мы больны хронической любовью

Макс замечает то, как осторожен Алан, как медленно его руки прикасаются ко всему, что окружало на кухне. И это некоторым образом завораживало парня, который затягивался в очередной раз, ощущая, как все стекленеет и замирает внутри него. Странным было лишь то, что буря, бушующая ранее приобретала немного иные краски, основываясь не только на одних желаниях. Нет, Барских хотел еще раз ощутить эту близость, но не только потому что ему нужно было это физически, моральная связь между ними крепла и приобретала уже немного иной вид. "между нами дружба? ты все еще уверен в этом, Алан?" Задумчивый взгляд Макса и его внимательно следящие за любыми действиями мужчины, глаза, он улыбался про себя и параллельно пытался разобраться в терзающих душу вопросах. Ответы на них не так просто найти, но когда Алан оказывается снова также близко, что парень может ощущать жар его тела, Максу снова не хватает воздуха, он чувствует себя беспомощным и потерянным в один момент. Этот мужчина все больше становится загадкой для парня и когда его запястья оказываются в руках Бадоева, Барских едва ли задерживает удивленный вздох. Он напрочь забывает о чем-то кроме, поддаваясь моменту, в груди разростается что-то теплое и неощутимое ранее, одновременно пугая и сбивая с ног, заставляя поддаться полностью. Макс неотрывно и завороженно наблюдает за мужчиной, его действиями, пока его губы не касаются кожи ладоней парня, затягиваясь дымом сигареты. Низ живота стягивается сладким узлом ожидания... Только чего? Поцелуя или?... Он и сам не мог представить, что Алан будет настолько откровенным с ним и инициативным. Это значило, что он не ошибался в предпочтениях мужчины. - И не только это ... в первый раз. - шепчет Барских, поддаваясь мягкой ладони Алана, вновь целуя его терпкие, но ставшие необходимостью, губы. С того самого первого момента, ощутив поцелуй, Макс не хотел покидать этого тепла, легкого покалывания во всем теле и невозможности осознать происходящее. Сладость на языке в перемешку с сигаретным дымом и накрывшими с головой уже знакомыми ощущениями к которым привыкнуть просто невозможно. Они в новинку. Изучающе исследую рот мужчины языком, Барских отпускает себя на волю, не думая сдерживаться, для него незнакомо это понятие. Но разрывая долгий поцелуй, Алан еще согревает глаза парня полным желания и вопросов, взглядом карих глаз, отходят в сторону. Он ждал реакции Макса, но немного иной, но парень так успел расстеряться, что сказать что-то внятное просто не мог. - Никогда не поздно это исправить и попробовать все. - недвусмысленно отвечает Барских, хитровато улыбаясь и встречается глазами с вошедшей в кухню Лолой. Ей , как и всем детям, не нравился сигаретный дым, поэтому она успела наморщить свой носик и выразить недовольство. Она была такой забавной, что Макс не мог не улыбнуться ей, проследив за этой милой парочкой. Алан был прекрасным отцом и парень был в этом уверен еще до этого момента. Но сейчас только убедился в своих мыслях, проводя взглядом мужчину с девочкой , который попросил на ходу налить им кофе. И когда Макс как раз собирался это сделать, в кармане завибрировал мобильный, сообщая на экране имя звонившего. - Света. - вслух произносит парень и поднимает трубку, разговаривая с ней, соглашается на то, чтобы к ней приехать в ближайшее время не смотря на то, что находился у Алана, так и в смешанных мыслях. "мне стоит разобраться в себе для начала." Барских задумчиво разливает кофе из турки в чашки, уже разворачиваясь, чтобы уйти по-английски, но на пороге ему встречается Бадоев, взгляд от которого так хотелось сейчас спрятать. Склоняясь к нему, парень долго смотрит на его губы, а после молча целует, увлекая за собой, так сладко и с каким-то сожалением о содеянном. Но все же что-то было, какая-то недосказанность. - Мне пора. Мне нужно, Алан. - "я надеюсь ты меня поймешь." Удаляясь в сторону прихожей, Макс еще долго смотрит в его глаза и натягивая вещи на ходу, просто убегает, он боится сам себя и это в новинку для самого парня. Ведь совсем недавно он сам уличал Бадоева в этом, но его начинало откровенно пугать то, что он ощущал к