под себя плед и наблюдая, как Сайрус и Эдна носятся в воздухе на мётлах, стараясь поймать снитч. Оба хотят в сентябре пройти отбор в квиддичную команду Слизерина. Вечереет. Скоро ужин. Как хорошо, что у Астории младший близнец выздоровел! Это, наверное, Северус сварил какое-то чудодейственное зелье. Северус не появляется в Малфой-мэноре. Он живёт в своём домишке в Тупике Прядильщиков, пишет статьи и варит экспериментальные зелья. Его сынишка Витольд пока нуждается в материнской заботе, поэтому живёт здесь. Вообще Малфой-мэнор очень оживился. Он полон детскими голосами, агуканьем, смехом и плачем. Как полагается у чистокровных аристократов, Нарцисса начала учить маленького Томаса простейшим заклинаниям. Ему уже купили детскую палочку. Пацан внимательно слушает свою наставницу, старательно пытаясь повторить за ней заклинание Люмос. Вообще, мальчишка очень серьёзный и до ужаса напоминает того шестнадцатилетнего Тома Реддла, которого Гарри видел с помощью его дневника-хоркрукса. А Люциус очарован малышкой Эдной. Он вместе с ней читает «Граф Монте-Кристо» и «Три мушкетёра», а потом они долго обсуждают прочитанное. Он показывает ей, как сделать невидимые шпаргалки, рассказывая, что МакКошка ни разу не поймала его. А один раз Гарри тайком наблюдал, как Люциус заплетает девочке косички, завязывая яркие зелёные банты. Драко иногда ревниво замечает, что с ним отец не проводил так много времени. - Девочки – это совсем другое дело, - сконфуженно объясняет Люциус. – Они такие нежные и ласковые. Гарри зевает и потягивается. Надо идти на ужин, но ему неохота. Им овладела ленивая истома. И мысли приходят какие-то ленивые, хотя и приятные. О Драко, о том, как он опять будет голым вертеться перед зеркалом, а Гарри будет нетерпеливо торопить его. Драко стал таким нежным в последнее время. Постоянно старается лишний раз коснуться Гарри или поцеловать. И эта его улыбка, когда они встречаются взглядом, страшно заводит. Только иногда Драко мрачнеет, сидит, смотрит в пространство и молчит. Но Гарри тихо подкрадывается к нему и целует, прикусывая мочку уха. И Дако оттаивает, растерянно улыбаясь, и начинает бормотать, что просто задумался о новом зелье. Конечно, он же новоиспечённый Мастер зелий, вот и соображает, чтобы бы такое придумать новенькое. Поттер закрывает глаза. Он немного полежит и пойдёт ужинать. А потом немедленно потащит Драко в спальню. Гарри проснулся в темноте. Вокруг кружили огоньки светлячков, одуряюще пах цветущий жасмин, и громко щёлкал соловей, певший свою вечную песню любви. Теплый летний ветер прошелестел в ветвях. В траве возились какие-то мелкие животные. Тихо зашуршала трава под чьими-то босыми ногами. - Пей, Гарри, - Астория сидела рядом с ним на пледе и подносила ему стакан с чем-то очень заманчиво пахнущим. Гарри, не задумываясь, выпил. Астория встала и скинула с себя мантию. Она была абсолютно голой, с распущенными волосами и обалденно красивой. - Пора закончить брачный ритуал, - прошептала она. Гарри хотел сказать, что он не сумеет… Что не пробовал с женщинами… И вдруг почувствовал страшное возбуждение и сорвал с себя одежду. Молодая ведьма наклонилась и страстно поцеловала его. Её язык легко проник ему в рот, даря мятную сладость и свежесть. И Гарри опрокинул Асторию навзничь и грубо вторгся в неё. Он, рыча, кусал её нежную кожу, оставляя следы зубов и засосы, а она только жарко стонала и двигала бёдрами, подстраиваясь под его темп. Волна оргазма накрыла их обоих. А потом Гарри показалось, что из глубины парка выступила туманная фигура и накинула на них звёздное покрывало. Звёзды закружились вокруг него, он падал в бесконечное звёздное небо. Драко, скорчившийся в кустах и шёпотом читающий последние заклинания брачного ритуала, облегчённо вздохнул. Повелительница любви Фрейя признала их тройственный тайный союз. Гарри проснулся рано утром. На мгновение ему показалось, что они с Роном и Гермионой ищут хоркруксы, живя и ночуя в лесу. Он растерянно огляделся. Светлеющее небо окрасилось лучами ещё не вставшего солнца. На траве лежала роса. Робкие птичьи голоса приветствовали наступающий день. Что вчера было? Сон? Явь? Гарри лежал на мягком матрасе, укрытый большим пуховым одеялом. И совершенно голый. Его одежда была аккуратно сложена рядом на траве, и похоже, обработана водоотталкивающими чарами. А под боком сонно сопел тёплый Драко. Гарри безжалостно растолкал противного Хорька. - Что мы тут делаем, Драко? – спросил он. - Ты вчера уснул прямо здесь, - Малфой отчаянно зевал и тёр глаза. – Ну, я не хотел тебя будить, вот и притащил сюда матрас и одеяло. Га-ари, давай поспим ещё немного. Сейчас часа четыре утра… Хорёк был такой соблазнительный, голый, тёплый и хнычущий, как маленький. Поэтому спать ему Гарри не дал. - Не сметь спать! Ты заставил меня ночевать на улице, как какого-то бродягу! Ты за это ответишь! – и Гарри начал целовать выступающие позвонки на худой спине мужа, прикусывая кожу и постепенно спускаясь всё ниже. Он действительно был немного рассержен. Поэтому довольно сильно укусил Драко за ягодицу. - Ай! Мне же больно! Садист! – капризно заорал Драко, скатываясь с матраса прямо в холодную росистую траву. Гарри сразу же стало жалко этого неженку. Он затащил дрожащего Хорька назад под одеяло и крепко обнял. - Прости, прости! Ты мой любимый мальчик-одуванчик, - шептал Гарри в розовое ухо. – Я никогда не причиню тебе боль. «Зато я скоро причиню тебе боль, любимый», - думает Драко, пряча голову на груди заботливо обнимающего его Гарри. * * * 22 июня рано утром в открытое окно спальни Драко залетела сова. Они опустилась на подушку и тихо подёргала Драко за волосы. Малфой сразу узнал серую Принцессу Снейпа. Он, стараясь не разбудить прижавшегося к нему Поттера, снял два флакона, привязанные к её лапкам. Сова также неслышно упорхнула в окно. Флаконы были пронумерованы. Драко открыл их и принюхался. Номер первый был вообще без запаха, номер второй слабо пах аммортенцией. Всё ясно, отворот на Драко и приворот на Северуса. Малфой осторожно спрятал зелья в тумбочку. К ночи разразилась жуткая гроза. Драко был доволен. Магия дня летнего солнцестояния усилится природной магией грозы. Около полуночи они спустились в подземелье и подошли к заветной двери. Драко шёл впереди. Люциус нёс обоих близнецов, Гарри немного испуганно озирался вокруг. Он прекрасно помнил, как они с Роном и Гермионой сидели