Джунгли зовут

— Эй, полегче, — Цыпа заматывал кисть Яны, а Гоша сидел рядом и смеялся. — Как ты могла додуматься сесть к нему в машину? Я не понимаю, почему он не отвез тебя к себе и не… ладно, не суть, — Костя говорил абсолютно серьезно, но, несмотря на это Яна все равно улыбалась. — Да, я еще та дура. Что я скажу маме, когда она увидит руку? — Обожглась, нет? — Гоша достал фломастер и начал рисовать на повязке Яны. Та улыбнулась, и решила, что придумает что-нибудь. Она конечно, не мастер в том, чтобы врать маме, но попытаться стоит. А Цыпа решил отправиться к Вадику, чтобы рассказать о том, что вчера произошло. Он предполагал, что бандит был под действием наркотиков, и вряд ли что-то помнит… — В общем, Лиза отдавала ему какие-то таблетки, — Гуфи наблюдал за Леной. Она как всегда была неотразима: растрепанные волосы, белая пижама и этот сонный взгляд. Как же Гуф ее любил, ровно так же, как и Лена любила Тима. — Таблетки? — удивленно пролепетала Лена и зевнула, заставляя парня умиляться ее заспанному состоянию. Он протянул ей сигарету и зажег ее. На самом деле Лена давно замечала то, как на нее смотрел Гуфи и то, как на нее смотрел Тим. Она сравнивала эти взгляды и, если она любила Тима, взгляд Фила казался ей намного нежнее. Но девушка отгоняла эти мысли, сама не зная, почему. — В общем, надо все же поболтать с Лизой. — Ладно, я сама этим займусь. Спасибо тебе, Гуф, огромное спасибо, — она обняла его так крепко, как только могла обнять. Лена была действительно благодарна парню за информацию. А он был как никогда рад. Внутри что-то так забурлило от этих объятий, из-за чего парень быстрее убежал домой и начал успокаивать себя одним (всем известным) способом. Вадик сидел в своем кабинете и пытался понять все, что только что рассказал ему Цыплаков. Изнасиловали Яну. Ту самую, такую добрую, скромную, которая так смело спорила с ним вчера, и так же смело отправилась на приват. Та девочка, которая удивляла его своей внешностью, своим обращением и своим характером. Та девочка, которую он должен охранять. И что же творит эта девушка с ним? Он просто озверел, узнав о том, что его девочку кто-то тронул. А с чего она стала вдруг его девочкой? Да с того самого момента, как она упала прямо на него, в полиции. Есть, правда, еще одна причина, по которой Вадик так неравнодушен к Рязанцевой, но… есть ли до этого дело сейчас? Именно поэтому, что-то быстро прорычав, Вадик попрощался с Цыпой, в одну секунду залетев в темную машину, и отправился в тот самый район, чтобы увидеть ее. Она сидела у своего подъезда и рассматривала свою левую руку с повязкой. Ей до сих пор было больно там, в глубине души. Яна лишь закрывала глаза, и перед ней стояли те самые парни, которые били ее, от пощечин которых до сих пор горят щеки. Рев мотора, резкий звук тормозов неподалеку — едва услышав эти звуки, Яна встала с лавочки, и тут же ринулась в подъезд. Остановившись у окна второго этажа, она увидела его. Он вышел из машины, оглядевшись по сторонам. Ей было страшно, кровь кипела в жилах, и в животе был этот непонятный шум. Там точно кто-то устроил вечеринку. Его взгляд остановился прямо на ней. Она стояла наверху и смотрела прямо на него. Они прожигали друг друга взглядами, заставляя напряжение в воздухе закипать сильнее, чем кровь Яны. И если бы не соседка, которая открыла парню дверь, это мучение бы продолжалось. Но в этот раз Яна не осталась ждать, она поднялась выше. Дойдя до лестницы на крышу, ей, кажется, снесло голову, потому что девушка поднялась по ней. — Ненавижу, блядь, когда от меня бегают, — он стоял прямо позади нее. Ей словно скрутили легкие, и она не могла ни дышать, ни говорить, но осилила себя. — Что тебе нужно? — Что с твоей рукой? — спросил он. Она так и стояла перед ним, не отвечая на его вопросы. Тогда Вадик крепко схватил девушку за больную руку и развернул к себе. — Мне больно! — воскликнула Яна, вырвав свою руку. Она не поднимала своей головы. Сейчас внутри нее снова образовался этот вакуум, который невозможно было заполнить ничем, кажется. Только лишь его глазами, голосом, с этой