Реальность и иллюзия, сплетённые воедино

В небе догорает Солнце: золотой пепел падает на горные окрестности, превращаясь в тени деревьев и скал, поблёскивая на поверхностях рек и озёр, оседая в виде пятен света на стенах домов. Всё вокруг стихает, лишь вдали слышно журчание горного ручья. Через маленькое окно в ванную комнату проникает маленький бронзовый луч. Он переливается во вьющихся от влаги каштановых волосах, режет глаза, заставляя девушку щуриться. Холодный сумрак заполняет помещение. Богиня потеряла счёт времени: вода в офуро уже почти остыла, но всё ещё отдаёт тепло ослабевшему телу, пытаясь хоть как-то его согреть. Нанами поднимается, придерживаясь за мраморный край ванны — у неё кружится голова. Потоки прохладной влаги стекают по спине, заставляя почувствовать озноб. Она протягивает руку к махровому полотенцу, висящему около зеркальной стены, и замирает. Первый раз за время пребывания здесь она видит себя со стороны: белизна сменила румянец, вечно покрывающий её щёки, скулы стали чётко очерчены, а под глазами появились тёмные тени. На тонких запястьях проглядывалась синева вен, и, казалось, что кожа медленно окрашивается в голубой цвет, претерпевая метаморфозы и становясь такой прозрачной и хрупкой, словно крылья бабочки. Божество откидывает волосы за спину и проводит рукой по шее, спускаясь ниже: её пальцы огибают грудь и задевают выпирающие рёбра, скользя по впалому животу, останавливаясь на остром краю бедра. Былая стройность уступила место болезненной худобе, напоминающей анорексию. « Из меня будто высасывают все соки…» Момодзоно опускает взгляд, не желая больше смотреть на себя, и оборачивается полотенцем. С кончиков её волос падают капли воды, разбиваясь о холодную керамическую плитку. «Не хочу, чтобы Томоэ видел меня такой…»

