Безумие

Стоял погожий, солнечный, и на удивление теплый для этих мест день. В связи с этим в Винтерфелле проснулись довольно поздно, в отличие от жителей городка, что лежал у крепких стен замка. Двое сыновей лорда Старка – вечно улыбающийся Робб - объект романтических мечтаний всех девушек городка и черноволосый Джон Сноу - бастард, к которому относились с уважением, а многие даже любили за унаследованные отцовские черты характера – выехали из леса, и наперегонки поскакали к воротам города. Робб заливался смехом, обгоняя брата. Джон же сосредоточенно смотрел вперед, чуть наклоняясь в седле, и подгоняя свою поджарую лошадь. Но все без толку – наследник Старков всегда был лучшим наездником в замке. Они влетели в городок и Робб, задорно свистнув, пронесся по широкой улице, заставив девушек, что шли с корзинками на рынок, со вздохами оборачиваться ему вслед. Джон же слегка притормозил, боясь, чтоб его лошадь ненароком никого не зацепила. Многие кланялись ему, и Джон сдержано улыбался в ответ. Такое внимание совсем не льстило ему. Будто насмешка над его положением. Хотя, эти люди явно не имели в виду ничего плохого. Женщина, вызывающе разукрашенная, махнула ему из дверей трактира и слегка приподняла подол своей давно нестираной юбки. Джон поспешно отвернулся. Миновав оживленные улицы, он ускорил лошадь, и, спустя несколько минут, въехал в конюшню Витерфелла. Робб уже был тут. Он демонстративно прислонился к деревянному каркасу: - Ну ты и черепаха, Джон. Я уже успел выпить бутылку лучшего дорнийского вина за свою победу. -Как бы не так, - усмехнулся Сноу, - а я думал, последнюю бутылку выпил Теон, выиграв у тебя спор о дочке кузнеца. Робб покраснел и расплылся в улыбке. - Что ж поделаешь, - развел он руками, - я не мастер пустых обещаний и скороспелой любви. - Смотри, еще услышит,- притворно испуганно обернулся Джон, и парни расхохотались. В конюшне, кроме них, никого не было. Снаружи долетал гомон городка. -Бран сегодня просил, чтоб мы присутствовали на его обучении стрельбе из лука, - сообщил Джон, хлопнув брата по плечу. Но Робб не успел ответить, так как сзади послышался шум. Лошади испуганно заржали. Братья обернулись как раз вовремя, чтоб увидеть нечто странное. Сено, которое было разбросано по всему деревянному полу конюшни, в одном месте поднялось, и с нарастающей скорость закрутилось в вихре. Несмотря на хорошую погоду, заметно похолодало. Не было слышно ничего, кроме завывания ветра под деревянными балками конюшни. И звук шел не с улицы, а изнутри этого странно круговорота. Подолы плащей братьев трепало на ветру. - Что это? - испуганно покосившись на брата, спросил Джон. Его рука сама по себе уже легла на меч. Робб тоже не выглядел особо спокойным, его рот был приоткрыт и он напряженно всматривался в круговорот. Вихрь уже достигал человеческого роста и крутился с огромной скоростью. Испуганные лошади подняли невероятный шум и били копытами о деревянные перегородки. Все оборвалось так же внезапно, как и началось. Ветер прекратился, и поднятое им сено мягко спланировало на пол. Перед братьями стояла светловолосая девушка с взлохмаченными волосами, в которых застряли травинки. Последний порыв ветра всколыхнул ее странное одеяние. Она имела совсем уж растерянный вид. Робб, с характерным металлическим звоном обнажил меч, и наставил его на девушку, но не смог выдавить из себя ни слова. Джон мгновенно покраснел, ошарашенно разглядывая незнакомку. Она была голая. Конечно, не такая голая, как те шлюхи, что продают свою любовь в городке, но неприлично, вопиюще неприлично обнажена. Она открывала на всеобщее обозрение свои стройные ножки, изящные руки, молочного цвета плечи и имела достаточно глубокий вырез на груди. Они молча смотрели друг на друга. -Кто ты? И что это была за магия? - наконец выкрикнул Робб и голос его дрогнул. Он угрожающе дернул мечом. Девушка таращилась на них, и Джон уже было подумал, что она немая – старая Нэн часто рассказывала сказки о безъязыких колдуньях, как незнакомка произнесла дрожащим голосом: - Меня зовут Эриан. И я не знаю, где я. Робб и Джон переглянулись. Шутит? Обманывает? Девушка покосилась на меч и задрожала. Казалось, она вот-вот заплачет. Никто из братьев не знал, ни что делать, ни что говорить. "Ее надо отвести к отцу", - подумал Джон. - Я только что переходила дорогу. Спешила домой, так как надвигалась гроза, - снова заговорила девушка и в голосе ее действительно слышались сдерживаемые слезы. - А затем налетел такой ветер, что сперло дыхание, и все завертелось. Я не могла понять, куда идти. На секунду мне даже показалось, что ветер оторвал меня от земли. И вот я тут. Девушка даже не оглядывалась по сторонам, испуганно смотря только на меч и его обладателя. - Пожалуйста, не убивайте меня, - хныкнула она. Робб нахмурился и переступил с ноги на ногу: - Мы тебе не верим. Я своими глазами видел твою магию. Мы отведем тебя к отцу, чтоб он вершил правосудие. - Нет, - как-то слишком уверенно произнес Джон. Робб удивленно посмотрел на брата. - Отец может казнить ее. - Она колдунья, - заглядывая брату в глаза, сказал Робб. На его лице плясал солнечный зайчик от вынутого меча, от чего парень прищурил один глаз. - Мы этого не знаем, - ответил