Глава 21. «Купидон-Киоссе». Толик Цой.
12 июня 2016 г., 23:59
Сомневаюсь, что из затеи Никиты выйдет что-то хорошее.
— Так, кто это тут сдаваться собирается!? С твоим настроем — только лечь и умереть! Ты БУДЕШЬ бороться, ОБЕЩАЙ МНЕ!!!
Пообещать не трудно, а вот выполнить... Далеко не всё зависит от нас. Но этот дурище пока не понимает совсем элементарного. Хотя... он ли один?
Тёма с Кисой уехали раньше нас на машине Влада. Это означало, что возвращаться нам с Рамчиком придётся на такси. Когда прибыл автомобиль, Рамм сел на переднее сидение, я — на заднее. Весь далёкий путь до дома я косился на любимого. В ушах стояли слова «Великого Комбинатора» — Никиты Киоссе:
— Я только вот чего не пойму: почему Влад этого не видит!? Он либо слепой, либо глухой, либо, извини, тупой.
Я усмехнулся своим мыслям. И правда, даже Никита разглядел то личное, что я пытался спрятать, а ты, красивый мой, не смог. Ты не слепой и не глухой. Ты так до сих пор и не заметил моих чувств, потому что ты... глупый.
Ссоры ссорами, а кровать у нас с тобой одна!.. Вот и легли по её краям два глупых человека — я и ты. Далеко, чтобы даже спинами не касаться друг друга. Как будто кто-то воздвиг стену на середине постели, и из-за этой преграды он не может увидеть меня.
***
Ещё два дня Влад был так близко и одновременно далеко. Со мной он ни словом не обмолвился. Постоянно уходил, звонил Мише, после этого возвращался в приподнятом настроении. Впрочем, я не собираюсь убиваться по нему, пока он наслаждается обществом Романовой. Я его люблю, но у меня, блин, тоже есть гордость! Хотя я вспомнил о ней только сейчас... —… «MBAND» у нас в гостях! — да, у нас снова эфир. На этот раз — на канале «Europa-Plus TV». Когда я сел на один из высоких стульев, Владик приземлился рядом. Я отвернулся, чтобы как можно меньше его видеть. Первый вопрос — естественно про дебютный клип «Она вернётся». Рассказываю и замечаю, что Рамм косится на меня. Не обращаю на него внимания: не время, не место и не те уже отношения… Киса с Артёмом вновь нашли, о чём поспорить: — Буквально три месяца назад мы его сняли, снимали двадцать один час… — Каких три месяца, ты чё? — перебил Тёма. — А сколько!? — Месяц. — Господи, да какая разница!? Ты думаешь, вообще кто-нибудь слушает нас здесь щас??? — засмеялся Никита, а вслед за ним — все, кто находился в студии. Влад уткнулся лицом в моё плечо, и всё-таки заставив меня перевести на него взгляд. По руке, на которую он, смеясь, прилёг, побежали мурашки. Уже следующие несколько секунд я озадаченно слушал любимого. Что это значило? Когда Артём представил всем телезрителям главного героя клипа — Никиту, я попросил всех похлопать ему и, вроде, немного расслабился. Потом по скайпу связались с девочкой… Вероникой, кажется. Она спросила: «Любили ли вы учиться в школе, списывали ли домашние задания и прогуливали ли её?» — Всё кроме первого. Первое — нет, всё остальное — да! — выкрикнул Рамчик, чем заставил всех заржать, — Я учился в школе… ну, мягко сказать, не очень. — «Мягко сказать», — мы все дружно его подтроллили, а он, жестикулируя, продолжал: — Просто мне не нравилось! Математика мне вообще не давалась, ещё как-то по гуманитарным предметам было более или менее… Я прогуливал, честно скажу. Маму вызывали в школу… Ну, листочки из дневника вырывал, двойной дневник вёл, с учителями ругался. Просто они меня не понимали… За что люблю интервью: узнал о моём любимом ещё немного нового. Затем «примерный школьник» Никита Киоссе, рассказывал о том, как проходят его ученические будни. Потом Пиндюра поведал о том, что в школе он, в принципе, учился хорошо. — Фуууу, — Никиту