Чертов автобус

— Давай быстрее, — ворчала я. — а то опоздаем. — Ну, а кто виноват, что ты спала как убитая? — А разбудить не мог?       Мы стояли в большой пробке. Выехали как раз в тот час, когда улицы заполнены машинами. Все спешат на работу, учебу и по простым человеческим делам. Из-за этой пробки я могу опоздать. Это опоздание ни к чему хорошему не приведет. — Кстати, почему раньше не разбудил? — буркнула я. — Ты так мило спишь, — улыбнулся он, — прям как моя кошка, которая была у меня в детстве. — Не язви, — хлопнув его по спине, фыркнула я, — может по дворам? — Господи, с тобой такие проблемы, — тяжело вздохнув, он выехал во двор, — держись крепче, тут ямы огромные. Отобьешь себе все.       Я крепче прижалась к нему, чувствуя его тепло. Хорошо, что он уже починил мотоцикл, а то мы бы на автобус не успели. Видели те ему понравилось пялиться на меня спящей. Интересно, можно считать за комплимент, что он сравнил меня со своей кошкой? На счет того, что ямы были огромные, он не соврал. Пришлось с каждым прыжком ближе приближаться к Дане. Я всем телом прижималась к его спине. Он был не напряжен, в отличии от меня. Даня все еще мог заставить мое сердце биться чаще. Мысли одурманивались, и ладони начинали потеть. Особенно сейчас, когда я всем телом прижата к нему. Еще из-за этих гребанных ям, я буквально трусь об Даню. — Слазь. — А ты? Не боишься опоздать? —Мне можно, я ж всего лишь лаборант, — улыбнулся он.       Ах, эта улыбка. Все бы отдала, чтобы смотреть на нее, а не идти на скучные уроки. Если бы не шанс поступить в Московский университет, я бы уже давно перешла в школу для простых “смертных”.       Я, закатив глаза, слезла с мотоцикла. Еще разок посмотрев на Даню, я быстрым шагом направилась в школу. Зашла в кабинет я как раз со звонком. Аня, странно на меня покосившись, фыркнула что-то себе под нос. Пару раз за урок я пыталась ее разговорить. — В чем проблема? — взорвалась я.       Мы сидели в библиотеке. Если бы не тест по литературе, Аня бы и не думала идти со мной сюда. Хотя скорее я за ней пошла, так как она со мной не разговаривает. Пришлось идти за ней, пытаясь разговорить.       Она все еще молчала. Это меня так сильно бесило, что я уже хотела ударить ее книгой потяжелее. — Еще подруга называется, — буркнула я. — Молчишь весь день, не объясняя, почему обиделась. — Кто бы говорил, — фыркнула она. — На звонки не отвечаешь и вчера меня бросила. А еще, судя по тому, во что ты одета, так же как и вчера, — она покосилась на мой вчерашний наряд, — ты не ночевала дома. — Господи! Аня, ты из-за этого что ли?       Она снова бросила на меня озлобленный взгляд. Видимо, она серьезно переживала. Я поступила плохо, заставляя подругу волноваться. — Да я не ночевала дома, — тяжело вздохнула я, — Я была у Дани. —Вот. Это. Поворот, — с паузами после каждого слова, проговорила она.       Я рассказала все события вчерашнего вечера. Аня слушала меня в шоковом состоянии. Ну естественно! Ее подруга ночевала у нашего лаборанта, а ей только на утро рассказала, и то, не сразу. Кончено же, не обошлось без допроса. Я старалась пропустить мимо ушей вопросы, такие как: “А как он в постели? Ты видела его голым? Вы же переспали? ”. Ведь ничего не было. — Ну, подруга, ты даешь, — сказала она. — Ничего же не было, — устало сказала я. — Так я тебе и поверила. — Аня! — Все, все, — хихикнула она, — ну что теперь между вами? — Ничего… — Провели вместе ночь, и ничего? — Аня! НИЧЕГО НЕ БЫЛО! — прокричала я. Все в библиотеке на меня покосились. — Ладно, закрыли тему, — улыбнулась она, — но ты все равно должна загладить вину. — И что ты мне предлагаешь? Стать твоей рабыней на месяц? — Нет, что ты! В субботу намечаться вечеринка у студентов. Меня пригласили. — И? — Ты пойдешь со мной. — О нет. Ты же знаешь, это не мое. — Это не обсуждается, — она чмокнула меня в щеку и выбежала из библиотеки.       Ну что за человек! Знает же, что я не люблю все эти вечеринки. Стадо студентов, выпивающих на маленькой квартирке… Не так я хотела провести выходной. Это точно плохо закончится.       Я тяжело вздохнула, вставая со стула. На полках с зарубежной литературой было много заманчивых произведений. Видимо, кроме меня и Ани, никто из нашего класса не заботиться о тесте. Все рассчитывают, что удастся списать. — Ну, привет, Женя.       