Охотник и Ведьма

      Вы когда-нибудь в своей жизни бродили по лесу поздним вечером? В то время, когда воздух наполняется чудесным прохладным воздухом, всё таким же свежим, но наполненным особыми нотками ночных цветов. Когда всё приобретает холодные сумеречные тона. Когда вам кажется, что вот-вот появятся таинственные белые тени, именуемые призраками, а диковинные звери время от времени начнут мелькать между толстыми столбами вековых деревьев.       Чудесная атмосфера ранней ночи окружала двух путников, ведомых таинственными огоньками. Настасья уверенной поступью шла впереди Охотника. Быстро, стремительно, уверенно, колдунья явно знала тропу. Она изредка оборачивалась, чтобы убедиться идёт ли юноша следом. Девушка не задерживала взгляд надолго, от чего он казался робким, а если Вальтер начинал смотреть ей в глаза дольше обычного, то и вовсе смущённо отворачивалась. При этом было заметно, как краснеют её уши и щёки.       Никто не произнёс ни слова за проделанный путь.       Для Вальтера пауза была слишком долгой и невыносимой. События начали развиваться так стремительно в последнее время, что в голове стоял гул мыслей. Из тихой провинциальной жизни его бросило в омут приключений. Долгое молчание навевал. Охотник сделал попытку завязать разговор.       – А как ты поняла, что являешься ведьмой?       – А как ты стал охотником на нечисть? – ответила вопросом на вопрос девушка. На самом деле она не любила вопросы о своём прошлом или о выборе жизненного пути. Девушка поначалу нехотя поддержала разговор, но упускать возможность ближе познакомиться со спутником не стала. Это наоборот подстёгивало её к беседе. – Ответишь на мой вопрос, тогда узнаешь ответ на свой.       Настасья бросила кокетливый взгляд через плечо. Вальтер воодушевился и догнал её. Он практически поравнялся с ведьмой, но всё равно держался чуть позади, как бы защищая тыл.       – Мне предложили эту работу, сказали, что способности к ней есть. А я люблю приключения, юношеский максимализм и излишний романтизм сделали своё дело, вот и согласился. Так, что на счёт тебя? – Вальтер прибавил шагу и шёл теперь рядом с Настасьей, шаг в шаг. Он всем видом показывал заинтересованность. «Точно не даст перевести разговор в другое русло. Хотя из этого может выйти весьма занятный разговор, если не копать глубже», – ведьма вздрогнула, когда Охотник поравнялся с ней, и, немного поразмыслив, ответила.       – Это наследственное, – девушка издала короткий смешок. – У меня обе бабушки ведьмы, а мать целительница. Практически весь женский род – колдуньи или чародейки. Мои способности были...немного другими. Обращение в зверей, склонность к изучению древнейших языков. Все пророчили успешную карьеру в Министерстве, но не сложилось. Вышла из меня очередная архивная мышь, сидящая за стопками книг и изучающая древние тексты. По крайней мере, расшифровка древних текстов привлекает вашу скромную слугу больше вселенских заговоров.       – Заговоры? Эти ведьмовские штучки? – Юноша бессознательно насторожился. Ведьма только рассмеялась.       – Не только ведьмовские. В мире очень много тех, кто зарится на короны. Великая Империя, Александрия, Северное Королевство, Соли-ла-Луна и милая твоему сердцу Нурмия – все они пропитаны заговорами и дворцовыми интригами. Не все ведьмы и чародеи занимают место третейского судьи. Но Министерство Мировых Держав и Ведьмовский Департамент Безопасности отвечают именно за баланс сил, за правильное течение событий и стараются удерживать в своих руках справедливость и мировой закон. Как говорится, чем ближе Совет Тринадцати к людям…       – Тем мир спокойнее и счастливее. – Юноша вспомнил о том, что девушка сравнила с архивной мышью. – Возвращаясь к милым грызунам. Ты ведь настоящий ночной хищник.       – В смысле?       – Ты в кошку превращаешься.       – Ах, это. Это не показатель силы. Оборотная магия, если врождённая, считается обычным навыком.       – Но ведь ты совсем недавно открывала порталы и боролась с магией сердцекрадов! Я не так хорошо разбираюсь в магии, но более чем уверен, что силы у тебя предостаточно. Да и учитель у тебя хороший был, судя по рассказам.       – Дело в том, что никто, кроме меня, учителя не видел. Он сам выбирает учеников. И свою «силу» мне было запрещено часто использовать и раскрывать в полной мере перед другими. – Она замялась. – Это высший знак доверия, ты должен дать слово настоящего мужчины, что не проболтаешься!       – Даю слово никому ничего не рассказывать. Весь наш разговор останется тайной. – Юноша услышал облегчённый вздох и продолжил. – Расскажи про вашу встречу с учителем, – Охотник испытывал непреодолимую жажду знаний. Знаний про ведьмовство, про магию. И просто хотелось узнать ближе девушку. Он был чертовски рад тому, что смог её разговорить, и хотел использовать на полную эту возможность. Ведь в её штабе вряд ли получится поговорить по душам и без лишних ушей.       – О, это поистине мистическая история. Заранее извиняюсь, если она будет непонятной. – Настасья была очень воодушевлена. Даже огоньки начали излучать более яркий золотистый свет. – Однажды мне просто повезло найти дверь в глуби архива. Я тогда проводила влажную уборку. Пыль вытирала и одновременно папки с делами на места расставляла. И тут дверь, незнакомая дубовая дверь. Большая и массивная. Думала, попаду я в очередной отдел, если открою её, а нашла старую библиотеку. Старую, не тронутую временем и человеком. С необычным купольным потолком, витающими в воздухе шарами светильниками. Взяла первую попавшуюся книгу и застряла. – Девушка счастливо рассмеялась. Юноша не мог сдержать мягкой улыбки. Её смех действительно завораживал. – Так и стала за книгами во время перерыва пропадать. Там учитель меня и нашёл.       – Нашёл? В закрытом помещении?       – Он мастер своего дела. – Уклонилась от ответа ведьма. – Единственный колдун, получивший ключи от сада Феникса и выпивший эликсир вечной жизни из лунной росы. Это большая честь, получить его признание.       Девушка сказала это с задумчивой улыбкой. В свете, что излучали огоньки, Охотник увидел эту мягкую эмоцию. Он чуть улыбнулся, но потом вспомнил о том, что читал в университете о запечатанной библиотеке великого Эйнджела, самого легендарного мага и воина. Считалось, что его знания скрыты от обычных людей, многие считали их утерянными или вообще не существующими. Чародей появлялся в тяжёлые моменты, когда течение истории и времени нарушались. Или когда наступала пора выбирать новых хранителей знаний.       Могло ли это значить, что юная особа, идущая рядом с Вальтером, счастливица, получившая знания легенды? Это звучало фантастически. На грани правды и вымысла.       – Неужели сам Эйнджел, наследник Лун? – удивлённо произнёс вслух молодой Охотник. Если это так и девушка не врёт, то он находится рядом с хранительницей древних знаний, позабытых в прошедших эпохах.       – Да, он так представился, – Настасья тихо ответила. Она опустила взгляд. В голосе звенела грусть. Разговор пошёл не в то русло. Точнее в то, но более глубоко. Жаль, что она не могла вернуть время вспять и не заводить об этом речь. – Я знаю, что это звучит как глупая выдумка, которой не стоит верить.       – Я тебе верю, – Вальтер чувствовал, что атмосфера начинает становиться всё менее и менее комфортной для беседы. Но ведь тот человек, которого он видел, находясь между жизнью и смертью, появился в тот самый момент, когда Настасья спасла ему жизнь. Она ведь сама сказала, не будь у неё фолианта учителя, он мог и не выкарабкаться с того света. В конце концов, он своими глазами увидел Око Истины, о котором мог только читать в столичной библиотеке! А ведь призвала его именно Настасья.       – Потому что я тебе помогла?       Вальтер остановился. Он взял за руку Настасью и развернул к себе лицом. Юноша видел удивление девушки в свете Лун, которые смотрели на путников сквозь частые верхушки деревьев. Лёгкий ветер трепал волосы молодых людей. Охотник собрался с силами, прежде чем вывалить всё, что чувствовал:       – Ты не просто помогла мне. Ты спасла мне жизнь! Ты стала чем-то большим, чем случайная ведьма! Ты способна делать невероятные вещи! Ты чудесная, Настасья, не похожая на других. Ты особенный человек, веришь в это или нет, – парень сделал паузу. Впервые в жизни ему доводилось вкладывать столько эмоций в речь. Он не дал ведьме воспользоваться паузой и продолжил: – Пусть я знаю тебя совсем не много, но я вижу, что ты честный и добрый человек. Я помню, как ты помогала людям в портовом городе. В конце концов, я вижу твои глаза – и они прекрасны, прекрасны как твоя душа. Я верю тебе, поэтому иду следом. И… ты мне нравишься. По-особенному.       