не поймёшь: сам же фукает, и сам в эту же секунду обнимает Артёма. Хотя нет: его фраза предназначалась, скорее всего, Рамму. — А я вообще не только школу закончил, а ещё и университет, молодые люди! — со смехом сказал я, — Проблем у меня не было, и учителя ставили мне в основном оценки автоматом. — Никто из вас не мог меня поддержать? Я что здесь, самый тупой, получается??? — возмутился Раммчик. «Ну, есть немного,» — злобно подумал я. — У меня больше нет вопросов. Я бы хотела сказать: «Влад, я тебя люблю!» — смутилась Вероника. Эх, не она одна… На признание девушки я заметил, что плохих парней любят всегда больше. — Кто бы говорил, — парировал Влад и вновь облокотился на моё плечо. Почему он так часто это делает??? Говорили и о взаимоотношениях в группе. И, естественно, все дружно обнялись. — Мы знаем друг друга… — начал Влад. — Как никто другой, наверное, — продолжил за него Никита. Ох, не знаю. Я уже ничего не знаю… Ещё был вопрос: «Влад, ты в первый же день покорил сердце Веры Брежневой своим поступком. Ты специально это задумал эту акцию, чтобы стать любимчиком Веры?» — Вы знаете, я не думаю, что этим поступком я прям уж-таки и покорил сердце Веры Брежневой… Я… Да, я… — улыбался он, будто хотел сказать «пытался». — «Да, я покорил сердце,» — я в шутку говорил, будто от его лица — «Не, я не старался… Да, я покорил!» — я поджал руки, корча из себя скромного героя-любовника. — Я просто хотел ярко появиться. Толик-то и так, у него всё на лице написано, — он снова прижал меня к себе… Ничего не понимаю! — А вот тут одна девочка написала, что у Влада есть какой-то фирменный ход «гусеничкой». Что это? — спросил ведущий Денс Десюк. — Фирменный ход? Я думаю, это всё, что у меня есть фирменного, — встал он, — Давайте, ребят, все вместе! Цой, вставай! — он потянул меня за руку, потому что я остался единственным сидевшим. Пришлось встать. Тем более, я — не печенье, чтоб ломаться!!! — Какими бы супергероями вы бы хотели быть, и каких способностей вам не хватает в жизни? — Я бы хотел иметь возможность раскрывать сильно глаза. Я же горизонтально вижу намного больше. У меня просто «пиратская картинка»: сверху и снизу такие чёрные пробелы! — самоирония — наше всё. — На что бы вы не пошли ради славы? — Не стали бы геями! — крикнул я. Ну ведь я же не соврал! Во имя любви — да, а вот в угоду популярности — нет! — Да, моральные принципы! — поддержал меня Рамм. — Это, кстати, только вы озвучили, — заметил Десюк. Я в шутку отодвинул стул подальше от Влада, но вскоре вернул его обратно: люблю же! Но его странное поведение сбивает меня с толку. Что ему нужно!?***
—Толь, ну ты же умный! Не тупи, — Киса, как всегда нетерпеливый, уже полчаса растолковывает мне, — Влад всё это делает исключительно потому, что хочет пойти на мировую!!! — А я, может быть, не хочу. Мне надоела моя зависимость от его настроения. — Толя, — на мою голову опустилась диванная подушка, — Вы — два идиота! Я понимаю, сказал он тебе, конечно, очень жестокие слова. Ну и что!? Слова же ничего не значат!!! Вы же помиритесь потом всё равно! — Не помиримся… И хватит меня избивать! — Моя гостиная — моя территория! — гордо заявил Никита. Ну да, сидели мы как раз на том диванчике, что служит ему постелью. Артём, как обычно, был в это время в тренажёрке, а Рамма где-то с Мишей черти носят… Контролирую очередной укол ревности. — Просто извинись перед ним. Ты ведь тоже напартачил! Кстати, как планируешь потратить деньги??? Вопрос был, кстати, интересный. Помните, когда мы с ребятами покусились на святое Константина — его алкоголь, Меладзе наказал нас лишением гонорара