Punishment

Наверно мы прожили тысячу жизней — и в каждой встречались, чтобы расстаться вновь и вновь. James Arthur — Recovery

Потеряв какой-либо счет времени, парень облокачивается спиной на холодную поверхность двери и растерянно смотрит по сторонам квартиры. Ветер за окном заставляет ветки дерева противно стучать по стеклу, так что кожа парня покрывается мурашками и при каждом ударе он невольно вздрагивает. На его вытянутых ногах лежит гитара, на которой пальцы выводят тихие звуки. Шатен мог отметить, что у Найла был вкус и знания в разделе музыки, ведь эта гитара принадлежала точно не Гарри, а других людей в этой квартире не было. Тяжело вздохнув, парень вновь и вновь поддевал струны на гитаре, создавая мелодию, а его голос разрушал тишину, напевая тихие, но до боли красивые слова: - Я знаю, что у нас все будет хорошо, малыш. Просто закрой глаза и увидишь — Я буду рядом с тобой. В любой момент, когда буду тебе нужен.* И в этот самый момент, Гарри правда сделал это. Он откинул свою голову соприкасаясь с дверью по другую сторону от Луи. Закрыв глаза, даже через этот безжизненный кусок дерева, Гарри почувствовал Луи. Он знал, что он тут, что он сидит рядом, что его счастье так рядом, но между ними была «стена», которую в данный момент представляла деревянная дверь в его комнату. Гарри тяжело вздохнул, запустив длинные пальцы в волосы и с силой их оттягивая. Парень поддался чуть вперед, упираясь руками в согнутые колени. Его голова сейчас правда разрывалась от мыслей, а тело предательски трясло. Он ясно знал, что дав Луи еще один шанс, он попадется снова. Понимал, что его опять окутает страх и он сделает это, но в этот момент Гарри дал волю своему сердцу, которое бешено стучало, заставляя его прямо сейчас открыть эту чертову дверь. Когда человек влюблен, порой он не понимает, что делает, ведь в этот момент в нем говорит не здравый смысл и осознание ситуации, а любовь. Самая настоящая любовь, которая порой приносит с собой страдания и боль, но делает жизнь прекрасной и достойной таких чувств. Ведь не всегда в этой жизни надо думать мозгами, надо дать волю сердцу. Хотя бы раз, и этот раз окажется самым счастливым. Поднявшись со своего места, Гарри в очередной раз потрогал свои кудри, убедившись, что он не выглядит плохо. Тяжело вздохнув, парень стоя на коленях открывает дверь и тут же на его тело падает вес. Луи не ожидая такого действия, просто падает назад, заставляя Гарри откинуться и упереться локтями в холодный пол, в то время, как шатен облегченно выдохнул и почувствовал тепло любимого тела. Отложив гитару дальше от себя, Луи ловко переворачивается, заваливая парня на холодный пол, так что тот почти что бьется головой. Комната в миг наполняется матами и громким шипением парня. В эту секунду в глазах Луи проносится страх от того, что не успев исправить одну ошибку, он уже совершил другую. — Блять, Гарри, всё в порядке? — парень испуганно подползает к голове Гарри и приподняв ее, кладет свои ладони на его макушку. Гарри лишь злостно шипит и сгибает свои колени, заставляя Томлинсона подпрыгнуть на нем и сесть на его бедра. В этот чертов момент он не может не отметить, что Луи выглядит испуганно и даже развратно, когда так нагло закусывает свои губы, пытаясь за этим спрятать страх. Парень на минуту теряется и не знает, куда деть свои руки, потому что в данный момент они точно не должны лежать на талии Луи, иначе это все превратится в концовку сопливого фильма, а Гарри не хочет конца, он хочет продолжения. Ему наконец удается нормально мыслить, дыхание постепенно нормализируется, а боль в голове отступает и в этом момент Гарри разрывает тишину. — Ты такой мудак, Томлинсон и наверное это, блять, самая большая ошибка в моей жизни в тебя влюбиться, но я сделал это. В глазах Луи