здесь в компании с Луной Лагуд и мастером Оливандером, ожидая своей участи. Драко привычно разрезал палец, окропил камни в кладке и произнёс длинный путаный пароль. Близнецов положили на Камень Основания. Сначала они захныкали, но, почувствовав друг друга, успокоились. Малфои вопросительно смотрели на Поттера. А он растерялся, от волнения напрочь забыв весь ритуал, хотя Драко всю неделю заставлял его наизусть повторять, что он должен делать. - Гарри, вам надо разрезать запястье, - шёпотом подсказал Люциус. Ах, да! Юноша режущим заклятием глубоко полоснул себя по руке и дал крови свободно течь на малышей и на чёрный камень, который вдруг начал светиться тёмно-красным пламенем. - Я, Гарри Джеймс Поттер, в присутствии моего тайного мужа Драко Люциуса Малфоя и его отца лорда Люциуса Абраксаса Малфоя, крещу вас, Скорипус Малфой и Корвус Малфой, своей кровью. Испейте мою кровь, испейте мою магию, испейте мою силу. Примите мою кровь, примите мою магию, примите мою силу. Духи моих предков, прошу вас, придите и одарите моих крестников своей магией. Люциус вдруг ясно представил, как над ребятишками склоняется дух Джеймса Поттера и со всей дурацкой мочи одаряет их способностями мастерски играть в квиддич. Тьфу! Не дай, Мерлин! Но всё оказалось намного лучше. Из хоровода бесплотных светящихся теней вдруг выступил человек средних лет. В отличие от прозрачных духов он вдруг обрёл плотность и объём. И цвет. Высокий стройный светловолосый маг в тёмно-зелёной мантии был чем-то неуловимо похож на Люциуса. На мантии серебром была выткана буква «S», которую обвивала золотая змея. И Люциус и Драко, затаив дыхание, с благоговением смотрели на одного из четырёх основателей Хогвартса. Человек склонился над младенцами. Из складок его чёрной мантии показалась огромная белая змея с фиолетовыми глазами. Она поочерёдно поцеловала младенцев. Маг направил свою палочку на Скорпиуса и произнёс: «Исцеляй!». Указал на Корвуса: «Повелевай! Эспекто Дементорус!» Драко восторженно ахнул. Один его сын получил дар целителя, а второй… С ума сойти! Корвус сможет повелевать дементорами. Конечно! Корвус практически возвратился с того света, кому же, как не ему общаться с этими смертоносными созданиями? Маг глянул на Драко, подмигнул и улыбнулся. Яркая вспышка поглотила и фигуру мага и остальных духов. Рана на руке Гарри закрылась сама собой. Он прислонился к стене спиной. У него кружилась голова от потери крови. - А этот…со змеёй… Это кто? – слабым голосом спросил он. Драко смотрел на него, как на полного придурка. - А это, мистер Поттер, был лично Салазар Слизерин, - любезно ответил Люциус. – А ведь среди ваших чистокровных предков не числилось основателей Хогвартса. Вероятно, это предок вашей матери. - Но она же маглорожденная… - Салазар был тот ещё бабник, - усмехнулся Люциус. – У него женщин было немерено. И ведьм, и полукровок, и простых магл. Люциус ловко завернул младенцев в одеяла. Драко подхватил под руку Гарри. - Пойдём, - ласково говорил он. – Тебе сейчас надо лечь. Плохо, что Гарри нельзя сейчас напоить кроветворным зельем. Отворотное средство нельзя смешивать с другими зельями. Драко твёрдо намерен выполнить магическую клятву, данную крёстному. Иначе сам он лишится магии. Малфой довёл Гарри до его собственной спальни, заставил выпить горячего сладкого чая и съесть большую шоколадку. А потом поднёс к его рту флакон с отворотным зельем. - Что это, Хорёк? – скривился Поттер. - Это кроветворное зелье. Так, а теперь выпей вот это, - он напоил уже сонного Гарри приворотом. – Умница! А теперь спи. Вот и всё! Драко сидел возле уснувшего мужа. Ему хотелось плакать. Он тихо, боясь разбудить, погладил растрёпанные густые волосы, провёл ладонью по смуглой щеке, нежно поцеловал яркие пухлые губы, встал и вышел из комнаты. «Прощай, мой любимый! Прощай, мой Гарри! Бывший враг и теперь уже бывший любовник. Завтра ты начнёшь раздражаться от одного моего вида, а потом я стану так ненавистен тебе, что ты предпочтёшь сбежать от меня. Прощай…» - Драко сидел на полу под дверью спальни Поттера и беззвучно плакал. К нему подошла Астория, уселась рядом, обняла и принялась бережно укачивать. - Почему ты не сварил отворота для себя? – ласково спросила она. Но Драко только покачал головой. Он хотел запомнить свою такую короткую и яркую любовь и не омрачать её собственным отвращением к Гарри, вызванным зельем. Астория позвала его к себе, но ему хотелось побыть одному. Он долго ворочался в своей ставшей такой неуютной постели, а потом заснул, прижав к себе второю подушку, пахнущую ванилью и молоком. Ливень, шедший ночью, утром перешёл в нудный дождь. Резко похолодало. Надо бы встать и разжечь камин, но лень шевелиться. Драко старается закутаться в одеяло, потом придвигается поближе к чьему-то тёплому боку. Он ещё какое-то время дремлет, потом в ужасе вскакивает – у него под боком мирно спит Гарри. Лохматый, голый и даже очки не снял. Чёрт! Почему отворот не подействовал? Что, Северус неправильно его сварил? Какая чушь! Драко лихорадочно вспоминает, как действует отворотное зелье. Сначала человека начинают раздражать какие-то мелочи в его партнёре – например, сопит во время еды, громко прихлёбывает чай, часто повторяет одни и те же словечки. Раздражение стремительно переходит в отвращение, и любовники расстаются. Причём, тот, кто выпил отворот, чувствует эйфорию потому, что ушёл от ненавистного партнёра. Надо чем-нибудь разозлить Поттера. - Потти, я тебя не звал в свою постель! – Драко грубо трясёт мужа за плечо. - А я сам пришёл, без приглашения, - зелёный глазища сияют, на лице детская улыбка. Гарри потягивается и впивается поцелуем в шею Драко. - Да отвяжись ты от меня! Надоел! – зло говорит Драко, с силой отталкивая его. Он молча одевается и выскакивает из комнаты, оставив недоумевающего Гарри в своей кровати. За завтраком он нарочито недовольно разглядывает очкарика, который, как всегда, размазывает овсянку по всей тарелке. - Поттер, ты полгода живёшь у нас, а вести себя за столом так и не научился. Ты не понимаешь, что на твою размазню противно смотреть? – резко говорит он. – Ты ешь, как свинья… как Уизелл… - А? – испуганно вскидывается очкарик. – Извини, это у меня со школы осталось. Помнишь, там всегда овсянка была такая невкусная. Люциус, прищурившись, наблюдает за сыном. Всё понятно, Драко платит по счетам. Нет, ни Северус, ни сын ничего не рассказывали