В погоне за счастьем

      Марселин шла по пустоте. Вокруг не было ничего. Сплошная черная пустота. Такая же черная, как и ее душа. Сколько она уже просто идет? Да она сама не знала. Впереди ничего не было, сзади - тоже. Она просто шла, думая обо всем подряд. Точнее об одном человеке, именно человеке. Финн. О нем она могла думать бесконечно. Что в нем так зацепило вампиршу? Много что, на самом деле. То, что он не такой, как все, особенный. Тот его образ белого рыцаря, которого Марселин ждала в далеком довоенном детстве. Она шла и вспоминала черты его лица, складки на уже не такой белой шапке, каждую царапинку на коже, такую же уникальную, как и ее хозяин. Она вспоминала смех Джейка, его незабываемые песни, его игру на альте... Это она навсегда оставит в своей памяти, как память о лучшем друге. Распрекрасная Принцесса Бубльгум, которая так подпортила жизнь вампирше. Даже эта розовая прилипала занимает отдельное местечко в ее сердце. Они стали частью Марселин. Не станет их - не станет и ее тоже. Какая же наивная она была, гадая, кто из них, ее лучших друзей, уйдет первым. Судьба сыграла с ней злую шутку, убив первой. Формально, вампирша еще жива, если ее привычное состояние можно назвать жизнью, но это ненадолго. Сейчас она в трансе - периоде времени, весьма непродолжительном, в котором будут отсчитываться ее грехи в этом мире. Марселин знала про ангелов-спасителей, в которых верили древние люди, наивно полагая, что они спасают от ужасных тварей типа вампиров, оборотней и прочей нечисти. Но это была лишь часть ужасной правды, которая открылась Марселин весьма неожиданно.

***

      Темносфера. Марселин, являвшаяся в то время пятнадцатилетним подростком сидит за обеденным столом в простенькой кухне. Напротив нее сидит мужчина с сероватой кожей и большими запавшими глазами. Оба прожигают друг друга взглядами, не говоря ни слова. Молчание затягивается и становится неловким. Первым заговорил мужчина. – Марселин, я знаю, что произошло, но, думаю, тебе стоит самой высказаться в свое оправдание. – Я ничего плохого не делала, – сложила руки на груди Марси, – они сами напросились. – Ты даже представить себе не можешь, насколько это опасно, – мужчина склонил голову и на лбу проступили морщинки, – если ты полу-демон, то это не значит, что ты защищена ото всего. Я – правитель Темносферы, я не могу контролировать каждый твой шаг. – Ну пап! – не выдержала Марси, – о, великий Хансон Абадир, простите свою несносную дочь за столь непозволительный поступок. Такого больше не повторится. Доволен? – Нет, – покачал головой Хансон, – ты должна твердо усвоить, что подобные существа смертельно опасны, Марселин, – делая акцент на слове "смертельно", сказал Хансон, – ты должна понять это. Чтобы я больше не видел тебя рядом с такими, как они. – Это еще почему? – взвилась Марселин, ее такой расклад явно не устраивал, – мы с ними нормально общались. Просто сейчас они перешли некоторые границы. – Бойся перейти границу кое-чему более высшему и способному убить тебя одним щелчком пальцев, – сказал