Настасья не могла вставить и слова. Так и стояла, поражённая, чувствуя как сильные руки лежали на её плечах, слегка сжимая их. Огоньки уже давно витали вокруг молодых людей, но, ни чародейка, ни охотник не замечали эти светящиеся точки. Девушка не заметила, как при последних словах юноши её щеки начали краснеть. Она попыталась ответить. Однако мысли путались, и ведьма не могла связать понятное и чёткое предложение.       – Это.. странно. Мы совершенно не знаем друг друга. Нельзя говорить про особую симпатию. Вот. И я понимаю, что это из-за стремительных событий. Да, я воспользовалась магией, чтобы спасти чужую жизнь. И пусть этот человек должен судить и убивать таких как я. Поэтому так и вышло… Иначе бы этого путешествия не было бы и…       Вальтер не дал ей договорить.       – Я люблю тебя, Настасья.       Девушка совсем покраснела. Полностью окрасилось лицо, уши тоже горели. Она начала отрицательно махать руками и лепетать:       – Нет, это просто симпатия. Такое только в сказках бывает. Нет, нет, нет. Вальтер, ты просто впервые увидел ведьму и её магию вблизи. Это точно от чар. Я… я найду способ снять это наваждение. Честно. Мы же не в любовном романе. Любви с первого взгляда не бывает.       Юноша убрал руки с её плеч. Ведьма немного отстранилась, прошептав: «Это неправильно».       – Глупая, – тихо ответил Вальтер и отступил от ведьмы. Всё-таки он поспешил. Напугал её. Огоньки, окрашенные в розовый, метались вокруг людей. Некоторые из них ударялись о лицо молодого Охотника и тут же отлетали к хозяйке. Ведьма, всё ещё смущённая внезапным признанием, одним взмахом руки остановила этот хаос и вновь направила огоньки в нужную сторону. Юноша ещё не был уверен во взаимности чувств, но видел странный блеск надежды в глазах упирающейся колдуньи.       Путешествие продолжилось в тишине. Ещё более мучительной, чем в начале. Вальтер теперь сам боялся начать разговор. Юноша шёл, понуро смотря под ноги. Он время от времени поднимал глаза на идущую перед ним ведьму, хотел было её окликнуть, но каждый раз не решался. Видимо молчание терзало Настасью не меньше, девушка взяла инициативу в свои руки и как бы невзначай бросила, стараясь скрасить неловкую ситуацию:       – А ещё ведьмы могут делать магические подарки, как феи в сказках. Один дар одному человеку.       – Вроде достоинств и талантов? – молодой Охотник был рад, что неловкое молчание было нарушено, однако какая-то неловкость всё ещё сохранялась. – А разве привилегия получать такие дары не касается только крестников?       – Не только. Я… – девушка замялась. – Я знаю, что наши пути могут скоро разойтись. И чтобы наше знакомство не окончилось на таком неловком моменте, хочу исправить это небольшим подарком.       Путники остановились.       – Неужели всё закончится так скоро?       – Да, мы почти пришли. Возле штаба мощная защита, и мне лучше не использовать подобные «вечные» заклинания не стоит.       – Ты сказала «вечные заклинания»?       – Да, пожалуйста, не перебивай. Я хотела сделать его раньше, но хватало сил. Боялась, что ты неправильно воспримешь. А сейчас… Да, сейчас определённо нужный момент. – С решимостью ведьмочка посмотрела в глаза спутника. – Закрой глаза.       – Даже не буду спрашивать зачем, – молодой Охотник покорно закрыл глаза.       – Наклонись немного вперёд, – попросила колдунья.       – Так?       – Ещё чуть-чуть ниже. – Парень выполнил просьбу. – Да, вот так отлично.       Вальтер почувствовал тепло, как от крупных огоньков-спутников. Услышал произнесённое заклинание: «Дарую сыну Лун чудесный дар…», только не понял последних слов – они были сказаны очень тихо. А затем почувствовал мягкий, робкий поцелуй в лоб, от которого его бросило в жар, который быстро прошёл.       – Можешь открыть глаза. – Ведьма стояла смущённой, неловко заправляла прядь волос за ухо и не знала, куда деть взгляд. – Идём, наш путь практически закончился.       Настасья поспешила вперёд. Вальтер и сам был смущён, но шёпотом сказал: «Спасибо».