Мама для Леголаса

Жизнь в королевстве Трандуила текла своим чередом. Неприятные моменты королю доставляла лишь упрямая принцесса. Например, она придумала, что король с каждым уходящим в Валинор кораблем должен передавать послание для своей жены. Леголас с воодушевлением поддержал эту идею и гонцы без устали сновали туда-сюда, передавая в гавани послания и подарки мужа и сына для Анны. Леголас лишний раз убедился в чистоте помыслов Банни и еще больше полюбил полугномочку. Сейчас в его сердце уже не рвалась наружу правда - страшно было ему, что Банни перестанет относиться к нему весело и просто, как к брату. А еще Трандуила беспокоил отказ принцессы выбрать, наконец, бессмертный удел. - Погоди, ада, не время еще, я не решила... - твердила она год за годом. Она менялась, становилась старше, уже лишилась той милоты, которая присуща лишь молодым смертным девам. - Банни. Ты должна стать бессмертной, ты горишь, как тонкая свечка, после определенного износа твоего смертного тела будет невозможно сделать выбор, - увещевал неразумную деву король. - Так ли рад ты своему бессмертию, ада? - вопрошала Банни и глаза ее были - как у лучника, нашедшего цель. - Я не настолько стара, чтобы пока переживать об этом! Банни отнюдь не переживала по поводу невечности своей жизни. Зачем она, эта жизнь, когда один день похож на другой, как Элладан на Элрохира. Смертная скука все эти переодевания к обеду и ужину, примерные посиделки-щебеталки с подругами, каких у Банни появилось множество, и нудная однообразная работа - она создавала красивые вещи, но не горела рвением и прилежностью похвастаться не могла. Прилежно она только вышила подушку-думку королю. Трандуилу она так пришлась по вкусу, что он забрал ее в свою спальню и ночью выкладывал ее, небольшую, уютную, пронизанную неумелой, но доброй охранной магией Банни, рядом с своими обычными подушками, и утыкался в нее лицом, засыпая, как маленькие дети утыкаются в свои мягкие "сонные" игрушки. Иногда король мечтал, чтобы что-нибудь стряслось пугающее и тогда была бы причина взять принцессу к себе в спальню, будто ради безопасности. Он смущался своих желаний, и когда Банни приснился плохой сон и она сама к нему пришла, едва не отругал ее и не отправил восвояси, но сменил гнев на милость и в виде исключения позволил переночевать на его постели. Банни выключилась, как добрела до подушки, притиснув к себе руку короля, а он еще полночи пялился в темноту и не верил своему счастью. * * * Годы сменяли друг-друга и наконец в королевстве начался переполох - королевство посетил Странник. Он пришел не просто так - в мешке он притащил белесое, тощее, ободранное существо, омерзительное на вид и с таким же омерзительным, шипящим и свистящим голосом. Ему даже не дали привести себя в порядок с дороги - Трандуил сразу повелел привести Странника на переговоры. Усадил его за стол, приказал подать еды и питья и внимательно слушал все, что рассказывал ему пришелец, попутно подбадривая человека и приказывая ему не стесняться, насыщаясь при короле. О чем толковали Странник и король лесных эльфов осталось тайной для Банни. Она, почуяв приключения, вмиг позабыла все хорошие манеры, сменила долгоподольное платье на тренировочный воинский костюмчик и засела в засаде, надеясь рассмотреть таинственного гостя. К ее разочарованию, пришелец не блистал эльфийской красотой, был заросшим и грязным донельзя и совсем неинтересным. Кроме того, от него страшно воняло, и Банни осознала, что король не такой уж брезгливый, раз дружелюбно беседовал с пахучим гостем несколько часов кряду. А в темницу засунули то, непонятное, ноющее и скулящее, что он притащил с собой. Банни потеряла покой от снедавшего ее любопытства. Ей удалось пересечься с пришельцем. Он стоял на балконе зала для отдыха и задумчиво смотрел вдаль. Осенние листья алели и желтели и последние бабочки синими стайками носились меж золотящейся листвы. - Здравствуйте, Странник, - чуть кокетливо склонив голову, подошла к пришельцу принцесса. Он обернулся и Банни поразилась - какие пронзительно синие и в то же время ясные и добрые глаза осветили все ее существо. - Здравствуй, дева, - с