Хансон, явно злясь на собственную неубедительность, он поставил руки на стол, нависая над дочерью, - просто запомни: тебе не стоит общаться с такими, как они. – Я все еще не поняла почему, – Марселин тоже начинала злиться, она поставила руки на стол и встала лицом к лицу с отцом, – ты ходишь вокруг-да-около, ничего толком не объясняя. Или ты говоришь мне все начистоту, или я иду к своим знакомым и доделываю начатое. – Не смей ставить мне условия! – прогремел на всю кухню Хансон, он был очень зол на самого себя, раз позволил своей дочери попасть в такую компанию, – хочешь начистоту?! Будет тебе начистоту! За такими тварями охотятся ангелы! Не простые крылатые пупсы, а очень опасные существа! По древним поверьям они уничтожают нечисть, таких как оборотни, вампиры и прочие! Если ты станешь одной из них, то тебя ждет неминуемая смерть! Я не хочу потерять тебя, слышишь?! Не хочу! – Пап... – удивленная таким резким ответом прошептала Марси, – прости, я не хотела... Пап... Я... Я ведь уже стала вампиром... – Ч-Что?! – бледное лицо Хансона стало ярко-красным, вызвав у Марселин жажду выпить всю эту кровь, прилившую к лицу разгневанного отца, – когда?! Почему ты ничего не сказала?! Как давно это произошло?! – Прости, пап... Я же не знала... – переходный возраст и страх смерти заиграли в голове Марселин и заставляли податься истерике. – Чем ты думала, общаясь с такими, как они?! Скажи, они напали на тебя? Они сделали тебе больно? Говори правду, Марселин, так будет лучше всем! – Хансон начал ходить по комнате кругами и бормотать ругательства. – Мы дружили. Мы хорошо дружили. И однажды один из них сказал, что я смогу с ними продолжить общаться только если стану такой, как они. А потом выяснилась другая правда и... Ну, в общем, не важно. Они не заставляли меня, я сама, - тихо пролепетала Марси, - пап, я могу стать такой, как прежде? – Да, сможешь, – уже более спокойно ответил Хансон, – но для этого тебе придется научиться защищать себя и принимать кое-что, замедляющее твое превращение в вампира. Никто не должен знать, что ты... Вампир. Потому что это опасно. Лекарства будут поставляться с самых дальних уголков Темносферы, никто ни о чем не должен узнать. – Спасибо, пап. И… Прости меня, – Марси опустила голову, – я буду делать все, что ты скажешь.       Марселин невольно улыбнулась от таких воспоминаний. Ей было приятно вспоминать об отце. После их ссоры она не переставала принимать те самые желтые таблетки, замедляющие ее превращение в вампира. Но потом все же забила. Таблетки кончились, а пойти к отцу мешала гордость. Так она и зависла на отметке 18 лет, попивая кровь животных. Да, потом до Марси все же дошло, что убивать – не особо здорово и она сменила рацион. Кровь перестала быть для нее смыслом жизни. Она научилась пить красный цвет, не подвергая никого насилию. В общем, Марселин была вполне довольна своей жизнью до некоторых происшествий, после которых ее спокойная и размеренная жизнь поменялась кардинально. Девушка все шла по темной пустоте, не понимая, куда и зачем вообще идет.