читается страх и это слишком ярко видно. Луи боится, что Гарри скажет то, что это конец. Сейчас, в этот момент, он правда боится потерять Гарри. Его сердце болезненно сжимается, прежде чем произнести: — Гарри, я- — Нет, Луи. Я сделал это, я влюбился, понимая, что нам никогда не будет легко вместе, поэтому просто молчи. В действительности… В действительности он не мог быть в ладу с собой, когда Гарри стоял так близко, когда он рвано дышал и постоянно облизывал свои губы. Это была настолько горячо, настолько красиво, что Томлинсон буквально сдерживал себя от порывов просто обнять его. Просто быть рядом. Как бы странно это не звучало. Ведь в нем говорила даже не похоть, а именно то, что принято считать чем-то воздушным, сладким — как сахарная вата и тягучим — как густой сироп. И он ненавидел это. Он не мог понять, откуда это чувство появилось в нем, почему именно сейчас, почему именно с ним. Все, что он понимает, это то, что его жизнь была скучна без Гарри. На самом деле скучна. Луи пытается не оглядываться назад, словно ничего не происходило в прошлом. Ведь теперь рядом есть он. И это единственное, что действительно важно. Гарри стоит рядом, разбирая кучу альбомов рядом с его кроватью. Он не смотрит и ничего не говорит, и шатен его понимает. Для всего нужно свое время, и это время настанет, может не сейчас, но однажды. Тишину нарушает лишь тихое сопение и бормотание Гарри. Молодой парень пытается засунуть всю макулатуру в шкаф, но это получается не слишком хорошо, поэтому он вздыхает и переводит свой взгляд на шатена. Томлинсон пытается полностью сосредоточится на своих ногтях. Полируя их друг об друга. Он выглядит крайне заинтересованным и увлеченным. На что Гарри издает тихий смешок. — Что? — недовольно бурчит парень, слегка краснея. Гарри отбрасывает альбом, который держал все это время в руках, и мягко поднимается с пола. Его движения просты и грациозны. Он словно небольшая пружина, которая ритмично двигается, не выходя за какие-то рамки. Он появляется в поле зрения Луи, и мягко касается его волос. — Ты забавный. Сейчас около девяти часов вечера, но за окном совсем темно. Это то время года, когда темнота все больше поглощает мягкий солнечный свет и прячет все в свои темные объятья. Лишь редкие фонари горят на их улице, а в комнате совсем тускло мерцает ночник. Это было тем моментом, который некоторые люди запоминают надолго. Который остается светлым лучиком в памяти. Знаете, когда вы просто сидите и ничего не ждете, но вдруг происходит что-то, что заставляет воздух заискриться, а дыхание просто захватывает. И тут, именно тут, вы понимаете, что сейчас наступит что-то незабываемое и настолько прекрасное, что вы даже и не можете себе представить. Тяжело вздохнув, Гарри прикоснулся к нему, заглядывая в небесные глаза так глубоко, что казалось еще чуть-чуть и он утонет. Он прижимался к нему всей своей горячей кожей, обнимая парня за талию и забираясь длинными пальцами под футболку, лаская кожу. Луи понимал, что это было его большой проблемой. Он ждал этого прикосновения так долго, что просто задержал дыхание, боясь упустить этот момент. Боясь, что если он издаст хоть один звук, Гарри исчезнет, просочится сквозь его пальцы, которые так мирно лежат на спине парня. Он хотел трогать Гарри, хотел ощущать его бархатную кожу под своими пальцами, хотел, чтобы его рот заставлял парня вздыхать, стонать и громко кричать от возбуждения. Он хотел, чтобы парень изгибался, как кошка под его прикосновениями, судорожно произнося его имя и сжимая пальцы в судорогах от наслаждения. Гарри чувствовал размеренное дыхание на своей шее, а собственное было слишком тихим и рваным. Он ощущал, как мягкие губы целуют кожу на его шее, а руки блуждают по широкой спине. Гарри чувствовал тепло, которое исходило от