Назад в будущее... (Редактируется)

— Нет… — лицо графа Фантомхайва изображало шок, а зрачок в лазурном глазу резко сузился. Себастьян же стоял, олицетворяя спокойствие и строгую холодность. Но обоих одинаково смутила новость, написанная в уже всем знакомом письме с красной печатью. — Я позабочусь об этом, господин, — как бы успокоил дворецкий, прервав давящую тишину. POV Софи. — Софи, ты почему ещё в постели? — ну вот что за напасть такая! Вскочила, как ошпаренная, сама не знаю, почему. Быстро одеваюсь, поглядывая на Мэйлин. Ну почему она меня не разбудила? — Я думала, что ты меня разбудишь! — А я думала, что ты самостоятельная девушка! — возмущённо ответила горничная. — Ты должна сама просыпаться, мне ведь тоже нужно время, чтобы собраться… — Хорошо-хорошо, — успокоившись, сказала я и подбежала к зеркалу. — Застегнёшь? Мэйлин вздохнула и подошла ко мне, помогая собраться. Она какая-то задумчивая и даже немного взволнованная. Что происходит? — Себастьян на утренней пятиминутке сказал нам кое-что важное. Сегодня в поместье приезжают гости, Софи, нам нужно всё подготовить к их приезду… — как прочитав мысли, сказала она, заплетая мне косу. Отлично. Сегодня, наверное, будет весело… Как только мы выбежали из моей комнаты, сразу же напоролись на Себастьяна. Я уже приготовилась к тому, что меня отчитают, но нет, он ничего не сказал, лишь приветственно кивнул. И слава Богу. — Доброе утро, Себастьян, — сказала я на бегу, скрываясь за проходом в коридор. Ну вот, опять куча работы. Я думала, что жизнь в этом поместье совсем не тяжёлая, но ошиблась. Единственное, в чём я оказалась права, — это то, что здесь не скучно. Естественно, тут даже подумать о скуке некогда, не то что побездельничать. Хотя, Финни и Барду это как-то удаётся. Я умылась, позавтракала и принялась за работу. Мне доверили парадную лестницу. Я её подмела, помыла каждую ступеньку, после чего Себастьян велел натереть перила воском, вручив мне щеточку и коробочку. Я с трудом её открыла и понюхала содержимое, чтобы убедиться в том, что это не гуталин. Как говорится, учиться можно и на чужих ошибках. Хоть я и не знала, как пахнет гуталин, всё же была уверена, что это не он. Как только я закончила с лестницей, сразу же побежала на кухню, чтобы выпить чашку чая и приступать к следующему заданию. Хотелось сделать всё побыстрее, чтобы освободиться пораньше… Конец POV. Вся прислуга трудолюбиво готовилась к приезду гостей, которые вот-вот должны были приехать: Мэйлин била посуду, Бард жёг еду, а Финни просто решил никому не мешать. Соня же бегала от одной к другому и еле успевала убираться. Ей очень не хотелось разочаровывать молодого господина и его дворецкого в частности. С горем пополам она навела порядок на кухне, неумело подмела ковёр в обеденном зале от крошечных осколков. Соня и представить себе не могла, что когда-то с таким упорством будет работать и убираться, ведь она росла неряшливой и ленивой. Положив метлу и совок на место, она ещё раз пробежалась по всем местам, где убиралась, чтобы проверить, не остались ли ещё где-нибудь осколки или сор. Каково было её удивление, когда всё сияло чистотой, словно ни Мэйлин, ни она или ещё кто-то, здесь вообще не пробегал. «Ну вот. Хоть чего-то, но умею!» — обрадовалась Соня, поправив на себе чепец и фартук, и пошла с гордым видом вниз, чтобы наградить себя чашкой чая и парой-тройкой печенья. На кухне она никого не обнаружила. Решив, что так даже лучше, Соня налила себе чаю, достала из «секретного» места печенье и села за стол, размышляя о своей новой жизни. Это стало её привычкой — искать плюсы и минусы жизни в поместье Фантомхайвов. Что делают её товарищи наверху и приехали ли гости, девушку не беспокоило. «Не зовут, не трогают, и хорошо…» — была уверена она. Из мыслей её вырвал шум в коридоре, вызванный