***

      Финн с ненавистью смотрел на ангела, абсолютно безразлично смотрящего на него. Что сейчас чувствовал Финн? Целый комплект чувств, из которых ярче всего выделялись ненависть и бесконечная ярость. Парень крепко сжимал меч, что его пальцы побелели, шапка немного съехала набок, но его это не волновало. Одинокая слеза все еще блестела на щеке Финна, напоминая ему о том, что его любимая сейчас лежит на руках у предательницы, которую он так же ненавидит. Парень просто стоял на пустой поверхности межпространста, размышляя об атаке. Он хотел не просто уничтожить этого крылатого мерзавца, он хотел убить его самой мучительной смертью, на какую только способен. Джейк был поражен до глубины души. Все те чувства, которые терзали парня до этого масштабного приключения снова вернулись с новой силой. Казалось, что улыбка больше не способна красоваться на перекошенном ненавистью лице паренька, который всегда был самым веселым и жизнерадостным человеком во всем Ууу. Теперь это лицо внушает лишь ужас и желание не переходить дорогу такому, как он. Джейк действительно испугался последствий такого удара, нанесенного все еще не сформировавшейся психике Финна. Да, он пережил немало, он убил не одну тварь, достойную самых низов Темносферы, не моргнув глазом, но он еще ребенок. Он должен радоваться простым детским вещам, он должен бегать за Принцессами и переживать первую любовь, первый поцелуй, все должно быть в свое время. Но не в ситуации с Финном. на него все наваливалось волнами, то затишье, никаких изменений, ничего примечательного, то все сразу: и любовь, и потеря, и битва, и приключение, и спасение мира. Так быть не должно, но ничего изменить нельзя. Джейку оставалось лишь поддерживать Финна, пока тот не вырастет. Или... Нет, он не хотел думать об этом, он не желал думать о том, что его братишка может погибнуть.       Ангел все так же равнодушно смотрел на Финна, не проявляя никаких признаков страха или агрессии. это еще больше бесило парня. Он тщательно прокручивал в голове битву и любые попытки убить крылатого в его голове увенчивались успехом. Финн обернулся, чтобы посмотреть на Марселин, ее обмякшее тело, лежащее на руках у Баблгам внушало лишь желание отомстить.       Финн замахнулся мечом и напал на ангела. У того в руке появился белый светящийся меч, который с легкостью отразил удар Финна. Это лишь придало парню желания разрубить ангела на мелкие кусочки. Джейк не спешил помогать брату, полагая, что тот не оценит подобный жест. Финн попытался снова нанести удар, но особого урона это не принесло. лишь пара перьев с крыла ангела упали на пустую поверхность межпространства и рассыпались в черную, на удивление всех, пыль. Ангелу это явно не понравилось, он бросил взгляд на подрезанное крыло и сам атаковал Финна. От былого безразличия не осталось и следа. Ангелу совершенно не нравилось то, что на него нападает низшее существо, посмевшее ранить его крылья и его самолюбие. Теперь ангел не просто отбивался, но и атаковал. Битва стала принимать нежелательный для Финна оборот. Ангел оказался весьма сильным противником, победить которого оказалось не так просто, как полагал Финн. Еще удар меча о меч, золотые искры полетели во все стороны. Ангел замахнулся, намереваясь отрубить Финну хотя бы руку, но тот тоже был не так прост, он с трудом отразил удар и ему удалось выбить клинок из рук ангела. Крылатый в замешательстве посмотрел на отлетевший на приличное расстояние меч и повернулся к Финну, готовому нанести новый удар. Ангел изловчился и ударил парня в живот, тот от неожиданности выронил меч, и ангел оттолкнул его подальше. "Ну без оружия, так без оружия," - подумал Финн, засучивая рукава. Ангел напал первым, ударив его с такой силой, что Финн просто отлетел на несколько метров назад. Да, в кулачном бою у ангела было больше преимуществ, чем у Финна. Во-первых, он был физически сильнее Финна, во-вторых, Финну приходилось орудовать левой рукой, так как его правая рука была снова повреждена и неработоспособна, ему было очень неудобно. Паренек мог легко попросить помощи у Джейка, не сводящего глаз с битвы, но знал, что должен сделать все сам. Финн поднялся, сплевывая кровь, и снова ринулся в атаку.       Бонни сидела на коленях и держала на руках Марселин. Слезы сами лились из глаз. Она была готова прямо сейчас рассказать им всю правду, о том, на кого она работает, о том, зачем на самом деле нужны камни, о том, почему все это вообще происходит и кто за всем этим стоит. Но она понимала, что это очень абсурдное решение, учитывая нынешнее ее положение в компании. На лице Марселин красовались розовые пятна от слез Принцессы, которые та бережно стирала. Бонни знала, что вампирша обречена. Да, она еще жива, но это ненадолго. Принцесса долго изучала разных существ, она знала немногое об этих ангелах, но одно она знала точно - Марселин не выжить. От этого становилось еще хуже на душе. Сколько же зла сотворила Принцесса ради мира в ее королевстве? Сколько невинных душ ушло в Темносферу ради ее планов? Если все проанализировать, то на месте Марселин должна быть именно Бонни. Да, у вампирши был весьма непростой характер, с ней было непросто наладить контакт. Она не убивала ради пропитания, она не убивала ради забавы, она не воровка, она не убийца. Марселин - самый добрый вампир, которого когда-либо видела Бонни. От подобных мыслей слезы снова начинали стекать по розовому лицу. Ну почему судьба настолько несправедлива? Почему стоящие люди погибают, а в живых остаются лишь отвратительные отбросы, с которыми никто не хочет иметь дело? Столько раз Бонни задавалась этими вопросами, не получая ответа.

