Орден Шелковых Подвязок

Пробираясь вдоль домов Косой аллеи и стараясь держаться в тени, наш герой, благоухая всеми мыслимыми и немыслимыми ароматами из "Очарования Вейлы", нервно озирался по сторонам. Дело было не в том, что он чего-то боялся, вовсе нет. Бесстрашнее Локхарта мага еще не рождалось. Просто он был очень совестливым человеком. Да, именно так. А разве совестливый человек может допустить, чтобы из-за него пострадал кто-то другой? Пусть даже это желающий проехаться кулаками по его прекрасному лику ревнивый муж. Так, мелкими перебежками, добравшись до гостиницы, отважный дуэлянт взлетел по крутой лестнице в свой номер. - Пом, Пон, Чик! Где ты?! Я вернулся, мой милый люмпомпусечек! - В восторге проорал Гилдерой, размахивая слегка потрепанным письмом, - Ответ пришел! Мы спасены! - Энтузиазму мужчины мог позавидовать и кентавр в брачный период. - Это ты спасен, мне ничего не угрожало. - лениво отозвались из-под одеяла, - Зачем нужно было лезть в окно к этой дамочке? У нее даже магия невкусная. - Пожаловалось нечто, являясь пред светлые очи своего компаньона. Об этом нечто стоит сказать отдельно: предположительно "оно" было внебрачным сыном Цербера, вот только каким-то бракованным. Начнем с того, что нечто было размером с чихуа-хуа и полностью покрыто зеленоватой змеиной чешуей. И одна из голов принадлежала зверенышу этой же породы, да к тому же и с неправильным прикусом. И эту самую голову звали Пом. Пом излишне активен, дружелюбен и без ума от маггловской "Русалочки". Конечно, больше всех в этом мультике ему нравится пес. Средняя голова принадлежит коту и иногда откликается на имя "Пон". Пон умен, саркастичен и обладает специфичным чувством юмора. Но кроме этого он имеет и свой позорный секретик: он обожает сериал "Я люблю Люси". Очень этого стыдится и скрывает свою слабость всеми доступными способами. Ну это он так думает. На самом деле все знают об этом увлечении. Даже третья голова. Чик. Попугай. Идеально подражает голосам. Локхарт использует его, когда нужно прикрытие на работе. Вот кто-то стучится в кабинет, а в ответ раздается голос Его Сиятельства: "Я провожу инвентаризацию боггартов! Работаю над экспериментальным зельем замедленной смерти!" - и все сразу понимают, что в лабораторию лучше не соваться. Очень удобно. А еще Чик любит розовый цвет и кулинарные шоу. Вот что странно: любит их Чик, а стыдно почему-то Пону. - Перестань читать нотации - ничто не может омрачить моей радости! - Восторженно скакал по номеру Гилдерой, стараясь впихнуть все свои многочисленные мантии с рюшами в крошечный дорожный саквояж. О заклинании уменьшения он, конечно, и не вспомнил. - Мы едем в Хогвартс! Хогвартс! Ты понимаешь меня, Помпончик?! Больше никаких ревнивых мужей, ограниченного начальства и сверхурочных! А мантии! Я, наконец, смогу надеть свои великолепные одеяния и их оценят по-достоинству! Пон не разделял энтузиазма мага. Пон зевал и хотел спать. Он все-таки был котом. - Вперед, мой друг! Труба зовет! - Воодушевленно проорал волшебник и, сделав шаг из комнаты, замер как вкопанный. Этот голос...его невозможно не узнать. Он принадлежал оскорбленному супругу. Вся жизнь пронеслась перед глазами Гилдероя. Сердце бешено заколотило о ребра, - Неужели я так и не смогу надеть ни одну из своих новых мантий? - Прошептал страдалец. Головы Помпончика переглянулись. Придя к общему решению, зверек протиснулся мимо застывшего компаньона и небрежно бросил: - Иди к черному ходу, Чик его отвлечет. Встретимся на 9 и 3/4. Героя-любовника не нужно было просить дважды.