о заключённом соглашении, но и дураку понятно, что мог потребовать жёсткий и мстительный зельевар у попавшего в безвыходную ситуацию Драко. А Драко не понимает, почему не может разозлить Гарри, который после завтрака что-то хочет спросить у него. Он убегает в лабораторию и начинает остервенело растирать когти венгерской хвостороги. Зачем он это делает, он и сам не знает. Вон в шкафу полная банка растёртых когтей. - Драко, давай я тебе помогу, - Гарри стоит в дверях и наблюдает за его усилиями. – Эти когти такие твёрдые, ты себе руки повредишь. Ты же Мастер зелий, тебе негоже заниматься черновой работой. - Поттер, мне не нужны твои указания, что я должен делать. Я сказал, оставь меня в покое! - Драко, ты сердишься на меня? За что? Малфой не отвечает. Он достаёт котел, наливает в него воду и заклинанием включает горелку. Потом высыпает в него толчёные когти. Что он хочет сварить? Когти всегда во все зелья добавляются в самом конце. - Драко? Ты не хочешь со мной разговаривать? Что я сделал? – шёпотом спрашивает Гарри. Малфой не выдерживает этой пытки. Давай, Драко, будь вредным, как в школе! - Поттер, тебе не кажется, что ты злоупотребляешь моим гостеприимством? - холодно говорит он. - У тебя же есть Поттер-хаус. Или ты так привык быть нищим, что не можешь вспомнить о своей собственности? Хотя, ты же сын грязнокровки, привык жить в чулане, где уж тебе быть домовладельцем. - Драко… - Что Драко? Да, ты мне был нужен только для ритуала крещения. У тебя же огромная магическая сила, да и в предках сам Слизерин. А теперь я тебя больше не держу, ты мешаешь нам с Асторией! Можешь убираться на все четыре стороны! - Хорошо, я уйду. Не злись так, - упавшим голосом говорит Поттер. - И не хлопай дверью по своей дурацкой привычке! – вдогонку орёт Малфой. Гарри поворачивается и выходит, очень осторожно закрывая за собой дверь. А Драко, стиснув зубы, суёт в кипящий котёл руку, чтобы физической болью хоть немного затмить отчаяние и пустоту в душе, которые останутся надолго. Северус сидел возле камина и пил кофе, просматривая «Ежедневный пророк». Гарри опубликовал статью, в которой высказывал удивление, откуда у маглорожденного Иеремии Готфрида, нынешнего руководителя департамента по имуществу, появился новенький особняк в четыре этажа. Это при его зарплате и притом, что никакого наследства у него нет. Конечно, это не сам Гарри, это Люциус пишет все эти острые разоблачительные статейки под именем Поттера. Люц совсем зарвался! Пишет статьи от имени Поттера, проводит собрания партии, организовывает какие-то благотворительные акции. Тоже мне, рыцарь милосердия! Люциус целенаправленно рвётся к власти, прикрываясь именем Национального героя. Внезапно перед зельеваром возник Коржик, домовик Малфоев. Он протянул ему письмо-вопиллер и так же внезапно исчез. «Крёстный, твои зелья на него не действует! Я напоил его ещё ночью после ритуала. А он до сих пор лезет ко мне с нежностями! Я буквально пинками выгнал его из дома! Он ушёл в одной рубашке, а на улице дождь! Если с ним что-нибудь случится, я убью тебя!» - отчаянно орало письмо голосом Драко. * * * Гарри вышел из дома и побрёл по аллее, не замечая усиливающегося дождя. Вот так же прошлой осенью он плёлся к выходу, не понимая, почему перед глазами стоит пелена – от дождя или от слёз. Он чувствовал даже не обиду, а какое-то тупое недоумение. Почему Драко так разозлился? Куда теперь пойти? В Поттер-хаусе сейчас настоящий детский дом для малолетних осиротевших магов. Наверное, надо переместиться на площадь Гримо. Как же ему неохота в этот грязный запущенный особняк с полоумным Кричером и ругающимся портретом леди Вальбурги! Хорошо хоть в кармане он нащупал кошелёк, напрямую связанный с его сейфом в Гринготтсе. Сейчас он пошлёт Кричера купить огневиски, разожжёт камин и согреется. Чёрт! Как же холодно! Он совсем мокрый, так и заболеть недолго. И ухаживать за ним будет некому. Поглощённый этими мыслями, он аппарировал. И внезапно очутился в маленьком запущенном садике позади домишки в Тупике Прядильщиков. Как он сюда попал? Подсознательно подумал о ком-то, кто сможет позаботиться о нём? Надо, по крайней мере, высушить одежду и наложить водоотталкивающие чары. Гарри, крадучись, взошёл на крыльцо под навесом, сел на знакомую облезлую скамеечку и достал палочку. - Ты же совсем мокрый, мой хороший! Давай, пойдём в дом, выпьешь горячего чая, - Северус, неслышно распахнувший заднюю дверь, склонился над Гарри и погладил его по мокрым волосам. Да, горячего чая сейчас хорошо бы… Северус такой заботливый! Гарри вдруг ощутил горячую благодарность к этому человеку и прижался губами к его руке. Снейп удовлетворённо усмехнулся. И отворот и приворот прекрасно действуют. Почему-то они проявились только сейчас. Но с этим Поттером всё не как у людей! Гарри беспрекословно дал себя раздеть. Снейп сначала затолкал его в горячую ванну и вымыл, очень нежно касаясь укромных мест. А Гарри хотелось большего. Он прижимался к рукам Северуса, подставлял попку и живот. Ему было хорошо. Он уже не думал про этого вредного злого Хорька. Для него существовало только здесь и сейчас. - Сев, погладь меня… здесь… пожалуйста… - шептал он, пытаясь толкнуться пенисом в руку Снейпа. Зельевар довольно улыбался. Сильнейшее приворотное зелье, сваренное на основе крови и волос Северуса, накрепко привяжет мальчишку к нему. И больше он никуда не отпустит это зеленоглазое чудо. Надо только раз в неделю поить его свежим приворотом. * * * Конец июля. Стоит отличная тёплая, но не жаркая погода. Снейп велел Гарри собрать чёрной смородины, обещая испечь пирог. Гарри с энтузиазмом приступил к работе. - Сев, а мы сможем в Хоге жить вместе? – Гарри общипывает кусты смородины и суёт ягоды в рот. – Я имею в виду, в одних апартаментах? Или это будет чересчур вызывающе для МакГонагалл? Северус сидит на траве, прислонившись к стволу старой дуплистой яблони и подставив лицо приятному солнечному теплу. - Ты собираешься остаться работать в Хоге? – спрашивает он. - Да. А чем ещё заняться? Поступать в Университет, как Гермиона, я не хочу. Опять учиться? Надоело! Снейпу как-то не хочется больше учить студентов. Хотя, ведь в Хоге остаются его змейки… Без него ребятишек опять начнут травить, а Минерва будет спокойно наблюдать за этим. Надо подождать, пока изменится общая политическая ситуация. Люциус, похоже, готовится нанести решительный удар