Услышь меня

      Когда я просыпаюсь, Джея уже нет рядом. В комнате только я, куча разбросанных вещей на полу, которые я вчера просто не смогла разложить по местам, и свет — много солнечного света. Ведь пару часов назад, перед сном, я и не подумала о том, чтобы закрыть шторы. А могла бы поспать сегодня подольше, если бы они притормозили лучи солнечного света, и мое лицо не поздоровалось бы с солнцем так быстро. Хотя что за бред я несу? Я и так отлично выспалась. Даже непривычно чувствовать себя такой бодрой и… спокойной, что ли… уравновешенной. Не помню, когда я в последний раз испытывала подобное. Видимо, Джей так повлиял на мой сон. По-моему, сегодня ночью мне даже снилось что-то приятное, такое… мягкое и родное…       Но сейчас его здесь нет. Наверное, ушёл ночью. Вот блин, какая же я идиотка! Я уснула прямо у него на плече! Черт! Черт! Черт! Наверняка он просто постеснялся будить меня и тормошить, поэтому терпел, пока я сама от него отодвинусь. Но с другой стороны, это же был его выбор, я не заставляла его укладывать меня спать, не заставляла оставаться рядом. Значит, я ни в чём не виновата. Для меня лично его поступок стал большим открытием. Вчера здесь был совсем другой Джей, не такой, каким я привыкла его видеть: наглым, хамоватым и избалованным типом.       Оправдания перед самой собой прекращаются, когда мой взгляд упирается в тёмную дверь прямо напротив кровати. Я же так и не открыла её вчера… Интересно, что там всё-таки находится? Может, библиотека? Но я бы не сказала, что мои родители были любителями литературы. Хотя… в последние дни я узнала достаточно много всего, так непохожего на моих родных. Возможно, я знала их не так хорошо, как мне кажется.       Я совершенно точно помню, что среди вещей никакого ключа вчера не оказалось. Остается только одно место, где он может быть — карман Эммы. Наверняка она что-нибудь знает. Пожалуй, навещу её сразу после завтрака.       Когда я, умытая и переодетая, выхожу на кухню, то выясняется, что проснулась я далеко не первая. Джей ушел куда-то с утра пораньше, потому что в гостиной его не было; однако на кухне меня уже ждал (а может и не ждал) Хью, который сидел на стуле, подогнув одну ногу под себя. Перед парнем стоял ноутбук, а в руке он держал кружку с ароматным кофе. «Наверное, смотрит очередной фильм», — подсказал внутренний голос. При виде меня друг сразу же вытащил наушники и поставил фильм на паузу со словами: «О-о, привет ранним пташкам! Ты чего так рано?». Я собиралась было отправиться назад в комнату за альбомом, но внезапно обнаружила его у себя в руке вместе с ручкой — взяла по привычке. Поэтому я незамедлительно ответила Хью вопросом на вопрос: «Доброе утро! А тебе что не спится?»       — Да не знаю, проснулся, а дальше уснуть не смог. Вот сижу, кофе пью. Кстати, сделать тебе? — парень подскакивает в порыве налить мне кофе, но я отвечаю, что вполне справлюсь сама. — Хочешь посмотреть сериал со мной?       «Какой сериал?»       — «Люцифер», недавно вышел.       «Оʼкей», — отвечаю я; по утрам бывает, что мне лень много писать.       Как только я уподобилась примеру Хью и села рядом с ним, в прихожей громко хлопнула дверь. Настолько громко, что кофе в моем бокале попадает за пределы своей «Вселенной». Не трудно догадаться, кто пришёл.       Джей молча проходит на кухню и кидает свой телефон с наушниками на стол. По его спортивной одежде и взмокшей серой майке я понимаю, что он выходил на пробежку. М-м, значит, заботится о фигуре… «Джессика, что за мысли?! Может быть, парня это просто успокаивает, как и тебя, к примеру», — тут же осаждает меня мое внутреннее Я. Действительно, в какие дебри меня понесло…       Джей здоровается с нами, и со словами: «Хью, чувак, сделай кофе по-братски!», уходит в душ. В мою сторону он даже не смотрит, как будто ничего и не было. Обидно немного, если честно.       — Похоже ещё одному не спится, — ухмыляется брюнет и выполняет просьбу Джея. — Ну ладно, места на всех хватит, — Хью подмигивает мне. — Кстати, у нас печенье осталось, будешь? — на этот раз друг обращается ко мне. Блин, у них походу эстафета «Кто лучше сыграет Всеобщую Мамочку?»; в качестве претендентов на призовые места — Эмма, Ким и Хью, ну и Джей где-то в конце плетётся (все-таки он вчера тоже был очень мил и заботлив). А в ответ другу я просто качаю головой.       Через пару минут из ванной выходит Джей. Естественно, он был без майки, как же иначе-то. Я стараюсь сразу перевести взгляд — во-первых, мне ужасно стыдно за вчерашнее, все-таки сон с ним в одной кровати был лишним; ну, во-вторых, невероятно сложно смотреть на его оголённый торс без задних мыслей, а парень этим и пользуется. Я наблюдаю за реакцией Хью, и он, как ни странно, реагирует точно так же. Я даже замечаю легкий румянец, появившийся на его щеках. Хм-м, странно как-то… Он-то Джея явно не раз без футболки наблюдал. Да и что он там не видел, у самого ведь пресс ничуть не хуже.       — Чего притихли, детки? Папочка сегодня добрый и даже не поругает вас за распитие столь вредного для организма кофе с утра пораньше, если отдадите мне мой, — усмехается Ворчун.       Друг указывает на темно-синюю кружку на столе, от которой исходит обильный пар. Джей берет свой кофе и приближается к нам.       — Уж не порнуху поди смотрите?       «О-о да-а, по-любому», — тут же отзывается внутренний голос. Хью же какое-то время внимательно рассматривает лицо друга, а потом спрашивает:       — Что у тебя с губой?       — А-а, — Джей дотрагивается рукой до своей рассечённой губы. — Да так, производственная травма…       Ещё вчера вечером такого не было, я точно помню.       — Блин, Джей, какая нахрен травма?! Кто тебя так?! — Хью переходит на крик.       — О-ох, не хотел я говорить, но если ты так просишь… Джесс ночью врезала.       Я тут же поперхнулась. Да ну-у… не-е-ет, не могла я так.       — Джей, не неси чу… Подожди, вы что, вместе спали? — глаза друга округляются, а рот остается в приоткрытом виде.       — Ага.       Какого черта он творит?! Зачем такое рассказывать?! Блин. Хью же наверняка сейчас придумает что-нибудь не то.       — Эй, Хью, ключевое слово «спали», понимаешь? — уточняет Джей.       Фу-ух, ну так-то лучше. Хотя лучше бы он вообще молчал. Но… стоп… я не могла его ударить, тем более так. Или могла? Я вопросительно смотрю на парня, но на его лице невозможно различить ни одной эмоции. Правда через секунду он хитро улыбается.       — Ладно, не бил меня никто. С мужиком одним на улице повздорили.       — Ну и что же вы не поделили? — произносит Хью задумчивым голосом. Каким-то слишком уж задумчивым.       — Да этот мудак… Короче, он мало того парковаться не умеет, поставил свой «Майбах» прямо перед подъездом, еще и возмущается… Девчонка какая-то мелкая с собакой погулять вышла, ну… животное же, к колесам сразу и полезло. А дядя нервный какой-то: мелкую эту вместе с собачкой чуть не загрыз… Ну я и не выдержал, объяснил ему, кто есть кто. А мужичку, видимо, не понравилось.       — Ясно всё, — с этими словами Хью легонько хлопнул ладонями по столу, встал и направился в сторону входной двери, предварительно взяв что-то с тумбочки.       — Ты куда? — спросил Джей.       — К Алексу в машину за аптечкой, губу твою обработать надо.       — Хью-ю, да брось! Само заживёт. Какая нахрен аптечка?       — Но ты можешь заразу занести! — так, титул Всеобщей Мамочки определённо передаётся Хью, он выиграл. А если честно, то я тоже не понимаю, что он так переживает. Не думаю, что может произойти что-нибудь серьёзное. Но в ответ Джею лишь ещё раз громко хлопает дверь.       — Бесит, — сквозь зубы рычит Джей и выливает свой недопитый кофе в раковину.       Всё это время я внимательно слежу за парнем. В отличие от меня ему, похоже, не удалось выспаться. Да и вообще, видимо, не спалось. «Ну, конечно, уснешь тут, когда ты под бочком устроилась», — саркастично замечает внутренняя Джессика. А ещё он меня вчера вечером выслушивал, а, вернее, вычитывал… Мне невообразимо стыдно за вчерашний вечер. И молодой человек это, вероятно, замечает, потому что в следующую секунду он говорит мне:       — Да успокойся уже, не храпишь ты по ночам! И руками-ногами не пинаешься, что уже радует. Я хоть выспался нормально, — улыбается. Стоп, что он сейчас сказал? Выспался? А, ну значит, не так всё страшно. — Только в следующий раз предупреждай, прежде чем заснешь, хорошо? Я хоть укрыться успею.       