шатена и это кружило голову. Луи уже стоял рядом с кроватью, протягивая свою руку и опускаясь на мягкую перину. Гарри последовал его примеру, ложась головой на мягкие подушки. Тяжело вздохнув, он прикрыл глаза и в этот момент почувствовал, как теплые пальцы касаются его кожи. Развернувшись на бок, Гарри взял ладонь в свою и оставил на коже трепетный поцелуй, который скорее был разрешением, но на это не было никакого ответа. Гарри осторожно оставлял поцелуи на коже его руки, поднимаясь все выше и выше. Парень специально старался избегать пухлые губы, принося как может больше удовольствия. Вцепившись губами в тонкую ключицу, Гарри понял, что ему мешает футболка парня. Взглянув из-под ресниц на Луи, он бережно стянул ее и откинул в строну. Теперь перед ним было столь дорогое и любимое тело, которое когда-то он мог видеть только во снах. Проведя дорожку из мокрых поцелуев, Гарри уверенно стащил джинсы парня вместе с боксерами, отбрасывая их к футболке. И в этот момент он правда не мог поверить, что это происходит. Отпрянув от парня, Стайлс стащил с себя всю одежду и в один миг оказался рядом с Луи. Шатен томно дышал, выжидая, когда большие руки вновь коснутся его тела и он получит ту любовь, которую ему так не хватало. Парень изогнулся на матрасе и издал тихий стон, когда пальцы брюнета прошлись по его напряженному члену. Гарри осторожно сжимал и поглаживал, двигаясь рукой вверх и вниз. Он был твердым. Он был чертовски твердым, что это даже приносило ему некую боль. А Гарри просто лежал рядом, со своей рукой на его члене, пока его собственный был прижат к бедру Луи. Гарри прошептал тихое «наслаждайся, Томлинсон» на ухо парня, прежде чем осторожно прикусил пульсирующую жилку на его шее. Луи видел фейверки в своих глазах, когда Гарри в очередной раз провёл по его внушительной эрекции. — Блять, — прошептал Луи. — Стайлс. Это приносило Луи столько эмоций, что ему казалось, будто он на седьмом небе от счастья. Сейчас вокруг не было ничего, кроме тепла тел и громких стонов, разносившихся в комнате. Это и было доказательством любви, ведь не бывает теории, без практики. Он кончил в руку Гарри, который не прекращал свои движения и шептал грязные слова. Движения прекратились, и Луи обессилено съехал вниз, утопая в подушках. Только их прерывистое дыхание нарушало тишину. В воздухе пахло сексом и почему-то ванилью. Эти запахи буквально свели с ума Луи, он почувствовал, как Гарри прижимается невозможно близко. Продолжая двигаться и тихо стонать. Через пару секунд брюнет вздрогнул, его движения остановились и Луи почувствовал, как Гарри кончил между ними. На секунду стало тепло, но после сразу появилось чувство прохлады и липкости. Они пролежали в этой тишине еще минуту, прежде чем Гарри вздохнул и выбрался из объятий Луи. Он быстро прошел к выходу из комнаты и скрылся за дверью. Томлинсон закрыл глаза и просто вдохнул в себя этот тяжелый мускусный запах, но дверь снова отворилась и свет коридора заставил парня приоткрыть глаза. Это был Гарри. В его руке были салфетки. Парень осторожно вытер Луи, прежде чем протёрся сам и бросил салфетки в урну. — Иди ко мне, — тихо сказал Луи и подвинулся, чтобы освободить больше пространства. Стайлс слегка улыбнулся и лег рядом, обнимая шатена за талию. — Как думаешь, у нас получится? Уже совсем темно. Гарри не видит даже своих рук, но он чувствует, как рядом, свернувшимся под боком, сопит Луи. — Думаю, что мы сможем. Слова теплым воздухом растекаются комнате, и такое чувство, будто все, что есть в этом мире — у них двоих, и больше им ничего не нужно. А потом Гарри засыпает, прижавшись всем телом к Луи, наслаждаясь общими снами. А реальность… Реальность — да вот же, рядом, вокруг, везде, лишь бы хватило сил наслаждаться. И у них она действительно была таковой.

