Услышь меня

      Что ж, мои надежды на клуб не оправдались. Настроение улетучилось сразу после мнения Джея о моем платье, и больше оно не возвращалось. Разумеется, Нейтан пытался как-то развеселить меня: рассказывал какие-то не слишком смешные шутки, в ответ на которые я выдавливала из себя улыбку; уговаривал выпить коктейль, заказанный Джеем. Кстати, по поводу мохито. Эта ситуация меня вообще нереально взбесила, то есть сначала он весь такой мега крутой высказывает мне, что я вырядилась, как шлюха, а потом в его мудрой головушке внезапно просыпается совесть, и этот придурок думает, что если напоить меня парой коктейлей, я сразу все забуду, буду мило улыбаться и танцевать. Да черта с два!       Но что меня бесило больше всего, так это то, что Джей так брезгливо высказался о моем образе, а сам сейчас обжимал какую-то блондинку в супер-вызывающем куске ткани, которое она наверняка звала платьем — самую настоящую шлюху, уж в этом я не сомневалась. Парень обнимал её за талию, и они медленно танцевали, тихо переговариваясь о чем-то. Обернувшись еще раз, я увидела, как Джей склонился над ухом девицы, прошептал что-то, на что та захихикала. Фу, аж тошнит от этого.       Разумеется, плохо мне стало не от взгляда на пошлые обжимания Джея и этой блондинки с ярко-красными губами, а, скорее, от тяжелой атмосферы клуба — оглушающей музыки, хоть последняя песня и была медленной; смешанных запахов перегара, пота и различных духов, которые я слишком уж остро чувствовала. От всего мне было нехорошо, и я решила выйти на улицу, подышать свежим воздухом, предупредив напоследок бармена о своем уходе. Блокнот я оставила в зале, незачем он мне одной на улице.       Надо сказать, что атмосфера за стенами заведения мало чем отличалась. В воздухе также витала духота, а к запахам алкоголя, духов и пота людей, стоявших в очереди, примешались еще и запах табака — тех, кто, как и я, вышли «подышать». К каждой частичке свежего воздуха мешались выхлопные газы от проезжающих мимо автомобилей. Складывалось ощущение, что улица Бока-Ратона буквально пропитана этой удушающей смесью.       Мой организм редко когда так остро реагировал на запахи, поэтому то, что это началось именно сейчас, казалось мне очень странным. Я медленно двигалась прочь от клуба, пытаясь спастись от этой сумасшедшей смеси ароматов. Медленно свернула за угол здания и пошла по тротуару в незнакомую мне сторону.       Пройдя несколько метров, я остановилась. Тошнота подкатила к горлу и комком замерла на одном месте. Недалеко от меня, прямо возле тротуара, остановилась машина черного цвета. Я уже упоминала, что не сильна в марках автомобилей, но эта машина выглядела явно дорого. Из-за руля вышел довольно высокий парень, 22-25 лет на вид. Молодой человек в легком черном джемпере, темных джинсах и начищенных туфлях с невозмутимым видом обогнул капот своего автомобиля, достал из кармана пачку сигарет, выбрал себе одну и неспешно закурил, направляясь в мою сторону. Из-за своего самочувствия я так и не сдвинулась с места. Парень же, лицо которого показалось мне таким знакомым, подошел ко мне. Казалось, что все мои чувства сейчас обострены до предела, я даже замечала, как теплый вечерний ветерок касался его волос. Он внимательно посмотрел на меня, и его губы растянулась в полуулыбке-полуусмешке.       — Ну, привет, красота! А тебя как сюда занесло, неужели в клуб не пустили? — парень сделал еще одну затяжку, и я вспомнила, где могла его встретить. Всего пару дней назад, в торговом центре. Я даже могу вспомнить его имя — Майк, кажется. Именно он тогда пытался с нами познакомиться. — Хочешь, проведу тебя? Уж мне-то они точно не откажут, — на все его реплики я, естественно, отвечала молчанием. Не было сил даже как-то намекнуть ему, чтобы он отвалил.       — Эй, принцесса, ну чего ты опять молчишь? Хоть имя свое скажи, — а Майк все не унимался. — Или это какая-то твоя игра? — парень снова игриво усмехнулся. Вот меня всегда удивляли люди, которые в ответ на мое молчание придумывали сотни причин, почему я так делаю. При этом они твердо верили, что вот именно сейчас и именно они угадали мои мысли и намерения. И тогда я продолжала слушать, а люди продолжали придумывать за меня ответы, разговаривая при этом сами с собой, иногда правда поглядывая на меня, чтобы не забыть, от чьего лица им придумывать продолжение. Только этот парень, стоящий прямо передо мной, додумывать легенду дальше не собирался. Правильно, зачем? Он же, разумеется, уже все понял и раскусил меня.       