Punishment

В конце концов, в мире столько хрупких вещей. Люди ломаются так легко. Так же легко, как умирают мечты и разбиваются сердца. Arctic Monkeys – 505

Очень трудно разлюбить того, кто стал для тебя смыслом жизни. Сложно стереть все воспоминания, потому что влюбиться - это лучший способ убить свое сердце, ведь оно тебе больше не принадлежит. Ты отдаешь всего себя без остатка, но, увы, не получаешь ответа. Сейчас самой главной проблемой Стайлса было, как вернуть свое и без того раненое сердце. Он ни на минуту не мог выкинуть из головы Томлинсона. Его глаза цвета моря, мягкие, как шелк, волосы и шикарное тело. Но любить человека из-за одной только внешности было бы глупо, да? Недаром говорят "не суди книгу по обложке" и сейчас это правда работает, ведь обложка была на первый взгляд прекраснее, чем содержание. Но это было только на первый взгляд. Никто не мог узнать или даже подумать, что в его душе томится что-то сказочное, то, что способно заставить его сердце расцвести подобно прекрасной сакуре в китайском парке, и сейчас единственное желание Гарри было стать тем, кто поможет прекрасному сердцу зацвести снова. Отливающие красным цветом листья продолжали свой танец, но уже под более быструю музыку. Ветер увеличивал силы, тем самым нагоняя на недавно солнечный город серые тусклые тучи, которые были предвестниками плохой погоды. Но сейчас было совсем не важно, какая погода за окном. Сейчас было важно, что творилось внутри кудрявого, а внутри него был настоящий шторм. Голова предательски раскалывалась, а слезы подступали каждый раз, когда брюнет вспоминал слова Луи, но тут же отгонял все мысли и пытался понять чуть-чуть материала, который рассказывал мистер Хиккинс. Как бы он не старался, слова преподавателя ему были безразличны. Время двигалось так же быстро, как темные тучи затягивали небо над городом, и, казалось, нужна всего одна минута или даже секунда, чтобы на землю упали холодные капли. Скучная пара истории уже подходила к концу, а в тетради, скрепленной проволокой, красовался легкий набросок парня, опирающегося о железный шкафчик. На его лице явно выделялись острые скулы, а глаза блестели ярким огоньком. Стайлс неловко проводит кончиком пальца по нарисованным губам и замирает с улыбкой на лице. Ведь это то, что приносит ему радость, хоть где-то он может прикоснуться к желанному телу. И вот уже за окном первые капли дождя упали на землю, будучи мгновенно и без следа поглощёнными пересохшей землёй. Но следом за ними уже летят другие капли, их становится всё больше, они сталкиваются боками, суетятся, теснятся и толкаются – каждая стремится поскорее, желательно самой первой, упасть на разгорячённую летом поверхность земли, тротуаров и домов, а Гарри уже мысленно проклинает все, когда представляет, как намокнет его одежда. Мягкие кудри в один миг становятся мокрыми и липнут ко лбу, а одежда превращается во что-то вроде половой тряпки, ведь она не раз ловила на себе капли грязной воды. Всё это неприятно отражается на парне, который мигом залетает в подъезд своей квартиры и, шлепая водой в ботинках, поднимается по маленьким ступенькам. Одна за одной. Еще одна и следом еще. Это было маленькой игрой, скорее даже забавой, считать ступеньки на лестнице, но каждый раз отвлекаться и винить мир во всех бедах, включая неудачный подсчет ступенек. - Да, Найл,- проговаривает кудрявый, прижимая телефон плечом к уху, а ногой захлопывая деревянную дверь. - Вечером пятницы ты собираешь сидеть дома? Не смеши,- прозвучало на том конце провода. - Почему нет? Мы посмотрим фильм, закажем пиццу и хорошо проведем время,- ответил Стайлс, снимая с себя промокшие ботинки. - Это надоело. Мы идем в клуб, говорят, там будет что-то вроде концерта, я буду дома к восьми, принарядись, кудряшка, - звонко ответил Найл, сбрасывая трубку. - Вот же придурок, - единственное, что смог ответить