Из ниоткуда

      Несколько дней я думала о сне. Вспоминала мужчину, который обнимал меня, потом тот силуэт в «сфере подсознания». Но какой был смысл скрываться, если я его уже видела? Мозг просто закипал от обилия мыслей! Разобраться в этом я так и не смогла.       За последние дни я видела только Сакуру. Как оказалось, Наруто тренируется, забыв обо всём на свете, капитан Какаши на миссии. У Пятой, соответственно, очень много дел. Выведать это всё не составило труда, но я сильно удивила Харуно, когда просила ей про Хатаке. Пришлось сказать, что он приходил недавно, на что Сакура удивилась еще больше. Девушка рассказала, что Какаши бывает в больнице, если перенапрягаться с использованием Шарингана, который выматывает мужчину. И ему приходится по несколько дней приходить в себя. Сакура хотела сказать еще кое-что, но не решилась. Я сделала вид, что не заметила этого. Расспросов, слава Всевышнему, не последовало, так что я вздохнула с облегчением.        Обещанная неделя прошла, и настал тот день, когда мне можно попробовать встать. Этого дня я ждала одновременно и с радостью, и с некоторыми опасениями. Опасалась я одного: вдруг что-то пойдет не так, и я не смогу ходить? Эта мысль иглой пронзила мое сознание и не собиралась пропадать. Я старалась отвлечься, но не преуспела, поскольку каждый раз возвращалась к не очень хорошей мысли… В ушах стоял шум от ускоренного сердцебиения, руки мелко тряслись.       Не знаю, сколько я просидела, глядя в одну точку, но услышав звук открывающейся двери и тяжелые шаги, вздрогнула и посмотрела на вошедших. Их было двое: медсестра, имя которой я не знала, и капитан Какаши. Появлению мужчины я немного удивилась. Девушка же подошла ко мне и протянула стакан воды и пару таблеток. — Это слабое успокоительное, Катара. Выпейте. Шизуне-сан разрешила дать их вам. Вы очень переживаете, это видно… — медсестра, тараторя, всучила мне, что нужно. Ничего другого не оставалось, как выпить лекарство. Только попав в рот, успокоительное отозвалось горечью на языке. Схватив стакан, в пару глотков осушила его, пытаясь перебить неприятный привкус. Через минуту все сошло на нет. Девушка ушла, оставив меня наедине с шиноби, не проронивший ни слова. Хатаке стоял с дальнего края окна, смотря куда-то перед собой. — Успокоилась? — неожиданно обратился мужчина, скосив на меня взгляд темного глаза. Стало немного не по себе… Оставалось лишь кивнуть. — Хорошо. Я не уверен, что у тебя должны быть поводы для беспокойства. — Они всегда будут… — почти шепотом пролепетала я. — и этого не изменить. — последние слова прозвучали более уверено. Я в упор посмотрела на мужчину. Он повернулся ко мне всем телом и скрестил руки на груди и его левое плечо упиралось в стену. Смотрел шиноби на меня немного по-другому… С небольшой долей понимания и…нежности, что меня крайне удивило. — От тебя сейчас требуется одно — отойдя от окна и подойдя ближе ко мне, Хатаке немного наклонился. — довериться. Довериться тем, что желает тебе помочь… Искренне. — словно делая акцент на последних словах, мужчина произносил их медленно, слегка нараспев. Чувствуя, как кровь приливает к щекам, я отвернулась, насколько было возможным.