Весь сарказм как сквозь землю провалился, когда парень прижал меня к себе одной рукой. Он внимательно посмотрел мне в глаза, пытаясь найти в них ответы на какие-то свои вопросы. Этот взгляд показался мне смутно знакомым: кажется, такой же был у Льюиса. Вот на этом месте мне по-настоящему стало страшно. Я попыталась вырваться из его объятий, но из-за моего отсутствия сил сопротивляться плохо получилось. Парень выдохнул дым чуть в сторону от меня, а к моему горлу лишь подкатила еще одна волна тошноты.       — Знаешь, а мне нравится, давай поиграем! — тихо произнес он. Я сделала еще одну попытку выбраться, попытавшись убрать его руку с моей талии. Майк же, придерживая сигарету указательным и средним пальцем правой руки, поднес руку к моему лицу, неспешно проводя тыльной стороной ладони вдоль моей скулы, спускаясь к подбородку. От запаха табака мне становилось только хуже, я слегка повернулась в противоположную сторону. То, что я там увидела, а, вернее, кого, повергло меня в настоящий шок.       К нам приближался Джей. Но я чувствовала скорее приближающуюся ярость, чем его самого. Руки сжаты в кулаки, все тело напряжено, а в глазах такой огонь… Я никогда его не видела. Конечно, я наблюдала много драк с его участием, но таким я не видела его никогда.       — Отпусти ее. Сейчас же, — сдавленный, тихий рык сквозь зубы. Такой голос, от которого дрожь пробирает.       — Какие люди! — Майк говорит это притворно удивленным голосом. — Давно не виделись, мой дорогой друг. Тоже решил расслабиться в клубе? Отличный выбор.       — Отпусти ее, я сказал. И никогда больше не прикасайся! — с каждой фразой его ярость и мой страх за себя и за него самого становились все сильнее. Майк убирает руку с моей спины, и я делаю шаг в сторону.       — А то что? Что ты мне сделаешь, грозный мальчик?! — нагло, с вызовом. Парень резко притягивает меня к себе, отчего мне приходится приоткрыть рот, чтобы резко вдохнуть. Дрожь не унимается. Майк склоняется ко мне, близко-близко, губы к губам, но не касается их. Он выдыхает сигаретный дым прямо мне в полураскрытые губы, ядовито усмехаясь, и выпускает меня. Одновременно я прямо физически чувствую взрывную волну, исходящую от Джея. — Ну, что ты мне сделаешь, побьешь меня?       — Джессика, — Джей медленно поворачивает голову в мою сторону, лишь на секунду отводя взгляд от Майка, — уйди.       Я не могу сдвинуться с места. Не могу оставить его здесь в таком состоянии, но взгляд моих серых глаз — ничто по сравнению с его карими, горящими животной ненавистью. Тогда я повинуюсь и медленно иду в сторону клуба, постепенно ускоряя движение. «Найти. Срочно. Предотвратить», — мысли бешено мечутся в голове, никак не складываясь в единую картину. Я сбиваю на своем пути все и всех в поисках друзей. Первым нахожу Хью, который пытается отвязаться от назойливой брюнетки. Хватаю его за руку, не обращая внимания на возмущения девушки и тащу в сторону барной стойки, за которой успеваю разглядеть Макса и Ким. Времени писать им все, чтобы разъяснить, что же все-таки произошло, у меня нет. Но по моему виду и так все ясно, мне остается только указать в сторону выхода, как друзья вскакивают, и мы вчетвером бежим к тротуару.       Дальше все происходит как в замедленном фильме, я не успеваю улавливать звуки, замечаю лишь, как Макс и Хью отрывают Джея от лежащего на земле Майка. Парень быстро поднимается на ноги и утирает кровь, тонкой струйкой стекающей из носа.       — Нельзя, Джей! Нельзя, черт возьми! — кричит Макс прямо в ухо другу, пытаясь удержать вырывающееся из его хватки тело. Майк же, наблюдая за его действиями, лишь усмехается, глядя куда-то в сторону. Макс улавливает его взгляд и поворачивается в сторону источника, так привлекшего внимание парня. — Нельзя, но, кажется, придется, — тихо произносит он.       Мы с Ким следуем его примеру, и меня в очередной раз окатывает волной страха. В нашу сторону движется компания из трех мужчин в такой же форме, как и охранник, которого мы встретили возле входа в клуб. Ким тихонько охает.       