Другая история Мальчика-Который-Выжил

Англия, Лондон        Леди Блэк была совсем на себя не похожа. На себя прежнюю. Во-первых, она улыбалась своему отражению в зеркале. Во-вторых, ей очень шла бирюзовая мантия в тон коротким волосам с прядями разных цветов. В-третьих, она была уверена в будущем и готова сражаться за себя и своих детей и никакой Дамби ей не помешает! Настроившись на разговор, Вальпурга трансгрессировала и оказалась на пороге дома Тонксов. Она постучала в дверь из светлого с рунами защиты, дерева. Блэк вспомнила, как плохо чистокровные относятся к смешанным бракам. Наверняка этот дом перенес немало осад, не нужно было все-таки жить в магическом районе. — Кто вы и что вам нужно?! — раздалось из-за двери. — Я — Вальпурга Хатсия Блэк. — Докажи — голос женщины изменился. «Да, Меда, это я, посмотри на меня» — мысленно обратилась Вальпурга. — Докажи. — Хорошо, твоя дочь Нимфадора — дар нимф. Ты частичный метаморф, как и я, с мужем ты познакомилась в библиотеке, маггловской… Не успела женщина договорить, как её затянуло внутрь. После приветствий (её, кстати, обняли) и знакомства с Дорой (сиреневые волосы и золотые глаза, постоянная улыбка на молодом лице) все прошли в гостиную, уютную комнату в светлых тонах с огромным камином. — Садись, тётя — улыбнулась хозяйка дома, она была всего лишь на десять лет младше. — Вот уж не думала, что увижу тебя когда-нибудь. Всё лето в детстве они проводили вместе во Франции, в одном из поместий Блэков и были дружны, насколько это возможно, впрочем, разница в десять лет в возрасте ничуть им не мешала — для магов это не так уж и много. Старший брат Вальпурги, Сигнус Блэк III, был гением артефакторики, его произведения могли сравниваться разве что с Поттеровскими. Он в пятнадцать лет сдал экзамены и ушел из Хогвартса. Женился он тоже рано, на Друэлле. Исчез для общественности после рождения третьей дочери.Старшая его дочь, наследница, Беллатрикс Блэк, сейчас в Азкабане, средняя, Андромеда, вышла замуж за маггла и младшая, Нарцисса, стала светской львицей, как говорят магглы, и удачно вышла замуж за лорда Малфоя. От которого родила сына, и судя по всему тот будет привлекать внимание из-за крови вейл коих в предках Малфоев было несколько, как и у Блэков. Друэлла живет на юге Франции, в её роду были вейлы. Она часто забирала Вальпургу — «мою милую сестру» — к себе на каникулы. Что с ней сейчас, не знала даже Нарцисса. Её мать просто исчезла, она вообще была странной, хотя бы потому, что общалась с подругами дочери на равных. Или была мастером дуэли. Или летала на гоночной метле, чему учила девушек. Если Вальпурга с Нарцисой были истинными леди и собирались устроить политическую карьеру — не себе, конечно, а мужьям, что Нарцисса и сделала, то Меда было менее амбициозной и всегда хотела большую любящую семью. «Как наседка» — охарактеризовал её Орион. Действительно, миссис Тонкс все эти годы воспитывала дочь Дору, сына же отец отправил в Дурмстанг. Он изучил обстановку в Хогвартсе, посоветовался с Малфоями и решил, что сыну будет лучше пока не появляться на глаза «доброму дедушке». Вообще они жили затворниками и мало кто знал о существовании у них сына, что для них это было весьма выгодно. Сама Хатиса узнала об этом от леди Малфой. Меда интересовалась всем маггловским и особенно их оружием и техникой. Беллатриса всегда была вспыльчивой и не хотела смириться с тем, что леди должна «сидеть в мэноре и растить детей». Она откровенно скучала на приемах и даже сорвала парочку, подшучивая над гостями. Её постарались как можно раньше выдать за муж — с глаз долой, но детей у них с Рудольфусом не было. Возможно из-за остаточного проклятия над родом мужа, возможно они просто не хотели детей. Кстати, у Нарси долгое время не было детей и она не отходила от сына Драко, которому уже