Я вздрогнула от неожиданности. Никита стоял позади меня. Его ехидный взгляд уже не казался мне милым. Он расположил свои руки так, что я была просто прижата к стене. — Чего тебе, Крылов? — прошипела я. — Успокойся, милочка. Кто тут должен быть зол, так это я, — ухмыльнулся он, — не я же вчера тебя облил. — Радуйся, что еще по мужскому достоинству не получил, — фыркнула я, — отпусти меня. — Давай не будем усугублять. У нас на этой недели выступление. — Я с тобой не буду выступать! — Это мы еще посмотрим. Так как ты понравилась моей маме, она хочет увидеть наш замечательный дуэт. — Хотеть не вредно! — Думаю, нашему руководителю не понравится твое решение. Настоящий артист не меняет своих планов из-за личных проблем. Хотя дело твое. Не меня же выпрут из оркестра и школы.       Пришлось согласиться сыграть. А что еще? Мне очень важна учеба в этой школе. Только так я смогу пробиться. Никита еще та сволочь. Решил надавить на больное. Да что б я еще раз с ним связалась. Отыграю с ним и все.       Хорошо, что сегодня у меня выходной. Так бы я еще терпела этих грубиянов-извращенцев. Не понимаю, как официантки это терпят.       Зайдя домой, я услышала крики отца. Они как всегда в выпившем состоянии. Папа орал на мать, что она виновата в смерти ребенка. Резкий хлопок дал мне понять, что он ударил мать. Я побежала в комнату к родителям. Открыв дверь, я увидела устрашающую картину. Везде разбросаны пустые бутылки и пачки сигарет. Застоявшийся запах бил по ноздрям. Комнату давно не проветривали.       Мама лежала на полу вся в слезах, прижимая руку к щеке. За эти года она сильно состарилась. Все эти пьянки сделали из нее пожилую женщину. Она сама на себя не похожа: опухшее лицо, анорексия, уже посидевшие волосы.       Отец уже хотел нанести еще один удар, но я его с трудом остановила. Если бы он не был пьяным, я бы точно не остановила удар. Он посмотрел на меня злобным взглядом. Годы его тоже не пощадили. Я уже не вижу того доброго папу, который катал меня на спине. — Мелкая дрянь! — прокричал он. — Папа, остановись! — сквозь слезы прокричала я, — не бей маму, пожалуйста. — Тебя не спрашивали!       Он снова повернулся к матери. Его тяжелая рука направилась к ней. А это раз я уже не смогла остановить удар. Он отпихнул меня к стенке. Резкая боль распространилась по всему телу. Голова раскалывалась, и в глазах помутнело. Кое-как встав, я пошла в комнату. Впервые в жизни папа поднял на меня руку. Алкоголь сильно меняет людей. Они уже не те люди, которые были раньше. Любящие родители умерли уже давно. Это следовало понять раньше, но я как наивная дура думала, что они все еще мои родители. Сегодня я поняла, что их уже не вернуть. Папа и мама упали в яму небытия, заполненную пьянками и горестью.       Правая рука начала ныть, но это несерьёзно, наверное… Сейчас, какая-то боль в руке не может затмить душевной боли. Утром я поняла, что боль в руке становилась сильнее. Более того, когда я брала скрипку в руки, она начинала болеть и трястись. Играть я могла, но сильно фальшивила, так как отвлекалась на эту боль и старалась успокоиться. Из-за этого всего я теряла уверенность в себе. Как можно играть, если перед глазами все время возникает вчерашняя ситуация с отцом. Чем больше я об этом думаю, тем больше понимаю, что не в состоянии играть. — Что значит, не будешь играть? — прошипел Никита. — То и значит, — фыркнула я. — Ты совсем глупая или притворяешься? — Рука у меня болит! Упала я! Понял? — Новикова, не дури! Ничего страшного, потерпишь. — Да пошел ты!       Его взгляд наполнился гневом. Еще чуть-чуть и он бы точно ударил меня, как отец вчера. Я опять вспомнила вчерашнюю ситуацию с отцом. — Что у вас там? — Даня стоял неподалеку от нас. — Ничего, просто кто-то вредничает, — Никита вышел из репетиционной, размахивая руками. — Ты в порядке? — Даня подошел ко мне, — что с рукой? — Упала… — Сделаем вид, что я тебе поверил. Ты не можешь играть? Все настолько серьезно? — Я не знаю… — Послушай. Я пришел сегодня только, чтобы послушать тебя. Однако если тебе больно, не стоит. — Дело не в боли. — Личное?       Я кивнула. Он пристально на меня смотрел, от чего мне стало неловко. Нежно взяв мою перебинтованную руку, поцеловал ее. Я вздрогнула от прикосновения его губ. — Вложи все свои эмоции в музыку. Я хочу услышать твою скрипку сегодня.       Он нежно провел пальцем по бинту, от чего у меня пошли мурашки по телу. Даня положил мою руку мне на колено и отошел. — Жаль прерывать ваши любезности, но нам пора, — сказал Никита. — Ты же идешь, Новикова? — Да, — сказала я, смотря в упор на Даню.       Уверенность ко мне вернулась. Хотя пару раз рука все же предательски дрожала, но отыграли мы с Крыловым достойно. В тот момент, когда нам аплодировали, мой взгляд был прикован к Дане, так же как и его ко мне.