по Министерству. В «Пророке» напечатано обещание Гарри Поттера опубликовать некие секретные архивы гоблинов Гринготтса о незаконных переводах денег Упиванцев на личные счета неких высокопоставленных чиновников и самого Руфуса Скримджера. В общем, следите за нашими выпусками! - Значит, сам учиться ты не хочешь? А учить студентов тебе нравится? - Ага… Вот стану деканом Гриффиндора и буду спорить с тобой из-за отработок и снятых баллов, - радостно хохочет Гарри и кидается Северусу на шею. - Негодный мальчишка! Ты же не собирал ягоды, а ел их! – ворчит зельевар. - Да ну его, этот пирог! Давай купим мороженое! Эскимо. Я его буду лизать… Вот та-а-ак… И шаловливые ручки расстегивают джинсы Северуса. Гарри лежит головой на коленях Снейпа, бездумно глядя в голубое небо и чувствуя, как горячие пальцы пытаются расчесать его непокорные волосы. Как хорошо, что он вернулся к Севу! Гарри как-то смутно вспоминает, что они с Драко, кажется, страшно поругались из-за чего-то. Да, неважно, из-за чего. Всё равно, Гарри теперь точно знает, что они не любили друг друга. Да, занимались сексом, и надо сказать, довольно приятным. Но любви, такой как к Севу, не было. И Северус великодушно не напоминает о Драко. Сев такой хороший! - Мы будем праздновать твой день рождения? – спрашивает Северус. – Давай, я приготовлю роскошный обед, а ты позовёшь, кого захочешь. Только сразу скажи, на сколько персон готовить. Гарри задумался. Кого приглашать? Гермиону, Невилла, Рона (если он захочет). Вот, собственно, и всё. Так странно… Раньше их Золотое Трио было неразлучным, на каникулах у Дурслей Гарри страшно скучал по друзьям. А теперь ему не очень хочется их видеть. Гермиона в курсе его отношений со Снейпом, а вот Рон начнёт возмущаться этой противоестественной связью с «сальноволосым ублюдком». Решено, Рона он приглашать не будет. Невилл достаточно хорошо воспитан. Но он до сих пор боится профессора зельеварения, как огня. А что если пригласить Гермиону и Невилла вместе с их подопечными слизеринцами? Точно! И его Сайруса и Эдну тоже пригласить! - Готовь на восемь человек, - сказал он. - Я попрошу у Люца двух эльфов, чтобы прибрались в доме, - предложил Северус. - Ой, а можно я сам приберусь? Меня это так успокаивает! Я всегда у Дурслей прибирался! - Вот странный ребёнок! Не любит учиться, и любит убираться, - смеётся Северус. И на другой день Северус отправился за продуктами, а Гарри раздевшись до трусов, принялся драить дом. Он отчистил ковёр в гостиной, выгреб кучу мусора из-под кресел, до блеска отмыл окна, убрался в кухне. Северуса всё не было. Небось, зашёл в Лютный переулок и застрял в какой-нибудь лавчонке, исподтишка торгующей запрещёнными ингредиентами. Гарри поднялся на второй этаж. Ну, в спальне убирать нечего, да бельё он перестелил только вчера. Можно навести хоть какой-то порядок в кабинете Снейпа, вон пергаменты, наваленные грудой, не умещаются на столе. Гарри начал просматривать пергаменты. Ой, тут без Сева не разберёшься. Лучше их не трогать. А вот книги, которые занимают все кресла, можно поставить на полку. И Гарри начинает палочкой левитировать толстенные фолианты в шкаф. Внезапно гора из книг, громоздившихся на столе, с грохотом рушится. Из одного фолианта от удара вылетает страница. Гарри вздыхает. Не хватало только повредить какую-нибудь ценную книгу! Он поднимает выпавшую страницу. Нет, это не книжная страница! Это кусок пергамента, вложенный в книжку. «Я, Драко Люциус Малфой….. взамен… излечит моего сына…» Гарри обессилено садится на пол. Так вот, почему Драко практически выгнал его из Малфой-мэнора! Нет, жизнь ребёнка - это святое. Но разве нельзя было поговорить и просто всё объяснить? Гарри так раздосадован нелепым поведением Малфоя, что немедленно одевается и выскакивает из дома, сжимая в руках палочку и пергамент. Он выходит за магический барьер, который скрывает дом Северуса от маглов и хочет аппарировать к поместью Малфоев. - Гарри! А я к тебе! – Рон подходит к нему. – Мне приказано… - Рон, не сейчас! Мне некогда! Рон как-то странно оглядывается. И Гарри получает в лоб каким-то парализующим заклятьем, которое ещё и ослепляет его. - Что вы делаете, мистер Шеклбот? Гарри сам бы пошёл с вами! – с ужасом кричит Рон, глядя на валяющегося на земле неподвижного друга. - Молчать, Уизли! Выполняйте мои приказания! Возьмитесь за этот портключ… Северус с удовольствием разглядывал подарок, который он заказал для Гарри у ювелира. Лев в накинутой на спину ало-золотой мантии подпрыгивал и хватал летающий над его головой снитч. А потом вновь отпускал. И опять ловил. Игрушка бессмысленная и очень забавная, как раз в духе Поттера. Внезапно Снейп ощутил, как в кармане завибрировал артефакт, настроенный на охранный контур дома. Кто-то вышел. Куда этот негодник собрался? Северус вдруг почувствовал страшную тревогу. Он расплатился, сунул игрушку в карман и аппарировал. То, что он увидел, спокойствия не прибавило. На земле валялся пергамент с пресловутым магическим соглашением и палочка Гарри. Если паршивец нашёл пергамент и отправился к Драко выяснить отношения, то почему бросил палочку? В голове бывшего шпиона быстро прокручивались разные варианты объяснения того, что произошло. На Гарри несомненно напали. Кто? И вдруг Северус вспомнил о последней статье в «Пророке». Он врывается в Малфой-мэнор. Люциус, который осматривает только что купленного коня, испуганно смотрит на разъярённого Снейпа. Северус хватает мужа за грудки. - Гарри похитили! Что ты там понаписал в «Пророке»? - Сев, отпусти, больно! Идём в дом, сейчас найдём твоего Гарри. Они поднялись в комнату, где лежал ковёр-карта. Люциус ткнул палочкой в карту, произнеся им Гарри. - Руфус совсем свихнулся, - пробормотал он. – Притащил Гарри прямо к себе. Яркая белая точка сияла возле всем известного поместья «Клёны», принадлежащего роду Скримджеров. * * * Гарри очнулся. Голова страшно болела. А глаза ничего не видели. Он чувствовал повязку на своём лице. Он к чему-то привязан, к стулу или креслу. - Гарри, скажи, где архив? – раздаётся чей-то голос. - Развяжите меня! Иначе я ничего не скажу! – потребовал Гарри, совершенно не понимая, о каком архиве идёт речь. Повязка с глаз исчезла. В огромной комнате было три человека, смутно знакомых Гарри. Это кто-то из Министерства. Из них он знал только Министра Магии Руфуса Скримджера. - Гарри, просто скажи, где твой архив. И мы