Стайлс, легко падая на кровать. Все тело болезненно ныло после физкультуры, ноги были словно ватные, а руки вообще отказывались слушаться. Тело находилось словно в пространстве, так же, как и здравый смысл, который не подавал вида в усталом теле Стайлса. Мокрая и холодная от дождя одежда прилипала к напряженному телу и единственное, что могло сейчас помочь парню, был теплый душ. Одним движением Гарри уселся на край кровати, быстро стягивая с себя мокрую футболку и откидывая ее в сторону кресла, следом за ней полетели черные джинсы с разрезами на коленях. Парень легко дернул головой и промокший до каждой ниточки платок упал с его головы. Он плавно двигался в сторону ванной. Одно мгновение и помещение наполняется теплым паром и приятным запахом арбуза. Маленькие капли стремительным потоком покрывают напряженное тело Стайлса. Струйками капли стекают по торсу, обрамляя бабочку на животе, стремясь вниз. Теплая вода всегда помогает расслабиться и забыть все переживания, отдавшись экстазу. Весь этот чертов день был наполнен только Луи. Его милой челкой, которая зачесана наверх, что визуально делало скулы яснее, тело, покрытое множеством татуировок, и кубики пресса на животе. Он был чертовки неотразим, словно маленький ангел с характером демона. Рука кудрявого медленно спускалась вниз по животу, вместе с гелем для душа. Его голова упирается в холодную плитку, а рот приоткрывается, когда тонкие пальцы касаются основания члена. В его мыслях сейчас было одно, и это был Луи. То, как он касался своими руками груди парня, обводя ласточек, и спускался ниже, слегка царапая бледную кожу, пока язык шатена дразнит губы Стайлса. Гарри сжимает ягодицы Луи так, что, возможно, завтра там будет сине-багровые пятна, а тот лишь откидывает голову с еще больше возбуждающим стоном. Томлинсон привстает на носочки и с жадностью впивается в губы Стайлса. Это все превращается во что-то прекрасное, наполненное страстью и не прикрытым желанием. Его движения нежные, и он буквально заставляет тело Гарри задрожать. Борьба между языками в страстном поцелуе, от которого в глазах брюнета загораются миллионы ярких звезд. Он разрывается, когда рука Луи падает на напряженный член кудрявого. Томные стоны смешиваются с каплями воды, а воздуха в легких совершенно не хватает. Шатен ухмыляется и, спускаясь с поцелуями по прессу парня, слегка касается пухлыми губами головки уже совсем твердого члена. Его движения быстрые, и Стайлс уже буквально трахает рот бедного шатена, помогая ему руками и перебирая волосы пальцами. Его глаза мгновенно распахиваются, и с протяженным стоном он еще несколько раз проводит рукой по члену. Протяжный вздох вырывается с губ Гарри вместе с "Луи", когда он кончает на каменную плитку своей ванной. Смыв теплой водой остатки пены, Гарри посильней закутался в халат, выходя из душа.

* * *

Люди верно говорят, что дом - это не какое-то определенное место, в котором ты живешь. А там, где мама. Для Гарри всегда есть и будет дом, где его ждет мама. Он не был там уже около трех месяцев, хотя жил в паре часов езды на автобусе. Не раздумывая долго, парень надел сухую одежду и, не забыв прихватить зонтик, вышел из квартиры. Дождь гулко бил по окнам, спускаясь замысловатыми струйками по стеклу. Шелестящие капли мягко летели с небес на землю, каждая капелька ударялась с тихим стуком и расплёскивалась на тысячи более маленьких. Было пасмурно, налетевший ветер нещадно раскачивал кусты. Он играл с деревьями. Качая их кроны, срывая листики, балуясь с ветвями, ветер доставлял неподвижным гигантам огромное удовольствие, даря им возможность двигаться. Из окна автобуса было видно лишь расплывчатые силуэты приближающихся домов. Быстро выскочив из автобуса, Гарри побежал по дорожке, ведущей в его дому. Двухэтажное здание располагалось в нескольких минутах ходьбы от остановки. - Малыш? Когда ты приехал? - Только