***

— Может, не пойдем, — умоляла я. — Не уж, дорогая! Мы уже пришли!       Действительно, мы уже стояли возле квартиры, где сегодня гуляют студенты. По словам Ани, у нее парень-студент появился. Знакомы они недавно, но она уже его ЛЮБИТ. Короче говоря, он ее и пригласил. А меня она взяла, чтобы я развеялась. Мне эта идея вообще не понравилась. — Аня! — нам открыл симпатичный парень.       По тому, как Аня начала обниматься с ним у меня на глазах, я могу предположить это ее парень. Его зовут Максим, и он довольно симпатичный. Высокий блондин с голубыми глазами. Прям идеал для Ани. — Не скучай, — сказала мне Аня, перед тем, как уйти со своим новым ухажером.       Подруга называется. Оставила меня в чужой квартире, наполненной озабоченными студентами. Было слегка накурено и слишком много народу. Теснота меня убивала. Если не считать слегка оборванные стены и выпивших студентов, квартирка милая. Мебели было немного, но это к лучшему, ибо народу было неимоверно.       Я уже собиралась уйти, но услышала знакомый смех. Пройдя дальше, я увидела стол, за которым сидели парни, играя в карты. Какого было мое удивление, когда там я увидела Даню. Он видимо выигрывал не один раз, так как все сидящие с ним ребята были, мягко говоря, недовольны. — Ну, кто еще? — усмехнулся Даня. — Я не прочь с тобой сыграть, — подошла я к столу.       Он был удивлен, когда меня увидел, но потом в его глазах я прочитала азарт. Так как в покер я играть не умела, я уговорила их сыграть в “Дурака”. Эти выпившие студенты почти не соображали, поэтому играть с ними было довольно легко. Однако, на них я не обращала никакого внимания. С Даней мы сидели напротив друг друга, переглядываясь периодически. Улыбаясь друг другу, мы ловили кайф от этой игры. — Ну и что ты тут делаешь? — спросил Даня, когда мы отошли подальше от разъярённых студентов. — Развеиваюсь, — съязвила я. — Знаешь, опасно ходить по чужим квартирам, где пьют пошлые студенты, — ухмыльнулся он. — Ну, я пришла не одна, — сказала я, ища взглядом Аню, — ладно, неважно. — Иди за мной, — он взял меня за руку и повел в сторону выхода.       Сначала я подумала, что он хочет меня выпроводить, но все оказалось иначе. Он вывел меня на крышу. Там было так красиво, что у меня перевело дыхание. — Красиво… — прошептала я. — Очень, — он накрыл мои плечи своей курткой.       Мы стояли и смотрели на звезды. Молчание было немного неловким. Даня оперся спиной к стене и, взяв меня за руку, повернул лицом к себе . Мы стояли так рядом, что я чувствовала его теплое дыхание. — Ты была великолепна на сцене, — сказал он после долгой паузы. — Спасибо. Это все благодаря тебе, — улыбнулась я.       Он улыбнулся мне в ответ. Изучая каждый уголок моего лица, он приближался все ближе, пока не оказался совсем близко ко мне. Его обжигающие губы прильнули к моим. Сама того не осознавая, я начала отвечать на поцелуй. Его поцелуй не был похож на поцелуй Никиты. Даня не намекал на что-то больше поцелуя, словно говоря, чтобы я сама решала.       От великолепного поцелуя нас оторвал фейерверк. Мы оторвались друг от друга, прерывисто дыша. Больше мы не проронили ни слова, но он так и не отпустил мои руки. Не знаю, что для него значил этот поцелуй, но для меня он значит очень многое.