Жизнь ради счастья

Не смотря на то, что Майкл знал насколько корыстна его семья по отношению к нему, несмотря на то, что он давно был самостоятельным человеком, артистом и музыкантом, хозяином своей жизни, он все-равно верил, что они желают ему добра, не потому, что он был слеп и свято верил в правду, просто он был так воспитан. С самого детства мама внимала ему, чередуя свои напутствия с главами в Библии, что семья это святое, это одно целое и семья желает счастья. Даже то, что его отец, не смотря на жестокое обращение с ним в детстве, которое нанесло ему глубокую душевную и психологическую травму, желает ему добра и не смог бы причинить такого зла, которое бы разрушило его настоящее счастье и любовь, он в глубине души в это верил, как и в то, что его многочисленные братья и сестры желают ему добра. Влияние семьи Джексон было слишком велико, они начинали свою карьеру вместе и держались вместе, Майкл в это верил и поверил им в этот раз. Мама Кетрин оставалась в стороне, она не делала ничего, ни попыток критиковать желание сына жениться, ни наоборот одобрить его женитьбу на Морин. Не смотря на свою ранимую и тонкую натуру, Майкл был все-таки силён духом и волей и после раскрытой правды о Морин смог продолжать работать и ездить в туры, ему не впервые разочарования и предательства. А Джермейн открыл ему глаза и уберёг от большой ошибки. Он должен заниматься любимым делом, он Майкл Джексон, это его жизнь. Но почему было так больно, так болела душа и сердце. Он не мог забыть Морин, пока не мог, так он себя убеждал. Майкл вспоминал её лицо, такое серьёзное всегда, но это только на людях, в душе она девченка взбалмошная и веселая, с ним она была такой. Ещё тогда давно он думал, вот это она, то, что мне нужно, то, что я искал, такой же ребёнок внутри как и он, желающий уйти от проблем жестокого и взрослого Мира. После того дня, он несколько раз хотел наплевать на все, на гордость, на убеждения и поехать к ней, чтобы просто услышать её голос, поговорить о чем-то, сам даже не знал о чем. Просить, чтобы она осталась и полюбила его, что он сделает её счастливой. Он готов был её простить за её гнустный поступок, лишь бы она была рядом, настолько сильными были его чувства. Но это были всего лишь моменты слабости, она — предательница, а предателям нет места рядом, предателей он навсегда вычеркивал из своей жизни. Он с лёгкостью справился со своими слабостями, ему не привыкать, ОН МАЙКЛ ДЖЕКСОН. Да и смотреть он начал реально на вещи, какое было бы будущее у них, Морин бы не дали покоя журналисты, пресса, приходилось бы все время прятаться, а это не жизнь, он знал это, как никто другой. Поэтому, думал он, значит все к лучшему. Ему не нужны женщины, у него есть музыка и бесконечная любовь к детям. Прошло уже несколько месяцев. У Майкла был очередной перерыв между турами, но он все равно был весь в делах, он не давал себе спуску, практически не отдыхал и не спал. Пытался сочинять новые песни, работал в студии, заключал очередные сделки. Так, на одной из бизнес встреч, на которой настоял его менеджер, Майкл скучно сидел и в пол уха слушал собеседников, погрузившись в свои мысли. Леонардо, его менеджер, постоянно говорил и говорил, Майкл дежурно кивал и уже не знал чем себя занять, поскорее хотелось уйти, не просто уйти, а сбежать. Наконец он все-таки немного собрался, перекинувшись пару слов с так называемыми партнерами, чтобы не показаться незаинтересованным, но потом опять сник и от скуки начал листать журналы и газеты лежавшие рядом на столике. Там были старые номера, такие оставляют, как раз для скучающих. Майкл быстро перелистывал уже вторую газету, пока не наткнулся на небольшой заголовок сводки двухмесячной давности: «Ограблен дом известного банкира. Полиция ведет расследование.», «Неизвестные изнасиловали художницу Морин Стоун. Полиция ведет расследование». Было такое чувство, что его окатили ледяной водой, настолько быстро он вскочил и направился к выходу. — Майк, постой, ты куда, что-то случилось? — Леонардо был в недоумении. — Не сегодня! Отложим на потом…, — Майкл быстро протараторил не обращая внимания на окружающих и совершенно обалдевшее лицо своего менеджера.