грохотом посуды. — Мэйлин, ну сколько можно? — взмолилась Соня, устало опустив голову. — Какой же я неуклюжий, ах!.. — в ответ послышалось в коридоре. Соня удивилась. На голос Финни этот похож не был. Она быстро встала и пошла в коридор. Как только девушка вышла из кухни, то столкнулась с человеком, и посуда (точнее то, что от неё осталось) опять вывалилась у него из рук. Но Соня не кинулась помогать ему. Она была в ступоре. «Как?.. Как?!» — вертелся вопрос в голове. Она, не отрываясь, смотрела округлившимися глазами на этого человека, который, жалобно охая и проклиная свою рассеянность, собирал куски английского фарфора на медный поднос. — Г… Грелль?.. — шёпотом выдавила она, чувствуя какое-то дежавю. Тот, до этого не обращая внимания на горничную, поднял голову. — Мы… Мы знакомы? — растерянно и так же жалостливо спросил он, блестя зелёными глазами. Соня не знала, что делать. Она просто стояла и смотрела на него. Сердце заколотилось, а руки затряслись. Девушка испугалась, сама не зная чего. — Всё в порядке? — поинтересовался Грелль, поправив очки овальной формы. Соня вспыхнула и уже хотела что-то сказать, как в коридоре послышались ещё чьи-то быстрые шаги. — Софи, ты где? Скорее наверх! — это была Мэйлин. Соня посмотрела на Мэйлин, потом на Грелля, потом опять на Мэйлин и решила поспешить в обеденный зал. POV Сиэль. Я никогда не любил сюрпризов. И этот не является исключением. Только позавчера я получил письмо от мадам Рэд, а сейчас она уже здесь. — Сиэль, мальчик мой, ты не в настроении? — Нет, всё нормально. — Ты выглядишь так, будто не всё, — уголок красных губ изогнулся в усмешке, и тётя села в кресло, устало прикрыла глаза и тут же открыла их, внимательно смотря на меня в ожидании ответа. — Просто я не ожидал, что вы настолько скоро приедете. — Но я же написала: «Жди моего визита. Я приеду при первой же возможности.» — и? Разве это о чём-то говорит? — Извините… — Ах, Сиэль… У такой дамы, как я, миллиард возможностей, — томно вздохнув, проговорила мадам. — Особенно, если дело касается моего милого племянника. Или ты не знаешь, как я тебя люблю? Она посмотрела на меня с наигранным возмущением. Я ничего не ответил, потому что не счёл нужным. Мадам Рэд приятная женщина, по крайней мере, общество так считает. Её приезд нисколько меня не смутил, за исключением одной детали… Её дворецкий просто немыслимый болван и растяпа! Он не успел ещё зайти в особняк, как по одной из ступенек пошли трещины, вызванные ударом его бестолковым лбом… — Ах, извините, пожалуйста! Я сейчас всё исправлю! — послышался вопль того самого дворецкого, за которым последовал вопль Финни. Гремучая смесь из глупого и наиглупейшего. Грелль взял поднос с использованным сервизом и вышел из зала. Финни остался вытирать пол, не дожидаясь Мэйлин. А когда та прибежала, в ужасе кинулась за Греллем. А где, кстати, пропадает вторая горничная? — Сиэль, я хочу попросить тебя об одном одолжении, — вздохнув, обратилась мадам. — Грелль такой непутёвый… Может, твой дворецкий научит его хоть чему-нибудь? А я тебя потом награжу… — ласково проговорила она, улыбнувшись. Даже не знаю, что и сказать на такое предложение. Точнее, знаю, потому что отказать своей тёте будет невежливо. Как бы мне этого не хотелось, но повесить на Себастьяна ещё одного олуха придётся. — Ну пожалуйста, — просит мадам, часто поморгав. — Да, конечно. Оставляйте его здесь, Себастьян займётся им сегодня же. Мне кажется, что лучше сразу сжечь или разгромить особняк, чем оставлять дворецкого Мадам Рэд здесь. Ликвидаторов посуды, продуктов и всего прочего у меня и так хватает. Хотя, та русская «дворянка» пока что справляется с обязанностями горничной. Но она довольно странная, ведь дворянки ходят не так оживлённо, двигаются с особой плавностью, смотрят по-особенному, оценивающе и невинно