До встречи

Скука разъедала его. Не помогало ничего — Шерлок впадал в депрессию. Тяготило все, даже Джон, суетящийся рядом и изо всех сил старающийся побороть эту надвигающуюся апатию, которая, вызрев, грозила превратиться в бурю. Джон… А ведь когда-то он волновал, вызывал эмоциональный водопад, в который затягивало и кружило детектива. Сколько было страсти и нежности. Скучно! Именно так. Он устал от Джона. А потому Шерлок принял решение. Оно настигло его за завтраком, когда гений, лениво ковыряя вилкой омлет, вдруг подумал, что… — Я разлюбил тебя, — озвучил пришедшую вдруг в голову мысль Шерлок. Джон застыл и медленно, словно подстреленный, повернулся лицом к детективу, цепляясь взглядом за взгляд, и ища на нем признаки того, что сказанное было шуткой. Нет, Джон, не шутка. Шерлок увидел, как его любовник побледнел. И это тоже было скучно. Ну, давай же, Джон, сделай мне весело! — Ясно, — Джон, все еще бледный, поджал губы. — Я перенесу твои вещи обратно в твою спальню, пока ты будешь на работе, — равнодушно произнес детектив, продолжая ковырять вилкой омлет. — Хорошо, — Джон, повернувшись на каблуках, направился к двери и, чуть задержавшись на выходе, бесцветно бросил, — до встречи, Шерлок. И это все? Шерлок фыркнул и закатил глаза. Ску-у-у-учно! Он слышал, как хлопнула входная дверь, но не затруднил себя тем, чтобы подняться и посмотреть в окно, как Джон растворяется в утреннем городе. Оставив недоеденный завтрак, старательно приготовленный доктором, Шерлок направился в свою комнату, которая вот уже полгода являлась их общей спальней. Больше нет. Усмехнувшись, Шерлок сгреб вещи Джона в узел и, как был, босиком, отправился на второй этаж, где давно пустовала спальня Уотсона. Что ж, может это внесет хоть какое-то разнообразие в рутину. Вещи были свалены на постель Джона, до тошноты аккуратную, и Шерлок вздохнул, прислушиваясь к своим ощущениям. Ничего. Совсем. Похоже, химия выветрилась, Джон… Шлепая босыми ногами по лестнице, Шерлок вернулся в гостиную и, развалившись на диване, стал размышлять о том, что будет дальше. Каким будет ход доктора, когда тот вернется? Время шло, и Шерлок, томимый скукой, стал поглядывать на свой телефон, замерший на столике. Обычно Джон несколько раз за день справлялся у Холмса о его делах. Сейчас аппарат его не тревожил. — Хм… обиделся, — усмехнулся детектив, поворачиваясь лицом к стене и вслушиваясь в шум дождя, разразившегося за окном. Дождь… Глаза Шерлока невольно скользнули по вешалке, на которой осталась висеть куртка Джона. Доктор ушел раздетый, несмотря на подступившую к Лондону осень. Час… другой… дождь за окном не утихал. Телефон словно впал в анабиоз и не издавал ни единого звука. Шерлок не удержался и, не думая больше о том, как ему было скучно утром, протянул руку к смартфону. «Надеюсь, ты не промок. Ш.Х.» — улетело в город сообщение. Не прошло и пяти секунд, как в кресле Джона знакомо звякнуло. Шерлок поднялся и подошел к креслу. Оказалось, что доктор ушел не только без куртки, но и без телефона. Черт! Холмс не был бы великим детективом, если бы сразу не решил, что делать дальше. Скрепя сердце, Шерлок набрал номер Сары и почти сразу услышал ее недовольный голос: — Да, Шерлок, чем обязана? — Привет, Сара, — как можно беззаботнее улыбнулся в трубку Холмс, — Джон забыл дома телефон, не могла бы ты… — Не могла бы, Холмс, — Сара даже не пыталась скрыть своего отношения к консультирующему чуду, — его нет, он зашел утром, сказал, что плохо себя чувствует, что было чистой правдой, судя по тому, как он выглядел, а потом ушел. Шерлок вздрогнул и внутри у него все болезненно сжалось. — Он не сказал, куда? — Нет, — сухо ответила мисс Сойер, — прости, у меня дела. Дождь не унимался. К нему добавились раскаты грома, которые сотрясали небо над Лондоном и весь город. Шерлок подошел к куртке Джона. Он знал, что обнаружит в кармане доктора, но все же запустил туда руку, которая ожидаемо наткнулась на бумажник. Шерлок подавил в себе назревающий стон и вернулся на диван. Мысли о том, что где-то там Джон бродит по городу в одной клетчатой рубашке, без телефона и денег, были тревожны и вызывали зуд. Идти искать человека, которому он утром заявил, что больше его не любит, было бы странно. Потому, несмотря на все свои переживания, Шерлок решил, что дождется-таки возвращения доктора дома. Минуты… часы… время безжалостно отсчитывалось каминными часами, показывая детективу, что рабочий день доктора уже три часа как закончился. То, что Джон не был на работе, еще не значило, что он мог задержаться и не вернуться домой к положенным восьми часам. Всегда возвращался. Шерлок упрямо ждал возвращения Джона. Сумерки сменились густой ночной теменью. В окно продолжал барабанить проклятый дождь, заливая стекло. Джон не вернулся. Шерлок уже не сидел, он мерил нервными шагами гостиную, то и дело кидая взгляд на окно, ожидая, не подъедет ли к дому машина. Идиот, у него же нет денег на такси. Город угомонился и уснул. Занималось утро. Джон не вернулся. День не принес облегчения и новостей. Шерлок, урезонив свою дурь, кинулся на поиски. Найти иголку в стоге сена — не это ль его профессия? Джон не был иголкой. Зато слова, сказанные прошлым утром доктору, и его скорбный вид раскаленными иглами вонзались прямо в мозг, отупляя и замедляя разум. Шерлок носился по городу, опрашивая знакомых: Лестрейда, Молли, Майка Стемфорда… никто не имел представления о том, где мог быть доктор Уотсон. Лестрейд, не пряча укора, пообещал подключить к поискам своих людей. Молли сказала, что даст знать, если что узнает, так же как и Стемфорд. Иголка… Город жил своей жизнью, ему было плевать на грызущую боль Шерлока, он шумел машинами, пестрел вывесками и прятал где-то в своих недрах самого важного человека в жизни Холмса. Лондон не прощал жестокости даже своим любимцам. День… Ночь… Джон не вернулся.