за семь выступлений? Так вот, на первый раз он нас простил и вернул заработанное. Оно-то хорошо, вот только куда такую уйму потратить!? Я на первый-то гонорар уже второй месяц живу. — Без понятия. — А Влад как раз нуждается в деньгах… — Киоссе прижал подушечку к груди, упёрся в неё подбородком и лукаво мне улыбнулся. — Намекаешь?.. — Прямо говорю. Он примет твою помощь. Несмотря на его обиду, ты ему нужен, — убеждённо кивнул Киса, — И не бойся: я уговорю Тёму, и мы тоже подтянемся!!! Я согласился. Всё-таки, доля разума в его предложении есть. Убиваю двух зайцев: помогу Раммчику, и заодно помирюсь. У него и так проблемы… А я, дурак, Никите всё растрепал! Сегодня всей группой решили устроить что-то вроде маленького Нового Года, праздновать же не вместе будем! В комнату стащили все атрибуты праздника: еду, ёлку, подарки друг для друга… Ну, и, конечно же, музыку включили! Но танцевали только мы с любимым: Тёма как раз включал пёстрые радужные огни на дереве, а Киса, естественно, ел сладкое. — Подвинься, — Пиндюра сел рядом и потянулся к сладостям. — Штупай в шопу, — набил себе щёки Мелкий, — Жашем тебе это? — Для тебя стараюсь, Мелочь! У тебя на шоколад скоро аллергия будет! Мы ели, прикалывались, говорили… И Никита… Впрочем, смотрите сами. Артём рассказывал, как он познакомился с Димой Биланом: — И он мне говорит… О, Боже! — Тёма удивлённо уставился на дверь и замолчал. — Больше вам ярких пятен в жизни! — всё-таки зря я подарил Кисе набор из тушей, мелков и прочей красящей ерунды для волос! Причём, из всех возможных цветов и оттенков Малой выбрал самое невообразимое решение: выкрасил причёску в фисташковый цвет, — Толик, я в восторге от твоего подарка! Слава Богу, эта хрень легко и просто смывается… Влад позвал нас в гостиную, раскрывать коробки, развязывать бумагу и ленты — в общем, узнавать, кто кому что дарил. Правда, мой презент я вручил Киоссе раньше. — Ха-ха, Тёма. Очень смешно, — с сарказмом заявил самый младший член нашей маленькой компании, растягивая в руках плед с котятами. — Эй, вообще-то, это я покупал! — обиделся Рамм. Он взял меня за руку, подвёл к зелёной красавице и положил мои ладони на другой свёрток. Тоже плед. Со слонами. А у Артёма — с ящерицей. — Никита ведь говорил, что лучший подарок для человека, которого любишь — одеяло, — оправдывался мой любимый. Я ничего не ответил. Просто обнял, и всё. И плевать на ссору! — Он совсем простой. Если не хочешь — можешь не носить, — я протянул ему небольшой футляр. Там был маленький кулон-талисман на чёрном шнурке, — Это на удачу, — выдохнул я. Влад усмехнулся и надел верёвочку себе на шею. До нас доносились голоса Артёма и Никиты: — Извини, я совсем не умею подбирать подарки, — Киса покраснел до самых корней нежно-фисташковых волос, — Но ты говорил, что он тебе нужен… — Чехол для мото? Непромокаемый!? Спасибо тебе, Мелочь! — Пиндюра обнял ярко-красного Никиту и негромко добавил: — Мне понравился, правда… Твой подарок вон тот. — Ого, самая большая коробка! — радостно подпрыгнул Киоссе. — Только потому, что ты самый мелкий. Малой извлекал наушники, две колонки, футболку и… — А причём тут жвачка «Love is…»? — Ешь их, когда чего-то захочешь, и твои желания сбудутся. — Рамм! — Киса поспешно отвернулся от Тёмы и кивнул мне: «Пора!» — Влад, — я чувствовал себя неуверенно. Я хочу ему добра, но вдруг мы обидим его этим поступком? Он же такой гордый… — Я… Мы знаем, что у тебя неприятности, и один ты их не разгребёшь. При этом, мы очень хотим тебе помочь и можем только так. Прими это от нас, — я протянул ему конверт. Любимый заглянул и пришёл в ступор: — Ребят… Вы