Танго танцуют вдвоем

- Здравствуй, Кейт. Вот уж не думала, что встречу тебя когда-нибудь здесь! Врач моей бывшей фракции Лана МакЛаррис была всегда приветлива ко мне. Сейчас же ее лицо напряжено, а улыбается она через силу. - О, да. Где Мириам?! Улыбка погасла. - В этой комнате. - Она... очень плоха? Лана вздохнула. - Не хочу зря тебя обнадеживать... В общем, мы вкололи ей нужную сыворотку сразу же, как привезли. Похоже, ее семью убивали оружием, содержащим сильноядовитые химикаты. Руфус и Патрик скончались мгновенно, а Мириам... Судя по синякам, пыталась сопротивляться, яд вошел не до конца. Все же, этого оказалось достаточно... Организм сильный, но не настолько, Кейт. Джанин не дала нам ввести более мощное лекарство... Сказала: "Она не член нашей фракции, и нельзя расходовать на нее необходимые ресурсы". Пока она держится, но... Вот значит как... Хочется поверить в лучшее, но очевидное отвергать нет смысла. - Сколько?.. - День или два. Не больше. Я судорожно сглатываю и опускаю глаза - никто не увидит моих слез. Мириам нельзя сейчас волновать. Лана утешающе хлопает меня по спине. - Ну-ну, Кейт, ты храбрая девочка. Как и Мириам. Она так хочет тебя увидеть, - женщина открывает дверь в комнату, - Заходи. Дорогуша, к тебе гости! Мириам лежала в кровати. Сильная бледность исказила ее красивое лицо, и в глазах стояла бесконечная усталость, словно жизнь ей дается с трудом. Девушка попыталась присесть, но ей это не удалось, и она утешающе улыбнулась мне. Из левого глаза выкатилась маленькая слеза. - Говорю я ей: береги силы, - бормотала Лана, словно сама с собой, - Но нет, только очнулась, так попросила бумагу и сидела, писала-писала, писала-писала... Да и показывать не хотела... Упрямица, - медсестра, едва скрипнув дверью, вышла. Стараясь не споткнуться, на ватных ногах я подошла к кровати Миры и присела на краешек. Мира вздохнула и взяла меня за руку. Ее рука была холодна, как лед. - Я так боялась не увидеть тебя. Я... Я скоро умру, да? Нет, Мириам, нет, ты не умрешь. Ты не можешь умереть. Ты не можешь оставить меня одну. Этого не может быть. - Не говори так. Ты поправишься, обязательно поправишься. Мы что-нибудь сделаем, я уговорю Джанин достать лекарство... Ты обязательно... - Кажется, нет, Кейт. Я чувствую, что нет. Мне очень жаль, Кейт, - Мириам умоляюще поглядела на меня - глаза ее сделались тусклыми, и под ними залегли темные круги, черты лица заострились. Я с болью поняла, что обманывать себя бесполезно - нет. Окончательно ясно, что нет. - Мне даже не больно, - бодрым голосом проговорила Мира, хотя было ясно, что это наигранно, - Я не буду страдать. И ты не должна... Понимаешь? Ты живи - за мать, за Джима, за меня... Живи, и будь счастлива, что живешь. Киваю и сжимаю холодную руку. Только как - как жить? После каждой потери, каждой неудачи... Ты всегда была рядом, говорила правильные вещи, слова утешения, которые я так бессовестно и упрямо отвергала. Ты заботилась обо мне, как о родной сестре, лучше любого Отреченного. Ты была такой сильной все это время. Ну не можешь ты сейчас сломаться, не можешь... - Кейт? - голос стал более тихим. - Да, Мира? - прошептала я, наклонившись. - Мой совет тебе... Эрик, Кейт. Он... хороший человек, я... я наблюдала за ним... за тобой... за вами. Не злись на него, дорогая. Он поможет тебе. Он... он тебе не враг... Мириам думает, как думал Джеймс. Короткий кивок от меня. Мириам начала уходить. - Люблю тебя, Кейт, - внезапно на ее лице прошлась легкая тень тревоги, - Забыла... Губы ее почти уже не слушались. - Под подушкой... Возьми... Боялась, не успею... всего сказать... Тихонько порывшись, я достала свернутый вчетверо небольшой кусок бумаги. - Прочти... Не показывай другим... Сожги его потом... Обещай. - Обещаю. Обязательно сожгу, никто никогда не увидит даже пепла. Мириам удовлетворительно кивнула. - Будь умницей... Дыхание затихло. Все было кончено. Сдавив с силой челюсти, чтобы не закричать от боли, я провела ладонью по ее векам, закрывая глаза. - Спи спокойно, Мира. Сейчас, в этой комнате, из жизни ушел мой лучший, любимый и самый преданный друг.

***

Уезжая из Эрудиции, я не чувствовала ничего. Автоматически прыгнула в поезд, автоматически спрыгнула. Я не до конца осознала, что произошло. А когда осознаю, станет больно настолько, что воздух будет резать легкие. Дойдя до спальни, убедилась, что в ней никого нет. А после достала послание Миры. Развернула и стала читать. Дорогая Кейт. Мне очень больно осознавать, что я покидаю тебя навсегда. Ты единственное, что есть у меня теперь. Единственное, что было у меня в Бесстрашии. Когда я умру, не будь сильно опечалена. Я знаю, как переживала ты из-за Джеймса. Я тоже была опустошена. Он был первым парнем, которого я по-настоящему и искренне полюбила. Я не говорила тебе, чтобы ты не чувствовала себя виноватой из-за того, что ты Джеймсу небезразлична. Я не сержусь на тебя за это, ведь ты не любила его и не хотела бы причинять мне боль. Ты должна хорошо справляться с заданиями второго этапа. Он очень сложен, как говорят нам. Но я все равно не прошла бы его, как нужно. Потому что для меня он не является сложным. Первое моделирование для меня было странно. После я вышла через черный ход, а отцу и брату сказала, что мне стало плохо. Отречение-Дружелюбие-Бесстрашие. Прости, что не говорила тебе. Я выполняла свой обет неразглашения. Теперь его перенимаешь ты, поэтому должна сжечь эту записку после того, как прочитаешь. Мне говорили, умирать не больно. Надеюсь, что это так. Теперь ты знаешь все. Пожалуйста, береги себя, ведь теперь я не смогу тебя наставлять. Люблю навсегда, твоя Мириам. Дойдя до последних строк, я бросила письмо на кровать и, дав наконец волю чувствам, горько заплакала. И не имеет теперь значения то, что моя подруга была Дивергентом и любила Джеймса. Нет, Мира, умирать не больно. Больнее остаться живым и осознавать, что остался в одиночестве...