***

Путь к Хогсмиту проходит без происшествий. Если, конечно, не считать за происшествие рухнувшую в обморок при виде Помпончика барышню. Женщины иногда такие нервные. Локхарт задумчиво озирается по сторонам и топчется на месте. Конечно, не без причины. Во-первых, темно. Во-вторых, прохладно. В-третьих, Помпончику наверняка страшно. Их вообще собираются встречать или нет? Однако в полной мере ощутить отчаяние одинокого прозябания на перроне ему не удалось: явился Хагрид. - Тут это, оно в общем какое, етить его, дело, - мялся великан, - карета подана. - И тут он увидел его. Счастливо таращась на цербереныша, полувеликан молчал всю дорогу к замку, старательно вгоняя Гилдероя этой неожиданной тишиной в жесткий когнитивный диссонанс. Боясь спугнуть нежданную гармонию с собой и внешним миром, маг морально настраивался на чай в директорской компании. Интересно, его запасы лимонных долек еще довоенные или постоянно пополняются? Погруженный в эти душещипательные размышления, волшебник и не заметил, как повозка остановилась перед центральными воротами замка. Поспешно рассыпавшись в извинениях и заверив великана, что он сам найдет дорогу в кабинет директора, Локхарт побежал к знакомой горгулье. Страж сразу же освободил проход, с недоумением косясь на своеобразный выхлоп магической эволюции в руках Локхарта. Сам "выхлоп" даже лапой не дернул в сторону статуи. Легко преодолев лестничный пролет, маг с замиранием сердца вошел в директорский кабинет. "Отлично, Гилдерой! А теперь поправь локон, как ты это умеешь. И улыбнись. Шире. Еще шире. Стоп, так нормально. Подождите, кого я тут пытаюсь соблазнить?" Продолжая размышлять над этим животрепещущим вопросом, волшебник машинально отвечал на приветствия словоохотливого старика и устраивался в кресле. Цербереныша было решено оставить на коленях. - Итак, мальчик мой, как прошла поездка? Надеюсь, ты не слишком устал - у нас впереди еще ужин в Большом Зале. - Произнося всю эту тираду, Альбус наливал им чай, пододвигал вазочку со сладостями поближе к гостю и вообще всячески старался сделать так, чтобы Локхарт чувствовал себя как дома. Ага, как же. Ни дать ни взять заботливый дед и почтительный внук. Вот только что это вы, дедушка, так хитро сверкаете глазами из-за стекол очков? Наверняка задумали какую-то не выгодную для "внука" комбинацию. - Все в порядке, сэр. Дорога была совсем не утомительной. - Бормочет мужчина, продолжая оглядывать кабинет. Он посмотрел на Фоукса. Фоукс посмотрел на него. Пфф, какая ерунда в голову лезет. Так, что там директор старается донести до своего нового сотрудника? - Мальчик мой, - волшебника едва заметно перекосило, - я так рад приветствовать тебя от лица нашего дружного коллектива! Как замечательно, что ты так вовремя понял, что слава и богатство - это еще не все. - Как не все? О чем это он? - У тебя появился шанс донести до нового поколения все самые важные истины... - бла-бла-бла...Как в этот кабинет влезает так много безделушек? И разве приличные фениксы пялятся так откровенно на людей? Мерлин и Моргана! Нужно старика отвлечь, отвлечь, отвлечь...Так, а это что? - Профессор, простите, мою дерзость, но что это за картина? - Спросил Гилдерой Локхарт - ценитель прекрасного, указывая на мольберт, прикрытый тканью. - О, мой мальчик, - Дамблдор смущенно заалел, - Это я развлекаюсь на старости лет. - Вот ведь кокетка! - А что, ты хочешь взглянуть? - С какой-то затаенной надеждой спросил директор. Локхарт с энтузиазмом закивал, приготовившись разразиться тирадой о собственном художественном мастерстве, которого, на самом деле, не было и в помине. Впрочем, вскоре сиятельный Герой понял, что совершенно напрасно выбрал столь, казалось бы, универсальную и безобидную тему как искусство для перевода темы. Потому что когда покров с картины спал, даже обычно невозмутимый Пон судорожно дернулся. Шедевр был похож на размазанного по холсту лилового таракана, всего в мутно серых разводах. Гилдерой ощутил на себе насмешливый взгляд Фоукса, весомый, словно реально прикосновение. Пуховой посланник Ада. Новоявленный профессор ЗОТИ, не желая терять марку в первый же вечер, отходит на шаг назад, склоняет голову на бок и прищуривает левый глаз: - Какая выразительность! Какое мастерство владения кистью! А как точно и тонко подобрано сочетание цветов! Это ведь школа экспрессионистов? Я угадал? Польщенный профессор довольно щурится сквозь стекла очков: - Да мой мальчик, не знал, что ты такой знаток живописи. - Как же, знаток. Из всех цветов Локхарт может с уверенностью узнать лишь розовый. А правый глаз у него всегда плохо видел. Но директору этого лучше не знать. - А теперь на ужин! Представлю тебе коллектив! Кстати, - Альбус протягивает мужчине внушительный свиток, - Это примерный тематический план твоих занятий, лекции нужно будет составить самому. И темных существ достать - тоже твоя работа. Первые несколько дней мы, конечно, дадим тебе привыкнуть, но потом начнутся трудовые будни: дежурства по школе, дополнительные занятия, отработки... Старик заливался соловьем, а несчастный чувствовал себя так, будто к нему присосался дементор: мир вокруг выцвел и стал плоским. "- Куда я попал?" - панически билась единственная мысль в голове молодого преподавателя. Ехидный взгляд феникса буравил спину.

