Asylum

Как только Ричард щелкнул переключателем, комнату залил яркий искусственный свет ламп, от которого Дэни инстинктивно зажмурился. Когда его глаза наконец привыкли к свету, Дэниэль, заметив, что Дреер ненадолго отвлекся, решил осмотреться. Комната, в которой он оказался, оказалась просторной, слепящий свет усиливался белым цветом стен и потолка. На стенах были подвесные, закрытые на замки, шкафчики. Посреди комнаты стояла единственная громоздкая конструкция – большой железный стол с ремнями, свисающими по бокам. В углу была встроена железная раковина, рядом с ней висела аптечка. Но рассмотреть получше то, что находилось в аптечке и тех шкафчиках, у которых были прозрачные дверцы, Дэниэль не успел, потому что терпеливо ждущий пока юноша насмотрится на окружающую обстановку Ричард подошел ближе и, несильно толкнув его в спину так, что Дэни был вынужден сделать пару шагов в сторону стола, приказал: - Залезай. Дэниэль не двинулся с места, глупо моргая. Он просто не мог понять, чего конкретно от него хотят. Точнее, юноша понимал, что ему приказали сесть на стол, но вот понять зачем, и что будет дальше, он не мог. А Ричард все смотрел на него и ждал. И от взгляда, которым мужчина на него смотрел, Дэниэль прекрасно понимал – упрямиться бесполезно. Рано или поздно, он все равно заставит юношу сделать то, чего он хочет. Поэтому Дэни, неуверенно оперевшись руками на высокую столешницу, запрыгнул на высокий стол. Холодный металл тут же ужалил голые ноги Дэниэля, кожа его сразу же покрылись мурашками. Он неуютно поежился и медленно поджал под себя ноги, обхватив их руками так, чтобы не касаться обнаженной кожей столешницы. Заметив, как Дэни ежится, стараясь хоть как-то согреться, Ричард коротко ухмыльнулся, намыливая руки. Дэниэль насторожено смотрел на то, как мужчина вытирает руки, снимает пиджак и вешает на крючок возле раковины, как он закатывает рукава идеально выглаженной белой рубашки. После этого Дреер достает из аптечки резиновые перчатки, надевает их, с характерным щелчком отпуская их. И это могло бы быть даже забавным, если бы не непроницаемое выражение лица мужчины, с которым он все это делал. От этого лица Дэни пробирало не хуже, чем от холода. В какой-то момент Дэниэль поймал себя на том, что у него зуб на зуб не попадает, и крепче сжал челюсть, вспомнив, как в детстве мама рассказывала ему, что собака, если чувствует твой страх - нападает. Закончив со всеми приготовлениями, Дреер неспешно, почти лениво подошел к столу так, что Дэниэль оказался к нему спиной. Холодная рука тут же легла на бок Дэниэля, а вторая медленно провела вдоль позвоночника вверх, заставив выпрямить спину, и почти сразу послышались щелчки тугих застежек, которые сам пленник успел уже сто раз проклясть. Рубашка тут же поползла по плечам вниз, подталкиваемая длинными пальцами мужчины. После того, как рубашка оказалась на крючке рядом с пиджаком, Дреер снова появился в поле зрения Дэниэля и присел перед ним. Быстрыми движениями снял с ног кеды, поставил куда-то в угол, после чего вернулся снова и, заставив Дэни чуть приподняться, снял с него нижнее белье. Оставшись совсем обнаженным и поняв, что сам Ричард раздеваться не собирается, Дэниэль почувствовал себя еще более неуютно, снова поджал под себя ноги и спрятал раскрасневшееся лицо в коленях. Правда, вскоре он понял, что совершил ошибку, позволив себе упустить из поля зрения то, что происходило в комнате. А Дреер тем временем открыл один из шкафов, достал оттуда конструкцию, состоящую из палки, по обоим концам которой находились крепкие на вид ремни и цепочки с карабинами. Взвесив ее в руках, мужчина отправился обратно к столу, захватив по дороге лубрикант из аптечки. Дэниэль по прежнему сидел, спрятав лицо. Видимо, ему казалось, что раз он не видит опасности, то и опасность его не увидит. Возможно, кто-нибудь другой и умилился бы такому детскому поведению парня, но только не Ричард. Он положил на столешницу все, что держал в руках и, с силой сжав плечо Дэниэля, заставил его лечь на спину. Как только холод металла коснулся лопаток, Дэни коротко вздрогнул и попытался снова сесть, что сделать ему, естественно не дали. Он дернулся в сторону еще несколько раз, чувствуя, как мужчина до боли сжимает слишком тонкое для взрослого парня запястье и впечатывает его в столешницу. Без особого труда преодолевая сопротивление пленника, Дреер закрепил его правую руку тугим ремнем, который почти сразу натер кожу до красноты, потом так же быстро зафиксировал второе запястье и перешел к ногам. Оставшись без возможности подняться, Дэни беспомощно зарычал, выгибая поясницу до хруста. Даже поймать ногу сопротивляющегося парня было трудно, но если с этой задачей Ричард кое-как справился, получив в грудь, то с закреплением щиколотки парня на распорке были определенные проблемы: во-первых, потому что очень трудно застегнуть ремешок на постоянно движущемся объекте, во-вторых, юноша может и казался хрупким, но сила в нем все-таки была. Он брыкался так, что Ричард с трудом его удерживал, при этом издавал громкие крики и извивался так, что стол, несмотря на то, что он был привинчен к полу, ходил ходуном. - Хватит! Успокойся!