необыкновенной хрипотцой. Влюбилась?... — Сколько их было? — теперь они сели на самый край крыши, когда этот ветер снова и снова развевал ее блондинистые локоны волос, и это солнце заставляло их щуриться. Да, именно сейчас она готова рассказать ему все, что так давило на нее. И так хотелось это сделать, но Яна все же держала себя холодно с ним. — Не стоит показывать свою заботу, вчера ты сделал это так, как никогда. Да, я навсегда запомню этот вечер, когда трое парней пытались... И у них получилось… — она отвернулась в сторону, чтобы он не видел ее слез. Чтобы он не жалел ее и не пытался заботиться. А он вообще имеет чувства? Может ли он делать что-то, кроме того, как бездушно прожигать своим взглядом? И из каждого ее предложения слышать лишь то, что нужно, на это он способен как никто другой. — Значит, трое, — и снова из всего сказанного он услышал только нужное для себя. В это же время, внизу, Лена и Лиза гуляли по двору. Они никогда не были подругами, но и врагами их не назовешь. Просто не было времени общаться, было не до этого. — А что с Тимом? Он такой странный в последнее время, — спросила Лена. Она все же хотела выяснить, что за тайны есть у парня, о которых она не знает. — Тим? Да, с ним все нормально. Не замечала ничего, что могло бы показаться странным, — спокойно произнесла Лиза. Ну, надо же, врет и не краснеет. И еще так спокойно говорит об этом. Если бы Лена не знала про таблетки, она бы явно поверила Лизе. — Ну, может он что-то скрывает, нет? — Лиза тут же усмехнулась. — Знаешь, мне кажется, ты слишком беспокоишься. Все хорошо, по крайней мере, у Тима точно, — тяжко вздохнула Лиза. И она действительно тут же перевела тему на себя, заставив Лену забыть об этом. Тем более, они случайно пересеклись с Цыпой, и Лиза тут же напряглась с ног до головы, что вызвало бурный допрос со стороны Лены. Цыпа шел к себе домой. Да, он должен был забрать оставшиеся вещи. И это было так трудно, просто подняться по лестнице, подойти к двери. Вдох — достает ключи. Выдох — вставляет в дверь. И все происходит так медленно, словно время потихоньку останавливается. Заходит в коридор, и запах алкоголя ударяет в нос. На кухне сидит отец и, занюхивая огурцом, пьет из рюмки. Надо спокойно идти в свою комнату, будто ты ничего не видишь. Просто идти в комнату и забрать вещи. Кинуть всю свою одежду и быстро выйти. Смог бы Цыпа ударить эту тварь? Или он и так пережил достаточно, ведь на его руках умерла собственная жена. Но по чьей вине она это сделала?... Цыпа взял в руки сумку, еще раз развернулся на своего отца, который встал из-за стола и, шатаясь, решил подойти к сыну. Костя не чувствовал ничего. И, дабы не ударить отца трубой в рукаве, парень решил поскорее уйти из своей квартиры... бывшей квартиры... — Яночка, я на дачу уеду. На два дня. Мальчиков не водить, вечеринки не устраивать. — Ты серьезно, мама? Мальчики? Вечеринки? — да, знала бы мама, что с некоторых пор Яну тошнит от вечеринок и мальчиков. Нет, если бы ее мать узнала об этом, она бы сама изнасиловала тех пацанов. И Вадика бы тоже. От представленного, Яна невольно засмеялась. — Ничего смешного. Долго не гуляй, не пей, не кури… — Мама, я провожу тебя до остановки. Пойдем, — Яна взяла мамины сумки и понесла их до остановки. Они с мамой попрощались, и теперь Яна наслаждалась этим свежим воздухом. Когда-нибудь эти ее ночные прогулки точно приведут к чему-то ужасному. Хотя, вчера ее изнасиловали, что может быть хуже? Только смерть, разве что. Она уже ничего не боялась, поэтому спокойно шла до своего дома. Как же хорошо на улице, даже домой не хочется идти. Прохладный ветер. Полная луна. Какая романтика! — Ну, Тим! Куда мы идем? — послышалось сзади. Это были Тим с Леной. Они шли за руку и мило улыбались, смотря друг на друга. Вот они — влюбленные по уши. Такие счастливые и, похоже, ничего не мешало им, пока Тиму не позвонили на телефон. Он тут же напрягся и оставил Лену, убежав куда-то за угол. Девушка, разозлившись, пошла домой. Интересно, куда убежал Тим? Кажется, за угол. А, если Яна пойдет туда же? «Будь, что будет» — подумала Яна