двенадцать. Он также надменно встретил тетю Хатсию, как и лорд Малфой. Вальпи фыркнула, вспомнив его растерянное выражение лица, когда она лихо оседлала метлу. Но пора было вернуться к делам насущным и леди Блэк начала рассказ, по мере которого Тонксы мрачнели все больше. Хозяина ещё не было дома, чему Вальпурга обрадовалась — её все ещё тяготили магглы. И если с нечистокровными она могла смириться и даже сотрудничать, то к магглам она относилась настороженно, потому что не знала, что от них ожидать. — Как? Это же не возможно — возразила Меда, когда Хатсия закончила свой рассказ. -Их просто нет на этом Мордредовом гобелене! Они не выжжены, а именно исчезли… — Может быть этот гобелен испорчен? — предположила Нимфадора. -Его проверял твой дед! — в один голос сказали женщины. — Ну и что он говорил? — спросила стажерка аврората. — Как отзывался об этом артефакте, если его можно так назвать. — Он говорил, хм, я плохо помню этот момент — Андромеда задумчиво накручивала локон на палец. Волосы меняли цвет от черного до ярко-лилового. — Он сказал что-то насчет того, что все члены семьи будут в безопасности. Именно из-за этого гобелена… Прости, Хатс, ничего больше вспомнить не могу. Отец вообще редко бывал в хорошем настроении… — Что с орденом? — Осторожно спросила Вальпурга. — Тихо ты! — испугалась Меда и взмахнув палочкой навела заглушающие и отвлекающие чары. — Все так плохо? — Все хуже чем ты думаешь. Ты пропала, на наш штаб напали, больше половины орденцев сейчас в Азкабане. Нас обвинили в содействии Волдеморту… — Что? Мордред! Я прибью этого… — Не перебивай! Меня спас брак с Тедом — он маггл, Беллатриса вслед за мужем отправилась в тюрьму, а потом Том сошёл с ума и его рыцари вырезали пол переулока. Я не уверена, что это он, но мне было не до того, а потом его убили. Это пророчество было подлинным… — Нет, не может быть! — Великий Светлый неправильно его истолковал. Мы отправились во второй штаб. Сигнус стал главой ордена Лотоса после тебя. Он отправился в Отдел Тайн за пророчеством и больше не вернулся. Я стала его преемницей и своим указом распустила орден. — Что ты сделала? — Я не полководец и я не допустила убийств. К тому же мы растили новое поколение и внедряли шпионов. Пойми, после битвы за поместье рыцарей почти не осталось, сейчас из наших на свободе около десяти человек. — Ясно. Соберем орден на следующей неделе. — Всех? Ты уверена? У нас в рядах был шпион Пожирателя-Лимонных-Долек. — Зови всех, но пусть приходят в парадном одеянии и масках. Орден Лотоса начнет мстить! *** — Я должен был быть там — бормотал себе под нос Сириус, меряя камеру шагами. Шесть туда и шесть обратно. Скрёб, скрёб — собачьи когти скребут каменный пол камеры. Окон здесь нет, как и кровати. Это нижний уровень Азкабана — в самой скале. Выбраться невозможно. А как хочется. Просто дышать. Не затхлым воздухом подземелья, а чистым и сладким, там, наверху. Иногда заключенный сомневается в том, что другой мир, за стенами крепости-тюрьмы, есть на самом деле, а не плод его воображения. Тогда он вспоминает квиддичные матчи. Крики толпы, ухмылку Джеймса и лихие виражи. — Сюда, Бродяга! — и вот он уже машет битой, защищая своего ловца. Трибуны ревут: «Львы, вперед!». Но вот за стеной стонет сумасшедшая сестренка Беллатриса, постепенно её крики утихают, а холод приближается. Темнота накрывает с головой. Ночь. Звезды. Ветер. Он спрыгивает с мотоцикла и бросается в дом, над которым мерцает метка. Только бы успеть — стучит в висках кровь. В бой — а там, хоть сама старуха-смерть… Но он понимает, что не успел. Спотыкается о тело Джеймса. Из горла вырывается отчаянный крик: «Сохатый!». Он не успел. Он никогда не увидит их больше. Он не успел — на каменные плиты пола падает труп отца. Он не успел и на этот раз друзья. Те, кого он называл семьей. Он не успел…