Черная Королева

Эмет только понял, что Митчелл в безопасности и уехала, как здесь прогремел взрыв. Свон сразу развернулся в сторону авто и с истерическим криком побежал к машине. Но, не добежав даже до поворота, прогремел второй еще большей силы взрыв. Ударной волной от которого повалил всех стоящих на земле людей и Эмета в том числе. Несколько секунд полного не понимания происходящего и Свон уже поднимается на ноги и сломя голову бежит к столбу дыма и огня, который виден даже за километры. - Нет! - крикнул из-за всех сил Свон и старался как можно ближе подбежать к адскому пламени, нисколько не беспокоясь о себе и о возможном еще одном взрыве. В последнюю секунду, перед тем как Эмет уже почти вплотную подбежал к пламени, его успел схватить и оттащить Джонс, который первым опомнился и сразу погнался за другом. - Нет! Нет! Нет! - вырывался, как мог Свон. Когда Кавана услышал взрыв, он повернул голову. Он как в замедленной съемке наблюдал, как Эмет побежал к очагу взрыва, а потом второй взрыв, сносящий все на своем пути. Рик побежал остановить Эмета, но там уже подоспел Джонс. - Алекс! - взявшись за голову, крикнул Кавана и подбежал к Эмету, - Свон ... Вертолет кружил над очагом огня и сообщал по рации, что выжить после таких взрывов просто было невозможно, хорошо он сам в этот момент отлетел дальше и даже с той вышины не видел ни машину, ни взрывы, а не то ударной волной и его бы накрыло, такой взрыв был силы. Вся полиция и спецназ как вкопанные встали и даже не знали, как им действовать. Было задание схватить Королеву любыми силами - живой или мертвой. Но взрыв спутал карты всем, даже копам. Эмет выгибался и из последних сил старался вырваться из крепкого кольца рук Киллиана. Он кричал, извивался, пытался ударить, он хотел быстрее оказаться рядом с любимой и пусть и в горящей машине. Сердце бешено колотилось в груди, Эмет смотрел на пламя, и сам не верил, что такое возможно. Джонс всеми силами сдерживал Эмета, чтобы он не шагнул прямо в пламя, унося его буквально на руках от огня. Уже слышались сигналы пожарных машин и скорой помощи, а все наркобароны и просто лидеры преступных группировок, не дожидаясь пока их схватит полиция, в полнейшем шоке разъехалась. Остались только члены «Белой пантеры» все до единого. Они подбежали к раскуроченной машине, а точнее к тому, что от нее осталось, и стояли всего в нескольких шагах от Джонса и Кавана, которые уже вдвоем удерживали блондина, от рокового шага. - Нет! Алекс! Этого не может быть! Нет! - твердил Эмет, - прости меня... Пожалуйста, прости! - кричал из-за всех сил блондин и впервые за много лет почувствовал, как из его глаз хлынули слезы. Истерика накрыла его полностью. Он уже не мог сопротивляться и вырываться из захвата Джонса и Рикка. Ноги не держали, а крики становились все громче и громче. - Кавана, держи его крепко. Мне нужно отменить операцию, а не то вас всех прямо тут и повяжут, - сказал Киллиан. Он понимал, что Эмет уже практически не сопротивляется, а здесь стоит почти все члены пантеры. Детектив взял рацию и отошел на один шаг от Эмета, и прямо смотря на адское пламя, говорил в рацию. Он дал полный отбой, говоря всем расходиться, и никого не сметь задерживать. И плевать ему в этот момент был, на все начальство и такой удобный случай. Спецназ, детективы, офицеры и все остальные услышали приказ и начали рассаживаться по машинам и уезжать. Звуки вертушки прекратились, вертолет улетел. Полиция в почти полном составе разъехалась. Кавана продолжал прижимать блондина к груди, он и сам не верил в случившееся. Глаза Алекс продолжали всплывать в его памяти. Потерять двух лучших друзей за несколько дней, для него было очень трудно. Он хотел успокоить Свон, но слов не было. Да и какие тут могли быть слова, если твоего самого любимого человека взорвали. - Эмет ... я ... прости ... - Отпусти меня. Рик, пожалуйста, отпусти меня... - взмолился Свон, не слушая, что ему говорит парень, - я хочу к ней. Я хочу к моей Реджи. Пусти меня, Рикки... пожалуйста... - все громче кричал Эмет и вновь стал вырываться и брыкаться. - Нет! Я не позволю. Я не могу потерять и тебя. Я обещал ей, что ты будешь жить, и ты будешь. Я не верю, что она погибла, - прокричал Кавана. Он взял Эмета за плечи и начал