Лепестки алых роз.

Девушка вновь обессилено падает, её тело элегантно и легко опускается на каменный пол и выглядит, как прекрасный уснувший цветок. У принца скрипят зубы, впервые он так сердится, хотя сам и не понимает причины своей огромной злости, ведь он всегда считал, что ему никто не нужен и ни один человек для него ничего не значит, а сейчас ему хочется разнести этой бабе череп из-за такого обращения с Фран. На пол упали длинные и тонкие иглы, которые стояли до этого в вазе, когда иллюзионистка падала, она умудрилась их задеть; звук удара металла об камень раздался по всему замку. - Могла бы хоть её отпустить, - скрипя зубами, выдавил из себя Потрошитель, за что получил кнутом по щеке. - Она сама не захотела уходить, - Смерть облизнула губы, впиваясь взглядом в кровоточащую щёку жертвы. - Ты перешла предел. Бельфегор зашипел, но конец кнута уткнулся в его шею и не давал возможности говорить, разве что задыхаться. - Ты смеешь возражать в такой ситуации? – её холодное дыхание неприятно ощущалось на щеке. - Мы ещё не сдались.. – резкий удар сзади и женщина отлетает на пару метров. - Молодец, Фран, - наконец-то на лице парня появилась улыбка. - А?~ С каких пор Вы научились определять, где иллюзия, а где настоящий человек? – девушка наклонилась и начала ковыряться иголкой в замке наручников. - Не первый день живу, давай шустрее, пока она не очнулась, - блондин бросил взгляд на убийцу, быстро пододвигая ногой рассыпавшиеся иголки поближе к себе. - Семпай, а не могли бы Вы не утыкаться в мою грудь? – наконец замок щёлкнул и наручники с грохотом упали на пол. - Сначала отрасти её, а потом возмущайся, - Бел рыкнул и быстро взял в руки десять иголок. - Это вместо ‘ спасибо’? – иллюзионистка поднялась и отряхнула колени. В миг к шее носительнице кольца ада прикоснулись холодные пальцы и сжали её горло. Секунда, другая, плащ вместе с хозяйкой отлетает к стене, прикрепляясь к ней иголками. - Ши-ши-ши, время отплатить тебе той же монетой, - широкая улыбка на лице Потрошителя таит в себе не только безумие, но и жажду мести. Одна, две, три, четыре, пять, шесть, семь. Сколько уже иголок проткнуло остриём её тело? Фран сбилась со счёта и где-то в душе сочувствовала ей. Женщина не кричала, не корчилась от боли, казалось, что она также бесчувственна, как и иллюзионистка. На её животе красовалась надпись ‘Prince The Ripper’, иголки сверкали, отражая пламя факелов. - Теперь пришло время и мне сказать тебе.. ‘Падай’, - принц кидает последнюю иголку и улыбка исчезает с его лица, - Идём, Земноводное. Лягушка ещё раз взглянула на Смерть и поспешила за Семпаем, который уже шёл по коридору, где ветер дул сильнее, чем на улице. - Падай?.. – раздался шёпот в тиши, и факелы погасли, - Не в этот раз, мальчик.