Джунгли зовут

Пасмурное утро наступило совершенно неожиданно. В воздухе стояла духота, а синоптики во весь голос кричали про возможный ураган и ливень. Ира вскочила с постели, когда загремел гром. Она посмотрела на время — было всего лишь шесть утра. Антон тоже проснулся, почувствовав, как близко девушка прижалась к нему. — Боишься грозы? — спросил он, переворачивая подушку. Ира положительно кивнула головой в ответ и еще сильнее прижалась к Антону. Он крепко обнял ее и нежно поцеловал, уверяя, что все хорошо. В это грозовое утро Яна тоже не спала. Она смотрела в окно и перед ней стояла улица. Темная и прозрачная, с зелеными листьями на деревьях и такой же яркой травой. Капли громко стучали по крыше. Резко сверкнула молния, за ней последовал ужасающий гром, от которого заорала сигнализация чей-то машины. Вчера Вадик поцеловал ее. Можно ли воспринимать это всерьез? Как это вообще воспринимать? Стоит ли задумываться об этом? Хотя, она уже не может не думать о нем. Этот человек, словно вампир, он высасывает из нее всю душу. Он поражает тем, что может заставить Яну за секунду дрожать, как мышка, загнанная в угол. Она тут же начинает чувствовать прилив сил, энергии, смелости и тут же может потеряться в своих эмоциях, чувствуя один страх. Как же разобраться во всем? Снова загремело. Дождь полил сильнее. Это было уже девять утра, и Лиза смотрела в окно. Ее так же, как и Яну, посещали мысли о своей жизни. Последние несколько недель выдались слишком тяжелыми. Криминал. Тим. Колеса. Стрелка. Рана. Снова стрелка. Таблетки. Цыпа. Снова Тим. Это все жестоко давило. И сегодня Тим вместе со своей бандой снова идут работать. Им опять что-то надо перевезти. Что они натворят сегодня? Тим зашел в комнату и тут же перевел взгляд на сестру. Она сидела у окна. — Лиза, ты пойдешь с нами? — сейчас она выглядела мрачно. Стараясь не показывать брату переживания, она улыбнулась и кивнула. — Ты тоже чувствуешь? Словно предчувствие какое-то, — осторожно произнес брат. Лиза молча кивнула. Их молчание прервал звонок. Звенел телефон Лизы. Это был… Цыпа. Она непонимающе посмотрела на экран и взяла трубку. — Да? Тима? Сейчас, — она передала телефон и вышла из комнаты. В дверь зазвонили. Кого могло принести с утра пораньше? Лиза лениво открыла дверь и увидела девушку. Яна стояла в дверях и скромно улыбалась. Она выглядела так необычно. Джинсы, черная кожаная куртка и непонятная футболка, с огромным темным пятном возле шеи. — Привет, мне нужен Тим, — в этот момент парень вышел в коридор. Увидев Яну, он задался тем же вопросом, что и сестра. Что она тут делает? — Нужно поговорить, — словно услышав мысли Тима, Яна заходит в квартиру и проходит дальше. Они заходят в комнату все вместе. За окном снова слышны капли дождя. Этот дождь как будто предвещает что-то плохое, что-то ужасное. — Да, вчерашнее представление было интересным. Вадик впрягся за тебя, — произносит Лиза и следит за реакцией девушки, которая тут же напрягается, едва слышит это имя. Вадик. Чертов бандит, засевший в ее голове. Настоящий отморозок без мозгов и совести. Да, это то, что привлекает всех девочек. Ведь девочки любят плохишей. — Это… неважно. Вы идете сегодня вечером перевозить груз. Можно с вами? — она говорит уверенно, но предполагает, что парень ответит отрицательно. — Пойми, Яна, случиться может все, что угодно. А если что-то случится с тобой, то твой парень открутит нам голову, — усмехается Тим. — И не только, — добавляет Лиза. Яна смущается и краснеет. — Он не мой парень, — тихо произносит она, — я хочу пойти с вами. Клянусь, Вадим не узнает, — говорит Яна. Тим лишь кивает. — Где гарантия, что ты не сдашь нас в ментовку? — Тим поднимает глаза на нее. Он