Я спрашиваю, почему он говорит это прямо сейчас, и тогда Джей отвечает, что у меня на лице всё написано, и никакие альбомы не нужны, чтобы меня прочитать. Он говорит это с такой ухмылкой, что мне снова становится не по себе. Впрочем, чувство быстро пропадает, потому что возвращается Хью. Не поддаваясь на отговорки Джея, друг обрабатывает ему губу.       Когда все наконец-таки просыпаются (кстати, Ким и Макс сегодня на удивление в хорошем настроении) мы решаемся снова позвонить Беккс.       Подруга довольно долго не берёт трубку, и Ким уже собирается сбросить вызов, как на том конце вдруг раздается:       — Да, я слушаю. Только вышла от Кайла и Хелен.       — Ну и как, узнала что-нибудь? — спрашивает Ким.       — Не узнала ничего нового. Хелен носится по дому в истерике и покрывает Джесс благим матом. А ещё грозится сменить замки, если ты сегодня же не вернёшься. Она явно не знает, где вы можете скрываться.       «А Кайл?» — пишу я. Ким сразу же передаёт мой вопрос Ребекке.       — Я спрашивала, что он думает по этому поводу. Он говорит, что тоже понятия не имеет. Джесс, они действительно не в курсе, где ты, и я не думаю, что это хорошо. Они же переживают!       Ким сбрасывает. «Зачем?!» — вырывается у меня, но, к сожалению, молча, поэтому подруга не отвечает. Она еще немного крутит мобильный телефон в руках, а потом спрашивает:       — Ну и что вы по поводу этого всего думаете? Дядюшка с тетушкой забыли проверить сейф? Слабо похоже на правду…       — Может, просто забыли о самой квартире? — предполагает Алекс.       «Ну да, неделю назад Кайл помнил, а сейчас вдруг забыл», — пишу я.       — А этот Кайл может покрывать тебя? Я так понимаю, что у вас там всем тётка рулит…       Я размышляю несколько минут. «Пожалуй, да. Мои отношения с дядей всегда складывались лучше, и есть шанс, что он решил промолчать, а Хелен просто не заметила пропажу документов. Но слишком это всё было подозрительно, так не похоже на них…» — все эти мысли я пытаюсь уместить на бумаге, не упустив ничего важного.       — Получается, мы можем жить припеваючи и ничего не бояться? — уточняет Хью. Макс тут же прерывает его кротким «нет».       — А что, если наоборот? Они обо всем догадались, поэтому и не стали рассказывать ничего твоей подружке. Думают, наверное, что вы за одно… Может, они просто ждут, когда ты сама вернёшься?       Последняя версия больше походит на правду, но если они не сказали Ребекке, то должны были сказать хоть полиции, но нас до сих пор не потревожили. Неужели Кайл все-таки прикрыл меня…       — Ну и что делать будем? — спрашивает Ким, обводя всех взглядом.       Макс тяжело вздыхает и потирает лоб. Он молчит с минуту, а потом произносит:       — Давайте ещё подождем. Прошло всего три дня: всё может измениться в любой момент. Может, они вообще сейчас всю базу на нас поднимают, чтобы побольше вписать. Будем действовать по ситуации, если вдруг что. Ну, а пока… Может, Хью и прав, давайте просто отдохнём.       Я думаю, что сейчас нам всем немного страшно. Вся эта неизвестность…немного пугает. Не знаешь, что делать, куда пойти, как не облажаться и не попасть за решётку. И бездействие пугает еще больше, ведь чего ты можешь ожидать, когда сам ничего не делаешь, не прилагаешь никаких усилий? В такой ситуации можно ждать только проблем, и все это понимают. Но делать нечего. Без информации наши руки связаны.       — Кстати, Джей, что с губой? — интересуется Макс.       — Да так… Была тут история…       — Ночью?! Джей, вчера вечером этого ещё не было. Рассказывай, во что успел ввязаться? С кем подрался с самого утра?       — Да мажор один из соседнего двора, — Джей закатывает глаза. — Обнаглел совсем. Думает, если деньги есть, то всё можно. На девочку маленькую наехал, я и не сдержался.       — Дже-ей, ну ты же не ребёнок! Прекрасно всё понимаешь: нельзя нам сейчас ни во что ввязываться, и так уже неплохо влипли.       — Да, Макс, я понимаю. Извини, больше такого не повторится.       После разговора мы решили, что каждый займется своими делами, а на вечер придумаем какой-нибудь совместный отдых. Я хотела сразу же отправиться к Эмме, но Ким стала умолять пройтись с ней по магазинам, аргументируя просьбу тем, что нам бы не помешало новое симпатичное платье, а мне, в отдельности, ещё и туфли. Сначала я пыталась поинтересоваться, откуда у неё лишние деньги, но потом подумала, что это не моё дело. А от нового платья, пожалуй, и я не откажусь.       После долгих уговоров Макса и наших быстрых сборов мы с подругой отправляемся в небольшой молл прямо в центре города. Кстати, сам город невероятно красив. Я была здесь раньше только маленькой девочкой, поэтому практически ничего не помню. Он очень чистый и уютный. Здесь много разнообразных магазинов и кафешек, повсюду царят приятные запахи и яркие краски. По улицам ходит много людей, но никто никуда не торопится; все чётко и размеренно выполняют свою работу. Уверена, моим родителям здесь нравилось. Я бы тоже хотела остаться здесь: жить, учиться, работать… Но что-то подсказывает мне, что я здесь ненадолго.       Ким перемеряет кучу барахла ещё в самом первом магазине, в который мы заходим, а после хватает меня за руку и тащит в следующий, в противоположную сторону от шокированной продавщицы. И так раз за разом. Благо, я примеряю за всё время всего два-три платья, пока на пути нам не попадается обувной магазин. Вот здесь-то подруга отыгрывается по полной. Я только пытаюсь убедить её, что сначала, наверное, нужно купить платье, а потом уже обувь, но она и слушать не желает. Вместо этого тащит новую «вот-эти-точно-подойдут» пару. Правда, в последний раз она не ошибается. Чёрные ботильоны на шнуровке и высоком устойчивом каблуке действительно оказываются в самый раз. В них я хоть стоять нормально могу, не то, что на шпильке. В общем, Ким еще немного меня уговаривает, и я решаю взять эту обувь.       По пути в очередной бутик я всё-таки спрашиваю у подруги: «Тебе действительно не жалко тратить такие суммы на одежду и обувь? А откуда у тебя деньги, если не секрет?». Ким улыбается мне в ответ и отвечает:       — Хах, конечно, не секрет. Я работала официанткой в баре до этого всего. Кстати, с Максом я познакомилась там же. Они отмечали у нас в баре день рождения Алекса и помогли мне отбиться от одного очень уж наглого клиента. Да-а, хорошо ему тогда досталось… — мечтательно вспоминает подруга.       Вдруг девушка резко останавливается напротив витрины и смотрит так, будто там президент с пальмой на голове танцует. Но, к сожалению, за стеклом всего лишь платье. Красивое такое платье. Ким забегает в магазин и буквально срывает платье с манекена — настоящая охотница за шмотками. Консультанты возмущенно охают, но девушка успокаивает их, обещая, что мы просто померяем. Подруга заставляет меня надеть платье.       Оно просто нереальное: чёрного цвета, который всегда мне шёл, короткое и без бретелек. Лиф расшит чёрными блестками, а каемка выполнена из зубчиков молнии; низ у платья — юбка в форме солнца. Не сказать конечно, что платье подчеркивает мою и без того маленькую грудь, но талия в нем смотрится красиво. Правда, есть у него один минус — оно до неприличия короткое, особенно в комплекте с ботильонами.       «Ну, и куда я в таком пойду?»       — В клуб, — простодушно отвечает Ким. — Да, Джесс, представляешь, девушки нашего возраста не только сидят дома за книжками и ловят педофилов. Они ещё и на вечеринки иногда ходят.       Я вновь внимательно рассматриваю платье. «Ну зато оно выгодно открывает твои стройные ноги», — подсказывает внутренний голос.       — Ну хва-атит уже разду-умывать, — подвывает Ким, она вся буквально трясется от нетерпения. — Оно шикарное, бери!       Противостоять подруге трудно, поэтому я сдаюсь. Тем более оно не такое уж и дорогое, чтобы оставить его здесь.       — О-о, а вот, кажется, и моя вещица, — произносит Ким, и я понимаю, что мы задержимся здесь ещё минут на тридцать точно.