мужчине. - Расстегну железные оковы. Не свои, а того кто напротив. Что со мной? Мне снова нечего давать. - строчка к новой песне мгновенно слетает с губ, когда Барских оказывается за дверью квартиры Алана. "да что же со мной такое? ты стал моим вдохновением?" *** Алан словно оттягивает этот момент возвращения на кухню. Ставит разнос на столик в детской, обнимает дочку и задумчиво гладит ее по волосам, пока она его не одергивает и просит не закрывать ей лицо ладонями. Бадоев смеется и начинает щекотать девочку, говоря что-то вроде того, что он отец, он взрослый, и он сам знает, как себя вести и что делать, но, естественно это было сказано в шутку. А сейчас… Нужно было возвращаться, смотреть правде в глаза, смотреть Максу в глаза и тонуть в них. Алан выходит из комнаты и понимает, что им нужно поговорить, причем очень и очень срочно, так как без каких-либо объяснений дальнейшее их общение кажется затруднительным. Бадоев даже не подозревал, что случится на следующий день. Однако, обо всем по порядку. Мужчина заходит на кухню и практически сталкивается с Максом, который собирает уйти?! Он поправляет очки на переносице, поднимает взгляд на парня и непонимающе смотрит, даже скорее недовольно смотрит и на устах немой вопрос – «есть что-то важнее того, что только что произошло?» Но, задерживать Барских Алан не собирается. Мучительно сладкий поцелуй еще долго остается на губах мужчины и когда за Максом закрывается дверь, он касается их пальцами, тихо выдыхает, проводит пятерней по волосам и возвращается на кухню, где на столе так и стоит не разлитый кофе рядом с двумя чашками. Мужчина убирает одну чашку и в другую наливает себе кофе, кладет одну ложку сахара и несколько минут задумчиво ее размешивает. Звонит телефон и Алан торопится ответить. Жена. Глядя на звонившего абонента, он сейчас начинал понимать, что поступил глупо, поддавшись Максиму, ведь… Бадоев женатый человек, у него двое(!) прекрасных деток, которых он никогда не бросит, а Барских… А Барских это увлечение, это зависимость и одержимость, но разве можно сравнить его с любимой женой? Кажется, в этот момент мужчина искал себе оправдание, пытался убедить самого себя в том, что его поступки неверные, что все не правильно и это было слабость, которая никогда больше не повторится. Алан отвечает, с улыбкой слушает голос Жанны и идет вновь на кухню, садясь на подоконник, прихватив кофе и сигареты. Он держит плечом трубку, смеется, когда жена начинает рассказывать, как забавно у нее прошли съемки и что сейчас она с золотой картой. Он забывает обо всем и обо всех, кроме этой прекрасной женщины и сквозь эти воздвигнутые преграды проскальзывают мысли… «Он сидел здесь пятнадцать минут назад…» Бадоев рассказывает Жанне о самочувствии Лолиты, докладывает все до мелочей, упуская приход Максима и все, что с ним связано. Проходит еще примерно полчаса до того момента, как они прощаются. Алан успевает дать дочери поговорить с мамой, успевает выпить еще две чашки кофе, выкурить еще две сигареты и вдоволь насмеяться. Да, он безумно любит эту женщину, за ее чувство юмора, за ее ум и за ее мудрость, но как же тогда объяснить все то, что творится с ним, когда рядом Максим? Как описать те эмоции и те чувства, которыми наполняется все его существо? Это не просто дружба, это нечто большее и, по всей видимости, не объяснимое. - Все, все, Жанночке, целую, отдохни хоть немножко, или нам всем готовиться делать тебе массаж? – с теплом в голосе говорит Алан, вспоминая состояние жены, когда она возвращается со съемок, да и он прекрасно помнит свое состояние, когда также участвовал в проекте и после четырехдевных съемок валился с ног, а потом дома отсыпался сутками, на пару с женой, так как все это конечно интересно, но изматывающе. Бадоев сбрасывает, тушит очередную сигарету в пепельнице, по излюбленной привычке выкладывает селфи в инстаграм и идет к дочери. Ложится рядом со своей принцессой и приобнимает, когда она устраивается на его руке. – Король лев? – со смешком спрашивает Алан и получив пару активных кивков, устремляет свой взгляд в экран телевизора, поглаживая дочь по волосам. «Я ведь уже не смогу без тебя. Да?»