отпустим тебя, - сказал он. - Что, так прямо и отпустите? - Ну-у, Обливейт, и ты свободен… - Да пошёл ты! - Что ты с ним цацкаешься, Руфус? Вы, светлые волшебники, не умеете разговаривать с пленниками. Вперёд выступил худой человек в маске белого цвета, какие носили Упиванцы. - Начнём с самого простого, - сказал он. – Круцио! Следующие полчаса Гарри орал от боли под изощрёнными пыточными заклятиями. Он сорвал голос, уверяя, что ничего не знает ни о каком архиве. - Руфус, хватит! Ты же видишь, он ничего не знает! – в комнату вошёл Кингсли Шеклбот. – Я на такое не подписывался! Ты просил доставить тебе Гарри Поттера, я доставил. Ты сказал, что просто поговоришь с ним. - Кинг, заткнись! Ты замаран не хуже нас! Тебе тоже немало перепало! Да, Министр Магии отписал Шеклботу огромную сумму со счетов Упиванцев. Вот только он не знал, что Глава Аврората недавно передал все деньги этому новому приюту для осиротевших маленьких волшебников. - Руфус, давай просто напоим его Веритасерумом. Хочешь, я прямо сейчас смотаюсь в Аврорат и принесу? – предложил Шеклбот. - Ты останешься здесь, Кинг! Я тебя знаю, предашь, как только выберешься отсюда! Продолжай, Мортон! Взмахом палочки человек в маске по имени Мортон лишил Гарри одежды и подвесил за руки к потолку. Он начал применять заклинания для ломки костей, последовательно ломая сначала каждый палец на ногах, постепенно поднимаясь вверх. Гарри обмочился от нестерпимой боли, а потом потерял сознание. * * * - Чёрт, это Варги Мортон! Лорд сам обучал его палаческому искусству, - с ужасом прошептал Люциус, глядя в Сферу поиска. - Я думал, его убили. Люц, что мы стоим? Надо спасать мальчишку! - Я иду с вами! – заявил Драко. Снейп только махнул рукой, с ужасом глядя на белую звездочку на ковре-карте, которая мигала, сменяясь неяркой синей. Люциус мгновение подумал и достал из сейфа манок для дементоров. А ещё он тайком от Северуса послал домовика к Рите Скиттер, передав ей координаты поместья Скримджера. Они аппарировали прямо перед поместьем «Клёны». Но внутрь войти не смогли, поместье защищало сильное заклинание, которое поддерживалось изнутри каким-то чрезвычайно сильным магом. Все попытки снять его не приводили к успеху. Снейп уже боялся глядеть в Сферу поиска. Он не мог видеть мучения Гарри. - Это Защита осаждённых, - заявила Рита Скиттер, которая прибыла к месту событий с двумя фотографами. – Она может поддерживаться только самим хозяином изнутри. Мне Скримджер хвастался, когда я у него интервью брала после его инаугурации. А что здесь происходит? Люциус коротко рассказал, что Национального героя взяли в плен. - Люц, надо как-то пробраться внутрь, - тихо сказал Снейп. – После Варги Мортона пленники не выживают. - Пап, надо пронести манок внутрь, - сказал Драко. Люциус страшно боялся использовать манок, но делать нечего. - Коржик, - негромко позвал он. Эльф возник перед ним через минуту. - Ты можешь проникнуть внутрь этого поместья? Коржик подошёл к воротам и без проблем появился уже внутри ограды. Потом исчез и так же легко появился снаружи. Он поклонился и вопросительно посмотрел на хозяев. - Возьми вот это. Подберись как можно ближе к дому, если сможешь, проберись внутрь. Один раз крякни этой уточкой и немедленно уходи оттуда! Минут через пять маги почувствовали, как защита поместья исчезла. Коржик давно стоял возле Люциуса, теребя в руках манок. Лорд Малфой поскорее забрал его. В доме началась какая-то суета, послышались крики. Люциус глубоко вздохнул и ринулся в дом. Снейп последовал за ним. Он слышал, как сзади Рита Скиттер скороговоркой диктовала прыткопишущему перу: «Мы ведём свой репортаж из дома, где в заложниках находится Гарри Поттер. На него было совершено нападение после того, как этот смелый борец с коррупцией объявил о скорой публикации в нашей газете неких секретных архивов…» * * * Гарри то приходил в себя от каких-то лечебных заклинаний, то опять терял сознание от вновь накладываемых костоломных проклятий его палача. Руки, за которые он был подвешен к потолку, сначала страшно болели, а потом он перестал их чувствовать. В соседней комнате метался из угла в угол Кингсли Шеклбот. Рон Уизли скорчился в углу. Они не могли покинуть дом, их не пускала какая-то сильнейшая защита. Внезапно раздался странный пищащий звук, как будто наступили на какую-то магловскую резиновую игрушку. Дементоры возникли неожиданно, как будто они скрывались здесь в доме. Две чёрных тени закружились под потолком, а потом спланировали, нацелясь на Шеклбота. Он рванул в соседнюю комнату. - Руфус, ты доигрался, придурок! На нас напали дементоры! Скримджер и палач выскочили в соседнюю комнату. Шеклбот глянул на Поттера и поднял палочку. Он освободил пленника и осторожно опустил его на пол. - Уизли! – тихо позвал он. Рон просочился из соседней комнаты. - Позаботься о нём, - сказал Шеклбот и поднял палочку, встречая прорвавшихся дементоров. – Эспекто Патронус! Но он не успел. Дементоры кружили вокруг него, смакуя его страх и боль. - Гарри, очнись! Эннервейт! – шептал Рон, пытаясь заслонить тело друга от дементоров. - Рон, дай свою палочку, - простонал Гарри. Он из последних сил приподнялся и направил палочку в сторону дементоров, которые с интересом озирались по сторонам, ища новых жертв. - Эспекто Патронус! – крикнул он, вкладывая в заклинание всю магическую энергию. Летящий в прыжке сияющий олень испугал этих смертоносных тварей, заставив вылететь в окно. - Эспекто Патронус! – хором воскликнули Люциус, Северус и Рита. Ярко светящиеся силуэты гигантской змеи, лани и огромной морской свинки отпугнули дементоров. Они взлетели и растаяли в небе. Маги связали Инкарцеро Руфуса Скримджера и двух чиновников из Министерства. Варги Мортона нигде не было, когда пала защита поместья, он быстренько смылся. В соседней комнате они обнаружили обессиленного Шеклбота и Рона Уизли, который старался привести в чувство неподвижного Гарри, лежащего на полу. Снейп бросился к нему. Люциус наставил палочку на Шеклбота. - Кингсли, ты же честный аврор. Что ты здесь делаешь? - Он Министр Магии. Он мне приказал, - прохрипел Шеклбот, пряча глаза. Люциус немного подумал. Если спасти Главу Аврората, привязав его к себе долгом жизни, будет очень неплохо. - Кинг, вставай. Иди, официально арестуй этих в соседней комнате. И держись уверенно. Ты же при исполнении обязанностей! - Люциус, ты… - неверяще смотрел на него