что, - улыбнулся Гарри, сжимая Энн в объятиях. – Надеюсь, я вовремя? От мамы пахло духами, которые парень помнил еще с детства, и яблочным пирогом. Ее волосы были собраны в пучок, а на теле красовался фартук. - Детка, ты всегда вовремя. - Где Джемма? - Ох, она гуляет с Марком, знаешь, это ее новый парень, - подмигнула Энн. - Так ее не будет сегодня? – уголки губ Гарри опустились. - Она обещала прийти к пяти, думаю, она успеет. Улыбнувшись маме, Стайлс поднялся на второй этаж, распахивая дверь в свою старую комнату. Все было на своих местах. Постеры с человеком пауком, пара плакатов с «Pink Floyd», полки с сувенирами из разных городов, в которых Стайлс даже не был. Самое дорогое находилось возле кровати. Это был прикроватный столик, на котором стояли рамки с фотографиями, а ящики хранили в себе детские рисунки брюнета. Сняв теплый свитер, Гарри дотронулся до рамки, с которой на него смотрели пара человек. Найл и Гарри. Это было первое лето, в которое они познакомились. Счастливые и уставшие, они были в парке по случаю первого дня естествознания, на который их привел Лиам. - Гарри Эдвард Стайлс, - послышался девчачий визг с первого этажа. – Тащи свою задницу сюда. - Джемма, подбирай выражения. - Прости, мам. Натянув улыбку, Гарри сбежал по лестнице, угождая в объятия сестры. От нее исходил приятный запах дождя и прелых листьев, который смешался с ее собственным ароматом. - Я так по тебе скучала, тебя долго не было, кудрявый. - Учеба, - развел руками парень, скромно поглядывая на парня сзади Джеммы. - Гарольд, познакомься, это мой парень Кристофер. - Но мама сказала, - начал Гарри, протягивая руку парню, - что его зовут Мар… - Кристофер, да, именно так я и сказала, - нахмурилась Энн. – А теперь Кристоферу пора домой, правда? - Да, мисс Кокс, мне уже пора. Было приятно познакомиться Гарри, - мягко улыбнулся Кристофер, целуя Джемму в щечку. Как только дверь за ним захлопнулась, Джемма осуждающе посмотрела на маму. - Ты не могла хотя бы сделать вид, что он тебе нравится, и ты помнишь его имя? - О чем ты, дорогая? – деланно удивилась Энн. – Кажется, пирог уже готов, пойдем за стол. После небольшого и очень теплого разговора за столом, Гарри взял пальто с вешалки и тихо вышел на улицу. Воздух был пропитан озоном. Было прохладно, легкий ветер трепал его кудри, которые были не закреплены повязкой. Обойдя дом, он приблизился к качелям, которые когда-то установил его отец. Он буквально жил на этих качелях первый месяц. Принося сюда все свои игрушки и вещи. Гарри сел на качели и стал раскачиваться, слегка отталкиваясь ногой. Он смотрел на силуэт своего дома. В сумрачном свете он казался мрачным, но яркие всполохи света рассеивали эту мысль, возвращая его к теплу и уюту. Мысли Стайлса медленно уходили в сегодняшнее утро, задерживаясь там как можно больше. Его щеки медленно залил румянец при воспоминании об обнаженном Луи, которого сейчас же хотелось нарисовать. Но карандаши и альбом он оставил в своей квартире, а подниматься в дом за старыми не хотелось. Дверь террасы скрипнула, парень оторвал свой взгляд от ботинок и увидел маму. Она держала в руках бумаги и шапку. - Ты можешь простудиться, - мягко сказала она, бережно пряча кудри Гарри, под шапку. - Спасибо, мам, - улыбнулся парень, показывая свои ямочки. - Думаю, скоро начнется дождь, - протянула Энн, задумчиво смотря в небо. - Скорее всего, да. - Я принесла твой альбом, на случай, если захочешь порисовать. Не засиживайся долго, автобус отходит через 40 минут. Легонько чмокнув сына в щеку, женщина скрылась в доме. Переведя взгляд на бумагу, Гарри взял карандаш, намереваясь зарисовать дом. Вокруг было тихо, за исключением поскрипывания качели. Первая капля упала Гарри на руку, быстро впитываясь в ткань пальто. Парень вновь посмотрел на небо и застыл, заворожено следя за медленным полетом тяжелых капель. Он выставил ладонь, придавая