***

      Принцесса сидела у себя в комнате. За окном приветливо светило солнце, в городе внизу все шло своим чередом, конфетные люди занимались повседневными делами. Сама же Принцесса сидела за нежно-розовым письменным столом и искала ошибки в давно забытых папках, которые забросила далеко на полки из-за того, что не могла понять, что не так. Через столько лет когда-то невидимые ошибки в формулах прямо бросались в глаза, будто прося исправить их, что Принцесса и делала. Столько забытых, но достойных реализации проектов просто пылились на Глобом забытых полках в ее лаборатории много лет. Что сейчас могли делать ее друзья? Финн с Джейком, скорее всего снова ввязались в очередное приключение, ну, что с них взять? Они же еще дети. Им нравится попадать в до абсурда нелепые ситуации, искать приключения на свою пятую точку и по-детски смотреть на мир. Прошло не так много времени с тех пор, как Финн впервые объявился на землях Ууу в виде героя. Год, может полтора. Сейчас каждый конфетный житель знает Финна Парнишку, спасшего их правительницу от ужасного по тем временам Снежного Короля. Королева Вампиров снова вернулась в Ууу, но пока не проявляет признаков былой агрессии, что несказанно радует Принцессу. Ну, что с нее взять, ребенок, а именно ребенок, взрослой ее точно назвать нельзя, из неблагополучной семьи, у которой отец будет похлеще дочери. А больше Принцесса ни с кем и не общается. У нее больше нет друзей, если вышеперечисленных можно назвать ее друзьями, а не прислугой, выполняющей ее поручения. Принцесса давно отметила, что Финн готов ради нее горы свернуть и это ее несказанно радовало. Иметь такого прислужника достаточно выгодно в общей гонке королевств. Империя Сластей лидирует среди прочих королевств по развитости, что тоже не может не радовать. В общем, Принцесса была весьма довольна своим вкладом в общее развитие цивилизации на этой давно разрушенной планете. Природа все больше набирала свои права, раскидывая повсюду леса, проводя тонкими линиями реки, возвышая горы и вдалбливая каньоны. Жизнь процветала. Принцесса продолжала искать ошибки в формулах, почти не замечая происходящего вокруг, настолько сильно она погрузилась в работу. Неожиданно у нее в глазах потемнело. А может просто все вокруг стало черным, как ночь. Бонни встала и поняла, что перед ней нет ее письменного стола, ее комната исчезла, а все вокруг по-прежнему черное. Неожиданно из ниоткуда прозвучал голос. Слышались так же помехи, будто включили запись. -Приветствую, Принцесса, - дипломатично поздоровалось нечто, - мы многое о вас знаем и можем предложить вам весьма хорошие услуги за минимальную плату. Ваше королевство процветает по сравнению с другими, ваш ум может затмить сотни, даже тысячи других, вы – самое разумное существо во всем Ууу. Именно поэтому мы нуждаемся именно в вас. – Кто это?! – испуганно вскрикнула Бонни, – какие услуги вы можете предложить мне? Вы не можете просто так брать и выдергивать меня из моей обычной жизни, предлагая незнамо чего. – Вам не обязательно знать, кто мы, Принцесса, но наши условия весьма выгодны как для нас, так и для вас, – продолжил голос, помехи никуда не делись, – нам необходим ваш ум и дар убеждения. Наша компания готовит масштабный план по захвату мира, и мы предлагаем вам ВИП-место на спасительном корабле. Когда эта планета будет рушиться, вы будете в тепле и безопасности за ваши заслуги перед нами. – То есть, вы сейчас просто рассказываете мне о ваших планах, не боясь быть разоблаченными? - недоверчиво спросила Принцесса, – и при этом вы не желаете представиться? Что-то все это слишком подозрительно. Тем более, я не знаю точно, что от меня требуется. – От вас требуется немного, Боннибелл, – спокойно ответил голос, – через несколько лет наш план придет в действие и именно тогда нам потребуется ваша помощь. Если же вы не согласитесь, то мы просто сотрем вам память об этом моменте вашей жизни и оставим умирать на этой планете. Решать опять же только вам, мы не настаиваем. Но на наш взгляд, это весьма выгодно. Вам лишь потребуется провести некоторых персон, а каких вы узнаете позже, через вселенные, попутно заставляя собирать древние артефакты, именуемые так же камнями, а потом вернуть их сюда. Ничего сложного, не так ли? К тому же мы даем вам бонус: неприкосновенность вашей персоны и всего вашего народа во время второго апокалипсиса. – Звучит как нелепый план, – протянула Принцесса, – я должна подумать. Тем более, я вас совершенно не знаю. С чего это я должна вам доверять? – Просто нам больше не к кому обратиться. Вы – самое разумное существо во всем Ууу и нам выгоден такой союзник. Неужели благополучие ваших подданных вам совершенно неважно? Неужели вас не волнует ваша жизнь? Неужели вы не хотите направить ваш ум в полезное русло? - начал настаивать голос, более того, мы готовы предоставить помощь в разработке вашего самого крупного проекта. – Ну... – замялась Бонни, – я оглашу свое решение через несколько дней. Как мне с вами связаться? – Откройте мысленный канал и продиктуйте порядковый номер. Спасибо за уделенное нам время, Принцесса. Ждем вашего решения с нетерпением.       Бонни моргнула и снова оказалась за своим письменным столом. Принцесса глянула на часы и поняла, что пробыла в так называемом трансе всего-навсего пару секунд. А ей казалось, что она разговаривала минут сорок. Теперь оставалось лишь ждать того самого дня, когда все начнется. "Они помогут с разработкой кольца?.. Помощь и правда не помешала бы мне," – подумала Принцесса.