***

Удушающий аромат спелых персиков заполняет сад Мамориногами. Землю под деревьями выстилает жёлто-розовый бархатный слой опавших плодов. Растения, подпитываемые Божественной силой, не перестают цвести: стоит им только скинуть свой сочный тяжёлый груз, как тут же на ветках загораются белые огни новых бутонов. - Обожаю это место…- глубоко вздыхая, говорит Микаге. Маленькие лепестки витают в воздухе - совершенно безветренно и тихо. - Мы пришли сюда не красотой любоваться…- белый лис, осыпанный стружкой цветов, нервно дёргает хвостом, сбрасывая с себя ненужный декор. Он устал. Плохое предчувствие не покидало его всю дорогу, не получалось избавиться от ощущения, что произошло что-то страшное с этой слабой девчонкой, вечно попадающей в неприятности. « Я бы всё равно не смог ей помочь. В этом жалком теле мне даже за себя постоять трудно. » - пытается успокоить себя Томоэ и как-то оправдать своё нахождение вдали от той, которую он поклялся защищать. - Будь тактичнее. Я привёл тебя сюда на свой страх и риск. Не думаю, что Момориногами будет рад встрече с тобой, учитывая, каким ты был в далёком прошлом…- мужчина поправляет очки. В них отражаются блики света, - Не забывай, что мы пришли просить помощи…- последние слова он говорит шепотом , но чуткий звериный слух улавливает их. Лис фыркает: он понимает, что его бывший хозяин прав. - Гостям неприлично стоять на пороге,- из глубины сада доносится голос Бога персиков.- проходите. Путники идут на зов через стройные станы деревьев: перед ними предстаёт лучистая поляна. Кажется, что земля покрыта снегом, но при ходьбе снежные хлопья разлетаются, оставляя под собой чёрную прогретую Солнцем землю. В центре поляны сидит существо, напоминающее своей пухлостью ребёнка, но его рост говорит об обратном . Рядом с ним стоит корзина персиков. Мягкие руки перебирают сочные плоды, вынимая косточки и скидывая их в отдельную чашу. - Ну, чего молчите? Я знаю, что вы пришли ко мне не просто так.- пальцы Бога разрывают мякоть персика. Он полностью сосредоточен на процессе, даже не смотрит на пришедших. Микаге неуверенно вступает в диалог. Он не думал, что его слова могут быть услышаны кем-то ещё: - Душа Оокунинуши была украдена…- решает начать разговор с нейтральной темы бывший Бог Земли. - Я знаю. Довелось побывать в Идзумо...- Мамориногами переводит взгляд на говорящего, а затем на лиса. Он минуту молчит, анализируя увиденное. Его чёрные узкие глаза сканируют насквозь: - Сразу говорю, персиковые пилюли здесь не помогут,-выдаёт он усмехаясь. Томоэ злит его интонация, но он сдерживает свои эмоции. « Если бы мы думали, что они сработают, то не пришли бы к тебе!» - Мой друг захотел стать человеком и выпил эликсир эволюции,- подводит к главной причине их визита Микаге,- но, что-то пошло не так, и он превратился в зверя, потеряв свои силы. Лёгкое дуновение ветра колышет ветки деревьев, сбрасывая на землю нежные лепестки. Гости и хозяин сада молча смотрят друг на друга. - Эта микстура заблокировала внутри него энергию.- Божество прерывает тишину и тянется за новой партией фруктов. - Он не лишился сил, просто они деактивировались, уйдя в глубины его разума. - Как мне вернуть прежний вид?- вклинивается в разговор Томоэ. Его шерсть на загривке встаёт дыбом , а хвост нервно подёргивается. - Я говорил не с тобой,- в словах Бога слышится недовольство и враждебность ,- но, сегодня я собрал хороший урожай, поэтому отвечу: вернешь силы, вернётся и облик. А чтобы вернуть силы тебе нужно будет разбудить спящую в тебе энергию.- Он встаёт, закидывая тяжёлую корзину себе на плечо. Звериные глаза смотрят пристально, их хозяин ждёт разъяснений. - В моей обители есть святой источник. Это водопад, берущий начало со снежной горной вершины. Его температура опускается ниже нуля, но вода в нём не замерзает из-за постоянного течения. Если тебе удастся погрузиться в глубокую медитацию, стоя под ним, ты станешь прежним. - Мамориногами поворачивается спиной, достаёт из кармана маленький пузырёк с жидкостью и принимается смазывать кору деревьев. – Невзирая на физическую боль и острый продолжительный холод, ты должен будешь сосредоточиться на своём внутреннем тепле. Когда ты почувствуешь жар, значит, демоническая энергия внутри тебя пробудилась. Возможно, ты даже станешь сильнее, чем был раньше.- Он замолкает, задумавшись о чём-то. Его пухлые пальцы затыкают деревянной пробкой крошечный сосуд. - Нужно продержаться всего одну ночь.- слова доносятся из-за плеча.- Ёкаю твоего уровня сделать это не составит труда,- иронично говорит он, оборачиваясь, и с усмешкой смотря на лиса. Томоэ отворачивается, собираясь уходить. - Ты выдержишь ?- Микаге сжимает трость. «Его телу не вынести ледяного напора…» проносится у него в голове.- ведь ты сейчас… - Не смей сомневаться во мне,- шипит лис. Янтарные глаза излучают жгучую уверенность.- Я лучше умру, чем останусь бесполезным…- его когти сгребают землю. Он прижимает уши и бесшумно проходит мимо ошеломлённого мужчины. «Сколько я тебя помню, ты всегда был таким.»- на лице бывшего хозяина появляется еле заметная улыбка.

***

Девушка подходит к окну и вглядывается вдаль: « Томоэ, надеюсь, с тобой всё хорошо ». Она задвигает шторы и оседает на футон: неимоверно хочется спать, телом овладевает тягучая истома, заставляя закрыть глаза, но Нанами борется изо всех сил. Если она уснёт, то попадёт прямиком в лапы жестокого хищника. «Нельзя терять контроль…Нельзя…» - обрывисто думает Богиня, падая на белые простыни и погружаясь во тьму.