трясти. - Свон, успокойся, я знаю, что ты сильный! - Нет... - Эмет качал головой, - нет... - повторял он и без сил рухнул перед Кавана на колени, сгибаясь к земле и вырывая из груди истошный крик. Киллиан услышал крики Эмета и как только отдал все необходимые команды, сразу вернулся к другу. - Эмет... - только и мог вымолвить Киллиан, сразу садясь к нему и крепко обнимая и прижимая к себе, плачущего вовсю мужчину. Он тоже не видел никогда такого блондина. Даже после того рокового дня, когда он потеряла ребенка, когда Карэн ушла сказав что он виноват, он так не отреагировал, а даже наоборот, стал более грубым, резким, но не таким. Джонс очень боялся за Свон. Он знал, что он может сделать с собой все, что угодно, тем более он уже хотел это сделать, шагая прямо в пламя. - Джонс, нам нужно увести его отсюда, - также вставая на колени, сказал Рик, - Эмет, уезжай с Джонсом. За их спинами продолжала гореть машина Митчелл, но так как уже приехали пожарные расчеты, они принялись ее тушить. Точнее то, что после нее осталось. Раскуроченный кузов, отсутствие двигателя и нескольких дверей, полное отсутствие салона и разорвана крыша. - Скажи своим, чтобы срочно расходились, и уезжай сам. Мне передали, что капитан в ярости после моего приказа и может вновь прислать наряды, - говорил Джонс, поднимая с трудом, но все же Эмета. И крепко обнимая, пошел в сторону своей машины, не давая другу даже смотреть в сторону уже практически потушенного автомобиля Митчелл. Рик посмотрел на Свон, а потом пошел к обгорелому автомобилю. Достав пистолет, он начал стрелять в воздух. Его примеру последовали все члены банды. Когда патроны кончились во всех обоймах, Рик повернулся к своим людям. - Я не верю, что Алекс Митчелл больше нет с нами. Но все равно мы должны найти тех, кто убил Волка и взорвал автомобиль Королевы. Сказав, Кавана показал, что сейчас нужно всем уйти. Но когда все начали расходиться, вся охрана Алекс окружила уже потушенный Мерседес. Не подпуская к нему никого из пожарных и обычной полиции, которая приехала на вызов.Джонс посадил Свон в свой автомобиль и застегнул ремень безопасности. Эмет уже не сопротивлялся. Он просто опустил голову и давал делать с собой все, что угодно. Ему теперь было все равно. Все равно на себя, на свою жизнь. Алекс, Реджина. Его Реджину взорвали. Всего минуту назад она говорила, что любит его, а потом взрыв и все. Темнота. Жизнь оборвалась в один единственный миг. И уже ничего, совершенно ничего нельзя ни исправить, ни отмотать назад. Сердце раскололось на миллион маленьких частей. Нет больше ни эмоций, ни чувств. Есть только боль. Нескончаемая боль, которая ничем больше не излечиться. Никогда. Эмет никогда больше не сможет полноценно жить без любимой. Без единственного человека, которому полностью доверял и бескрайне любил. Нет. Эмет определенно больше не хочет ни жить, ни бороться, ни чувствовать эту ужасную, нескончаемую боль. - Свон, нет! Не смей! – крикнул Киллиан, как только заметил, что Эмет отстегнул ремень и взялся за ручку двери. Он быстро схватил его за руку и с визгом тормозов остановил машину, до того, как Эмет сделал роковой шаг. - Ты что, совсем идиот?! – крикнул, не сдерживаясь, Джонс и увидел бешеные глаза блондина, которые уже высохли от слез и показывали полную отстраненность и ужасную боль в самой глубине серых омутов. - Я не хочу, Джонс! – крикнул Свон, - я не смогу без нее! Ты меня не остановишь. Я все равно пойду за ней. Тебе понятно, Джонс? Понятно?! – кричал истошно блондин, а затем все-таки вышел из машины, и тут же достал пистолет, пристегнутый к ноге. Киллиан увидел пистолет в руках Свон и моментально выбежал из машины, сбивая Эмета с ног, и тут же услышал звук выстрела. Пуля рассекла воздух и попала в капот автомобиля, так и не достав ни Эмета, ни Джонса, который буквально свалился на пистолет, поваливая вместе с собой и мужчину. - Отпусти меня, Джонс! Сейчас же отпусти! – кричал и пытался драться Свон, не давая Киллиану даже поднять его на ноги. Он прижался головой к земле и не мог больше сдерживать ту боль, которая как меч пронзила его сердце и забрала последние остатки разума. - Эмет, пожалуйста! Успокойся, друг, Эмет.. Эмет… - Киллиан крепко обнял блондина и спокойно говорил, стараясь