***

      Марселин уже никуда не шла. Она просто сидела, поджав ноги и обвив их руками. Она отчаялась найти выход из этой ловушки. Она отчаялась вернуться. Все вокруг было черным. Вдали виднелись слабые силуэты таких же заблудших душ, как она, но добраться до них у нее не получалось. Сейчас она сидела и тихо плакала, как маленькая девочка. Заслужила ли она все это? Конечно же да. Марселин сама считала себя много лет паршивой тварью, неспособной находиться на солнце и есть обычную еду. Она считала себя отбросом общества. Считала себя чудовищем, неспособным любить. Она ненавидела себя за свои прошлые поступки. За то, что согласилась на превращение в вампира, за то, что перестала принимать лекарства, за то, что так вела себя по отношению к близким ей людям. Сколько же зла она принесла в этом мир одним своим существованием. Неожиданно она увидела слабое свечение перед собой. Это была... Марселин. Точно такая же Марселин, какая и сидела сейчас, сжавшись в комок. Только спустя секунду вторая Марси начала меняться. Руки удлинились, лицо стало больше и из серого превратилось в мутно-зеленое, глаза стали ярко-синими шарами, все тело покрылось щупальцами. Марселин отчетливо услышала свой же голос: "Ты – монстр!" О, сколько ненависти было в этой фразе. "Ты – монстр. Так убей себя!" – Нет... – тихо прошептала Марселин, – я не такая, как она. Я не такая...

***

      Финн уже больше часа боролся с ангелом. Силы медленно покидали обоих противников. К помощи Джейка парнишка все же не прибегнул, но и пес навязываться не стал. И вот, последний, завершающий удар и ангел упал. Финн сначала не понял, что он победил, осознание этого лишь через несколько минут пришло само, когда тело ангела превратилось в черную, как ночь пыль. Финн упал на колени и опустил голову. Он выиграл. Он смог сделать это. Используя лишь пригодную левую руку. Ему удалось... Тут он вспомнил о Марселин, все еще лежащей на руках Принцессы. Парень медленно подошел к ним и снова сел на колени. Парнишка взял на руки Марселин и прижал к себе, зашептав: – Марси, я спас тебя. Я убил его. Очнись, Марси, ангел мертв, очнись... – он пытался спасти её их целебными объятиями, но ничего не менялось. – Финн, - тихо сказала Бонни, – ей уже не поможешь. Отпусти ее. Процесс уже запущен, ее не вернуть. – Нет! - крикнул Финн, слезы снова брызнули из глаз, – она не умрет! Я убил этого крылатого ублюдка! Она должна выжить! Она больше не под влиянием! – Финн, – Джейк положил руку ему на плечо, – Принцесса права. – Джейк... – глотая слезы сказал Финн, – неужели ты на стороне этой предательницы? Она же должна выжить, Джейк, скажи мне, что она выживет... – Извини, Финн, – пес отвернулся, чтобы не видеть безжизненное тело вампирши и окровавленное лицо паренька, так желающего вернуть ее.

***

      Марси встала и подошла к монстру, посмотрев прямо в эти синие стеклянные глаза: – Я не ты! Я не монстр! Во мне есть много хорошего! Слышишь?! Я хорошая! – Нет, Марселин, - монотонно сказал ее же голос, – ты только что сама думала, что ты отвратительна и недостойна жизни. Так умри же! – Во мне есть что-то хорошее... Точно есть... – прошептала Марселин, чувствуя, как медленно заваливается назад, теряя сознание.

***

      Финн держал на руках Марселин. Помимо бледно-розовых пятен на ее лице теперь красовались прозрачные. Никто ничего не говорил. Слова не были нужны. Финн был готов просидеть так целую вечность, лишь бы она вернулась. Лишь она была рядом с ним. Лишь бы слышать ее смех. Лишь бы она просто жила. Финн почувствовал, что тело Марселин становится легче. Она превращалась в белую, как снег пыль, ускользая из дрожащих рук Финна. – Нет, стой, не уходи... – прошептал Финн, вытянув руки, и последние слезы упали на уже исчезающую белую пыль.