Танго танцуют вдвоем

- Значит, в дружки к Лидеру заделалась? Я улыбаюсь. В последнее время улыбка стала появляться на моем лице почти без каких-либо усилий. Несколько недель безжалостного труда над собой сделали свое дело. Еще пять недель - еще половина - и можно будет приветствовать второй этап. Реветь и жалеть себя бесконечно стало некогда. Только эти вечера в общежитии Бесстрашия дают возможность обратиться к собственным переживаниям и мыслям. Благо, большая половина "студентов" умчалась в бар и тату-салон - кто куда. "Ты должна бороться, Кейт. Жить и бороться". Эти слова не давали мне упасть духом. Стали незримым и крепким, дружеским плечом. Я вспоминаю их каждый раз, когда на меня валится тяжелая тоска воспоминаний. Надо жить. Если не для кого-то, так для себя. Мириам выжидающе ухмыляется, и я вырываюсь из размышлений, покуда ее коварная усмешка не стала еще шире. - Ну-у-у, не в дружки. Просто он наорал на меня не так громко, как обычно, и сказал не падать духом. Вот и все. Маленькая ложь никому еще не вредила. Особенно подруге, которая не знает о твоем неудачном самоубийстве. Иногда, когда я подолгу не могу уснуть ночью, ко мне подкрадывается нечистая совесть и интересуется: почему же я, такая падла, не все рассказываю Мире? Ха. Да после такого чистосердечного признания она меня даже в туалет в одиночку не пустит. Так и буду срать в ее компании. - А расскажи еще раз, как все произошло? - очередной вечер после тренировок венчает озвучка этого вопроса. Мириам любит слушать новости, даже если слышала их раз по сто. Иногда это надоедает. - Честное слово, Мира, ты уже спрашивала! - Мне скучно. Рассказывай. - подруга напоказ зевает. - Ну, смотри, не сдохни от скуки. Я пошла в медпункт и встретила Эрика. А он накричал за то, что я шастаю во время занятий где попало. Ну и... я расплакалась. А потом все ему выложила. Он сказал, чтобы я не унывала, и ушел. - Ты врешь. Я обернулась. Обычно теплые, голубые глаза были холодно-синими. Даже для Джеймса эта фраза прозвучала слишком грубо, несмотря на то, что в последнее время он мрачен, как туча. Но я не ожидала услышать такое... от него. А вдруг он обо всем узнал? Вполне невинно, но уже настороженно я поинтересовалась: - Не поняла? В каком месте я соврала, Джеймс? Что же такое ты хочешь добавить в мою историю? - Я о его "добром" совете. Неужели ничего более? Может, перестанешь наконец скрывать? А вообще, чисто по любопытству: он хорошо целуется? Даже так. Можно было бы взять за шутку эти слова, если бы они не звучали в таком тоне. В таком злом и издевательском тоне. Не свойственном для друга. Миру его слова шокировали. - Джим, ты обалдел? Что ты несешь? Конечно, она не целовалась с этим негодяем. А если бы и так, мы бы с тобой знали. - Не думаю, что Кейт рассказала бы. Ты ведь стала умалчивать о многом, не правда ли? - последние слова попахивали конкретным обвинением. - Ты все больше отдаляешься. И вместо того, чтобы довериться нам, ты доверяешься этому... этому... - Пошути еще. Ты шутишь смешно, - хмуро подытожила я. Неприятно было осознавать, но Джеймс разбудил во мне дремавшую совесть. Мира выглядела слегка ошарашенно и растерянно. А парень, выходя из общей спальни, сердито бросил то, чего я услышать вообще не ждала: - Я видел, как вы обнимались.