Шеклбот. - Да. Скоро мне будут нужны люди, беспрекословно выполняющие мои приказы. Драко держал руки на груди Гарри, окутывая его золотистым сиянием. В его глазах стояли слёзы. - У него все кости несколько раз переломаны и срощены. И опять сломаны. И сильнейшее магическое истощение. - Он вызвал Патронуса и отогнал от нас дементоров, - пояснил Рон. Драко закрыл глаза, из всех сил стараясь помочь Гарри. Он передавал и передавал свою магическую энергию, но чувствовал, как она утекает в знакомую чёрную воронку. Он обессилено привалился к стенке и поднял глаза на Снейпа. - Он умирает, крёстный. Я ничего не могу сделать. Жизнь утекает из него, - прошептал целитель. И тогда Северус мягко опустился на колени рядом с Гарри, нащупывая в кармане два заветных пузырька. * * * Конечно, капля мёртвой и живой воды мало для полного исцеления. Но врачи в Мунго делали утешительные прогнозы. У Гарри было сильное магическое истощение, многочисленные переломы мелких костей на ногах и руках, внутренне кровотечение. Надо кропотливо собрать кости из осколков, срастить их, залечить внутренние повреждения. Гарри большую часть времени был без сознания. Драко каждый день аппарировал в Мунго, проводя лечение под бдительным взглядом Снейпа, который дневал и ночевал в больнице. Северус оккупировал одну из больничных лабораторий и варил для Гарри обезболивающие и кроветворные зелья. Главврач Мунго приказал во всём содействовать великому профессору Снейпу, который затерроризировал всех медсестёр, обвиняя их в отсутствии должного ухода за Национальным героем. После опубликования статей Риты Скиттер о коррупционере Скримджере, который захватил и пытал Спасителя Отечества, и о героическом Люциусе Малфое, который спас его, были объявлены новые выборы Министра Магии. В отсутствии Гарри Поттера партия «Рыцари милосердия» сплотилась вокруг Люциуса Малфоя и организовала грандиозную предвыборную компанию. И через месяц Люциус уже принимал поздравления. Лорд Малфой устроил торжественный приём по случаю своей инаугурации. Ради такого торжественного случая даже Северус на время оставил больницу, чтобы поздравить мужа. И на этом же приёме Люциус огласил свой первый указ: о назначении Северуса Снейпа директором Хогвартса. Он заметил, каким удовлетворением блеснули глаза Сева. Люциус давно понял, что большая политика Снейпа не привлекает. А вот безраздельно властвовать в небольшом коллективе – это как раз для него. На приёме было много сотрудников министерства. Те, кто недавно в упор не видели бывшего Упиванца, теперь с кривыми улыбками подходили и приносили свои поздравления. Люциус брал на заметку всех, кто казался ему неискренним. Надо будет принести сюда Сферу поиска и посмотреть, о чём сплетничают чиновники в рабочее время. Гости подходили и поздравляли Министра Магии и новоиспечённого директора Хога. Внезапно перед ними возник эльф, одетый в простынку с больничной эмблемой. - Хозяин, Джереми говорит, что Гарри очнулся и зовёт хозяина Северуса, - пролепетал он. Северус вопросительно посмотрел на мужа и сжал его руку. Люциус кивнул, и Северус кинулся в вестибюль к огромному министерскому камину. ЭПИЛОГ. Гарри нёс маленького Витольда, аккуратно переступая через корни деревьев. Малыш доверчиво обхватил его шею ручонками. Наконец, они вышли к ручью. Гарри расстелил плед и усадил малыша. Ребёнок лепетал и радовался текущей воде. Поттер произнёс заклинание, и маленькие рыбёшки стали выпрыгивать из воды, развлекая ребёнка. Конечно, он пока ещё магически слаб, но на такое простенькое заклинание он способен. Гарри каждый день гулял с ребёнком по лесу, окружающему Принц-мэнор. Через несколько минут приползла знакомая гадюка. Витольд увидел свою приятельницу, захлопал в ладоши и зашипел, приветствуя её. Змея заползла на плед и свернулась на солнечном пятне. Витольд начал осторожно гладить её голову. - Смотри, не укуси ребёнка, - привычно предупредил Гарри. - Отвали, я не кусаю змееустов, - привычно огрызнулась невоспитанная змеюка. Гарри начал собирать одуванчики, в большом количестве росшие на берегу. Он сплёл венок и надел малышу на голову. - Очень красиво, - одобрила змея. Вот уже почти год Гарри жил здесь в Принц-мэноре. Он помнил, всё, что с ним случилось, но думал об этом как-то отстранённо. Любовь Драко, которую тот обменял на жизнь своего сына, нападение Скримджера, сверхъестественную боль от пыток, страх, что никто не узнает, где он, нападение дементоров, заклинание Патронуса из последних сил и благословенную темноту, накрывшую его. Он очнулся в комнате с белыми стенами. Джереми Корриган водил по нему палочкой, накладывая диагностирующие заклинания. Гарри вдруг почувствовал страшную тоску. Он совсем один в этой больнице, и никому нет до него дела. - Северус, - проговорил он и заплакал. Было так обидно, что его лечит какой-то малознакомый колдомедик. А Севу нет до него никакого дела. Корриган внимательно глянул на него и вышел. Ну вот, Гарри остался вообще один! А ему так хочется пить… Он даже пошевелиться не может, малейшее движение причиняет страшную боль. Гарри устало закрыл глаза. А потом почувствовал возле губ прохладный носик поилки. Сев сидел рядом и пытался напоить его каким-то зельем. - Сев, я думал, ты меня бросил, - прошептал Гарри. - Тс-с, мой хороший. Не болтай глупости. Все недели, пока он болел, Северус постоянно находился рядом, предугадывая каждое его желание, снимая боль в переломанных костях заклинаниями, потому что болеутоляющие зелья уже не действовали. Гарри иногда впадал в беспамятство, полное черноты и судорог. Несколько раз ему казалось, что его окутывает золотистое сияние, дарящее покой и сон без боли. А однажды он проснулся и почувствовал, что у него почти ничего не болит. Драко с ногами сидел на кровати. Глаза целителя были закрыты, его руки лежали на груди Гарри, окутывая его золотистым сиянием. Северус вошёл в комнату. Увидев, что юноша проснулся, он бесцеремонно согнал крестника с кровати. - Спасибо, Драко, - сухо сказал он. – Думаю, больше твоя помощь не понадобится. Целитель поплёлся к двери, постоянно оглядываясь. В его серых глазах плескалась тоска. Поттер думал о нём весь день, наслаждаясь таким желанным отсутствием боли и судорог. А потом перестал. Ведь он любит Северуса, и больше ему никто не нужен. А Драко? Наверное, это была ошибка… Гарри тогда так тосковал по Севу, что кинулся к первому, кто проявил