и побежала за парнем. — Короче, на районе появились чужие, — это была бетонка. Стояли Тим, Цыпа, Жук и Гоша. С ними разговаривал какой-то незнакомый, но довольно милый парень. Он смотрел то налево, то направо, будто ждал кого-то. — Это еще кто? Южане опять? — спросил Гоша. — Нет. Вадик сказал, это те, которые изнасиловали вашу новенькую, — сказал незнакомец. Что? Он знаком с Вадиком? Какие чужаки? Причем здесь Яна? — Яну? Серьезно? — удивился Тим. Парни стояли в полном напряге. Яна тоже была в напряжении. Они что, серьезно занимаются каким-то криминалом? Быть такого не может. — Подслушивать не хорошо, малыш, — прокуренный голос появился из темноты и заставил Яну испугаться сильнее, чем когда-либо. Вадик усмехнулся, наблюдая реакцию девушки, — не дрожи, свои, — он запрокинул голову наверх, продолжая держать ее за руку. — Что за чужие? Как ребята связаны с криминалом? Что происходит? — шептала Яна, испуганно глядя в глаза бандита. — Тсс, — он приложил свой палец к ее губам, смотря на нее сверху вниз, — слишком много вопросов, — шепнул он, проведя пальцем по нижней губе. Затем он начал гладить ее щеку и Яна поняла, что сейчас они находятся в опасной близости. Может, сантиметр, может, два сантиметра было между ними. Но бандит уже начал приближаться к ее губам. Сейчас его точно ничто не останавливало, поэтому он тут же впился своими губами в ее губы, отчего тело Яны покрылось мурашками с ног до головы. И она была счастлива, что здесь темно, и он не видит, как она покраснела. Он оторвался от ее губ в эту же секунду, когда Яна залилась краской. Вадик крепко взял ее за руку и повел к ребятам, которые стояли на бетонке. — У меня огромное условие. Саша, ты озвучил то, о чем я тебя просил? — Пока что нет, — испуганно произнес парень, понимая, что сейчас он совершил ошибку. — Почему я не удивлен, Саша? Короче, здесь все знают, что Яну вчера трахнули. Мы прекрасно знаем, что эти уебки должны получить по репе. Цыпа, ты согласен со мной? — он обратился к нему. — Да, Вадик, — не понимая ничего, произнес Цыпа. — Теперь Яна всегда должна быть под вашей опекой. И не дай Бог, кто-то кинет на нее свой недовольный взгляд. Думаю, не стоит объяснять, что я сделаю с тем, да? — все кивнули, — Ваши вопросы? — С чего вдруг ты такой заботливый? Яну, между прочим, трахнули в твоем клубе, — Цыпа подошел ближе. — Я ждал этого вопроса именно от тебя, мальчик мой. Да, это случилось по моей вине. А с чего я вдруг такой заботливый? А тебя это ебать не должно. Ты должен выполнять то, что я тебе сказал, — Цыплаков хмыкнул и отошел на свое прежнее место. Яна не понимала, что происходит. Какая опека? Почему он впрягается за нее? Да что, блин, происходит с ее жизнью последние пять минут? Вадик еще что-то говорит парням и уводит ее подальше отсюда. Кажется, они идут к его машине. Он открывает ей дверь, указывая на то, чтобы она села. — Ты думаешь, что после всего этого я сяду к тебе в машину? Я требую объяснений, — встав в позе Наполеона, Яна смотрела прямо на него. — Резонно, — хмыкнул он и закурил сигарету. — Что это сейчас было? — удивленным тоном спросила она, наблюдая за ним. Берет сигарету. Зажигает. Закуривает, выдыхая дым. Он чертовски опасен, и это ее манит, как конфетка. — Считай, это мои извинения за то недоразумение в клубе, — он снова втягивает табак и медленно выдыхает его. Что-то внутри нее сжимается от кайфа. Вчера боялась его, а теперь готова дерзить. И когда она стала такой смелой? — Я должна отблагодарить тебя? — она стояла прямо перед ним. Он выкинул выкуренную сигарету и теперь был занят только тем, что снова прожигал Яну своими голубыми глазами, сняв очки. — Не волнуйся, успеешь, — уголки его губ расплылись в пошлой улыбке. И ей снова становится страшно. Она не показывает виду, но внутри нее творится что-то непонятное. — Куда мы поедем? — она кинула мимолетный взгляд в его сторону, затем, отвернувшись, взяла из его пачки одну сигарету. Кажется, даже сам Вадик немного опешил от уверенности этой девочки. Она так же спокойно взяла зажигалку из его рук и закурила, выдыхая дым почти в его лицо. — Не