одновременно. Этому мастерству дамы учатся с детства… Но Софья сказала, что жила не в таких условиях, в которых обычно живут дворяне. Что ж, похоже, что дворянство — лишь слово, не более. Кстати, а вот и она. Только вошла в зал и застыла на месте. Что такое? Её как будто молния пронзила. Стоит, как столб, и смотрит на мадам округлёнными глазами. Заметив мой взгляд, Софи сразу же опустила голову и прошла в зал. — Добрый день, — она сделала что-то похожее на реверанс и опять застыла, потупив взгляд. — Добрый, — ответила Мадам, заинтересовано разглядывая Софи. — Сиэль, ты не говорил, что у тебя есть ещё одна горничная. — Разве это так важно? — Для меня каждая мелочь важна, — усмехнувшись, проговорила она и взглянула мне в глаза. «Дворянка» тем временем забрала у Финни тряпку и попросила его принести ведро и ещё что-то, я не слушал. Конечно, тут не обойтись обычной водой, потому что дворецкий Мадам Рэд уронил кусок пирога, после чего размазал его по ковру. Просто сказочный придурок… Я только сильнее в этом убедился, когда это недоразумение в очках с пронзительным визгом ворвалось в зал верхом на тележке. Что произошло дальше, я предпочту не описывать, потому что с каждым словом об этом балагане исчезает миллион моих нервных клеток… — Прошу прощения! Я сейчас всё исправлю! — это где-то я уже слышал. Ну да, исправил. Только в худшую сторону. Теперь визжащих идиотов двое: Финни получил горячий привет из Лондона в виде кипятка на своей рубахе. Мда… Сегодня ему ужасно не везёт. Вскоре пришли Себастьян и Бард, и последний увёл двоих прочь из зала, потому что одному нужно оказать медицинскую помощь, а другому связать руки. Ещё было бы неплохо запереть его в чулане… — С Вами всё хорошо, юная леди? Вы побледнели, — вежливо спросила мадам у Софи, и та, как мне показалось, побелела ещё больше от этого вопроса. — Нет-нет, всё нормально… — промямлила она, смотря в пол. — Мне кажется, что ты чем-то болеешь, — тётя посмотрела на неё, как на маленького ребёнка, изображая на лице волнение и строгость. — Ты, наверное, ещё не привыкла к здешней погоде. Софи округлила глаза. Что ж, мне тоже интересно, откуда тётя знает, что она иностранка. — Подойди ко мне, девочка, — подозвала мадам. — Ну же, я не кусаюсь, — она так улыбнулась, что я убедился в обратном, и Софи, думаю, тоже. — Всё в порядке, не стоит, — ответила горничная, но всё же подошла, глянув на Себастьяна, и во взгляде этом явно была мольба о помощи. Всё это, конечно, объяснимо, но за исключением одного: почему Софи так себя ведёт? Я знаю, Мадам Рэд порой вызывает смущение своим поведением, но ведь как только горничная зашла в комнату, так сразу же превратилась в пугливого крольчонка. Как будто она знала мадам раннее… — Не удивляйся, я почти сразу поняла, что ты не англичанка, — с умным видом проговорила мадам. — У тебя странный акцент и внешность. Да, Софи странно говорит по-английски. Отвечает коротко и просто, произнося слова чистыми звуками. Мне было бы интересно услышать русскую речь. Горничная не ответила, стыдливо опустив глаза и теребя край своего фартучка. — Может, ты расскажешь нам стихотворение на русском языке, Софи? — не знаю, почему, но мне хочется её добить. Хоть какое-то развлечение на сегодня. Софи посмотрела на меня с ужасом, и её лицо стало такого же цвета, как её чепец. — Я слышал, что Россия славится своей поэзией, — продолжаю я, не выражая на своём лице никаких эмоций. — Это ведь так? — Да… — Стихотворения? — восторженно произнесла мадам. — Ах, не могу устоять перед ними! Ведь поэзия так прекрасна!.. Я невольно улыбнулся. Мадам как раз кстати мне подыграла. Софи глядит на Себастьяна, по видимому, ожидая поддержки. Но в его глазах лишь безразличие, какая жалость… Ну же, Софи, ты ведь дворянка, должна же знать хоть какое-нибудь стихотворение… Конец