***

Не оглядываясь, Гарри спускается по ступенькам в подъезде, спотыкаясь о собственные ноги, стараясь не уронить коробку с книгами и альбомами. Правая рука быстро скользит по перилам, а в пальцах появляется знакомое чувство жжения и холода. Это чувство проносится по всему телу, заставляя брюнета сделать недовольное и даже болезненное лицо. На последней ступеньке, прямо перед выходом на улицу, он замедляет темп, стараясь успокоить свое дыхание и привести непослушные кудри в порядок. Парень тяжело вздыхает и открывает парадную дверь. На секунду его ослепляет свет на улице. Солнце слегка пробивается сквозь низкие тучи и голые ветки деревьев, даря маленькие лучики тепла. Зима все больше и больше пускает свои корни в этот изящный город, но осень не хочет сдаваться просто так. Она всячески пытается отвоевать свое место на холодных улицах, шурша жухлыми листьями и роняя крупные дождевые капли на землю. И это время кажется таким потрясающим, потому что именно в такие моменты понимаешь всю красоту и жизнь природы. Неподалеку стоит Луи, он облокотился на свою машину и весело улыбается, крутя в руках шарф Стайлса. — Ты забыл свой шарф, растяпа, — улыбается шатен, наматывая красный шарф на Гарри. — Как я мог его забыть, если ты вышел раньше и забрал его? — Детали, — пожимает плечами Луи и громко смеясь, скрывается в машине. Холодный осенний дождь начался совсем внезапно, серые грозные тучи затянули весь город, словно накрывая покрывалом, а тяжелые капли тут же упали на лицо Гарри, заставляя его по-детски взвизгнуть и броситься в машину. — Google не предупредил меня о дожде, — недовольно бурчал Стайлс, отряхивая коробку с бумагами от мелких капель. Луи ухмыльнулся, ведь он смотрел прогноз погоды и знал, что сегодня будет дождь, поэтому захватил зонтик. И хоть это совсем не значило, что можно издеваться над Гарри, но да… Значило. — Ты можешь уже успокоиться? — Ты просишь слишком много, Луи, — громко говорит брюнет, откидываясь на сидение. Шарф заходит ему на губы и голос парня слегка приглушается, и заметив это, Луи недовольно тянется к нему рукой, чтобы убрать надоедливую ткань и лучше слышать парня. В этот момент он смотрит на пухлые губы Гарри, по которым время от времени парень проводит своим языком, увлажняя их. — Мы едем уже пятнадцать минут. И за все это время ты ни на секунду не переставал крутиться на своем месте, серьезно, — вздыхает парень, в очередной раз поглядывая на Гарри. — И откуда в тебе столько энергии по утрам. — Просто я сегодня очень хорошо спал, — хихикает Гарри. Серьезно, он хихикает, как девушка. Луи улыбается, широко и счастливо, когда щипает кудрявого за щёку. Гарри с легкой улыбкой сидит и смотрит, как шатен снова сосредотачивает всё своё внимание на дороге, а его лицо становится чрезвычайно серьезным. Он мог наблюдать за этим вечно, за тем как шатен сосредоточенно смотрит на дорогу и каждый раз, когда кто-то едет не на тот свет или подрезает его, ругается себе под нос и делает недовольные лицо. Наверное, Луи мог бы получить Оскар за самую бубнящую и недовольную роль. Он стучал пальцами по рулю, когда останавливался на очередном переходе и всматривался в грустные и недовольные лица прохожих, но