***

      «Что я вообще творю?» — пронеслось в моей голове. Посмотрев на вконец раскрасневшуюся девушку, выпрямился и спешно покинул палату. В коридоре умудрился столкнуться не то с врачом, не то с помощником. Даже не успел запомнить его лицо… на меня это не похоже! Совсем слетаю с катушек!        Выйдя из больницы, одним вдохом наполнил легкие горячим воздухом. Нужно успокоиться! Заданий пока не было, поэтому я второй день бездельничал. Пятая наотрез отказывалась отправлять меня на миссии, ничем это не аргументируя. Я не смог понять зачем Цунаде так делать, но решил не возникать. И что самое удивительное, женщина пресекла на корню все мои недовольства.       Я не мог спокойно находиться в деревне, возле больницы… Меня тянуло к ней. «Пусть даже она не помнит, кто ее спас… Пусть…» Успокаивая себя и пытаясь вернуть нормальный пульс, я побрел к горе Каге. Идти предстояло через всю деревню, но для шиноби это не было проблемой. Через секунду оказавшись на крыше ближайшего дома, я, достаточно сильными прыжками, стал перемещаться в нужном направлении. Тело двигалось само, мышцы рутинно выполняли нужную работу, а я тем временем мог спокойно все обдумать.       Я прекрасно понимал, что мои необдуманные действия не приведут ни к чему хорошему, а отдаваться чувствам я не привык… Сколько помню, с сознательного возраста я полагался на разум, отставляя эмоции на второй план. А после некоторых событий пришлось осознать, что чувства не для меня… Они чаще всего мешают, отвлекают. Как сейчас. Я не могу найти причину всего происходящего. Но должен. Обязан!       Через пару минут я уже был на вершине горы. Ветер словно играл с волосами, раскачивая их в разные стороны. В одну секунду я сорвал в себя маску и повязку с протектором. Сейчас они мешали, вызывая желание выкинуть ненужные сейчас кучки ткани. Так я и стоял, держа в руке маску и смотря на деревню, которая была видна мне как на ладони. Не знаю сколько я постоял так — несколько минут или час, но меня отвлекло какое-то движение позади меня. — Я ожидала увидеть здесь кого угодно, но не тебя, Какаши. — немного грубоватый женский голос раздался за моей спиной. — Вам следует сейчас быть в резиденции… — поворачиваясь к говорившей, произнес я. — Так что же вы тут делаете, госпожа Цунаде? — Иногда я прихожу сюда, чтобы отвлечься, подумать о своем… Ты здесь тоже ради этого, Какаши? — Пятая подошла ко мне слева, говорила все это смотря куда-то вдаль. Я был немного удивлен ее словами… Ведь все наше общение сводилось к деловому, в стенах резиденции. И разговаривать с Пятой вот так… Внезапно я услышал смех. Цунаде смеялась глядя на меня. Но смех был…добрым. — Приятно видеть твои эмоции, не скрытые маской. Не часто такое можно увидеть. — женщина все еще улыбалась, да и сердиться на нее я не могу. Некоторое время мы простояли молча, каждый думал о своем. Мои мысли были далеко отсюда… Я невольно вспоминал тот эпизод с молнией средь ясного неба и этой странной девушкой, которая как-то смогла запасть мне в душу. — Какаши… — немного неуверенно позвала меня женщина. — тебе не стоит увлекаться ею. — сказано это было очень строго, но в голосе Цунаде можно было услышать толику заботы или беспокойства. — Я заметила как ты смотрел на Катару во время нашего прихода в больницу, и во время твоего рассказа я смогла понять кое-что… — я было хотел спросить, что же женщина отметила для себя, но заставить себя спросить не смог. — Поверь, ничем хорошим это в итоге не закончиться. — Я с недоумением посмотрел на Пятую. — Просто поверь. Возможно, когда придет время, я расскажу тебе кое-что о ней, но… — Расскажите, госпожа Цунаде. Что же такое страшное может случиться? — я не смог убрать иронию в голосе. Мне нужны были ответы! Женщина тяжело вздохнула. — Когда-то давно я была знакома с человеком, женщиной, если быть точнее… Она появилась неожиданно для всех. Но ее помощь была неоценима. Она стала моим другом. Орочимару считал ее свои идеалом… Конечно, она была очень сильна, и не только физически. Во время некоторых событий она показала себя как самый настоящий воин, прошедший через множество сражений. Но вместе с этим она оказалась наиболее человечной, чем многие шиноби. Она завоевала доверие очень многих людей. Но… она погибла. Ушла из этого мира так же неожиданно, как и появилась, нанеся многим огромную рану. Мы потеряли хорошего друга, союзника, помощника. — Пятая говорила все это опустив голову, пару раз голос ее предавал, вздрагивал. — Такое же может случиться и с Катарой. Хоть и не хотелось бы… — Почему вы так уверены? — поверить было трудно, но женщина не стала бы врать о таком, хоть и откровенничала Цунаде не часто. — Я всегда права в таких вещах. — Пятая развернулась и зашагала прочь. — Какаши… — я повернулся к женщине. — я всего лишь защищаю ее. Пойми. — последние слова выбили меня из колеи. Я уже было хотел окликнуть женщину, но ее уже не было на горе Каге. Я с немалым удивлением и недоумением посмотрел в сторону больницы. «Как же так? Катара может исчезнуть так же неожиданно? Или…погибнуть?». Последняя мысль резануло сознание и отозвалась болью в сердце.       Я не мог понять причину этого…наваждения. Ведь по другому и не скажешь! Думая об этом, я смотрел на медленно плывущие по ярко-лазурному небу белоснежные облака, гонимые теплым ветром.