участие. Вскоре Снейп перевёз Гарри в поместье деда. С этого дня юноша быстро пошёл на поправку. Северус стал отлучаться на несколько дней, оставляя Гарри на попечение домовиков и своего деда. Гарри наслаждался этим бездумным существованием, отсутствием боли, вкусной едой, чтением, разговорами с дедом Руфиусом, игрой с ним шахматы. Он общался только с лордом Принцем и маленьким Витольдом, который полгода жил у Малфоев, а полгода здесь. Он по настоящему привязался к этому забавному ребятёнку, играл и гулял с ним, уговаривал, когда тот не хотел есть. И ему нравилась эта спокойная тихая жизнь, и не хотелось ничего менять в ней, не хотелось вылезать из этого уютного безопасного кокона. Слишком много было страданий и боли в предыдущий год. А настоящим праздником были нечастые посещения Северуса. Гарри страшно скучал по нему. Конечно, Севу некогда. Когда Люциус стал Министром Магии, первым же указом он назначил директором Хогвартса Северуса Снейпа. МакГонагалл возмутилась и заявилась к нему в кабинет отстаивать свои права. Люциус спокойно выслушал её и произнёс: «Эдварда Мальсибер на вашей совести». И директриса замолчала. Кстати, Деннис Криви и Ричи Кут поспешили явиться в Аврорат и признаться в изнасиловании, умоляя возбудить против них уголовное дело. Суд в наказание лишил их магии на три года. Они лишились магии, но вернули своё мужское достоинство. Джимми Пикс заканчивал седьмой курс и вёл себя тише воды, ниже травы. У директора Хогвартса дел выше крыши, вот и приходит, когда выдаётся свободное время. А в начале года Северус к тому же стал Председателем Гильдии зельеваров. Гарри боялся, что Снейп вообще забудет о нём, занятый важными неотложными делами. Но Северус хоть раз в неделю, да аппарировал в Принц-мэнор. Каждый раз Гарри кидался к нему и утыкался в грудь, ощущая знакомый цитрусовый запах. - Соскучился, мой хороший? – ласково спрашивал Снейп, крепко обнимая его. У Гарри от любви и волнения сжимало горло, и он только кивал головой. Северус поил его каким-то зельем, слабо пахнущим лимоном и сразу вёл в спальню. Он взмахом палочки лишал любовника одежды. Обнажённый Гарри сразу опускался на колени, ожидая приказов. Иногда Северус довольствовался минетом, но чаще разнообразил их секс, используя и зажимы, и сдерживающие кольца, и, изредка, мягкую плеть. И только удовлетворив своё желание, он своими горячими пальцами помогал Гарри достичь оргазма. Гарри до сих пор немного стеснялся этих необузданных фантазий старшего любовника, но старался не показывать вида и терпел. Счастье доставлять удовольствие любимому человеку! Зато потом они лежали на простынях, очищенных заклинанием, и Северус лениво рассказывал о новой учительнице трансфигурации, о правнуке погибшего Филча, молодом сквибе Циклопиусе Филче, который пришёл наниматься на должность завхоза, неся на плече крошечного белого котёнка. Об Агате Макнейр, с которой он хочет подписать ученический контракт. О Невилле Лонгботтоме, который сменил профессора Стебль и который до сих пор краснел и заикался при общении с грозным директором Снейпом. О Сайрусе Кэрроу, который вчера каким-то старинным заклинанием покрасил волосы гриффиндорцев в ало-золотистые цвета, утверждая, что им жутко идёт. - Что жутко, так это точно! – смеялся Гарри, прижимаясь к любовнику. Гарри накормил Витольда тёплым картофельным пюре и козьим молоком, которые он захватил с собой под согревающими чарами. Сытый малыш сонно сопел под боком, прижав к себе любимую игрушку – шар с плавающим внутри козерожкой, гадюка куда-то уползла. Ручей тихо журчал, навевая прохладу. Гарри закрыл глаза. - Хозяин Гарри, хозяин Гарри! – домовуха Крикша теребила его за рукав. – Там хозяин Северус… Очень сердитый! Идите, я возьму ребёнка. Недоумевающий Гарри бегом кинулся к дому. Северус нетерпеливо расхаживал по гостиной, отрывисто рассказывая деду какие-то зельеварские сплетни. Он был одет в парадную тёмно-зелёную мантию с вышитым на лацкане котлом, который обвивала змея, эмблемой Гильдии зельеваров. На груди надета золотая цепь Верховного зельевара – две золотых змеи, сцепившись хвостами, держат во рту довольно большой отполированный безоар. Отросшая чёрная грива спускалась до лопаток. Выглядел Северус очень импозантно и торжественно. - Почему ты до сих пор не одет? Ты речь выучил? – сердито заговорил зельевар при виде запыхавшегося Поттера. Великий Мерлин! Сегодня же второе мая! Северус неделю назад безапелляционно сказал, что на торжественном приёме в Министерстве Гарри обязан присутствовать в обязательном порядке. - Ой, я не хочу… - заныл, было, Гарри. - Не капризничай! Народ должен видеть, что Национальный герой жив, - отрезал Снейп. – Да и Люциуса ты должен публично поблагодарить за спасение. Если бы не он… Чёрт! Гарри взял коротенькую речь, которую набросал для него Северус, и благополучно забыл и о ней, и о министерском торжестве. - Живо одевайся! – Снейп тащил Гарри за руку в его комнату. Он открыл шкаф и вытащил новёхонькую мантию ало-золотой гриффиндорской расцветки и строгий тёмный костюм. - Как ты смел забыть моё приказание! – выговаривал Снейп, пока Гарри, прыгая на одной ноге, пытался натянуть на другую новый носок. – Нельзя быть таким безалаберным, Гарри! Почему я должен тебя ждать? - Ну, и не жди! В гробу я видал ваш грёбаный приём! – вдруг разозлился Гарри. - За пререкания, Поттер, ты будешь примерно наказан, - бархатным голосом пообещал старший любовник, и у Гарри вдруг сладко заныл низ живота. Огромный зал был полон народа. Среди магов Гарри заметил Ремуса Люпина и Арвидуса Грейбека. С тех пор, как оборотни стали пользоваться дракошиным волчьим зельем продлённого действия, можно было не опасаться их внезапного превращения в волков. Министр Магии Люциус Малфой был великолепен. В белом костюме и белой мантии, с безупречной осанкой, длинными белыми волосами, схваченными сзади бархатным бантом, он напоминал какую-то экзотическую птицу, чудом залетевшую на туманный Альбион. Сжимая в руке неизменную трость с серебряным набалдашником, он благосклонно кивал, здороваясь с приглашёнными, что-то приказывал почтительному Перси Уизли, своему личному секретарю, отвечал на вопросы увивающейся рядом Риты Скиттер. Возле него, настороженно оглядывая зал, стоял Антонин Долохов, начальник службы безопасности. Став Министром Магии, Люциус втихомолку амнистировал многих своих соратников и даже постарался вернуть