знает, что она не сделает этого, но удостовериться надо. — Т-ты… нет, обещаю, — она смущена в край. Слава Богу, что никто не знает о ее папе, подполковнике полиции, убитом в этом районе. Тим снова кивает и улыбается в знак согласия. Яна тоже улыбается и крепко обнимает его. — А откуда ты знаешь про вечер? — Я гуляла с Цыпой, — усмехнулась Яна и тут же поймала на себе недоверчивый взгляд Лизы. Может, даже ревнивый? И с чего Лизе ревновать? Нет, все нормально, она не ревнует. Ну, может чуть-чуть. Ладно, она чертовски ревнует этого отморозка. Он добивался только ее, и больше никто не смеет с ним гулять. Тим уходит из дома, оставляя сестру с Яной. Странная все-таки эта девчонка. Вадик никогда не впрягался просто так, и она знает это. Но отрицает все, что связано с ним. — Привет, — улыбается она так ярко и спокойно. Лена крепко обнимает Тима и целует его. — Привет, любимая, — он вытаскивает из-за спины цветы. На улице идет дождь, но, кажется, он не мешает этим двум наслаждаться обществом друг друга. — Ух ты, спасибо, — она снова целует его и обнимает. Все, что нужно ему для счастья. Никакие таблетки не заменят ему эту солнечную улыбку. Она встает перед ним и выставляет руки вперед. Он понимает, что Лена хочет от него. — Так… Новый браслет, да? — пытается угадать Тим. Лена кивает. — Красивый, правда? — Не красивее тебя, — она тает от его комплиментов. Вот бы всегда так. — Тим, а пошли сегодня вечером куда-нибудь? В кино, может, — умоляюще смотрит она. — Ну, малыш, ну ты же знаешь, сегодня вечером мы с пацанами едем… — Опять твои отморозки… понятно, — она вырывает свою руку и идет быстрее. Все понятно, Лена обиделась. — Леночка, ну прости меня, я зарабатываю так деньги для нас с тобой, — кричит он. — А нельзя как-нибудь честно это сделать? На работу устроиться? Почему нельзя это делать, как нормальные люди? — со слезами на глазах кричит она. Тим просто крепко обнимает ее и затыкает поцелуем, вытирая слезы из ее глаз. — Саша, когда ты вернешь Вадику свой долг? Неделя уже прошла, а действий никаких, — Цыпа стоит перед ним и выполняет свою работу. Теперь он выше, чем этот несчастный гаишник. И это безумно радует парня. — А твое какое дело, шкет? Молоко на губах еще не высохло, чтобы мне предъявлять. — Шкет, говоришь, — усмехается Цыпа. Он берет биту и ударяет по телу парня. Раз. Два. Три. За все хорошее, за все, что сделал этот мусор, — верни долг скорее. Это все, — улыбается Костя и уходит. Саша лежит на полу и стирает кровь на лице. Он еще отомстит. Он еще всем покажет. Наступает вечер. Дождь уже не льет так, как с утра. На бетонке собираются Тим, Жук, Гоша, Цыпа, Лиза и Яна. Костя неуверенно смотрит на Яну, отводит Тима в сторону и ругается, но вскоре успокаивается. Они подходят к тачке и чудом умещаются все вместе. Черт, как все странно, сейчас Яна оказывается в криминале. Она наблюдает за парнями, которые перетаскивают мешки и находятся в приподнятом настроении, когда садятся в машину. Если бы так было всю дорогу… — Так, это че такое? — томным голосом спрашивает Тим, когда видит сзади хвост из трех полицейских машин. — Какого хера? — Твою мать… — Валим, Цыпа, валим. — Нет, езжай ровно, как ехал. — Остановись, вдруг они не за нами! — заговорили все одновременно. — Завалитесь! Я даю газ, и мы валим! — крикнул Костя и все тут же замолчали. И Цыпа поехал бы дальше, если бы полицейский не подрезал его, а впереди не появилась бы еще одна машина, в которой был какой-то псих. Он перекрыл дорогу. — Че делать? — Бежать, — закричала Лиза, когда полицейский начал стрелять в колеса машины. — Так, на счет три все бегут в разные стороны. Раз, — начал считать Тим. В машину снова выстрелили, — два, — протянул