***

Вваливаясь в свои покои после "торжественного" ужина в его честь, Гилдерой Локхарт затравленно озирался. Он, конечно, любил внимание к своей персоне, но с этими людьми явно было не все в порядке. - Нет, ты только подумай, Помпончик, - профессор стремительно вышагивал по комнате, - среди них же ни одного адекватного лица! Помпончик зевал всеми двумя пастями и одним клювом. Помпончик хотел спать. Но оставить компаньона в таком состоянии - как-то уж совсем не гуманно. - Ты преувеличиваешь. Как же МакГонагал? - Пон прищурился. - Холодная шотландка! Чтобы она снизошла до меня, мне придется облачиться в килт, а это разобьет сердце моим поклонницам! - Локхарт трагически заламывал руки. - Синистра? - Не в моем вкусе. - Мадам Хуч? - Затравленный взгляд многое прояснил понятливому Пону. Щенячья голова успокаивающе лизнула ладонь. - Понятно. Помона Спраут? - Она же как бабушка. - Светлые глаза в ужасе расширились. - Хагрид? -Хагрид? Да, Хагрид. Хагрид. - Профессор Флитвик? - Слишком правильный. - Септима Вектор? - У нее в голове только цифры. - Бербидж? - Он древнее Дамблдора. - Снейп? - Желчный мизантроп. Наверняка он еще больший зануда, чем Флитвик. - Трелони? - Тронутая. Нет, серьезно. Ты видел ее ногти? Никакого маникюра! - мужчина украдкой покосился на свои руки. - А ее очки? Хотя, кажется, задница у нее есть. И ноги тоже. Пон намывает чешуйчатую мордочку: - Если бы их не было, она не смогла бы ходить. Локхарт махнул рукой: - Ой, да брось, ты понял, о чем я... Но знаешь, что самое страшное? - Все три морды цербереныша взглянули на него. - Повсюду дети. - Повсюду дети! - Радостно протрещал Чик. Пон весело фыркнул: - Удивительно, дети в школе! Кто бы мог подумать, что такое возможно? Но Гилдерой его уже не слушал. Вперив пустой взгляд в стену он напряженно думал: "- Где я свернул не туда?"