***

"Ты считаешь его другом. А для влюбленного парня нет ничего хуже, чем быть просто другом". Новая проблема озадачила мою и без того больную голову. Если закидоны друга не просто дружеская подозрительность, то определенно... Совсем не дружеская ревность. Мне стоило догадаться. Об этом подозревала Мириам. И даже Эрик. Все все замечали, кроме меня. И что теперь делать? К Джеймсу у меня только дружеские чувства, определенно ничего более. Приятно осознавать, что нравишься кому-то, но... Другу от этого лучше не станет. Вляпалась, называется. Нужно поговорить с ним. Хотя, от этого тоже не станет легче. Я нашла парня в тренировочном зале. Очевидно, он пробовал удары - оранжевая тяжелая груша так и ходила ходуном. "Меня представляет на ее месте" - явилась непрошенная мысль, и я сердито фыркнула. Тем самым обнаружив себя. Джеймс повернулся ко мне и, нахмурившись, подошел, скрестив руки на груди. - Ну? Я выдохнула. Хороший будет разговор... - Что это было час назад? Что за выпады в мою сторону? Что-то тебя не устраивает, так говори! На какое то мгновение в глазах Джеймса что-то проблестнуло. Но секунду спустя он отвернулся снова к груше. - Да нет. Ничего особенного. Просто проблема не во мне. Не я же так изменился. Во мне словно что-то оборвалось. То, наверное, была надежда на благополучный исход разговора. Но эти его обвинения, хоть и далеко не беспочвенные, меня сильно задели. - В чем я изменилась, Джеймс, скажи, в чем?! - Господи, ну почему эмоции сильнее меня? - Почему ты не скажешь прямо? Ты ведешь себя, как настоящая баба! - А ты ведешь себя, как настоящая овца! - Джеймс буквально выплюнул это. Я не ожидала, что друга может прорвать так жутко. Минут пять я слушала его полные обиды восклицания. Словно он копил много дней все эти слова. Джеймс то ходил по кругу, то присаживался, то засовывал руки в карманы. А когда я наконец уловила его взгляд, увидела в голубых глазах боль. Он бывший Искренний. И он держал все в себе. Чтобы не расстраивать и не обижать нас. Меня. Держал все в себе, чтобы сейчас обрушить это "все" к чертям. - Я вижу иногда, как вы переглядываетесь. Как он кивает тебе... когда ты смотришь на него. Вы обнимались... Когда что-то случалось, сразу бежала к нему, да? - Мы вообще не разговаривали после той встречи! - огрызаюсь я. - Как-то я не замечала, чтобы ты раскрывал свои объятья, когда мне было плохо! - Мы же ГОВОРИЛИ тебе! Когда плохо, я и Мириам в твоем распоряжении! Но ты предпочла меня... нас этому уроду! Если ты хочешь от него любви, я тебя разочарую - он только использует тебя, как использовал Рейчел! Ему глубоко плевать на тебя и твои чувства! Ты ему ни на черт не сдалась, как и все его шлюхи! Никаких чувств нет и в помине. Джеймс окончательно уехал на свою линию. Вот только последние слова ранили больнее, чем предыдущие. Сердце затопил лед, а кулаки налились тяжестью. И, глядя на Джеймса, я не испытывала более ни жалости, ни уколов совести. Только гнетущее отвращение. В гневе я сказала совсем не то, что собиралась. Не то, что нужно. Совсем не то. - Он не сделал бы этого! Рейчел - только тряпка в его руках! Я не такая, как она, ты понял? И ты не вправе указывать мне, что делать! Да будь моя воля - я буду кидаться к нему на шею, но никого это касаться не должно. Так что убери свою глупую ревность и не будь эгоистом! - ПОШЛА К ЧЕРТУ! Напряжение достигло апогея. Лучше бы он меня ударил - так больно шли в мою голову его слова. - Что ты сказал? - Я сказал. Уйди. К черту. Отсюда, - твердо, холодно и с расстановкой произнес Джеймс. Его голос я не узнавала, - Я не желаю говорить с тобой. Ну, что ты стоишь?! - рявкнул он, увидев, что я оцепенела и не двигаюсь. - УХОДИ! И парень сердито отвернулся, яростно ударив по груше.