уверены? — Да, — твёрдо сказал Никита, а Тёма закивал головой, — Возвращать их не нужно. Толя рассказал мне про ситуацию твоего отца. Не сердись на него. Он сделал всё правильно… В конце концов, «MBAND» мы или не «MBAND»!? — Ребят, — Влад выглядел растроганным, — Простите меня за все мои косяки. Вы — самые классные друзья!!! — Раз, два, три!!! — мы повторили наш «концертный ритуал»: сложили свои руки на ладони друг друга и разбили. Нам повезло, что мы выиграли именно в таком составе, потому что слова «MBAND» и «Дружба» для нас — не пустой звук… … Никита уже спит, Артём разговаривает по скайпу с родителями. А мы с Владом — на кухне. Рамм даже вызвался помыть со мной посуду. Уже где-то полчаса слышен только скрип тарелок. Я немного побрызгал себя водой. Скоро я поеду домой, и отдохну… Рамчик накрыл своей рукой моё плечо. — Я давно хочу сказать тебе… Извини. Я не должен был это говорить, и я действительно виноват. Прости меня. Ведь ты — тот человек, который как никто меня знает, и всегда на моей стороне. Ты самый отзывчивый! И не отвернёшься никогда… — он обнял меня. Киса был прав: слова ничего не значат. Как же он в меня верит!!! — И ты прости меня, пожалуйста. Я тоже с тобой обошёлся совсем не ласково. Боль причинил… Я больше никогда так не буду! Влад отлип от меня, усмехнулся самыми красивыми губами на Земле и мягко подтолкнул меня к окну. На небе уже появлялись звёздочки. Сжав мои плечи, любимый произнёс: — День и ночь. Добро и зло. Ты и я.***
—Да ладно! — шептал шокированный Киоссе, — Не знал, что у Рамзеса такие проблемы с родителями… Я промолчал. Ну а что тут скажешь!? Слегка облокотился на кухонный стол. — Впрочем, тебе это даже на руку, — Никита отхлебнул чаю. — То есть? — Толя! Ну смотри: отец не мог быть с ним рядом, с отчимом они друг друга терпеть не могли, дед постоянно его долбал, а мама выбрала новую семью. А Владу уже девятнадцать! Да ему сейчас надо только одного!!! — Чего!? — Любви, Толя! А ты ему можешь её дать!!! И вы будете вместе! — Это невозможно, — горько засмеялся я, вдыхая горячий пар: Пиндюре пора бы прийти из комнаты и помешать суп на плите. — Ещё как возможно! Или ты в школе Теорию Вероятности не учил, умник!? «Все благоприятные случаи делить на все возможные.» Два возможных варианта — «получится» и «НЕ получится», и один благоприятный. В итоге, имеем вероятность вашего с Раммом счастливого будущего: пятьдесят процентов, что не так уж и мало!!! — весело улыбался Мелкий. Эх, Никита!!! Мне бы хоть немного твоего оптимизма… — Ты, главное, действуй!!! — он по-дружески хлопнул меня по плечу, — Постарайся занять все его мысли так, чтобы в его голове был только ты. Ну а вообще — общайся с ним побольше!!! Топай к нему! Подойди под каким-нибудь предлогом. — Да не гони ты меня с нашей общей кухни! Как мне, блин, к нему подойти??? — Лучше всего обычным способом — пешком! — глубокомысленно заявил этот недо-гений. — И что я ему скажу!? Что-нибудь наподобие «Влад, сколько сейчас времени»? — с иронией спросил я. Киоссе не заметил подкола в моих словах и защебетал дальше: — Да, что-то обычное вполне подойдёт. А лучше — сделай ему комплимент. То, что ты скажешь, всегда должно быть приятным. — И не всегда — умным! — добавил я, намекая на самого Кису. Но тот вообще не обиделся. Он щёлкнул пальцами и указательные уставил прямо на меня: — Я рад, что ты со мной согласен, друг! Артём наконец-то подошёл к печке. Лицо Никиты сообщило: «Бери пример с меня», и в следующий же миг Киоссе уже ложкой зачёрпывал содержимое кастрюли. — Киса! Не наглей, подожди, когда сварится! — Мммм, какой у тебя вкусный суп, Тёма! Может, мне