ей форму лодочки, чувствуя как холодные капли разбиваются о кожу, превращаясь в миллионы маленьких брызг. Очень часто люди не задумываются насколько красиво небо, и пускай оно затянуто тяжелыми серыми тучами, оно все еще остается красивым, а особенно красиво, когда лучи солнца пробивают темный занавес и солнечный свет проливается на землю. Все это не простые явления, как говорят в прогнозе погоды. Да, кто-то поверит, что это просто дождь, после которого будет радуга из-за того, что капли воды отражают солнечный свет, а другие увидят это по-другому. Они увидят цвета, которые смешиваются между собой в восхитительную палитру, которую способна создать только природа. Но так же, у неба есть свои тайны. Что же все-таки творится на мягких и легких, как пух, облаках, почему звезды сияют так ярко, что порой глаза болезненно ноют от их яркого света темной ночью? Мы не найдем этому ответа, так же и не найдем, почему сердце болеет человеком. Почему разрывает человека на куски ради этой чертовой любви, и почему все становится неважным, когда твой разум находится под самым тяжелым наркотиком, название которого - любовь. Но для влюбленных существуют ориентиры, к которым стремится их любовь - это звезды, ведь они никогда не исчезнут с неба так же, как и воспоминания не исчезнут из головы. Всего лишь надо взглянуть на звезды и ценить то, что ты живешь под одним небом с людьми, которых любишь. А небо наполнено миллионом звезд, и ничто не заберет это у тебя.

* * *

- Это было самой глупой ошибкой влюбиться в такого ублюдка. Почему именно он, Найл? - слегка заикаясь, хнычет Стайлс, упираясь локтем в плечо друга. Терпкий дым забивается в легкие и смешивается с запахом алкоголя. Все помещение пронизывает этот аромат, позволяя голове болезненно заныть. Быстрая и громкая музыка действует на нервы, но это не страшно по сравнению с людьми, у которых алкоголя в организме больше, чем крови. Их тела двигаются в хаотичном порядке, порой сбивая разные цветы и прочую мебель. Все это превращается в огромный хаос, где смешиваются состояние эйфории и боль, которую так усердно пытаются запить хорошим алкоголем. Горькая жидкость, смешанная с колой, раз за разом оказывается в организме брюнета. Голова начинает кружиться, а земля словно уходит из-под ног. Сейчас мир не такой как раньше. Он обрел совершенно другие краски и звуки. Все стало совершено иначе, как и тогда, когда в его жизни появился парень по имени Луи Томлинсон. - Ты же любишь встревать во всякое дерьмо, Хаз, и он стал очередным дерьмом, - заливая горькую жидкость в рот и быстро ее глотая, произносит ирландец. - Ты всегда знаешь, как мне помочь, - бормочет Гарри, кладя голову на сложенные руки. - Гарри, это же… - мямлит Хоран, выставляя указательный палец в строну сцены. - Ну, что там? - раздраженно отвечает брюнет, поднимая голову и поправляя волосы, прилипшие ко лбу. В один миг мир зажигается пламенем, которое сейчас сожгло Стайлса заживо. Шум и гул уходит на второй план, когда подушечки пальцев касаются микрофона. Глаза горят, а руки кудрявого нервно вертят зонтик из коктейля. Одним движением парень приземляется на стул около микрофона, и руки обхватывают стойку. Его волосы растрепанны, но это не делает его вид ужасным, скорее, это придает загадочности. Из-под темно-синей рубашки виднеется серая футболка, которая почти не прикрывает татуировки на подкачанной груди. Черные джинсы обтягивают худые ноги и накаченные икры, от постоянного бега по полю. Руки плавно скользят по стойке, но в один миг замирают у микрофона. На запястье левой руки шатена красуются дорогие часы, от которых отражается свет софит. Его вид завораживает, и в один миг заставляет сердце Стайлса биться в 50 раз быстрее. Это становится невыносимым, когда мягкие губы касаются поверхности микрофона. - Я возвращаюсь обратно в номер 505, - шепчет тихий голос, слегка выдыхая