***

      После ухода Какаши я долго не могла успокоиться. Он вогнал меня в краску, зато я смогла забыть про все переживания. Несколько минут я сидела, глубоко дыша, стараясь успокоить взбесившееся сердце. Внезапно меня отвлек стук в дверь и в палату зашла медсестра. — Вы как, Катара? С вами все в порядке? — с привычной заботой в голосе спросила девушка. Я кивнула в ответ. — Хорошо. Я скажу Шизуне-сан, что вы готовы. — я хотела спросить, к чему же я должна быть готова, но куноичи очень быстро вышла.       И тут я вспомнила. Сегодня же… «Так, никакой паники! Все пройдет как нельзя лучше!» Мысленно успокоив себя, откинула в сторону одеяло, села. Осторожно стала разминать пальцы на ногах, массировать икры, колени. Сейчас все было в порядке — синяки и отеки давно сошли, шрамов почти не осталось. Единственной проблемой оставались ступни. Хоть повязки сняли пару дней назад, как и многие швы, но шрамы останутся. Через пару минут руки стали немного ныть, так что я стала просто сгибать ноги, поднимать их и опускать. Делала я это часто, это было строго обязательно, чтобы мышцы не оставались без дела. Поначалу было больно, но через пару дней боль ушла, заменяя себя приятной тяжестью в мышцах. Это помогало моему восстановлению. Я чувствовала сокращения мышц, бегущую быстрым потоком по венам кровь. Не испытывать боли было лучшим для меня подарком в последнее время. И я его получила. Улыбаясь про себя, передвинулась на край кровати, медленно опуская ноги к полу. Как только ступни опустились вниз и уперлись в деревянное покрытие, я ощутила прохладу и легкое покалывание. Губы невольно изогнулись в улыбке. — Так сильно хочешь поскорее встать? — неожиданно в дверях палаты раздался знакомый девичий голос. Подняв глаза, увидела улыбающуюся Харуно в компании незнакомого мне парня. Его имени не знала, даже память девушки не помогла. Я внимательно посмотрела на вошедшего. Немного худощав (но я не берусь это утверждать, потому что на нем был длинный белый халат). Парень был на голову выше Харуно, с короткими темными волосами. Глаза были синими (насколько я могла судить с немалого для меня расстояния). Прямой нос, тонкие губы. Хорошо очерченные скулы придавали ему вид волевого человека. На вид ему лет 25, но точно не могла сказать. Пока я в наглую разглядывала незнакомца, он и Сакура вошли в палату и подошли ко мне. Парень, оказавшись по правую сторону от меня, присел и начал осматривать и «сканировать» лечебным дзюцу мои ноги. — Может… может мне лечь? — с еле слышимой дрожью в голосе я спросила у парня. Он поднял на меня глаза (они и правда оказались синими), и я почувствовала как краснеют мои щеки. — Не нужно. — с улыбкой ответили мне. Когда он заговорил, я немного удивилась. У него был довольно мелодичный голос, который просто завораживал. — Я узнал, что хотел. — резко встав, незнакомец повернулся к куноичи. — Кости восстановлены полностью, никаких образований* я не увидел. Мышцы в порядке. Никаких отклонений нет. Ей уже можно ходить. — после его слов я была готова хоть сейчас вскочить с кровати, но умом понимала, что спешить не стоит. — Готова? — на его вопрос оставалось лишь кивнуть.И наконец заговорила Сакура: — Хорошо. Только осторожней, ладно? — говорила она мне. Девушка подошла, взяла меня за правую руку и помогла встать. Когда же парень взял меня левую руку выше локтя, он почему-то приблизился достаточно близко к моему лицу. Я чувствовала его горячее дыхание на своей щеке. — Меня зовут Акио Мидзуно. Можно просто Акио. — прошептал он на ухо. Я еле сдержала улыбку. Что ж… теперь хотя бы знаю его имя. Но вся эта ситуация вгоняет меня в краску… Ладно, потом со всем разберусь. Собравшись с духом, я сделала первый шаг. Конечно это не совсем походило на ходьбу… Старалась поднимать ноги, сгибать как нужно. Одно дело сгибать их лежа на кровати, а другое… Но у меня стало получаться. Когда мы дошли до двери палаты, я нарадоваться не