Академия убийц

Да, глава маленькая. Да, я охуела. - Можете положиться на меня, сенсей. Акаши с готовностью встал рядом с Куроко, покровительственно кладя руку на здоровое плечо. Куроко наградил Акаши убийственным взглядом, но на большее желания не было. Хитоши чересчур пристально оглядел парочку поверх тонких стекл очков. Вздохнул. Очевидно, не только студенты были в курсе о возникших разногласиях между двумя второкурсниками. - Иди. Куроко вздохнул тоже. Не начать бы сейчас выслушивать оправдания, несмотря на то, что еще тогда он ясно дал понять, что между ними все кончилось, так и не начавшись. Но Акаши упрям и его упрямство, неимоверное даже для убийцы, порой превосходило чувство собственного достоинства. Куроко знал это, прекрасно знал. И все же надеялся, что в этом случае гордость не уступит. В коридорах было темно и непроницаемая тишина звенела в ушах. Антрацитовые тучи плотными шторами скрыли небо, не пропуская ни капли света, а где-то далеко громыхнул гром – предвестник скорого дождя. Погода была подшита под ситуацию до мельчайшей детали и на разговор не настраивала. Акаши молчал, цепко сжимая чужое плечо, а Куроко не возражал. Уж лучше так. Вспыхнули и слишком громко загудели под потолком люминесцентные лампы. Ломаная линия молнии расчертила темное небо, гром ударил снова и тяжелые капли забарабанили по тонкому стеклу. Ветер мощным порывом склонил вишню к земле, срывая остатки цвета и закручивая их кровожадном танце. Рука исчезла, Куроко остановился. Боли не было. В один момент острие, коловшее щеку, исчезло, а кровь новым потоком хлынула на рубашку. Тяжесть кортика больше не ощущалась в плече и Куроко обернулся. Акаши стоял в паре метров от него, а оружие было бережно завернуто в накрахмаленный платок, уже пропитавшийся чужой кровью. На светлой плитке у ног Сейджуро вызывающе алели сорвавшиеся с лезвия капли. - Что, ты думаешь, ты делаешь? Акаши выгнул бровь. - Это свинец, - как нечто само собой разумеющееся протянул он. – Ты мог не избежать сепсиса, Тецуя. – Акаши с интересом поднес оружие к глазам и хмыкнул. – Какие очаровательные причины Хайзаки подает на очередной выговор. Куроко поджал губы, мечась между простым спасибо и неуместным здесь упреком в своевольности. - Ты не врач, Акаши-кун. Куроко мог промолчать. Мог, но не стал. - Тебе было больно? - в голосе Акаши прорезались нотки недовольства, вызванные сомнениями в его всесторонне развитых способностей. Весьма неоправданными, кстати говоря – больно не было совсем. Тецуя отвел взгляд. Ответить на это было нечего. Сейджуро оглядел Куроко с ног до головы, тяжело вздохнул, словно общался не с взрослым самостоятельным человеком, а с пятилетним капризным ребенком, запустил пятерню в волосы и предложил продолжить путь. До лазарета оставалось всего ничего – лестничный пролет и два коридора. Куроко только кивнул. Травма оказалась едва ли значительной, однако Айда Рико уложила Куроко в койку на два дня. Зная свободолюбивых студентов и их наплевательское отношение к собственному здоровью, она пригрозила мучительной расправой в случае побега. Куроко скорчил ей рожу вслед, но на всякий случай примерно откинулся на подушки и подоткнул одеяло. Знаменитый захват бостонского краба был бы для Куроко страшным испытанием. Все это время Акаши ждал, с ногами забравшись на койку напротив и бездумно пялясь в потолок. Ни когда Рико оставила их наедине, предварительно бросив предупреждающее «Ноги убери», ни когда Куроко, по нос укутавшись в тонкое покрывало, перевернулся на здоровый бок, прикидываясь спящим, он не произнес ни слова. Как бы Куроко не хотел, обычно убаюкивающий дождь теперь спать не давал. Бьющийся в окна ветер каждый раз заставлял сердце пропустить удар. Боялся ли Куроко грозы? Нет, нисколько. На данный момент он боялся Акаши. Тецуя помнил произошедшее в тире и забывать не собирался. - Злишься? О чем ты? - Ненавидишь меня? Недосягаемое желание, увы. - Хочешь вынести мне мозг? В буквальном или переносном смысле? Зависит. - Тебе все равно, Тецуя? Возможно. Куроко подтянул ноги к груди и зажмурился. Надо было просить снотворного или чего-нибудь крайне тяжелого, чтобы быстро вырубиться. - Прости. Замолчи. - Я бы никогда не предал твое доверие. Я бы никогда тебя не тронул. Но ты это сделал. Два из двух. - Ты меня знаешь. Разве? Под сомкнутыми веками поплыли цветные пятна, а в ушах набатом стучала кровь – настолько крепко Куроко зажмурился. Он не хочет это слышать – но все равно слушает. - Я... Не скажи очередной глупости. - Ты мне нужен. Гром разбил выстроенные Тецуей стены как хрупкий фарфор. Скрипнули старые пружины, раздались шаги. Повеяло прохладой. В сантиметрах застывшая от головы рука чувствовалась на уровне подсознания. Едва слышный вздох, снова шаги и дверь мягко прикрылась за вышедшим человеком. Сверкнула молния, ответно мигнули лампы. Куроко скусывал губы в кровь, содрогаясь от беззвучного плача. Поверить хотелось. Но казалось невозможным.