легкой улыбкой окинул взглядом ее Странник. - Ты Дитя Леди Галадриэль, я прав? - Ты знаешь меня? - удивилась Банни, - Не думала, что я так известна. - Гэндальф говорил, что во дворце Лесного короля подрастает воспитанница - дева-оружие, которая в свое время одолеет войска темного Властелина, - Странник дружелюбно, но вместе с тем цепко еще раз окинул деву глазами. - Я принцесса Лихолесья, Банни Зеленолист, - сделала реверанс Банни, как полагается воспитанной девушке. - Это правда, я Дитя Галадриэли, но смею заметить, у Гэндальфа слишком длинный язык. Странник рассмеялся. - Мое имя Арагорн, сын Араторна, - представился он деве. - Ты хочешь наверное, что-то узнать? Мучает любопытство, что нужно такому бродяге, как я, от короля эльфов? "Тыканье" не резало Банни уши, но ей показалось, что Арагорн относится к ней снисходительно. - Я бы хотела знать, кого ты привез? - спросила она Арагорна. - Что за хнычущее существо и почему вы все отнеслись к нему так жестоко? Почему его не обогрели и не успокоили, а посадили в тюремную камеру? - Это Горлум, так он называет сам себя. Выродок из подземелий в гоблинских пещерах, - ответил Странник. - Большее пока сказать не могу, мы еще не допросили Горлума, как оно полагается. - И что же этот Горлум сделал такого плохого, чтобы с ним так обращаться? - не сдалась Банни. Арагорн отвернулся, устремив глаза к лесу. - Будем надеяться, что не успел сделать самое страшное, - пробормотал Странник себе под нос. - Ну и не рассказывайТЕ! - вспылила Банни, развернулась и пошла прочь быстрым шагом. Уж подумаешь, какой весь секретный! Она и сама все узнает! К ее разочарованию, отец тоже ничего не стал рассказывать, завертелся ужом и перевел разговор на скучные дела и обязанности. Банни расфырчалась и несолоно хлебавши поспешила к себе в комнату. Она будет не она, если не докопается до сути всей этой истории. * * * Она запаслась терпением и мешочком, куда сложила вкусные вещи. Непонятно, чем питается это существо, но явно оно полудикое, значит могут подойти рыба жареная, завернутая в листья, немного хлебцев, несколько яблок и груш и еще Банни умудрилась стащить большой огурец. Пакетик с орешками она засунула в карман. В тренировочном костюмчике неслышной мышкой проскользнула она вниз и тут ее взяла досада - не подумала о питье! Ну, разве ему не дадут пить тюремщики? Она не слышала, чтобы с пленниками так обращались, моря жаждой, а вот еда эльфов дикому Горлуму может и не подойти. Охраны не было, и в два часа ночи дева скользнула в нижние темницы. Нытье и канючение она услышала издали и пошла на звук. Существо, сидящее в одной из камер оказалось еще противнее с виду, чем предполагала Банни. Голый, тощий, изможденный, весь в едва заживших страшных шрамах и порезах, плешивый, с огромными ненавидящими глазищами навыкате - таким неприглядным предстал перед ней Горлум. - Горлум, Горлум, ц-ц-ц, - позвала Банни существо на манер того, как подзывают собачонку. Огромные глаза повернулись в сторону Банни, но существо недоверчиво зашипело. - Не дичись, Горлум, я знаю, ты хороший, - нежно проворковала Банни. Глаза удивленно мигнули. Горлум скульнул и зашипел опять. - А я тебе вкусное принесла, - голос Банни был медовым. - Рыбка, ры-ы-ыбка, смак! А яблочко похрустеть? Грушка сочная. Огурчик! Она положила всю еду возле решетки. Предусмотрительно отшагнула подальше. Горлум захлюпал, забормотал, захныкал и боком, боком начал подбираться к еде. Рука просунулась сквозь прутья и утащила угощение в клетку. - Фы-ы.. Ххры-ы, - послышалось из клетки. - Ис-спортила р-рыбу эльфийка! Сырая вкус-с-сней! Проклятыи-и-и эльфы-ы, больно, больно! - вдруг заскулил Горлум, но причитая, чавкал и только рыбьи косточки хрустели на гнилых зубах. - Где больно, покажи! И я не эльфийка! Горлум, миленький! Покажи, где больно и я помогу тебе! Чавканье стихло. - Гор-рлум, - воркотнуло существо и совсем другим тоном произнесло-повторило за Банни ее слова. - Миленьки-ий, - словно недоверчиво пробуя это слово на язык. - Гор-рлум. - Тебя никто не называл так, да? - Банни увидела, как ненавидящий взгляд Горлума стал вменяемым и