- наконец закрепив манжеты распорки на тонких щиколотках, прикрикнул Дреер, и продел карабины в кольца, вмонтированные в стол.- Всего лишь проверка, не устраивай истерик. - Какая еще проверка, придурок?!- продолжая извиваться под неестественными углами, прокричал юноша, но, почувствовав ощутимый удар по животу чуть притих,- что ты… Вы собираетесь делать? Пожалуйста, я очень, очень боюсь боли, не надо! Мужчина коротко усмехнулся и, выдавив на пальцы в перчатке смазку, присел на стол. Дэни инстинктивно отодвинулся, но почти тут же был возвращен на место, а указательный палец его мучителя уже аккуратно обвел колечко ануса и резко вошел внутрь почти на две фаланги. И вот тут-то Дэни в первый раз за год пожалел о том, что они с его бывшим парнем решили не торопиться в плане интимных связей. Нет, девственником Дэниэль конечно не был, у него были парни и до того, как появился постоянный партнер, но секса как такового у него не было очень давно. Поэтому уже после первого пальца все естество юноши яростно запротестовало, стенки кишечника начали сокращаться, пытаясь вытолкнуть из себя инородный предмет. Когда же к первому добавился еще и второй и следом третий палец, юноша негромко взвыл от боли, стараясь не шевелиться, чтобы не сделать себе еще хуже. Все происходящее с ним, вкупе со стыдом и осознанием унизительности ситуации, неприятно обожгло горло юноши, он издал сдавленный всхлип, а когда пальцы, мучающие его изнутри, раздвинулись, из широко распахнувшихся синих глаз по щекам потекли слезы. У Дэниэля не было даже возможности их вытереть, и от этого щеки, подбородок и шея покрылись соленой неприятной пленкой, а всхлипы стали громче. - Не надо, перестаньте,- давясь слезами, попросил он,- пожалуйста. Внезапно движение внутри прекратилось. Дэни трясло от рыданий, ему было страшно, он не знал – сейчас станет только хуже, или на этом его унижение закончится? Мужчина сердито фыркнул и, убрав руку из промежности юноши, брезгливо скинул перчатки с рук прямо на пол. После этого, опустив рукава и надев пиджак так же аккуратно, как и сняв, Дреер направился к выходу из кабинета. Дэни хотел было узнать, куда он, но понял, что слишком устал, чтобы вообще что-либо спрашивать. Опустив голову на столешницу, парень провалился в некое подобие дремы, стоило свету выключиться. *** Ричард вошел в свой кабинет и сел за письменный стол. Ему действительно нравилось тело парнишки в соседней комнате, нравились рыжие волосы, пронзительно синие глаза, это было потрясающе, именно то, что нужно Ричарду. Но вот поведение юноши оставляло желать лучшего. Немного поразмыслив над этим, Дреер взял трубку телефона и, несколько раз прокрутив кольцо, набрал внутренний номер кабинета главврача. Когда в трубке послышалось жизнерадостное «Вас слушают», он, даже не здороваясь бросил: - Забери его. Сейчас же,- и положил трубку, точно зная, что его приказы не обсуждаются и строго выполняются. Уже через несколько минут на пороге, даже не постучавшись, появился Гарриэт, со своей премерзкой, по мнению Дреера, улыбкой на губах: - Что, неужели так быстро? Сдаешь позиции, Рич,- хихикнув, сказал он, направляясь в сторону соседней комнаты. Директор не удостоил непочтительного подчиненного даже взглядом, делая вид, что увлечен документацией. Он был недоволен, но показывать это был не намерен. К юноше придется искать другой, более жесткий подход, а это значит, что он испортится быстрее, чем предыдущие, и это совсем не казалось Ричарду радостной перспективой. Вскоре Уэйн вернулся, прижимая к себе завернутого в его же халат парня. Он был в каком-то странном состоянии транса, казалось даже, что он спит. Хотя, возможно, так оно и было. Не говоря начальнику ни слова, блондин вышел из кабинета, бережно обнимая юношу за плечи. - Зайдите после ко мне, доктор,- коротко приказал Ричард прежде, чем дверь захлопнулась, прекрасно зная, что его услышали.