Двадцать четыре часа (2015)

«Мистик Фоллс свободен. Ты где?» — Слава богу, всё получилось, — облегчённо вздохнула Кэролайн, получив сообщение от Елены. Теперь оставался только Стефан. Увидев приближающихся Клауса и Бонни, она снова поцеловала Стефана и вышла из машины. — Клаус, всё получилось. Как насчёт Стефана? — взволнованно спросила она. — Почему ты считаешь, что я должен ему помогать? — Первородный изобразил удивление. Кэролайн невольно закатила глаза. — Потому что он умирает, а вы когда-то были друзьями, — понимая, что это слабый аргумент, она пустила в ход приём, проверенный временем: — А ещё ты любил меня, и это тоже что-то да значит. — Дорогуша, — усмехнулся Клаус, — ты уже в прошлом, как и твой друг. — Он мне не друг! — вспыхнула Кэролайн. — Уже нет, — добавила она чуть спокойней. —Пожалуйста! Я умоляю тебя. Я сделаю всё что угодно, только спаси его. Или укуси меня, и я тоже умру. Мне не нужна вечность без него! — Клаус, поторопись, — вмешалась Бонни. — Он вот-вот перейдёт на Другую Сторону. Я это вижу. — Клаус, пожалуйста! Я сделаю всё для тебя, только спаси его! — Кэролайн больше не могла сдерживать слёзы. Сейчас она действительно была готова на всё. Ничто не имело значения, кроме Стефана. — Вы стоите друг друга, — горько улыбнулся Клаус. Всего несколько лет назад Стефан пожертвовал всем ради спасения своего брата. А теперь ради него Кэролайн готова принести в жертву собственную жизнь. «Всё, что я вижу, — это Стефан и Елена», — вспомнил он свои слова. Давно он так сильно не ошибался. Именно Кэролайн, которую он так привык беречь для себя, оказалась лучшей партией для Стефана. — Быстрее... — торопила Бонни, переходя на Другую Сторону. Клаус стремительно подошёл к машине, открыл дверь, резким движением приподнял Стефана, одновременно прокусывая своё запястье, и дал ему крови. Кэролайн забралась в машину со стороны водителя — ей нужно было быть рядом. Наконец, Бонни увидела, что Стефан остаётся в нормальном мире, а Клаус почувствовал, что он начал пить. Он внимательно смотрел на своего друга из прошлого и признавал, что не мог бы поступить иначе, а если бы не успел прийти на помощь, то долго бы ещё не смог себе простить гибель младшего Сальваторе. Решив, что дал достаточно крови, Клаус убрал запястье, и Стефан, оставшись без опоры, вновь упал на колени Кэролайн, засыпая. Рана на его шее начала затягиваться. Осторожно высвободившись, Кэролайн выбралась из машины и пошла вслед за Клаусом. — Спасибо, — сказала она ему. — Я твоя вечная должница. — Перестань, дорогуша. Стефан когда-то был мне как брат. Так что будьте счастливы. И держитесь подальше от Французского квартала. — Он сделал шаг вперёд, поймал её взгляд и использовал внушение. — Забудь всё, что было между нами. Я никогда не любил тебя, а ты никогда не любила меня. И постарайся не облажаться со Стефаном. Он заслуживает счастья, — с этими словами Клаус растворился в ночи. *** — Надеюсь, сработало? — поинтересовалась Женевьев. — Разумеется, — самодовольно ответил Клаус. — Где кольца? — Вот, для тебя и Хейли, — ведьма передала ему два серебряных кольца. Одно, массивное, было с лазуритом, а второе, более изящное и маленькое — с гианитом. — Спасибо, — скупо поблагодарил Клаус и поспешил домой, надеясь, что Хейли, которая должна была его дождаться, ещё не уснула. Час ночи, разумеется, детское время, но Хейли в последнее время вела себя как образцовая будущая мамочка. Решение окончательно отпустить Кэролайн Форбс далось ему нелегко, но сейчас, глядя на задремавшую Хейли, он осознал, что это решение было единственно верным. Он подарит своей волчице кольцо на рождение дочери. Вот только бы это случилось после полнолуния… — Клаус? — Хейли, каким-то образом почувствовав, что он рядом, открыла глаза и приподнялась на локтях. — Привет, — он не смог удержаться от улыбки, любуясь её растрёпанными волосами. Вот он, его главный луч света — женщина, что носит под сердцем его дитя. Такой нежности Клаус ещё не испытал за свою чудовищно долгую жизнь. Обняв Хейли, он мягко поцеловал её в щеку, а потом они осторожно соприкоснулись лбами, на миг прикрывая глаза. Почему они разглядели друг друга только сейчас? Почему не замечали раньше? Хейли отстранилась первой: дочка опять начала пинаться. Клаус присел на кровать и обнял её сзади, прижимая ладони к животу. — Как мы её назовём? — спросила Хейли, расслабленно откидывая голову на его плечо. — Хоуп? — помолчав немного, предложил Клаус. — Она с самого начала была нашей надеждой. Надеждой снова стать семьёй. — Замечательное имя, — улыбнулась Хейли, и девочка вновь заворочалась, словно подтверждая, что ей нравится это имя. — Ты останешься со мной? — Как пожелаешь. Впервые за долгое время Хейли действительно почувствовала себя находящейся в безопасности. Она нашла свой дом, и он был вовсе не рядом с волками. Он был рядом с Первородными. И особенно — с Клаусом.