он, нагнувшись. — Три! — крикнул Цыпа, и все выбежали из машины. Лиза и Костя побежали вправо, держась за руки. Тим и Жук понеслись влево. Яна и Гоша побежали прямо. — Стоять, суки! — этот голос был знаком и Яне, и Гоше, но сейчас было не до воспоминаний. Едва они собирались свернуть, как этот полицейский открыл огонь и выстрелил прямо в Гошу, который развернулся и закрыл собой Яну. — Гоша! — крикнула Яна. Времени не было, и она свалилась с ним в траву. Цыпа и Лиза услышали выстрел и крики Яны. Они хотели пробраться к ним, но были слишком близко к обочине, так, что их почти не заметили. — Твою мать, Гоша, — прошептал Жук, услышав крики. — Че стоишь, пошли быстрее в сторону Яны! Они где-то там, — шепнула Лиза Цыпе и крепко взяла его за руку. Костя лишь кивнул, и они начали тихонько пробираться по траве. — Выходите, гаденыши, я все равно найду вас, — произнес этот голос. Он был слишком знакомым. Кто же это, черт возьми? Лиза и Цыпа тут же замерли в траве. Через пару мгновений, убедившись, что они незаметны, поползли дальше. — Гоша, миленький, ты как? — взволнованно произнесла Яна. К ним тут же подбежали Цыпа и Лиза. — Твою мать, Гоша, все в порядке? — со страхом в голосе и комом в горле произнесла Лиза. — Сука, слишком больно. Спать хочется, — из раны текла кровь. — Гоша, не спи! — Цыпа начал приводить его в чувство, — что делать?! — Позвони дяде Валере… Лелик… — обрывисто говорил он и вытащил телефон. — Что замер, звони этому дяде Валере, — огрызнулась Лиза, придерживая Гошу, стукая его по щекам, чтобы он не потерял сознание. — Сука, денег нет. Гошан, миленький, терпи, сейчас, — Цыпа достал свой телефон и начал кому-то звонить. — Не давайте мне спать… Лелик поможет, — шептал он, закрывая глаза. Полицейские машины уехали, и Тим с Жуком подбежали к ребятам. — У нас плохие новости. Они украли товар. Весь, — сказал Тим. — У нас еще хуже. Гошу подстрелили. — Твою мать, Гошан, ты как? — Жук подошел к нему. — Больно, сука, — произнес он. — Алло, Вадик, это срочно. У нас проблемы… Прошло пять минут. Но текли они, словно вечность. И когда Вадик подъехал вместе с тремя машинами, то все обрадовались. Даже Яна, которая забыла о том, что ей нельзя здесь быть. Из трех машин вышли громилы, которые тут же погрузили Гошу в фургон. Тим, Жук и Лиза сели во вторую машину. Третья машина просто уехала. В фургоне было тихо. Яна и Цыпа сидели рядом с Гошей, не давая ему уснуть. Вадик сидел напротив и прожигал Яну своим злым взглядом. Он был не просто зол, он был в ярости. И непонятно, то ли от того, что украли товар, то ли от того, что Яна сейчас здесь, а не дома (на это у него были свои причины). Фургон остановился, и Гоша с Цыпой вышли. Костя постучался в дверь. Сонный дядя Валера открыл дверь. — Дядя Валера? Спасайте, срочно, — обеспокоенно произнес Цыпа. Он занес Гошу в комнату, пока Валера звонил Лелику. Она тут же примчалась. — Его ведь можно спасти, да? — спрашивает Цыпа. И Лелик, и дядя Валера молчат. — Пулю можно вытащить, но… он потерял много крови. — Гошан, но… можно же… переливание там. Я могу свою кровь отдать, если надо! Все, только спаси его! — кричал Цыпа. Пока они стояли здесь и ссорились, Гоша уже не различал никого и говорил только шепотом. — Цыпа… — тихо произнес он. Костя тут же обернулся. — Гошан, я спасу тебя, слышишь? Все будет хорошо, — со слезами на глазах произнес парень. — Это был Саша… — Что? — непонимающе смотрел Цыпа. — Это Саша… выстрелил… я его видел, когда обернулся… — его дыхание обрывалось после каждой фразы. Он медленно закрывал глаза. — Эй, парень, хватит, я тебя спасу! — кричал Цыпа. Гоша закрыл глаза. Костя кричал что-то неразборчиво. Дядя Валера молча стоял рядом. Из глаз его потихоньку