Добро пожаловать в любовь.

— НУ, ЧТО, Р-РЕБЯТА, ДОИГРАЛИСЬ??? ТЕПЕРЬ И МОЙ ЧЕРЁД Н-НАСТАЛ...       Мы сидим впятером в маленькой гостиной. Я и остальные члены группы «MBAND» на диване, а наш дорогой и достопочтенный продюсер возвышается над нами в кресле. Замечаю, что его постоянное заикание постепенно сходит на нет. Зрительно беру лицо Кости крупным планом — он очень злой. Мне кажется, ещё одно наше слово, и он начнёт бегать по стенам так, что никакой Человек-Паук рядом не стоял, и бросаться в нас танками, а внешне будет похож на какого-нибудь огромного монстра из серии игр «PROTOTYPE». Или же проявит милосердие и придушит нас нахер, чтобы просто уменьшить наши муки... Ну, а мы что? Заслужили...       Рядом со мной — Толик, и взгляд у него, как у дебила, честно. Убил бы!!! Рамм сидит между ним и Никиткой, вжимаясь в наш светло-кремовый диван. Выглядит забавно. Надо будет сказать этому чудаку, что в чёрном он с диваном всё равно не сольётся. Хотя это его желание мне понятно, каждому из нас хотелось сейчас больше всего убежать от Кости. Раздался глухой стук: Никита, чтобы отвести душу пнул ногой диван. Хана мальчику! Константин уставил на него свои хищные дьявольские глаза, но через секунду же отвёл их. — Я ВАС, СУКА, ПРОСИЛ! УМОЛЯЛ, ВАШУ МАТЬ!!! Но меня уже это всё бесит. Я разрываю контракт с группой «MBAND», —последнее предложение он проговорил негромко, но веско.       Что!? Охренело переглядываюсь ребятами: у Цоя кожа стала почему-то зеленоватой, волосы Никиты стали дыбом и напомнили мне ирокез, который примерно год укладывали, Рамм вообще находился в полуобморочном состоянии. Если вам интересно, что случилось, и как мы докатились до жизни такой, я начну свой рассказ с самого начала.       И не с того начала, с которого Бог создал небо и землю, мужчину и женщину, а с того, что из этого получилось. В 2014 году мы-таки стали «MBANDом». С тех пор нам предстояло покорить эстрадный Олимп, что, давалось не так легко, как задумывалось изначально. Конечно, «раскрутка — наш друг», но помогла она нам, уж извините, только благодаря шоу «Хочу к Меладзе». Именно оно и сделало из нас сенсацию. Но! Это было только началом, притом, весьма неуверенным: всего одно выступление полным составом в гранд-финале, одна песня в репертуаре и клип на неё же. На этом далеко не уплывёшь. Вот и пытался дорогой наш Константин Шотаевич «протиснуть» нас везде где можно, и нельзя. Так начали мы шляться по всей России.       Тогда-то я и понял, каково это: быть звездой. Женского... кхм, присутствия нам явно не хватало. Я-то ещё мог потерпеть, но вот у Влада больше всех яйца чесались: надо было видеть, как ненасытно и жалобно он смотрел на девок-кассирш в общепите. Напоминал Елену Воробей: «Ну возьмите меня!» Смешно до слёз.       И даже простую проститутку снять нельзя: знаменитость, бля, журналисты ещё запалят, и прощай, популярность! Последней нашей надеждой были девочки из группы «Виа Гра». Влад вставал в 2 часа ночи, чтобы спешно одеться, ёбнуться головой об дверной косяк, приложить дофига усилий, чтобы незамеченным съебаться из отеля, «удуть» в ближайший цветочный магазинчик, осветить своими горящими от недотраха глазами тёмную комнату девушек. И я-то уж каждый раз думал: «Ну всё. Дошёл до финала наш юный герой»... Но ведь нет!!!       После третьего такого Владькиного ночного приключения к нам пришёл разбираться Костя. Он-то, конечно, ясно понимал, что Рамм преодолевает каждую ночь такие большие расстояния не просто для того, чтобы всего лишь пожелать полураздетым фигуристым девчатам спокойной ночи! В общем, Костя дал нам всем понять, что отныне вход в спальню к «Виа Гре» для нас закрыт. — Так-то это пиздец, конечно, полный, — жаловался я по этому поводу Никите. Тот ведь молодой, может понять! Тогда мы поехали на гастроли вместе с нашим продюсером и Верочкой Брежневой, остановились в одном большом городе, где наши выступления должны были длиться неделю. Костя по непонятной причине посчитал более мудрым не бронировать номера в отеле, а снять трёхкомнатную квартиру. В каждую комнату распределили по два человека. Нам с Никитой досталась