им часть средств. В другом углу зала также настороженно оглядывал собравшихся Глава Аврората Кингсли Шеклбот. На его груди сиял орден «За доблесть». Из газет Гарри знал, что Кингсли получил орден за организацию его спасения из рук Скримджера. Нарцисса что-то трещала по-французски, по-свойски держа под руку посла магической Франции. Астория и Драко о чём-то беседовали с русским послом Василием Малиничевым. Началась торжественная часть. Министр Магии не стал расхваливать свои успехи. Он коротко и ясно рассказал о стоящих перед страной нерешённых проблемах: нашествии каких-то странных чужеродных существ из стран восточной Европы, нехватке персонала для магического детского дома в Поттер-хаусе, о необходимости разработки и принятия законов, упорядочивающих права и обязанности оборотней и кентавров, об отмене Хогвартского экспресса и построении по всей стране удобных порталов, связанных со школой. А потом передал слово Гарри Поттеру. - Э-э-э… - предсказуемо начал мямлить Гарри. Заметив недовольный взгляд Северуса, он взял себя в руки. – Я хочу искренне поблагодарить лорда Малфоя за моё спасение из рук этой шайки министерских мошенников и пожелать ему удачи в построении процветающей магической Британии. Мне бы тоже хотелось участвовать в реализации этих грандиозных планов, однако пока моё здоровье оставляет желать лучшего. Но самое главное – я жив! Спасибо за это господину Министру, господину директору Хогвартса и Главе Аврората Кингсли Шеклботу! Раздались громовые аплодисменты, к Гарри подошли Гермиона, Невилл, Рон. Они наперебой что-то говорили, расспрашивали его. Но ему не хотелось ничего рассказывать о своём житье в Принц-мэноре. И он начал сам расспрашивать их о работе, слушая вполуха тарахтение Гермионы о своих исследованиях и рассказы Невила о потрясающе умной разновидности дьявольских силков, которые различают свой-чужой. Он постоянно ощущал на себе взгляд чёрных глаз. Наверное, Северус волнуется за него. Ещё бы, первый раз после болезни вышел в люди! Он выпил сока, съел какое-то пирожное и почувствовал, что устал от этой толпы, разговоров, снующих эльфов, громкой музыки. Гарри увидел приоткрытую дверь на огромный министерский балкон и вышел, с удовольствием вдохнув свежий вечерний воздух. Уже смеркалось. По площади гуляли люди с детьми. Где-то недалеко начался праздничный фейерверк. Ребятишки провожали каждый новый залп восторженным «у-ух!» - Гарри, как ты себя чувствуешь? – раздался тихий голос. Драко стоял так близко, что Гарри почувствовал позабытый запах клубники. На лацкане его мантии юноша заметил обвивающую котёл змею. - Я немного устал, - признался Поттер. Драко положил руки ему на плечи и закрыл глаза. Из рук заструилось слабое золотистое сияние. Гарри почувствовал тепло и поток магической силы. - Ничего страшного, - сказал целитель. – Ты просто отвык от людей. - Драко, как там мои крестники? - Ты знаешь, они такие разные, хоть и близнецы! – оживился Драко. – Скорпиус требовательный, крикливый. А Корвус тихоня. Молчит и наблюдает за всем. А недавно Скорпиус начал плакать, так Корвус сумел стихийной магией призвать соску и сунуть ему в рот. Ты при крещении дал им отличное наследие. - Драко, ты прости меня. - За что, Гарри? - Я… я думал, что люблю тебя… Прости… Северус – это для меня всё… Ты правильно сделал, что обменял нашу любовь на жизнь ребёнка. Да не было никакой любви, у нас с тобой просто было какое-то наваждение… Прости… - Наваждение… - эхом повторил Драко. – Да, разумеется… - Гарри, пора домой! Хватит с тебя на первый раз! – раздался суровый голос. Снейп стоял в дверях, прожигая взглядом крестника. - Ага, пойдём, Сев, - обрадовался Гарри. Верховный зельевар развернулся и стремительно пошёл в зал. Гарри поспешил за ним, не замечая печального взгляда серых глаз целителя. * * * Дома они поужинали вместе с дедом, Гарри беспокоило, что весь ужин Северус был каким-то мрачным. Северус проведал сынишку, который уже сладко спал, наигравшись с ужом, которого поймала ему Крикша. А потом потащил Гарри в спальню. - Раздевайся! – приказал он. Гарри, привыкшему, что Северус сам раздевает его взмахом палочки, пришло в голову устроить стриптиз, чтобы хоть немного развеселить сурового любовника. Он медленно расстёгивал и снимал рубашку, потом томительно медленно снимал штаны и носки. Когда он чуть-чуть спустил трусы, а потом вновь натянул их, у Снейпа лопнуло терпение. Он рывком сдернул с Гарри трусы, заставил встать на колени перед кроватью и начал охаживать его ягодицы невесть откуда взявшейся розгой. - За что? – возмущался Гарри. - За то, что сегодня пререкался со мной. О чём ты разговаривал с Драко? Он назначил тебе встречу? - Не-е-т… Он …ой… рассказывал…Сев, больно! Рассказывал о близнецах… - Не ври! - Ой! Сев, это правда! Ай, больно! * * * Люциус, у которого уже отваливался язык от беспрерывного общения, тихо выскользнул из зала и поднялся в свой роскошный министерский кабинет на седьмом этаже. Устал! И Северус, который обычно немного помогает, отвлекая часть гостей на себя, как-то быстро смотался с приёма. Всё время не сводил ревнивого взгляда со своего драгоценного Поттера, невпопад отвечая на вопросы. Лорд Малфой посидел, закрыв глаза, потом сунул руку в стол, ища конфеты, которые всегда держал в верхнем ящике. Под руку вдруг попалась Сфера поиска. Вот чёрт! Надо забрать её отсюда домой. Он всё время забывает. Подумав, Люциус ткнул в сферу палочкой, произнёс заклинание поиска и имя «Северус Снейп». Мда-а… Люциус всегда знал, что у Северуса садистские наклонности. Ишь, поставил Спасителя Отечества на колени и сечёт его розгой. А тот даже не кричит, только лепечет что-то жалобное. Северус заимел себе живую игрушку и, похоже, счастлив. Ну, и слава Мерлину! Гарри Поттер сейчас нужен только на таких официальных торжествах, как сегодняшнее, так что Северус может спокойно развлекаться с молодым любовником. Главное, на забывать периодически поить его приворотным зельем. Страной должны руководить не Национальные герои, а прагматичные циничные реалисты! Люциус полюбовался, как отменно высеченный мальчишка подполз к Севу и начал расстёгивать его брюки, и произнёс: «Фините». - Ваше Превосходительство, сейчас будет парад оборотней. Ждут только Вас! - Иду, Перси. КОНЕЦ. От автора: А кто хотел решительного смелого Гарри или благородного белого и пушистого Северуса, то вам моё стило и пишите сами ))