POV. POV Софи. Что?! Какое ещё стихотворение?! Да он издевается, по глазам (то есть, глазу) вижу! Себастьян, что мне делать?.. — Софи, мы ждём, — он ещё и поторапливает! — Я… Надо срочно что-нибудь вспомнить! Не зря же я целыми ночами учила литру, чтобы получить свою четыре… — Я ни разу ещё не слышала русской поэзии, а тут такая возможность! — всё успокоиться не может. — А какой поэт сейчас популярен в России? — Мадам, Вы только масла в огонь подливаете… Я-то почём знаю? Поэзия — это не моё. Так… Сейчас девятнадцатый век, а значит, что Пушкин уже погиб. Можно попробовать его. — Александр Сергеевич Пушкин. — Не слышала о таком… — И я тоже, — сказал Фантомхайв в предвкушении. Терпеть его ненавижу! Себастьян, почему ты мне не поможешь?.. Почему молчишь? Ведь ты мне сейчас так нужен!.. Я же сейчас сама опозорюсь, да и всю русскую поэзию заодно. Пушкин в гробу перевернётся… — Я помню чудное мгновение, — эх, была не была! — Передо мной явилась ты. Как мимолетное видение, как гений чистой красоты… — забыла. Дальше не помню ни строчки. Хотя… — Души неопытной волнение, смерив со временем. Как знать?.. Вот чёрт! Это же совсем другое стихотворение! Какой Онегин, чёрт возьми?! — По сердцу я нашла бы друга, была бы верная супруга и добродетельная мать. Ещё долго я пыталась с уверенным видом рассказывать стихотворения Пушкина, путая местами слова, строчки… Получалось очень странно и коряво, но получалось же! Я была готова сквозь землю провалиться от стыда, ведь Себастьян знает русский. Однако, он спокойно стоял и слушал про ученого кота, который памятник себе воздвиг нерукотворный… Как будто так и надо. Я даже на секунду убедилась, что всё правильно рассказываю. — Прекрасно! — воскликнула Мадам Рэд, похлопав в ладоши. — Я и не подозревала, что русская поэзия может быть такой… Необычной! Сиэль, у тебя и вправду самая талантливая прислуга во всей округе! — Н-да, очень интересно было, — ответил Сиэль. Похоже, меня оценили по достоинству… Себастьян коротко кивнул мне. Наверное, это значит, что пора сматываться, пока меня не заставили русские частушки петь или, что ещё хуже, калинку танцевать… Как только я оказалась за дверью, сразу побежала на кухню, потому что мне нужно срочно выпить. Воды, а не то, о чём вы подумали… Только я забыла кой о чём, и это «кое-что» сидело на кухне в окружении остальной прислуги и ревело. — Я такой никчёмный, зачем вы меня остановили-и-и?.. — Да ладно тебе, с кем не бывает? — пробовал успокоить Финни. — Тем более, у нас в поместье самоубийства не разрешены… — Финни! — воскликнула Мэйлин. Бард усмехнулся, ему такие шутки нравятся. А, может, это и не шутка… — О, Софи. Ну, как всё прошло? — спросил он у меня. — Мадам Рэд уже успела устроить тебе медосмотр? — Нет… — растерянно протянула я. — Эх, везёт, — ответил он. — Ага… — подхватил Финни. Мне даже стало интересно, как этот медосмотр у них происходил. Но спрашивать боюсь… Да и Грелль здесь сидит, пьёт чай и доедает наше печенье. Я его всё больше ненавижу! — Ну что ты стоишь? Садись, чаю нальём. Расскажешь хоть, что там было, — сказал Бард, доставая мне мою чашку с маленькой голубой птичкой. Да, за это время у меня появились своё полотенце, чашка, тарелка и даже место за столом. Кухня стала для спасительным островком в этом океане безумия. Но я потихоньку привыкаю и даже вхожу во вкус… Конец POV — Что будем делать? — спросила Мадам Рэд. Её лицо на этот момент было серьёзным. Себастьян коротко глянул на неё, после чего перевел взгляд на своего господина. — Завтра поедем в город и начнём собирать улики, — спокойно ответил Сиэль, отложив в сторону газету. — А там разберёмся… В сегодняшнем выпуске была очень интересная для молодого графа статья. Она была опубликована на самой первой странице газеты, что делало её важнейшим объявлением для всего Лондона.