хоть как то успокоить истерику мужчины. Он не знал, что нужно говорить в таких случаях, и даже не мог себе представить, что сейчас чувствует Эмет. - Отпусти меня, Джони, - ледяной и пронизывающий своей холодностью тон услышал Киллиан, после долгого часа спокойного ровного дыхания у себя на груди, сразу после того как Эмет хоть немного успокоился. - Я успокоился! Все в порядке. Это всего лишь очередная страница моей никчемной жизни. Всего лишь очередная утрата. Всего лишь потеря любимого человека, - все это Свон говорил без эмоций, с ледяными глазами и смотря прямо в глаза другу. Тон его голоса был чрезвычайно спокойным, но в тоже время железным, резким, грубым даже больше, чем обычно. И Киллиан отпустил объятия, позволяя Эмету встать. - Новая жизнь, без Реджины-Алекс Миллс-Митчелл. Я справлюсь с этим. Раньше справлялся и сейчас справлюсь, – продолжал свою железную речь Свон. Только вот ледяные глаза не врали, а все равно выражали глубочайшую и ни с чем несравнимую боль, которую ни за какими словами скрыть было невозможно. Киллиан все это видел, но также видел то, что Свон успокоился. Пусть лучше железный, грубый, чем погибший от своей же руки. - Посиди здесь пока, – Киллиан привез Свон в участок. Арестовать полиция его не имели никакого права. Он нигде не светился, нигде не был замечен, как нарушитель закона. Все сделки, которые он проводил с Грэмом, никак не отражались в полиции, и то, что он в них участвовала тем более. Доказательств его причастности, к каким-либо операциям «Белой Пантеры» или нарушению закона просто нет и быть не может. Поэтому Джонс привез его именно сюда, где для него самое безопасное и привычное место. Может здесь, как когда-то он сможет забыться и уйти полностью хотя бы ненадолго от своих мыслей, которые непременно съедают его изнутри, хоть он это не показывает уже снаружи. Он оставил его в их кабинете, при этом забирая всё оружие. Хоть Эмет и говорил, что жизнь продолжается. Хоть он и включил полное отрицание своей боли и вообще всего произошедшего, Джонс решил перестраховаться. Сам он пошел на отчет к капитану, который как ни странно был даже рад такому стечению обстоятельств. Самый опасный преступник Чикаго, да и половины США был уничтожен. Пусть не силами ФБР и полиции, но факт остается фактом. Митчелл мертва, а члены ее банды разовооруженны. Чему можно не радоваться? Спрашивал у себя капитан и единственное, что его огорчало так это факт, что она все время была у них под носом, и никто ничего не знал. Но капитан привык доверять своим людям, и даже не сомневался, что никто ничего не знал. А сегодняшнее событие его непременно радовало и он, забыв обо всем и всех, повел своих людей и всех тех кто участвовал в операции в ближайший бар, праздновать. Свон сидел в кабинете и уже как несколько минут просто смотрел в одну единственную точку на своем рабочем столе. Как так могло случиться? Как он мог отпустить ее одну? Как он мог оставить ее в такой трудный момент? Почему он не сел вместе с ней в машину? Почему отпустил ее, тогда, когда обещал всегда быть рядом? Зачем он останавливал своих же друзей, которые так и так не стали бы в него стрелять? Вместо этого нужно было сесть в эту чертову машину и пусть в последние секунды, но он был бы рядом! А сейчас…. А сейчас Эмет открывает ящик своего стола, который еще никто не успел занять и достает небольшой складной ножик. Нажимая на кнопочку, из ножен выскальзывает острое как бритва лезвие ножа. Эмет проводит по нему пальцем. Небольшое нажатие и он уже видит кровь на своем большом пальце. Но Свон не чувствует боли, его притупляет боль потери любимого человека, которую Эмет уже не сможет стерпеть. И только остается надежда на то, что в том мире темноты они смогут найти друг друга. - Прости меня, Реджина… Прости, что никогда не говорил тебе этого. Прости, что был груб и резок с тобой, когда ты этого совсем не заслуживала. Прости, что не был рядом с тобой в этот момент. Прости, что не сдержал свое обещание… Прости и пойми мой поступок... Прости, я слабый Реджи… Прости, я не смогу без тебя … Прости меня, любимая…- и после всех этих слов Эмет с непроницаемым лицом смотрит на свою руку, с которой медленно стекает струйка крови и окрашивает пол густо красным цветом.