в микрофон. Глаза Гарри вспыхивают самими яркими искрами, когда шатен начинает петь первые строчки песни. Его голос кажется пением сотни ангелов, но в тоже время он немного хриплый, и, скорее всего, это влияние сигарет, которые шатен каждый раз курил за углом университета. Руки нервно трясутся, будто он узнал дату своей смерти, а не просто услышал его голос. Но скорее это было страшнее, чем узнать дату своей смерти или вообще умирать, потому что теперь это станет его сном, который в очередной раз не сбудется. - «I'm going back to 505 If it's a 7 hours flight Or a 45 minute drive In my imagination You're waiting lying on your side With your hands between your thighs» Тело брюнета окутывает совершенно детский восторг, когда Томлинсон произносит строчки куплета. Сейчас все вопросы исчезли. Почему он тут? Почему он поет? И с каких пор? Все это стало пустым, ведь сейчас произошло именно то, что не должно было быть. Изумрудный оттенок снова поддается влиянию голубого цвета, но он не такой как раньше, сейчас он отражает в себе цвета радуги. - «With your hands between your thighs And a smile» Луи заканчивает свое выступление и, отвесив небольшой поклон, уходит за сцену, по пути обнимая брюнетку. - Мне надо отлить, - бормочет Гарри, поднимаясь с дивана. - Не промахнись, приятель. Музыка гремит со всех сторон, заставляя виски пульсировать от боли, потные тела прижимаются со всех сторон, затягивая парня в сумасшедшие танцы, из которых очень трудно выбраться. Звуки его шагов растворяются в пьяном смехе и громких разговорах. - Красавчик, не хочешь развлечься? – спрашивает пьяная блондинка, повиснув на плече Гарри. - Нет, - мягко отвечает Стайлс, аккуратно снимая ее руку с себя. - Как хочешь, кудрявый, - бросает она, переключившись на нового парня. Около туалета почти никого нет. Несколько парочек обнимались возле окна, и еще пару парней курили рядом, изредка бросая взгляд на него. Судорожно вздохнув, Гарри расправил плечи и зашел в помещение. На него хлынул неприятный запах потных тел и самого туалета. Внутри никого не было, только из одной кабинки доносились приглушенные стоны, свидетельствующие о паре, занимающейся сексом. Быстро расправившись со своими делами и помыв руки, парень сел на подоконник, вдыхая холодный ночной воздух. Стоны становились все громче, но Гарри это не слишком смущало. Все его мысли были отданы Луи и его голосу. От воспоминаний о парне, щеки кудрявого вспыхнули, а ладони вспотели. - Да, не останавливайся, это лучшее, что было со мной. Его мысли перебивает громкий вскрик девушки, и за ним глухой стон парня. Слегка усмехнувшись, Стайлс спрыгнул с окна, направляясь к двери. Он не хотел, чтобы парочка знала, что он все это время был здесь. Дверь кабинки скрипнула, а Гарри не смог сдержать интерес, чтобы посмотреть, кто доставил столько наслаждения девушке. Из-за двери вышла приятная брюнетка, одной рукой расправляя свое белое платье, а другой поправляя волосы. Увидев Гарри, она замерла, слегка покраснев. - Ну, что встала, я не хочу торчать в этой вонючей кабинке еще полгода, - протянул знакомый голос. Гарри медленно перевел глаза за спину девушки и увидел Луи. Лохматого Луи. Луи со следами помады на щеках и шее. Ноги отказывались слушаться, а глаза не могли перестать смотреть на парня. - Давно ты здесь? – вдруг спросил шатен. Немного растерявшись Гарри кивнул, провожая взглядом девушку, которая гордо вздернув носик, вышла из туалета. - И почему ты еще здесь? Чего ждешь? Может, минета? – усмехнулся Луи, подходя ближе. - Ты гребаный мудак, отвали от меня, - воскликнул Гарри, выбегая из помещения. Пробежав мимо толпы людей, взгляд парня зацепился за блондина. Он стоял, облокотившись на столик, заигрывая с шатенкой. Поймав взгляд Гарри на себе, Найл отошел от девушки, направляясь в сторону брюнета. - Гарри, стой. Куда ты? - Не сейчас Найл, - пробормотал