***

- Слышал ваш разговор с Соджобо… Всё-таки, ты продолжаешь искать способы уничтожить меня…– металлический голос режет слух. Всё повторяется вновь. Нанами забывает как дышать: страх сдавливает грудную клетку, откликаясь глухой болью где-то внутри. Её тело немеет, будто бы из него выкачали всю кровь. « Почему я не могу пошевелиться?» судорожно думает она, пытаясь сжать холодные пальцы. Бесполезно – мышцы не реагируют. - Что, не можешь двигаться?- слышатся тихие шаги: Демон садится на корточки рядом. Инь перебарывает Ян. Пик царствования тьмы. - Я полностью подчинил твой астрал своей воле. Без моего желания ты и вздохнуть не сможешь… - на его лице растягивается хищная ухмылка. Он проводит когтем по ключицам девушки, из её груди вырывается тихий стон.- Стонешь... до чего приятный звук. Хочешь очистить свою душу от мрака? Теперь это уже невозможно.- шепчет он, прислоняя прядь каштановых волос к своим губам.- Я связал наши энергии…- в его глазах вспыхивает пламя: он вспоминает, как сделал это. Красная чёлка спадает на глаза, блестит в приглушённом свете свечи. Он сидит молча минуту, задумавшись о чём-то. - Дура… - его хриплый голос разрывает тишину,- Я умру вместе с тобой: когда погибнет твоя физическая оболочка, погибну и я… - в словах звучит какая-то скрытая боль, будто бы разум уже смирился с исходом, а сердце не может принять неизбежное. Но ведь сердца у него нет.- … а пока, позволь мне насладиться сладостными минутами существования. Почему бы тебе не побыть немного хорошей девочкой?- его рука ложится на шею Богини. В её глазах застывает немой ужас.- Твоё тело как наркотик…,- пальцы царапают её подбородок,- стоило один раз попробовать, и больше не можешь остановиться…- ладонь скользит по мраморной коже, вызывая дрожь. « Нет, пожалуйста…»- парализованная Нанами не может сказать ни слова, из омертвевших глаз по вискам стекают горячие слёзы. - Перед тем, как я кану в пустоту, я хочу запомнить до мельчайших деталей образ женщины, подарившей мне лик… Он наклоняется и отгибает ворот юкаты, обнажая плечо, вдыхая сладостный персиковый запах. Взгляд рубиновых глаз натыкается на тонкие шрамы, оставленные им в порыве гнева и страсти. Они пропитаны его энергией. Словно зверь, он чувствует, что эта девушка принадлежит ему, она пахнет им. - Твой аромат невинности пропал,- с усмешкой шепчет Акура-оу, смотря в стеклянные глаза Богини, наполненные слезами. Его взгляд следит за жидкой жемчужиной, медленно стекающей по её щеке. «Поиграю с тобой ещё немного...» думает он, пронзая мягкие губы девушки жадным поцелуем. Сопротивляться невозможно: тело не подчиняется приказам. Божество закрывает глаза - ресницы сгоняют новую волну слёз : «Томоэ, как бы я хотела, чтобы ты спас меня…». В голове появляется образ её бывшего хранителя, он протягивает ей руку. Его сапфировые глаза излучают печаль. Длинные белые волосы струятся по плечам, отливая серебром. Богиня пытается схватить его за ладонь, но изображение меркнет, силуэт лиса исчезает в воображении, возвращая сознание в жестокую иллюзорную реальность. « Не уходи…» мысленно шепчет она. Чувство нехватки кислорода заставляет её открыть глаза - она не может вздохнуть, придавленная к полу весом тела Ёкая: её кожа опаляется жаром, исходящим от него. По спине пробегают мурашки, когда горячая рука проникает под ткань юкаты и царапает нежный плоский живот. Бог Земли пытается дёрнуться, но попытки тщетны. Она всё ещё обездвижена. Её режет нахальный взгляд, словно острое лезвие: в чёрных расширенных зрачках пылают вожделение и гнев. - Не смей думать о нём, когда ты со мной,- шипит Демон, обжигая дыханием скулы Богини. Его когти царапают её челюсть и приподнимают голову за подбородок,- не смей, -выдыхает он в её полуоткрытые губы и впивается в них терпким поцелуем. Он своей грудью чувствует выпирающие соски девушки, покрытые тонкой тканью. Неистовое желание разорвать в клочья эту жалкую тряпку одолевает. Акура-оу отрывается от её опьяняющих уст и смотрит в глаза своей жертве: она сконфуженно опускает взгляд, ощущая, что её тело странно реагирует на близость между ними. Этот жест стал последней каплей, разрушившей самоконтроль Демона. Он рычит и быстрым движением когтей разрывает тонкий пояс: две части материи, лишившиеся поддержки, сползают на пол. Богиня до сих пор не властна над своей речью, лишь в покрасневших от плача глазах читается мольба: «Остановись, прошу…» Ёкай не обращает на это внимания. Звериные инстинкты овладевают им, уничтожая остатки самообладания: он вонзает свои зубы в кожу шеи, повторяя свой излюбленный ритуал, вынуждая Божество болезненно застонать. Звуки её голоса затуманивают рассудок, солёный металлический привкус опьяняет. Акура-оу привстаёт и резким движением притягивает Нанами, сажая к себе на колени. Одной рукой он крепко прижимает безжизненное тело к своему торсу, другой придерживает голову, запрокидывая её немного назад. Руки плетьми свисают вдоль туловища, она, словно тряпичная марионетка в руках кукловода. По бледной коже стекает алая струйка крови, огибая ключицы и направляясь к ложбинке бюста. Воспалённый взгляд демона исступлённо следит за плавно скатывающейся ализариновой каплей. Его губы припадают к месту укуса: Момодзоно хмурится от жгучей боли, ощущает, как его язык прочерчивает ядовитую полосу, спускаясь всё ниже. Из горла вырывается тяжёлый вздох, когда он прикусывает её грудь. Дыхания не хватает, от прикосновений по телу разливается огненная волна, учащая сердцебиение. Кровавый король тянет вниз рукав юкаты: ткань медленно сползает с плеч девушки, оголяя гибкую спину. Он заводит свою руку ей за шею: когти скользят вдоль позвоночника, оставляя кровавую роспись. Нанами закусывает нижнюю губу, алмазные частицы скатываются с ресниц : « Как же больно…» - единственная мысль. Веки смиренно закрываются. Хочется потерять сознание и отключиться, но резкое движение приводит в чувства. Царапины на спине кровоточат, увлажняя пол, окрашивая его в бордовые тона. Ёкай нависает над её телом, опираясь на полусогнутые руки, наклоняется: пламенное дыхание порождает огонь на губах юной Богини. Мысли спутаны, тело требует казни, а разум молит о пощаде и просит остановиться. « Что же со мной творится?» не успевает подумать Нанами, как в её полураскрытые уста проникает горячий язык демона. Он завлекает её в танец страсти, высвобождая из глубин души страдальческий вздох. Тяжёлая жёсткая рука сжимает мягкую грудь, когти оставляют тонкие порезы, спускаясь по нервно вздымающимся рёбрам, переходя на живот и огибая бедро. Девушка не контролирует своё тело: оно прогибается дугой , прижимаясь к рельефному прессу кровавого короля. Он издаёт тихий рык и лёгким движением закидывает её ногу себе на поясницу. « Он властен над моими действиями. » рваные мысли проносятся в голове, глаза расширяются от ужаса. Его возбуждение становится осязаемым. Тело Богини отвечает на сокращение расстояния, разливая тепловую волну внизу живота, поселяя внутри мучительную истому. «Чёрт… » она встречается с томным взглядом карминовых глаз. В зрачках отражается агония души. Лоб Акуры-оу покрывает испарина: капельки пота стекают по крепкой шее, из уст вырывается тяжёлое, хриплое дыхание. Кажется, что время остановилось. Он теряет рассудок от этой близости: требовательно прижимается к мягким губам и, крепко сжимая когтями талию девушки, резко проникает в неё. Поцелуй заглушает вырывающийся стон. Боли больше нет: тянущее чувство внутри заставляет придвинуться бёдрами вперёд . Разум мечется в истерике, а тело поддаётся сладкой неге. « Что же я делаю? Я не хочу этого!» - слёзы ручьями стекают по вискам, исчезая в запутанных волосах. Момодзоно всеми силами пытается вернуть контроль над собой, но она лишь марионетка , исполняющая приказы. Её ноги обхватывают атлетический торс : Ёкай шипит и хватает ладонями лицо своей жертвы, притягивая к себе: - Ты убиваешь меня…- шепчет он, гипнотически смотря во влажные карие глаза, раня еще сильнее, будто не зная, что она всего лишь исполняет его желания. Сотни прикосновений отключают мозг, горячее дыхание обжигает кожу. Тело содрогается от ритмичных импульсов: оно вынуждено метаться в сладострастной муке. Акура-оу прикусывает губы Нанами, чувствуя скорую разрядку . Его когти впиваются ей в бока, заставляя девушку прогнуться. Она чувствует жар, разгорающийся в ней и непроизвольно стонет, вызывая на лице Ёкая улыбку. Ещё пара движений, и его хриплый голос разрывает тишину. Нанами чувствует, как в ней разливается что-то тёплое: сладкое ощущение заставляет закрыть глаза и томно вздохнуть. Она чувствует, как демон опускается ей на грудь. Его кожа мокрая от пота, сердце бешено колотится: он нежно целует её, слизывая засохшую кровь: - Ты- моя женщина.Помни это.- шепчет он. Всё вокруг заволакивает тьма.