Макс отпускает Джея, поворачивается в нашу сторону и произносит: — Уходите, быстро!       — Нет, Макс, я не… — Ким пытается возразить парню, но её попытки бессмысленны, потому что в следующую секунду Макс лишь повторяет свои слова, и нам ничего не остается, как последовать его указаниям.       Подруга берет меня за руку и тянет в противоположную от парней сторону. Все происходит словно дежавю. Наш неуклюжий бег на каблуках прочь от драки, характерные звуки которой сопровождают нас еще какое-то время. Страх в глазах Ким, который нашел свое отражение в моих. Наше учащенное дыхание и сердцебиение, звук которого разбавляет удаленный звон полицейской сирены. Стоп. Полицейской сирены?! Мы с Ким переглядываемся, — действительно, в самом конце улицы из-за угла выныривает машина с мигалками. Скоро же они, когда не требуются. Ноги с новыми силами несут нас в сторону того самого места происшествия, куда сейчас так спешат копы. Нужно спасти, предупредить. Срочно.       Машина имеет свойство передвигаться в разы быстрее девушек на каблуках, поэтому как только друзья появляются в поле нашего зрения, Ким кричит, кричит как можно громче, предупреждая друзей об опасности. Я нахожусь словно в трансе, мысли полностью покинули мою и до того полупустую голову, остался лишь инстинкт самосохранения, который сейчас движет мною и моим телом. Сквозь дымку я наблюдаю, как Хью, разобравшись со своим соперником, рывком отрывает Джея от Майка, не позволяя ему нанести последний, решающий удар. Макс отпинывает своего оппонента двумя ногами, скидывая с себя, и быстро, насколько только позволяют силы, движется в нашу сторону следом за своими друзьями. И снова бег, снова учащенный пульс. Я уже предчувствую, как завтра будут ныть ноги. Мы бежим какими-то дворами и закоулками, в которых я прежде не бывала. Я до сих пор не понимаю, как мне хватает сил бежать. Может быть, шум полицейской мигалки где-то рядом придает ускорения, а может, это уже просто глюки на фоне испуга.       И вот здесь происходит самое неожиданное. То, чего я, пожалуй, боялась больше всего. Я оступаюсь, моя нога «едет» куда-то в сторону, и я падаю. Черт! «Как же я, блин, люблю подворачивать ноги, да еще и так вовремя!» — кричит девушка в моей голове. От боли и обиды хочется буквально выть. Я чувствую, как мои глаза наливаются слезами. Все оборачиваются на меня в недоумении. Остаться со мной — значит, попасть прямо в руки полицейским — это очевидно всем. Тогда Джей чертыхается и произносит:       — Ладно, валите.       — Вы остаетесь? — Ким скорее констатирует факт, чем спрашивает.       — А что, есть другие варианты?       — Но вас же поймают.       — Не поймают. Валите уже! Скорее!       Джей делает все быстро, словно сотню раз отточенными движениями. Обхватывает мою талию одной рукой, другую закидывает себе за плечи. Я понимаю, что у него и так почти не осталось сил после драки и нашей групповой пробежки, здесь никакой адреналин уже не поможет. Поэтому стараюсь сама опереться на здоровую ногу. «Ну, давай же, Джесс, придется постараться», — уговариваю я сама себя. Сквозь слезы, опираясь на Джея, я дохожу до вовремя подвернувшейся нам лавочки. Сирена уже приближается, вместе с дрожью, лихорадочно пробившей все тело. Я снова перестаю соображать, а Джей, кажется, делает это за двоих. Он кладет мои ноги к себе на колени, быстро расстегивает обувь и кидает туфли куда-то вниз. Я хочу проследить за их полетом, но вовремя понимаю, что повреждение новой пары обуви сейчас имеет минимальное значение. Скрыться, спрятаться как-то от полиции сейчас намного важнее.       — Слушай меня, — парень берет мое лицо в свои руки, говорит быстро и уверенно. Я чувствую запах алкоголя, исходящий от него, но внешне он выглядит абсолютно трезвым. — Не сопротивляйся, хорошо? Просто посиди немного смирно.       