Jet Black Heart

      — Господи, Хейтмич, мог бы придумать что-нибудь оригинальнее. — я усмехнулся и перелез на переднее сиденье. — Знаешь, хороший способ заманить меня обратно в Лондон, но сколько бы мы не провели время вместе с Китнисс, она останется для меня другом и если ты все еще думаешь, что я испытываю к ней чувства, то ты сильно ошибаешься. Поверь мне.       — Заткнись, Мелларк! Просто заткнись. — разъяренно сказал Эбернети и послышался шум. — Если ты все еще не изменился и остался тем же дебилом, то я вообще зря тебе позвонил. Китнисс ждет от тебя помощи. Ладно, пока, сынок, у которого все еще не появились мозги.       — С чего бы ей нужна моя помощь? — спросил я, тяжело вдыхая. — У всех есть мозги, если ты не знал.       — У всех, но многие, как например ты, не умеют ими пользоваться. — съязвил Хейтмич. — Китнисс в опасности. Я тебе об этом талдычу уже минуту, Пит!       — Как она может быть в опасности? — скучно протянул я. — Разве Гейл не смог уследить за ней?       — Вот же ты идиот! — зарычал Эбернети. — Послушай меня внимательно, ты — олух, который все еще находится в заднице Великобритании и сидит в своей машине, скучно спрашивая, что случилось с Эвердин, даже сейчас не можешь стать серьезным! Гейл, защитник Эвердин, в больнице, у него сотрясение мозга, сломана нога и пулевое ранение в плече, а Китнисс, за которой, как ты выразился не смог уследить Хоторн, находится непонятно где. И мы нихрена о ней не знаем: жива она или ранена, голодает или сыта. — закончил свой монолог он. — Так что быстро собрал свои вещи и побрякушки, быстро сюда приехал! Давай, шевелись!       — Я не смогу приехать так быстро. — я, наконец осознав всю ситуацию, вмиг стал серьезным и начал напряженно думать, как добраться до Лондона. Если учитывать то, что я довольно-таки отдалился от города, то мне ехать дней пять или больше. — Я смогу приехать через пять-шесть дней, Эбернети.       — Ага, мозги твои заработали, это уже хорошо. — произнес мужчина и закашлялся. — Я могу выслать вертолет, скажи, где ты находишься.       — В том-то и проблема! — воскликнул. — Я без понятия, где нахожусь.       — Я беру свои слова обратно, кажется, твои мозги никогда не заработают. — вдохнул мужчина. — Ты кретин или как?       — Хотя… подожди-ка минутку… — я достал из кармана чек из мотеля, где заселился. — Я недалеко от города Оксфорда, могу вернуться туда.       — Вертолет будет через шесть часов, надеюсь, ты успеешь.       К тому времени, когда я достиг города, уже было далеко за полночь. У меня еще было время, поэтому я собрал сумку, ведь придется оставить машину здесь. На улице была гроза: капли дождя постукивали по крыше автомобиля, через стекло были видны размытые очертания домов и улиц. Я глубоко вдохнул. Я делаю это только из-за того, что попросил Хейтмич и я не смог отказать. Да, Китнисс, возможно, являлась мне другом, но не настолько сильным, чтобы я мог бросить все дела и помчаться к ней. Скорее, она была мне знакомой. Если бы она действительно являлась мне другом, а может быть, родным человеком, то я бы узнал об этом быстрее, и уже давно был в Лондоне, разыскивая девушку. К сожалению, а может, и к радостью, Китнисс не была для меня родным человеком.       Ее характер давно бы выбесил меня. Эвердин не умеет одеваться так, чтобы мужчины хоть немного обращали на нее внимание. Неуместные шутки в напряженной ситуации, когда например, в тот раз, когда мы с Хоторном обсуждали план. Если она кого-то приметила, то ей надо срочно измениться, потому что будущий муженек, возможно, в дальнейшем будет жалеть о своем выборе.       Гроза не заканчивается, наоборот, дождь льется с новой силой и я с неподдельным удивлением замечаю, как горожане маленького городка Оксфорда начинают выходить из домов. Они совсем с ума посходили? Кто в такую погоду выйдет из дому, прямо под дождь?       Я открываю дверцу машины и выхожу под дождь, замечая, что не только взрослые входят из теплых домов, но и дети. Маленькая белокурая девочка, лет пяти, выходит прямо на дорогу, и только сейчас я замечаю везде туман. Ее легкое беленькое платьице немного подбрасывает вверх из-за сильного ветра, смешанного с ливнем.       Я щурюсь, пытаясь разглядеть что-нибудь через туман и дождь. Мои волосы стали мокрыми, с них уже стекает вода, одежда повисла на мне и теперь только усложняет движения.       Кажется, что дождь лишь начинает лить с новой силой только лишь моим движением. Куча людей собралось около девочки. Она кружится и до меня доносится ее смех — звонкий и чистый. Но, с временем, звонкий и радостный голосок белокурой перерастает в нечто другое. На этот раз девочка смеется как-то странно. Зловеще. Ее смех вполне бы сошел на хохот сумасшедшего убийцы из фильмов.       