Сноу. Его начинало раздражать, что они разговаривают о девушке так, будто ее здесь нет. - Она напугана. И не знает, где оказалась. Хороший же мы ей прием устраиваем. А затем он продолжил, глядя на девушку: -Эриан, меня зовут Джон Сноу, а это мой брат Робб. Он наследник Винтерфелла. Девушка сдавлено вдохнула и подозрительно прищурилась, прижав руки к груди. Она уставилась на них, как на призраков, а затем нерешительно переступила с ноги на ногу. - В чем дело? - спросил Робб. - Я вас знаю, - медленно произнесла она. - Конечно, знаешь. Мы ведь древний род ,- как-то напыщенно произнес Робб. - Нет, не то, - девушка уже почти шептала. - Вы персонажи книги. Братья так и разинули рты. - О чем ты говоришь? Какой книги? - подал голос Джон. - Да она, видимо, сумасшедшая, - бросил Робб, но меч не опустил. - Я в этом абсолютно уверена, - странно, но девушка как-то даже расхрабрилась. - Вот только совершенно не помню сюжета. - Чушь! - слишком громко произнес Робб. - Наверное, это от шока ,- пробормотал себе под нос Сноу. Девушка не стала возражать: то ли согласилась с парнями, то ли решила не доказывать им, что их на самом деле не существует. Джон все это время наблюдал за девушкой, за ее одеянием, за ее манерой держаться. Она определенно была чужестранка. Очень красивая чужестранка с золотистыми волосами и глубокими зелеными глазами, полными слез. - Что это у тебя в руке? - спросил он, указывая на черную коробочку, что девушка зажала в руке. От нее к шее тянулись какие-то нити. Эриан растерянно посмотрела на коробочку, а потом вдруг улыбнулась. - Это плеер. Он играет музыку. - П-л-е-е-р ,- выговорил по буквам Робб и удивленно посмотрел на брата. - Музыку ведь играют музыканты. Или я спятил? Или она? Джон улыбнулся, а потом одним спокойным движением, глядя брату в глаза, опустил его меч и шагнул к девушке. В первое мгновение она отпрянула, но увидев улыбку Джона, заставила себя замереть. - Покажи, - протянул он руку. Эриан, проигнорировав жест парня, взяла одну из нитей, которые висели у нее на шее, и поднесла к уху Джона. Секундное колебание, и округлый кончик нити был вложен в ухо парня. Вторую нить девушка использовала сама. Она опустила взгляд на эту маленькую коробочку и при этом движении ее волосы, все еще пахнущие сеном, воздушным ореолом коснулись лица Джона. Он вдруг понял, насколько близко стоит к девушке и, поддавшись внезапному порыву, хотел было коснуться ее запястья. Провести пальцами по ее молочной коже и пообещать, что они не обидят ее. Но девушка подняла глаза и Джон, не успев ничего предпринять, залился пунцовой краской, от близости ее дыхания. В следующий момент у него в ухе заиграла музыка. Если это можно было назвать музыкой. Определенно, она исполнялась на музыкальных инструментах, но совсем не была похожа на то, что они привыкли слышать в залах Винтерфелла во время шумных празднеств. Она была намного глубже, намного красивее, со сложным мотивом. Такое не запомнишь сразу, чтоб люди смогли петь ее потом друг другу, передавать ее из уст в уста. И все это делает эта маленькая коробочка? Эриан внимательно наблюдала за ним, стараясь прочесть эмоции на его лице. Джон обернулся к застывшему в напряжении Роббу - тот явно ничего не слышал. Он снова посмотрел на девушку и столкнулся с ее ясными зелеными глазами с небольшими карими крапинками. Он слушал, как музыка разливается в его сознании, слышимая только ему и этой прекрасной чужестранке. На секунду ему даже показалось, что эта нить соединяет их души. - Нравится? - мягко улыбнулась Эриан. - О Боги, да! - воскликнул Джон, и залился смехом. Он не знал, почему он смеялся. Его вдруг переполнила такая радость. Эриан выглянула на Робба из-за плеча его брата и поманила его к ним. Робб медленно подошел и замер рядом в ожидании. Девушка опасливо передала ему наушник, ощущая на себе тяжелый взгляд Старка. Она не улыбалась, глядя на наследника Винтерфелла, испытывая некий страх рядом с ним. Робб, взглянув на Джона, последовал его примеру и стал сосредоточено слушать. Спустя пару минут он расслабился и даже стал слегка улыбаться, от чего морщинки на его лбу приобрели веселый характер, но не исчезли совсем. Наконец Джон произнес: - Мы не должны вести ее к отцу. Нам необходимо спрятать Эриан. И узнать о ней побольше, прежде чем принимать решение. - Я все еще не уверен. - Я ей верю, а ты должен довериться мне. Робб на секунду задумался. Ему никогда не приходилось сомневаться в своем брате. - Хорошо. И где ж мы ее спрячем? - У меня в комнате. - Ты серьезно? Будешь держать женщину в своих покоях? - Туда не заглядывают ни отец, ни твоя мать, ни мейстер. Только Арья, а с ней мы что-нибудь придумаем, - ответил улыбаясь Джон, и протянул девушке свой собственный плащ. - Позволишь? Эриан, внимательно слушающая разговор братьев, удивленно подняла бровь. - Зачем? - Твое одеяние... Эмм... Может там, откуда ты, принято ходить в таком виде... но у нас... Это может привлечь к тебе нежелательное внимание, - запинаясь, сообщил Джон, стараясь не глядеть девушке в глаза. - Простите, я совсем забыла, - смутившись, ответила Эриан, и позволила накинуть Джону плащ на ее плечи. Она подняла капюшон, скрывая под ним свои растрепанные волосы.