***

Поворачиваюсь с боку на бок, тщетно пытаясь уснуть. Из головы не желает идти эта глупая ссора с другом. Другом. Для Джеймса я, наверное, уже бывший друг. К горлу подкатил комок. Мира не знает об этом. Как и в последнее время, я о ссоре в разговоре с ней умолчала. Джим был прав - я много от них утаивала. Сердце неприятно закололо. Я должна была быть мягче с ним, если он и правда что-то чувствовал ко мне. А я только лишь сделала ему больнее. В сто раз больнее. Я должна извиниться. И я извинюсь. А там - будь, что будет. Черт, ну только не это! Я скоро пройду первый этап, а плачу ночью в подушку, как маленькая девочка. Плачу и не могу остановить слезы. Придется вставать и идти пить воду, иначе легче не станет. Коридор Бесстрашия необычайно тих ночью. И темнота - глаз выколи. Неудивительно, что я не нашла питьевого фонтанчика. Ругаясь про себя, начала спешить обратно к спальне, чтобы не нарваться на кого-нибудь, кто доложит о моих ночных похождениях куда следует. Тихий шум сзади заставил меня ускорить шаг. Черт! В следующую секунду кто-то упал на меня сзади и с силой ударил в челюсть. Я заорала, вытягивая из легких весь воздух. - Идиот! Нужно было закрыть ей рот, а не ударить! Их несколько... - Ты не уточнял. Ножом сразу? Или после того, как... Нож. Внутри похолодело. Не дожидаясь окончания фразы, я нашла пальцы напавшего и с отвращением, но сильно сжала их в зубах. Послышался хруст, и руки разжались. Воспользовавшись этим, я сбросила парня. - Сука!!! Не выпускай эту дрянь! Я узнала этот голос. Брендон Милли. Различив его фигуру в темноте, я, не медля, зарядила кулаком туда, где должно быть горло. После глухого хрипа я ударила Брендона ногой. Куда - не разглядела, но он тоже упал. Воспользовавшись этим, второй схватил меня сзади. Я снова заорала. - Если ты не отпустишь ее, твои кишки будут висеть на потолке! Кейт, беги! Сейчас же! Джеймс. Он услышал. Он пришел спасти меня. В то же мгновение по голове прошлось что-то тяжелое. Резкая боль, ноги подкосились, и в глазах помутнело. Нападавших было трое.

***

Когда я вновь открыла глаза, вокруг все белело. Это Рай? А, нет. Вокруг аппаратура и койки, значит, я в больничном крыле. Жива. Только голова болит. - Эй! Кто-нибудь есть? - позвала я, удивившись тому, насколько слабенько звучал мой обычно мощный голос. Дверь отворилась, и вошел... Эрик. - Рад, что ты в здравии, - фыркнул Лидер, присев на краешек кровати, - День кончается, уже пора бы. Как голова, Кейт? - Ничего, - сейчас, когда я вспомнила произошедшее, меня волновала вовсе не голова, - Я хочу знать, что произошло. - Нападение на тебя. Ты еще не поняла? - Эрик вскинул брови. - Судя по всему, эти гады пытались тебя либо напугать, либо... убить. - Я узнала только Брендона. Кто еще? - Его друзья - Рич и Говард. Впрочем, когда я и Фор услышали твои крики и примчались, там была уже нехилая бойня из шести человек. Трое пришли тебя спасать, а ты так и валялась там без сознания. То, что меня пошли спасать - удивительно. Я была уверена, что все терпеть меня не могут. - А что с этими тремя? Их ждет хоть какое-то наказание? Лидер хмыкнул. - По крайней мере, Брендон еще долго не сможет нормально ходить. Как и Говард. Я нечаянно сломал ему позвоночник... Но какое мне до этого дело. К сожалению, они успели хорошенько поработать. Когда мы прибежали... было уже слишком поздно. Одного в горло пырнули ножом, и он истек кровью. Я судорожно сглотнула. - Кого? Лидер отвернулся и выдохнул. - Джеймса.