Я оглядываюсь. Никого рядом со мной нет, а смех той девочки становится громче. Чувствую, как начинаю дрожать от холода. Надо срочно сесть в машину. Здесь, как оказалось, в сумасшедшем городе, вообще нельзя оставаться на улице, где ходят люди под дождем, а точнее, под ливнем.       — Пит.       Я слышу голос, но не могу поверить самому себе. Голос доносится сзади, но я даже боюсь повернуться. Спокойно, мне просто показалось. Наверное.       — Я скучала. — доносится до меня. Я не поворачиваюсь. Боюсь. Страх сковал мое сердце, мне страшно не из-за родного голоса, которого, по идее, я не должен был слышать никогда в жизни. Мне страшно от осознания того, что повернувшись, я не обнаружу дорогого мне человека.       — Ты не хочешь меня видеть? — снова спрашивает. Я закрываю глаза, начинаю считать до десяти. Это просто воображение. Этого нет. — Ты нашел мне замену, Пит?       — Нет. — я не открываю глаза. — Тебя здесь нет… Ты не тут. Тебя не существует.       — Я тут. — на мое плечо опускается рука и сжимает. Я жмурюсь. — Теперь… Я всегда буду рядом с тобой.       Я резко поворачиваюсь. Туман пропал. Дождя нет. Людей нет. Белокурой девочки в белом платьице тоже. Никого, абсолютно никого нет. Зато я чувствую, как плачу. Поправляю волосы, а затем замечаю пилота. Он что-то говорит и указывает рукой в правую сторону. Там, вертолет, который доставит меня в серый и скучный Лондон.       Веселье и поездки по разным городам Великобритании заканчиваются. Но я не собираюсь ставить на этом крест. Как только помогу Эвердин — отправлюсь в другие страны. Главное - не оставаться в Лондоне.       И все это произошедшее… Странно и ужасно. Я все еще дрожу. То ли от холода, то ли от голоса девушки, которая обещала, что всегда будет со мной.       Оливия. Оливия Джейсон.

***

      — Что он тут делает?       Это была моя первая фраза, как только я увидел Одэйра, который так удобно развалился на диване. Я не буду с ним работать, хоть убейте.       — Помогает мне. — пожал плечами Эбернети, возвышавшийся перед столом с бумагами, как гора. — Есть жалобы на его персону? Выкинь их в свою воображаемою корзинку в головушке, и быстро помогай мне.       — Ты меня, наверное, не понял. — говорю я, стискивая зубы. — Я не хочу работать с Финником Одэйром, потому что он в прошлом, ты уже знаешь, спал с моей девушкой.       Хейтмич устало поднимает на меня взгляд.       — Она сама не была против. — доносится из стороны дивана. — Кстати, сама предложила, так что не во мне вина. Ты знаешь, как трудно удержаться мужскому организму от такого соблазна.       — Вот же ты…       — ЗАТКНИТЕСЬ! — заорал Эбернети. — На данный момент нас связывает одна цель: найти Китнисс, а не драться из-за Джейсон. Она в прошлом, а сейчас — настоящее. Так что, засуньте свои обиды в зад, и быстро начните помогать мне.       Не знаю, возможно, крик Эбернети отрезвил нас обоих, но я решил помочь. Эвердин, хоть и была скучной во время нашей поездки, но она в скором времени одна поддержала мою безумную идею. И, кстати, была соучастницей.       На столе Хейтмича лежали разные бумаги с пропажами многих людей. Я взял один документ в руки и открыл первую страницу.       Имя: Джеймс.       Фамилия: Дорн.       Дата рождения: 4 августа 1990 года.       Диагноз: сильнейшая клаустрофобия.       Причина диагноза: с раннего детства мать Джеймса Дорна — Линнет Дорн, в наказание запирала сына в кладовке. В 2005 году состояние пациента стало лучше, и боязнь закрытых пространств на некоторый момент исчезла. В 2013 году Джеймс Дорн, находясь в закрытом помещении, в лаборатории Доктора Беннета, и разрабатывая новые сыворотки, у Дорна началась паническая атака. После вколотого транквилизатора, Джеймс Дорн был доставлен в клинику «Yellow Light.» В 2015 году, 24 июня, бесследно исчез в переулке между улицами Баккер и Бейкер — Лон. В данный момент, полиция продолжает поиски.       — Что это? — обращаюсь я к Хейтмичу. Тот забирает бумагу из моих рук.       — Это твой одноклассник. Учился с тобой, после, перевелся — не смог стерпеть насмешки. Не помнишь?       Покачал головой. Я взял коробку с документами и уселся в кресло. Ну, что ж, начнем.       Имя: Лолли.       Фамилия: Лилин.       Дата рождения: 25 августа 1989 года.       Диагноз: арахнофобия.       