Его слова меня пугают. Я даже не представляю, что можно от него ожидать, но просветление приходит довольно быстро, почти сразу. Когда Джей хватает меня за талию и резко прижимает к себе. Вторая его рука оказывается где-то под моим затылком, путаясь в волосах. Я не успеваю опомниться, как парень резко приникает к моим губам. Все чувства сразу улетучиваются. Мне хочется расплакаться. Ведь то, что мы делаем, ну никак нельзя назвать поцелуем. Это, скорее, какое-то жадное желание, которое я не могу описать словами. От него неприятно пахнет перегаром, и парень даже не пытается как-то сгладить ситуацию. Быстрый и жеванный поцелуй. Губы, зубы — все смешалось, я уже не понимаю, что и где. Чувствую, как его рука спускается с моей талии прямо мне на колено и продвигается вверх, проникая под подол короткого платья. Да он с ума, что ли, сошел?! Я двигаюсь, пытаюсь убрать его руки, но парень лишь прижимает меня сильнее. Он медленно отрывается от моих губ и легкими, нежными поцелуями спускается к шее. А для меня уже давно не существует ничего вокруг. Только эта непонятная сцена и этот непонятный свет.       Мозг снова начинает работать, когда в лицо резко ударяет свет фонаря, от которого я невольно начинаю жмуриться. Джей отрывается от меня, и прикрывает нас обоих руками, пытаясь разглядеть человека с фонарем. И только тут до меня доходит: «Джей пытался спасти нас от полиции таким образом. Вот зачем нужны были все эти поцелуи. Второй поцелуй в жизни — и тот дерьмо. Ну просто офигенно, блин! Сначала Льюис испоганил, теперь Джей… Кто дальше?»       — Эй, вы! — отличное обращение к потенциальным преступникам. — Вы чего расселись здесь? Дома такими вещами надо заниматься!       — Ну, а как же адреналин там, разнообразие… — произносит в ответ полицейскому Джей. Я чувствую, как он снова прячет руку за моей талией, и только сейчас вспоминаю его разбитые кулаки. Слышу его голос как будто позади и понимаю: «Прячет за мной половину подпорченного лица и разбитую губу».       — Своей личной жизнью дома занимайтесь, ясно?! И чтобы я вас больше здесь не видел! — командует невысокий пухлый мужчина. Ну прямо типичный коп.       — Оʼкей, босс.       Полицейский выключает фонарик и направляется в сторону машины, но возвращается к нам через какую-то пару секунд.       — Вы, кстати, никого не видели здесь? Никто не пробегал?       — Ну, собачка вот пробегала маленькая, такая — с голодными глазами. А что, вы напарника потеряли? — Джей просто идиот. Ну, правда, я никак больше не могу его назвать.       — Слушай, парень, не нарывайся, а. И без тебя юмористов хватает, — мужчина садится в машину и уезжает.       Домой мы возвращаемся в полном молчании. Джей придерживает меня за талию, и я иду, опершись на его плечо. Но стараюсь использовать обе своих ноги, насколько это возможно. Мысли путаются. Я все снова и снова прокручиваю в голове этот поцелуй. Обидно так, что реветь хочется. Нет никакой эйфории, крыльев за спиной, которые так ярко описывают герои фильмов и книг. Есть лишь неприятное чувство и так остро чувствуемый запах алкоголя.       Доходим мы довольно быстро. Оказалось, что Джей бегает по утрам как раз тем путем, которым мы скрывались от полицейской машины, поэтому путь до дома был ему хорошо известен. Я уже было начала волноваться, что нам придется ждать друзей под дверью, ведь ключей от квартиры нет ни у меня, ни у парня — все осталось у Ким в сумке. Но нам повезло — ребята уже дома.       — Эй, ну вы как? — на пороге нас сразу встречает Ким. Она смотрит на мои ноги: — А туфли где? — Черт, забыла, я же шла босиком. Джей вытягивает вверх руку, показывая мои ботильоны.       — Нормально все с вашими туфлями, успокойтесь уже, — он прислоняет меня к стене и убирает руки. Я медленно съезжаю вниз и сажусь прямо на пол. Слишком много эмоций, слишком много переживаний, слишком много проблем для одного дня, слишком много для одной меня.       — Ну, и чего ты расселась? Задницу же отморозишь или еще что похуже… — Джей снимает обувь и садится на корточки прямо передо мной. — Ладно, пошли, — парень подхватывает меня под ягодицами одной рукой, а второй берет за талию. Мне уже наплевать, если честно, главное, чтобы оставили в покое.       — Куда ты ее тащишь? — в прихожую выходит взволнованный Хью.       — В ванную, куда еще?! Пропустишь, нет? — Джей обходит Хью аккуратно, стараясь не задеть меня о какой-нибудь угол. Парень заносит меня в ванную комнату и ставит на плитку, крепко придерживая за талию. Я чувствую боль в ступне, но если опираться на нее лишь слегка, то боль вполне терпимая. Джей придерживает меня, пока я пытаюсь умыться.       — Давай я помогу, — в ванную входит Ким. Она достает из тумбочки бутыль с мицеллярной водой и, выливая немного мицеллярки на ватный диск, протягивает мне. Я начинаю чувствовать себя каким-то беспомощным ребенком. Да ну их! Убираю руки Джея с талии и легонько толкаю его в сторону двери. Пускай проваливает. Подруга выходит следом за ним. Я же смываю косметику и кое-как снимаю с себя одежду. «Давай, Джессика, еще немного усилий. Нужно смыть с себя все это дерьмо». Неловко простояв под душем несколько минут, стараясь не опираться на больную ногу, выхожу из кабинки и заворачиваюсь в полотенце.       Ребята разбрелись по комнатам, за сегодня вымоталась не одна я. Джей сидел в гостиной и смотрел телевизор, правда, по его взгляду было ясно, что картинки на экране плазмы его совершенно не интересуют. Парень внимательно проследил за тем, как я проследовала в свою комнату. Кажется, он хотел что-то сказать. Но я его даже слушать не желаю. Бесит. Какой-то он раздвоенноличностный.       Правда, переодевшись, я замечаю на своей кровати такой родной альбом, что просто не выдерживаю. Его поведение ужасно меня раздражает, мне надоело сначала выслушивать в свой адрес кучу негатива и усмешек, а потом бегать от его излишней заботы. Я же дала себе обещание выяснить, что с ним происходит. Значит, я выясню.       Захватив с собой альбом и ручку, направляюсь обратно в гостиную, только уже одетая. Наблюдаю, как Джей расстилает себе место для сна. Парень поднимает на меня голову, как только я оказываюсь в дверях:       — Ты что-то хотела?       «О-о да-а, я очень хочу выяснить, какого хрена ты творишь. Сначала ты меня поддерживаешь, потом издеваешься надо мной, затем помогаешь мне, говоря, что обед приготовила я, потом грубишь, а потом снова защищаешь. Да еще и целуешь! Джей Генри Тёрнер, что, мать твою, ты творишь?! И как это понимать?» — все это я собираюсь написать на листе бумаги, но не довожу и до середины, как парень сначала просто улыбается, а потом начинает открыто ржать.       — Ну извини-и, ты просто с таким грозным видом пишешь, ха-ха-хах, — он больше не может сдерживаться.       Да задолбал! Пошел ты к чёрту, ненормальный! Моего терпения больше не хватает, и я закидываю в него альбомом. Джей сразу перестает смеяться.       — Эй, ты чего это делаешь?       Но в ответ на его вопрос в парня летит подушка. А затем еще одна. Я по очереди кидаю в него все подушки с дивана, усмиряя зверя внутри себя. И блин, помогает! Вот только Джей уже устал прикрываться. Ну и правильно, все эти подушки он заслужил.       — Ну все, Джесс, прекрати, — подушка попадает прямо в лицо. — Хватит, не смешно уже, — подбираю один из «боеприпасов» и кидаю, моя «граната» метко попадает прямо в живот.       — Да перестань ты, что ли! — у меня за спиной раздается озлобленный голос Хью. — Ведешь себя, как ребенок. Маленький, глупый ребенок. А Джей и нянькается с тобой, как с ребенком. Сколько всего он для тебя сделал?! Да ты его благодарить должна, — от этих его слов я буквально выпадаю в осадок. Рехнулся? — Он делает твою работу, защищает тебя… Да он мог просто бросить тебя там сидеть, но он остался с тобой, помог тебе. Знаешь, ты какая-то неадекватная! Ты думаешь, что все люди виноваты перед тобой в чем-то, хотя это не так. Да это ты приносишь всем беды и несчастья. У нас все было хорошо, пока не появилась ты. Но как только я с тобой познакомился, моя жизнь буквально перевернулась вверх тормашками. Наша жизнь перевернулась. И все из-за тебя. Так, может, стоит поискать причину в себе?!       — Хью, успокойся, — Джей пытается как-то утихомирить друга, но все его попытки тщетны.       — Ты же сама во всем виновата. Знаешь, иногда нужно думать о последствиях.       — Заткнись, Хью!       — Джей, да ты что, не видишь? Ей же просто по приколу. Она творит невесть что, а нам всем нужно за нее отдуваться. Захотела — построила глазки учителю, а потом свалила все на педофилию, захотела — пообнималась с мажорчиком на крутой тачке. Конечно, Джей же всегда придет на помощь, если принцесса вдруг передумает с ним спать.       — Хью, прости, но тебе, похоже, пора освежиться! — с этими словами Джей выставляет друга за дверь.