это не мешало ему отрывать свой взгляд и смотреть на парня рядом с собой. Аккуратно класть руку на его колено и ощущать холодную кожу, через порезы на джинсах. Гарри любил эти моменты, ведь он мог наблюдать за настоящими эмоциями парня, которого любил всем своим гребаным сердцем и он правда старался запомнить эти моменты, потому что несмотря на дождь и самую ужасную атмосферу, Луи улыбался. На удивление Гарри, шатен остановился на парковке позади университета, глуша мотор и смотря сквозь мокрое стекло на здание. — Почему мы остановились? — парень непонимающе смотрит на Луи, слегка нахмурив брови. — Мы можем выйти здесь и купить кофе? — слегка пожимая плечами, говорит шатен и снова отворачивается к окну. Гарри произносит тихое «оу» и отстегивает ремень безопасности. Парень чувствовал, что сиденье автомобиля уходит из-под него, и всё то, что он собирал по кусочкам, рушится, как пирамида в руках ребенка. Так и хотелось спросить: «Зачем это всё, Луи?», и почему он верил всем его словам, а сам парень продолжал: — Купим черничный маффин, как тебе? Гарри будто проснулся от глубоко сна и упал на пол. Это было словно удар тока, словно ожог от горячего масла. — Мы поедим там или пойдем в университет? — в душе парня еще тлеет какая-то надежда. Он еще думает, что Луи всё еще сможет положить компресс из снега на его ожоги и спасти его. — Я думал о том, чтобы разойтись в кафе, — прошептал шатен, смотря на свои руки на руле. — Ты просто боишься за свой зад, Луи, — зло выдыхает Гарри, смотря прямо перед собой. — Не так ли? Эти слова вылетели так необдуманно из уст Гарри, что он успел издать лишь тихий стон, потому что осознал свою глупость. Конечно, отношения это не всегда сказка, не каждодневные прогулки по одуванчиковым полянам, долгие часы разговоров и объятий около озера, незабываемые ночи при городских огнях, светящих в маленькое окно. К сожалению, такие идеальные отношения бывают лишь в фильмах. В жизни все намного сложнее. Любовь — это самые сильные наркотики, какие можно только придумать, ведь сначала ты чувствуешь себя самым счастливым, потому что ты любишь так отчаянно и сильно, как будто находишься в эйфории, а потом стоит отобрать у тебя это хоть на час или минуту, ты сходишь с ума, но рано или поздно перегораешь и это самый ужасный момент. Когда любовь сгорает, оставляя за собой кучки пепла, в виде воспоминаний. И в этот момент Гарри понял, что если он не остановится прямо сейчас, все сгорит навсегда. Он просто должен дать Луи шанс и понять его, но он не привык к этому. Не привык встречаться с самым крутым парнем университета. И прямо сейчас это заставляет его дрожать так сильно, что ему становится страшно. Страшно от того, что он потеряет Луи, что его любовь не стоит таких чертовых шансов. — Гарри, я думал- -Думал, что ты понял меня, — Луи тихо мямлит, перебирая свои пальцы. — Мне сложно, пойми. — Все в порядке, Луи. Гарри не может перебороть себя, чтобы понять Луи, а Луи не может убить этот страх в себе. Это и есть те сложности отношений, которые рушат все. Поправив кудри и схватив коробку с альбомами и книгами, Гарри вылез из машины, наступая подошвами на неглубокие лужи и громко хлопая дверью авто.