Причина диагноза: Лолли Лилин подверглась террористическим действиям в зоопарке, который был открыт в 1998 году. На этот момент Лолли — дочка Лорейн Лилин, была в отделе насекомых. Стекла, под влиянием шума и землетрясения, разбились. Множество насекомых окружило маленькую территорию отдела, в котором находилось лишь 5 человек — Мэтт Джейсон и его сестра Оливия Джейсон, сами Лорейн и Лолли Лилин и Джейк Ламберт. Вход в отдел заложило, но через два часа спасатели вытащили всех. У Лолли обнаружилась острая боязнь насекомых в школе, в 2002 году, на уроке биологии. Лолли Лилин увидела насекомых на странице учебника, и у девочки началась истерика. В скором времени, в декабре 2003 года, мисс Лилин была помещена в клинику «Yellow Light.» Вышла из клиники в 2009 году. Исчезла в 2014 году, в декабре. Считается бесследно пропавшей, но поиски продолжаются.       Имя: Джейми.       Фамилия: Кинскберг.       Дата рождения: 20 августа 1985 года.       Диагноз: галеофобия, гидрофобия.       Причина диагноза: В 2010 году брат Джейми Кинскберга — Оливер Кинскберг уговорил Джейми пойти на серфинг. Оливер Кинскберг был атакован акулой, впоследствии чего, умер. После произошедшего, Джейми Кинскберг вел себя спокойно, но во время похода со всей его семьей на пляж, начал вести себя невыдержанно и нанес повреждения многим членам семьи. После этого, с согласия родственников, был отправлен в клинику «Yellow Light.» Вышел в 2015 году. Бесследно исчез в апреле 2016 года. Поиски продолжаются.       Имя: Кейт. Фамилия: Миллиган. Дата рождения: 8 августа, 1995 года.       Диагноз: орнитофобия.       Причина диагноза: Во время прогулки, в 2010, Кейт Миллиган была атакована стаей птиц. Как выяснилось позже, птицы — вороны, были чем-то отравлены и из-за чего вели себя неадекватно. На протяжении трех лет не выходила из дому, и, с согласия родителей, была отправлена в клинику «Yellow Light.» Вышла из клиники в 2015 году, в апреле. Исчезла в мае 2016 года, бесследно. Поиски были остановлены родителями.       — А это уже интересней, — произнес я, открыв другой документ. — Ну что ж…       Имя: Китнисс.       Фамилия: Эвердин.       Дата рождения: 12 августа 1993 года.       Диагноз: акрофобия.       Причина диагноза: В 2010 году, Китнисс Эвердин с ее одноклассниками отправились на лыжный курорт. Из-за старого оборудования, горнолыжный подъёмник остановился. Более тридцати людей застряли на высоте, превышающей сорок метров. Неисправность не могли исправить более четырех часов. Позже выяснилось, что у мисс Эвердин началась истерика в подъемнике рядом с другом Гейлом Хоторном. В 2013 году добровольно прошла лечение в клинике «Yellow Light.» Вышла из клиники через три месяца. Бесследно исчезла в 2016 году, в середине июля.       — Есть одна зацепка, — произнес я. — Все пропавшие проходили лечение в клинике «Yellow Light»…       — И вышли оттуда через год или же через три месяца, как Китнисс, — продолжил за меня Одэйр, обрывая. — Но эта клиника давно заброшена и поэтому у нас нет никакой зацепки.       — Вообще-то есть. — я усмехнулся. — Мы можем спросить о них у Доктора Сноу, который и основал эту клинику. А также, мы знаем, что их всех объединяют фобии и все они были рождены в августе.       Финник закатил глаза:       — Вот незадача: Доктор Сноу умер. Так что нет у нас зацепки.       — Зато у нас есть его заместитель, который, к счастью, не умер. — процедил я. — Прекрати быть пессимистом, ты портишь мне весь настрой.       — Настрой? — переспросил Одэйр. — Минут пятнадцать назад ты готов был свалить отсюда из-за моего присутствия, и даже не принимал Китнисс, как друга, а лишь как знакомую, которая путешествовала с тобой по дохлым городкам Лондона. Ты должен помочь ей хотя бы из-за того, что она почти что потеряла друга, опровергнув теорию изнасилования, на суде. А также, она сняла с тебя всю вину, по поводу того, что это ты убил Джейка Лимса, Грега Мартина и Лиама Коннора. — закончив свою гневную тираду, Одэйр поднялся с дивана и пошел в сторону выхода. — Подумай над этим, Мелларк.       Громко хлопнув дверью, Финник исчез с моего поля зрения. Я повернулся к Хейтмичу, который пил виски и изучал документы:       — Что это с ним?       Пауза. Хейтмич делает большой глоток из стакана.       — Они стали очень близки. Почти как лучшие друзья за все это время. — он в упор смотрит на меня. — Китнисс нашла с нами общий язык, но я чувствую, что она все равно еще не доверяет нам. И, Пит… подумай над словами Финника.       Я встаю с кресла и бросаю документ на стол, идя к выходу. Единственное, что в последнее время делают люди — указывают. Я вполне в состоянии решать сам, что мне делать.