грустным, и смертная тоска появилась в этих плошках-глазах. - Хороший. Ты ведь хороший, да, Горлум? - Банни подсела поближе к клетке. - Миленький, где больно тебе? Скажи и я помогу. Горлум осмысленно посмотрел на Банни. - Больно, проклятые эльф-цы.. Их магия жжет, жжет постоянно везде, больно, горлум, горлум! Банни поняла. Дворец Трандуила, как и прилегающие территории пронизаны светлой эльфийской магией, неощутимой для светлых существ, а вот для тех, у кого душа темна и нечиста, магия вызывает дискомфорт от несварения желудка до ощущения жжения по коже, но ей еще не приходилось видеть такой темной души, даже на орков магия не действовала так сильно. Какая же пораженная душонка, должно быть у этого создания. - Горлум, расскажи, за что тебя держат здесь. Я вижу что ты хороший и милый, - уверенно сказала Банни. - Неэльфийка... ласкова. С нами никто не был ласков. Неэльфийка накормила.. ласкова. Давай расскажем? - прошептало существо и тут же лицо его приобрело хищное и недоверчивое выражение. - Да, она ласкова, но она может захотеть забрать прелес-с-сть себе, - возразил сам себе Горлум. Далее последовал спектакль одного актера, существо говорило двумя голосами, вспомнило, что он милый, а когда-то был совсем милым и звали его тогда Смеагорл. Он тогда был совсем другим. Банни молча слушала тирады существа. Наконец светлое начало победило. Добрые глазищи уставились на полугномку. - Мы-с были Смеагорл, Смеагорлом нас завали - да. Потом мы приняли подарок. Прелесть. Горлум, - существо глотнуло и пошевелило пальцами. - Колечко, красивое золотое колечко помогало нам быть сытым и согретым и всегда было с нами пока не пришел-с-с-с... черты Горлума исказила невиданная злоба. - Проклятый Торбинс! Банни подпрыгнула на месте. - Что? Как ты сказал? - Торбинс из Торбы-на-Круче! - с ненавистью просвистел Горлум, закашлялся и засипел пуще прежнего. - Господин Бильбо Торбинс отнял у тебя колечко? - Забрал мою прелесть, забрал! - взвыл Горлум. И Банни услышала печальную историю лысого существа, как к нему в подземелье попал мистер Торбинс и про игру в загадки. И когда Бильбо сунул руку в карман и спросил - что это у меня в кармане? Горлум решил, что это такая загадка и начал отвечать, и ответил неправильно и проиграл. Он ненавидит проигрывать и очень любит загадки. Он хотел наказать коварного загадывателя, но обнаружил, что прелесть пропала и тогда он понял, что у Торбинса в карманах. Но Торбинс сбежал и Горлум был вынужден покинуть уютный свой дом. Кольцо звало, но сильнее был другой зов. И он, Горлум, подчинился тому, второму зову и попал в Мордор. - В Мордор! - ахнула Банни с ужасом и восхищением. Подумать только, такой невзрачный хлюпик и был в Мордоре! Дальше рассказ Смеагорла прервался хныканьями и повизгиваниями. Он облизывал свои руки, пытался языком дотянуться до плеч - Банни присмотрелась - он пытался зализать уже зажившие шрамы, видимо находился в плену воспоминаний о том, кто эти шрамы ему нанес. - Горлум, эти шрамы - их нанесли тебе по приказу Повелителя? Саурона? - спросила Банни. - Тебя пытали? Хотели что-то узнать? Горлум закивал. Высунутый язык дрожал, капала слюна, а взгляд был напуганный и жалкий. - О чем? О прелести? - спросила Банни, и Горлум кивнул, попутно длиннющим языков облизнув шрам на локте. - Ты рассказал, кто теперешний владелец прелести? - сердце Банни забилось о грудную клетку. Горлум заскулил, Банни смотрела на него пристально, ожидая ответа, но ответа не дождалась - чьи то руки схватили ее за плечи и как следует встряхнули, рывком ставя на ноги. - И как я не понял сразу, где надо искать! - с досадой сказал Леголас. - Что тебе до этой плешивой твари? Иди немедленно наверх! Все переполошились когда ты исчезла, отец рвет и мечет! - Да что мне и правда пойти никуда нельзя? - возмутилась Банни. - Или я дитя малое, чтобы беспокоиться обо мне? Может у меня свидание, может я всю ночь проворкую с красивым парнем под луной! Так и будете шпионить за мною? Она давно не была так рассержена. Но и Леголас зло сиял голубыми очами. - Ну-ка, пошли наверх! Там сама станешь оправдываться, тебя пол-дворца ищет! Он