замуж за тебя выйти!? Я чуть не поперхнулся компотом от таких заявлений. — Вернее, за мои супы? Ты дебилоид, Киоссе! А если я подумаю — и возьму тебя в мужья!? — хмыкнул Пиндюра. Я прихлёбывал свой напиток погромче, делая вид, что не слышу их спор. — Тогда я обещаю быть самым любящим супругом! — Никита наполовину засунул столовую ложку себе в рот и сверху вниз мило посмотрел на предмет своего обожания. — Боже, Киоссе! Ты не только наглый, ты ещё и прямолинейный!!! Думай, что говоришь. И отойди от печки, а то обожжёшься! — Я — не Боже, не надо на меня молиться! — ну это же Никита: не может промолчать! Мелкий приземлился на табуретку с удручённым лицом. Я только хмыкнул: пикап-мастер, уровень «бог»! Но… я же старше него, мудрее! Может, у меня всё получится лучше? Я как никогда широким шагом пошагал к нам с Рамчиком в спальню. Уверенно открыл дверь. Любимый раскинулся на кровати и смотрел какую-то фигню по телевизору. — Влад! — позвал его я. Ну щас я ему скажу!.. — Да? — он оторвал взгляд от телика и сейчас смотрел только на меня. Моя уверенность значительно поубавилась, а голос упал куда-то в желудок, — То-оля!!! — Рамчик, у тебя такие красивые… джинсы… Где ты их купил? Мне хотелось провалиться сквозь землю, убежать пешком в Казахстан. Но куда этот человек без меня!? — Ах, джинсы!? — он совершенно искренне смеялся, — Ну давай вместе съездим и купим тебе такие же? Но только после отпуска, ладно!? А то я уже не помню, где я их покупал… Я смог произнести «Спасибо!» и не упасть в обморок. Я же не кисейная барышня! А всего лишь неудачник… Киоссе уже шёл в свою гостиную. Я подцепил его под локоть и рассказал результаты своего «пикапа». Киса просто фонтанировал эмоциями: — Знаешь, Толя… Я ещё не дошёл до такого уровня гениальности! Похвалил его джинсы!.. Впрочем, всё очень хорошо, ты молодец!!! Результат превыше всяких ожиданий!!! — Да что ж хорошего!? — разозлился я на этого мелкого, довольно лыбившегося «Купидона». — Он пригласил тебя поехать вместе в магазин! А там ты его можешь потащить куда угодно! Это ж как свидание… почти! — Точно, — смутился я, — как свидание… А я раньше и не задумывался, что назначить романтическую встречу, оказывается, так просто… — Назначить-то просто, сложно сделать так, чтобы была ещё одна! — спокойно заметил выходящий из кухни Пиндюра.***
Двадцать седьмое декабря. Константин сделал для нас лучший подарок: отменил все новогодние выступления, корпоративы и предоставил нам двадцать замечательных дней отпуска. Артём и Влад улетели ещё вчера, а я только сейчас застёгиваю чемодан. Рейс через шесть часов. — А вот это ты не забыл? — Киса чуть не придушил меня моим же новым пледом. — Киоссе, между прочим, вот это смахивает на неуважение к пенсионерам! — но одеялко я с собой всё-таки возьму. Понадобится. — Я знаю. Ты почему вчера не сел пообедать с Раммом, Тёмой, со мной!? — Ну я же настоящий корейский мужчина!!! Верный, любящий и кормить не надо… — с сарказмом заявил я. Вновь обретя мою любовь, я теряю его. Две недели без него… Жду и боюсь. — Не отчаивайся. Ты должен быть смелым и сильным, — Мелкий очень тепло меня обнял. Он вытащил из кармана джинсов одну из жевачек, подаренных Пиндюрой. Хмыкнул: — У меня сестра вкладыши из «Love is…» собирает. Итак, пусть каждый из нас на этих новогодних каникулах будет счастлив!!! Раскрыл… — ОГОСПОДИЖТЫБОЖЕМОЙ!!! — Никита с ногами запрыгнул на спинку дивана. У меня ёкнуло сердце. Что произошло? —Смотри… Смотри… — задыхаясь, он протянул мне вкладыш… с улыбающимся изображением Артёма и надписью: «Любовь — это… … радоваться, что Артёмка Пиндюра в M-Bande. :-) »