***

Решив переждать время ленча в холле на первом этаже, Гарри взял свои вещи и спустился вниз. Проходя мимо большого зеркала, он остановился и легким движением руки поправил волосы. Его кудри были слишком длинными, а банданы он больше не носил. Боковым зрением он уловил зеленый свитер, который сегодня Луи одолжил у него, ссылаясь на плохую погоду. Слегка повернув голову, парень улыбнулся, найдя глазами объект своих поисков. Шатен прижимал девушку к стене, в помещении, где почти нет свободного места. Буквально везде стоят кучки людей, обсуждая ту или иную тему. Гарри не может разглядеть ее внешность, лишь темные волосы, свисающие аккуратными кудрями на грудь и плечи. Она проводит своей рукой по свитеру парня, а у Гарри поступают рвотные позывы. В эту минуту Стайлс отводит взгляд в сторону, но вернув его назад, видит, как голова Луи склонилась, и его губы впились в губы девушки. Гарри не слышит никаких звуков, потому что в его голове громкий крик отчаяния и боли. Его сердце больно сжимается, потому что в этот момент он правда ненавидит всё, ведь его в очередной раз предали. Гарри тяжело вздыхает и подходит ближе к парочке, именно в тот момент, когда Луи легко проводит по бедру девушки. Нервный смех вырывается из груди. Стоящие рядом с Гарри девушки, недоуменно переглядываются между собой, кидая смешки, но ему было абсолютно наплевать. Ему было наплевать на все, кроме пары целующихся людей посреди холла университета. В его голове промелькнула мысль о неудачной шутке, но она тут же растворилась, забирая с собой все эмоции. Теперь он понимал. Он понимал, как тяжело должно быть тем, кто видит предательство родного тебе человека, как тяжело бывает и как сложно смириться. Гарри чувствует себя словно герой неудавшейся мелодрамы, которую он смотрел в выходные, поедая мороженое и удивляясь такой неудаче людей. Он именно тот парень, которого в итоге бросает главный герой и уходит к своей «настоящей» любви. Еще почему-то в его голове всплыла недавно прочитанная им книга «Великий Гэтсби». Это была удивительная история сильного мужчины и слабой женщины. Книга о человеке, чья утрата иллюзий была медленной, а осознание реальности слишком быстрое. Только вот сейчас это не книга и не фильм. Гарри еще никогда не хотел так сильно нажать на паузу или закрыть книгу. А еще лучше, просто подойти к проигрывателю, достать диск и просто убрать его на дальнюю полку вместе с литературой. Слыша звук рядом с собой, Луи выныривает из поцелуя, и словно рыба без воды, открывает и закрывает рот, смотря на брюнета, в попытке придумать оправдание. Когда ему это наконец-таки удается, он выдавливает: — Гарри? Стайлс не знает, что сказать и что сделать. Ему просто хочется провалиться под землю и никогда не видеть эти руки, которые обнимают девушку, губы, недавно целовавшие ее губы. Он просто отказывался верить, что недавно на ее месте был он и от осознания, что Луи смог так просто его променять, больно горит в груди. Гарри набирает воздух в легкие, прежде, чем произнести: — Да я, блять, тебе верил, когда ты говорил, что я тебе нравлюсь, — парень тяжело дышит, смотря на Луи, который пытается оттолкнуть от себя девушку. — Ты мне врал всегда, всегда. Голос брюнета срывается на крик и это привлекает огромное количество внимание студентов. Все толпятся вокруг, стараясь рассмотреть, что происходит. В голове Гарри что-то щелкает, когда позади незнакомый голос кричит «Эй, Томмо, что за педик к тебе пристает?» и парень с силой ударяет Луи по носу. Он чувствует, как кости хрустят под его костяшками, а по нежной коже на лице Луи течет кровь. Гарри просто смотрит, как-то, что он долгое время строил, рушится за секунды. Он наблюдает за тем, как Луи корчится от боли и хватается за свой нос, его глаза наполняются влагой, и он быстро вытирает глаза. Гарри просто больно не физически, а морально и он понимает это только тогда, когда бьет Луи по животу и тот скатывается по стене, на холодный пол. Шатен хнычит, хватаясь за больное место и шепчет лишь одно слово «Прости». Гарри еле улавливает эти слова, прежде чем вытереть кровь с руки и произнести: — Иди ты к черту, Луи Томлинсон. Гарри последний раз смотрит в его темные глаза. Он видит лишь боль и извинения, но внутри него самого ничего, только пустота, которая съедает его изнутри. Гарри одергивает себя и, схватив свои вещи, уходит прочь из университета. Сердца способны разбиваться. Да, сердца способны разбиваться. Иногда кажется, что было бы лучше, если бы мы умирали, когда такое происходит, но мы не умираем, а продолжаем жить с этим, и чем сильнее любовь, тем больше боли. Знаете, уходить очень тяжело — до тех пор, пока не уйдешь. А потом понимаешь, что легче нет ничего на всем белом свете. Луи разбил его сердце до такого состояния, что Гарри перестал что-либо чувствовать. Луи правда сделал это, снова.