схватил принцессу под руку и подтолкнул в нужном направлении. Банни цапнула зубами воздух над его рукой, вынуждая принца испуганно отдернуться и сама пошла наверх. Все равно Горлум уже ничего не скажет. А что ее пол-дворца ищет - это бред, наверное разбудили только охрану и принца. - Я буду серьезно разговаривать с адой по поводу моего личного пространства! - сказала Банни, спеша наружу. - Значит, за мной следят ночами, раз заметили мое отсутствие! - Естественно, за тобой следят, ты не простая эльфийка, точнее, вообще смертная! Ты требуешь себе свободы, а сама не умеешь себя контролировать. Не признаешь правил и законов! - читал нотацию Леголас. Банни было очень обидно это слышать и она замкнулась и насупилась. Она прекрасно научилась подчиняться скучным правилам, научилась выполнять все требования, ритуалы, но видимо, ей все равно не доверяют. Впервые за несколько лет она отправилась куда то без позволения и на тебе! Тут же дом вверх дном, как говорят в Хоббитании. - Вы еще спасибо мне скажете, - процедила Банни, выходя в наружный коридор. - Вам то Горлум точно не скажет ничего! - Тебе удалось узнать что-то важное? - тут же сменил тон Леголас. - Вот не скажу! Я очень сержусь! Мне не доверяют! - пыхтела Банни, топая в направлении королевских покоев. Трандуил словно не ложился, вышел навстречу, одетый, даже прическа была в порядке, только без короны. За ним - Странник, с выражением облегчения на лице. Подоспели Маэглор и Лусиэль, кинулись было распекать принцессу, но Трандуил остановил. Повинуясь его властному жесту, все разошлись, Банни, Леголас, Трандуил и Странник Арагорн остались одни. - Ты меня очень напугала, девочка моя, - с болью посмотрел на нее король. - Я подумал самое худшее, когда Лусиэль не обнаружила тебя в твоей спальне. Вот кто шпионил! позже Банни разберется со своей воспитательницей. Хотя может это она с ней разберется. Годы прошли, но Лусиэль по-прежнему относилась к девушке, как к прежнему несмышленому орчонку. - А мне горько видеть, как вы за мной шпионите, оказывается! - ответила Банни. - Я то думала, вы убедились, что я разумна и достаточно осторожна, чтоб не навредить ни себе, ни королевству! А оказалось, чуть шагни я в сторону - и грандиозный переполох! Она сама не поняла - то ли сказалась тревога из-за истории с Горлумом, то ли так обидело ее недоверие к ней окружающих, но Банни разревелась как маленькая, и устроила настоящий концерт. Доказывала, что имеет право на личную жизнь, что имеет право не спать до утра, сидя в кронах деревьев, как делают некоторые влюбленные девы, что имеет право шататься по ночному лесу, как Тауриэль и любоваться огромной луной. А может, ей просто надо было нареветься, ибо она давно не плакала, но слезы ее встали поперек горла у мужчин и те на полном серьезе стали увещевать ее не расстраиваться и не обижаться - то не слежка, а оберегание. И она должна бы радоваться, что ей одной такое внимание. И воспринимать их действия с благодарностью за заботу, а не в штыки. Помалу Банни успокоилась, поняв, что впредь границы ее прогулок сильно расширятся, а Трандуил успокоился, поняв, что Банни, общаясь с противным существом, нашла к нему подход и того не придется таскать в пыточную и добавлять шрамов на тщедушное тело. Оказывается, Горлум реагировал на ласку принцессы и король повелел стражникам впредь обращаться с пленником более мягко и по-доброму. - Я не верю, что удастся приручить его, - был другого мнения Арагорн. - Слишком подлая душонка, слишком противное существование, не получится Горлума переделать обратно в Смеагорла. - Нужно попытаться и мы попытаемся, - не согласился Леголас. - Он не все сказал Банни. Мы не знаем главного - развязали ему в Мордоре язык или нет. - С ним можно договориться! - подтвердила Банни. Банни и Леголас замолчали, поглядывая то на короля, то на странника. - Владыка, ты видел его, - откликнулся Арагорн. - Я уверен, что не только рассказал все, о чем спрашивали, но и гораздо больше. Трандуил мрачно посмотрел на Арагорна. По глазам владыки читалась тревога. Чем теперь обернется откровенность Горлума с Врагом, не мог бы сразу сказать никто.