катились слезы. Лелик пощупала пульс. Она тоже заплакала, что так необычно для нее. Дядя Валера держал Костю, пока тот пытался отбиваться и что-то говорить… Вадик и Яна ехали в этом фургоне. Сейчас здесь повисла настоящая гробовая тишина. Оба молчали и смотрели друг на друга. — Господи, только бы с Гошей все было хорошо, — тихо произносит она и смотрит в окно. — Один из парней, Жук, кажется, он видел вас. Тот маленький парень встал перед тобой, — спокойно произносит бандит. Он снова прожигает ее. Эти глаза, завораживающие своей красотой. Капкан, в который ты угодила, впивающийся в твою душу острыми стальными клыками. — Да, — со слезами на глазах произносит Яна. — А если бы его там не было? Ты, мать твою, представляешь, что могла умереть прямо там? — он не срывается, но его тон говорит о том, что это скоро произойдет. Яне нечего сказать. Она просто смотрит в пустоту в этой чертовой тишине, и плачет. Только сейчас она заметила, что они проехали ее дом. — Какого хрена? Куда мы едем? — вытирая слезы, говорит девушка. — Ко мне, — спокойно говорит он. Как будто это не он сейчас злился и готов был съесть Яну. Девушка снова замолкает и опять эта тишина. Словно когти, это молчание царапает ее душу так больно и ужасно. И эти противные мысли в голове, которые рождаются вместе с болью в душе. Едва зайдя в квартиру Вадика, она отмечает то, что вокруг царит холостяцкий беспорядок. Сама по себе квартира большая. Здесь есть гостиная, кухня, туалет и три спальни. Видимо, одна гостевая. Яна стоит в гостиной и осматривается. На диване валяются футболки, на паркете мокрая тряпка. И что-то меховое лежит на диване. Боже, это собака. — Не знала, что бандиты любят собак, — усмехается Яна, когда видит Вадика в комнате. Она садится к собаке и начинает ее гладить. Собачка ласкается и просит почесать свой животик. — Это Гром. Я нашел его у клуба. Какая-то сука отрезала ему яйца и выкинула, — он пододвинулся к Яне, которая играла с Громом, и протянул ей бокал. — Что это? — Коньяк. Выпей, — командует он, так четко и неповторимо. Яна слушается, забирает бокал и опустошает его, — хоть в чем-то ты меня слушаешься, — он встает и медленно отходит от дивана. Скидывает свою куртку на диван. — Ты меня не послушалась. Ты пошла с ними. Терпеть не могу, когда меня не слушаются, — вальяжно он подходит к зеркалу и лохматит свои волосы. Ему так идет больше. Гром спрыгивает и идет на кухню. Яна встает с дивана. Она принимает его вызов, подходит сзади и прижимается к бандиту. Кладет свои руки ему на плечи. Вадик перехватывает ее руки, разворачивается и страстно впивается в ее губы... Утро приходит слишком быстро. Цыпа стоит на бетонке. « — Я тебе кадык вырву, сучонок, — кричит Цыпа, пока его держит Жук. Гошу держит Тим. — Парни, я в шоке вообще, — произносит Тим. Цыпа смотрит лишь на Гошу с этой ненавистью…» В это невозможно поверить. Пару часов назад Гоша сидел сзади него, в машине, живой. А теперь… черт, это похоже на кошмарный сон. Хочется проснуться и оказаться где-нибудь подальше отсюда. Гоши нет. И он не ушел домой. Он не в детдоме. Он даже не в полиции. Он мертв. Гоша был единственным человеком, после Вадима, кому можно было довериться. Что теперь делать вообще? Как дальше жить? И, главное, в голове до сих пор крутятся последние слова Гоши. Это был Саша. Если это правда, то этому несчастному мусору не жить. Только, как узнать, правда, это или нет? А Саша сидел у себя на квартире. Он убил человека. Да, он стер все отпечатки, выбросил пистолет, но ему было страшно. Вдруг кто-то видел его и найдет. А если посадят? Как жить-то дальше? Два абсолютно чужих друг другу человека сидели в разных местах и думали об одном. Как дальше жить?