Стайлс, быстро выходя из клуба. На улице было по-настоящему холодно, разгоряченное тело парня покрылось мурашками. Его куртка осталась в здании, и возвращаться за ней у него не было никакого желания. Глубоко вздохнув, парень направился в сторону дома. В его душе было пусто. Он не чувствовал боли или ненависти. Он был пуст. Жизнь ломает людей без шума, без криков, без слез, незаметно. Одним ударом в сердце и сокрушает все. Его взгляд, случайно брошенный на него, стал тем самым ударом. Сейчас было лишь одно - пустота. Будто все органы и кости растворились, кровь в венах исчезла, и это очень страшно - одновременно чувствовать все и ничего. Так распоряжается судьба. То, что составляет счастье человеку, должно вместе с тем быть источником его страданий. Пройдя несколько кварталов, Гарри свернул к ближайшему магазину с алкоголем. Бросив в тележку пару бутылок с коньяком, он перешел в отдел сладостей. Закусив губу, взгляд парня прошелся по стеллажам, выбирая как можно больше конфет и мороженного. Бегом направившись к кассе, брюнет расплатился, устремляясь домой. Квартира его встретила мрачным спокойствием и тишиной. Включив везде свет, Гарри бросил пакеты на кровать, следом снимая с себя вещи, оставаясь только в нижнем белье. Слегка всхлипнув, брюнет открыл первую бутылку, отпивая прямо из горлышка. В голове скользили мысли, которые хотелось стереть. Алкоголь помогал забыть и смешать все в голове. Соскользнув с постели и слегка покачиваясь, Стайлс вышел на балкон, захватив с собой телефон. В его голове всплыла мысль позвонить Луи. Сейчас это казалось хорошей идеей. Проблема была в том, что Гарри не знал его номера. Покрутив телефон в руках, Гарри набрал Найлу. - Чувак, куда ты пропал? – раздался пьяный голос друга. - Найл, мне нужен телефон Томлинсона, - слегка заплетающимся языком произнес парень. - Что? Зачем? - Найл, будь хорошим другом и достань мне его, - хихикнул в трубку кудрявый, сбрасывая вызов. Спустя пару минут раздался писк, и на экране высветилось сообщение: От кого: Найлер «Я достал его номер. Но потом ты должен мне все объяснить, кудрявый.» Ниже шел скриншот с номером Луи. Тихо напевая себе под нос, Гарри набрал заветные цифры, приложив телефон к уху. Долгие гудки сменились на быстрое пиканье, что означало, что парень сбросил вызов. Ругнувшись, Стайлс снова набрал номер. - Кто, блять, мешает мне спать? - Луи? - Кто это? – по голосу было слышно, что парень хмурился. - Ты не узнал меня, Лу-Лу? – усмехнулся кудрявый. – В туалете ты был более милым, предлагая мне минет. - Стайлс? - Угадал. Десять очков Гриффиндору, - воскликнул Гарри, слегка перевешиваясь через перила. - Стайлс, ты пьян. Иди, проспись. - Я не пьян, Луи. Как ты мог? - Как я мог что? – спросил парень, зевая. - Как ты мог трахать ту девушку, в этой вонючей кабинке? - прохныкал кудрявый. - Гарри, - неожиданно мягко произнес Томлинсон, - ты пьян. Иди спать. - Я не хочу спать, я хочу, чтобы ты объяснил. - Почему я, блять, должен тебе что-то объяснять. Я не педик, - закричал Луи. - Но, Луи… - Отъебись от меня, Гарри, - ответил Томлинсон, после чего бросил трубку. Просидев пару минут в тишине, парень закричал, вбегая обратно в комнату. Его глаза опасно блестели, а грудь тяжело вздымалась от злобы. Пробежавшись взглядом по комнате, брюнет остановился на своей кровати, по который были разбросаны листы с портретами Луи. Собрав все в одну кучу, Гарри побежал в комнату Найла, надеясь найти там зажигалку. Она лежала на столике, около кровати, призывно сверкая своим металлом в темноте. Подхватив зажигалку, Гарри снова выбежал на балкон, раскладывая листы на столе, после чего поджигая их. Он больше не даст Томлинсону унизить его. Он больше никогда не позволит Луи сделать его слабым. Больше никогда. В глазах отражался огонь, который сжигал все работы и его сердце, оставляя за собой лишь горстку пепла. Больше никогда.