могла. И Сакура меня понимала — ее лицо светилось от счастья. Наверное, как и мое. Я заметила, что Акио улыбается во весь рот, радуясь за меня. С тем же успехом мы дошли до кушетки. Конечно без приключений не обошлось… Почти возле кровати мои ноги подогнулись от слабости, и я бы полетела вниз, но Акио меня удержал, но… внезапно взял на руки! Я была удивлена не меньше Харуно. Мидзуно понес меня до кушетки и осторожно опустил меня на нее. Я чувствовала как горят мои щеки, но ничего не могла поделать. Сакура подошла ко мне. — Все в порядке, Катара? — какой-то двусмысленный вопрос, так что я не могла понять о чем она спрашивает: о моих ногах или о произошедшем только что. Я кивнула, ничего не говоря. Через мгновение ко мне приблизился Акио. Он взял мою руку, нежно поцеловал тыльную сторону. — Надеюсь на скорую встречу. До свидания. Катара. — мое имя он произнес с особым акцентом, с нежностью в голосе. Такого я никак не ожидала. Я проводила его взглядом, пока парень не скрылся за дверью. Сакура с недоумением смотрела на меня. Я лишь пожала плечами. Было видно, что девушку распирало от любопытства. Но что я могла сказать? Харуно присела на край кровати и посмотрела на меня, словно говоря «Рассказывай, что это сейчас было!» Я набрала в легкие воздух и… — Что ты хочешь от меня услышать, Сакура? Да, он красивый. Да, милый. И да, он мне немного понравился! Но это все! — выпалила я буквально на одном дыхании. Глаза девушки округлились. — Ну ты даешь, подруга… — она покачала головой. — Сначала капитан Хатаке, теперь Мидзуно… Кто же следующий западет на тебя? — Харуно словно размышляла в слух. Я была очень удивлена ее словами. — А причем здесь капитан Какаши? — мне не очень понравились ее слова… Пусть Хатаке и приходит ко мне иногда, но это не повод приписывать его мне или говорить, что я ему не безразлична. — Поверь, Катара. Хатаке никогда, слышишь, никогда не приходит в больницу просто так! — моему удивлению не было предела. Я и слова не могла сказать. Сакура продолжала смотреть на меня с неверием. — Да, ты этого не знала, это понятно, но… — Что? — Капитан одиночка. Мы не знаем почему, но он держится отстраненно от многих. Ему уже 30, а он до сих пор один. — с грустью в голосе были сказаны эти слова. — Ты… переживаешь за Хатаке? — да, я удивилась такому повороту событий, но Харуно можно понять… — Конечно. Иногда я замечала печаль в его глазах… Он скрывает свои эмоции и даже чувства… Я никогда не могла его понять. — девушка медленно повернулась и направилась к выходу. — Отдыхай, Катара — Харуно сказала это, стоя в дверном проеме. Секунда, и девушка ушла, оставив меня с множеством мыслей в голове.       Посетителей я не ждала, так что взяла первую попавшуюся книгу. Это оказался сборник стихов. Я, почему-то, была уверена, что стихи мне понравятся, и углубилась в чтение. Когда я оторвалась от книги, в палату вошла медсестра и принесла поднос с едой (все это время меня "кормили" с капельницы) Сказала, раз уж я могу подниматься, то могу нормально поесть (как раз капельницу утром убрали, пока я спала). Мне принесли бульон, сок и столовые приборы. Когда желудок ощутил в себе настоящую еду, довольно заурчал. Я усмехнулась и стала понемногу есть. Сок пить не стала, оставила на потом. Через некоторое время та же девушка вернулась за подносом. Я сказала, что сок можно оставить. Медсестра кивнула и удалилась, а я опять стала читать. Стихи были разными. Одни про мирную спокойную жизнь, другие про войны, третьи про любовь.       Оторвавшись от книги, я не сразу заметила как солнце почти опустилось за горизонт, уступая место ночи. Положив книгу под подушку, я повернулась к окну. Блеклые звезды набирали силу и с каждой секундой сияли все ярче, облака медленно ползли по темному бархату неба, частично закрывая небесных светлячков. Смотря на все это великолепие, я и не заметила как веки тяжело опустились, а сознание улетело в страну Морфея.