смотри на меня так, я тоже могу казаться крутой. Подвезешь до дома? — Яна, кажется, добила парня. Но так думала только она. — Нет. Мы поедем ко мне, и я трахну тебя, — улыбнулся Вадик. Да, эта игра началась, и теперь счет был не 1:1 и не 2:1, а 10:1 в пользу бандита. Но Яна все равно старалась не показывать того, что ей страшно. А боялась она ужасно. — А если я не сяду в машину? Что, трахнешь меня прямо здесь? — черт, откуда сегодня в ней столько уверенности? Яна не узнавала себя. А Вадик снова не растерялся. Он достал из машины свой любимый пулемет и поднес его к виску девушки. — Все намного проще. Садись. — Ты блефуешь, он не заряжен, — и тогда бандит произвел выстрел в небо. Яна понимала, что деваться некуда, но продолжала настаивать на своем. — Садись. — Ты только что грозился, что убьешь того, кто тронет меня. Так что, возьмешь и убьешь меня? — парировала Яна, делая вид, что ей абсолютно плевать на заряженный пулемет у ее виска. Она понимала, что делает рискованный выбор. Ее ведь можно просто убить! — Блядь, как же ты бесишь меня. Так бы и пустил эту сраную пулю в твою светлую голову, но я не любитель некрофилии. — Резонно, — засмеялась она и села в машину. Он убрал пулемет назад и сел за руль. Вадик доехал до ее дома и остановился. Выйдя из машины, парень открыл ей дверь и проводил до квартиры. Остановившись, она теперь снова окинула его недовольным взглядом. Он, прожигая ее ненормальными глазами, огляделся в разные стороны. Убедившись, что никого нет поблизости, Вадик впечатал Яну в стену и страстно целовал ее губы. Они целовались до тех пор, пока у обоих не кончился воздух в легких. И тогда он, отдышавшись, начал целовать ее в шею, так медленно, обжигая своим дыханием. Яна, сдерживая себя, тихонько застонала, прикрыв глаза. Может, было бы к лучшему, если бы он занялся с ней сексом? Она завелась не на шутку и поняла, что хочет ощутить его в себе, залиться в этом страстном кайфе и, наконец, узнать, что же это такое, настоящий секс. — Хочешь меня, да? — она послушно кивнула. Было абсолютно плевать на последствия, и плевать на то, что скажут другие. Она просто хотела его морально и физически, в самой жесткой форме. Вадик отошел от нее, одел очки и ушел. Яна зашла в свою квартиру, захлопнула дверь и села около нее. Что это сейчас было? Это точно не сон? Лена и Тим сидели у подъезда. Вадик вылетел из него и тут же закурил. — О, привет, а ты… как тут? — Тим удивленно посмотрел на парня, который выдыхал дым в небо, поднимая голову наверх. — Так, по делам. По делам, по делам… — усмехнулся он и ушел в темноту. — Тим, нам надо серьезно поговорить, — Лена решила, что нужно расстаться с парнем. Она, может, любила его, но быть с ним больше не могла. — Нам надо расстаться. Я не могу встречаться с человеком, который скрывает от меня свою жизнь, — тихо произнесла Лена. — Леночка, ты чего? Что я от тебя скрываю? Спрашивай, что хочешь! Все расскажу! — Тим взял ее за руки и посмотрел ей прямо в глаза. — Хорошо. Что за таблетки ты берешь у Лизы? Это наркотики? — Тим тут же напрягся. Он отпустил руки девушки, расстегнул куртку и приподнял футболку. На теле парня красовалась рана, заделанная повязкой. — Господи, что это? — Лена обомлела от шока. Казалось, она даже говорить разучилась, поэтому просто смотрела на рану. — Меня подстрелили из травмата. Таблетки для этого. — Ты с ума сошел? Да что у вас там происходит? А если ты умрешь?! Пора прекращать эту игру в мафию! — Вот поэтому я не рассказывал тебе об этом. Это не просто игры в мафию. Это деньги. — И что? Умереть теперь за эти деньги? — Если надо, умру за эти деньги, понятно? — грубо ответил Тим. Лена тут же развернулась и хотела уйти, но парень взял ее за руку, развернул и крепко прижал ее к себе. — Иди в жопу, Тим, — крикнула Лена, пытаясь оттолкнуть парня. Но он крепко держал ее за руки и теперь так же крепко поцеловал ее. За такой сладкий поцелуй Лена готова была простить ему все. Даже то, что он держал от нее в секрете свою рану. Она еще попытается отучить его от перестрелок, но только не сейчас. Сейчас лучше она поцелует его.