небольшая светлая комнатка с двуспальной кроватью. Сей разговор случился, когда я и Киоссе разбирали вещи. Для моих шмоток я отбил два верхних ящика высокого комода, три часа аккуратно извлекал одежду из чемодана, перекладывая их в ящики, любуясь своей работой. Никита почесал затылок и решил, что подобное развлечение не для него. И нашёл выход, такой же простой, как и всё гениальное: раскрыл свой огромный объёмистый рюкзак и высыпал содержимое прямо на пол. После недолгого фейерверка из футболок и носков, он быстро напихал ими нижний ящик, и уже лежал на огромной кровати (да чтоб у меня дома такая ж в спальне стояла!), пока я долго и неуклюже раскладывал трусы. — И что? — хмыкнул он, кладя руку себе под голову. Я слегка офигел: — Это ж нечестно!!! Ведь группа «Виа Гра» для того и создана, чтобы во время выступлений зрителям поднимать... не только настроение! — деликатно заметил я, на что Киоссе задорно хихикнул, рукой отбросив русые волосы назад. И чего он так? Смутил даже. —Правда ведь! — пристыженно прибавил я и вздохнул: — Да ведь и наша группа — история из цикла «Девочки, выжимайте труселя».       И чего он хохочет? Обычно мне говорят, что у меня плоские шутки. Странный человек... —Блядь! — впервые слышу из уст нашего «ребёнка» недетские слова. — Чего? — подскочил я к кровати. На меня испуганно смотрели его тёмные, хрен их знает, какого цвета, глаза. — Я ведь только вспомнил! — он по-кошачьи перекатился на край и почти скрылся под кроватью, — Вот! Только не говори никому, — он вытащил из рюкзака какую-то старую большую книгу — Просто у меня бессонница. Без неё не смогу уснуть, — смущённо прошептал он. Мой взгляд скользнул по обложке. «Война и Мир». Ну конечно! — Только вот она порвалась, — расстроился мой страдающий бессонницей приятель. И правда: корешок переплёта упрямо отходил от туго связанных страниц, — У тебя скотч есть? — Нет, но не беда! — я полез в чемодан, отдал Никите маленький тюбик супер-клея (одно из моих главных сокровищ) и объяснил: — Четыре года назад я уронил гитару и у меня отломался кусочек от грифа. Но я воспользовался этим клеем — и даже сейчас, спустя четыре года держится! — И долго будет действовать? — не поверил мне Никита. — Пока динозавры не воскреснут. Или пока хоть у кого-нибудь из нас не будет секса, — со смешком пообещал я. Я взял у него книжку, и быстро приклеил корешок. — Потрогай, — я подвинул его палец на то место, куда намазывал клей. — Ух ты, тепло! — он удивлённо отдёрнул руку. Открыл книгу: — Вроде, починил. Спасибо, сегодня я высплюсь. Взамен проси, что хочешь! — Хочу, чтобы ты мне отдался! — снова не очень смешно пошутил я. — Совсем сдурел!? — Никита с ногами забрался на постель. Как девочка, ей -богу. — Да не бойся ты, я не из «голубцов», — похлопал я его по плечу. — Если б в самом деле... — хмыкнул он.       Пиздец!!! За кого он меня принимает? Охренел, что ли, сопля малолетняя!? Какой я, к чёрту, педик? Да он сам на пидараса похож. Уебу! — Ещё одно слово — и грохну! — предупредил я. — Ты первый начал, — пожал он плечами перед тем, как получить от меня подушкой и заткнуться на целый вечер.       ...С выступления мы вернулись уже поздно ночью. Да, и только ради одного такого вечера стоило терпеть месяц без секса! Зал был полон визжащих девушек, света и шума. Ребята пели круто, да и я тоже справлялся. Кроме нашего первого хита мы спели «Ещё подождём», старую песню группы «БиС» — «Нет, нет, нет» и ещё несколько из созданных Константином Меладзе. К тому же, наши фаны ещё долго нас не отпускали. Я не думал, что их ТАК много.       Да и само ощущение нахождения на сцене... Это лучше любого адреналина, это лучше любого секса! Вот почему я так этого хотел, я понял.       Но вечер сменила ночь. Я лежу на кровати и смотрю на отражения в зеркальном потолке нашей с Киоссе тёмной комнатки. Вот он, уже крепко спит слева от меня. Придя, даже не разделся и не притронулся к «Войне и Миру». Смешно за ним наблюдать через потолок. Ощущение, как будто нас тут не двое, а четверо лежит в полумраке. Он сопит, как свернувшийся клубком кот. Вот чуть заворочался и оттопырил верхнюю губу. Чудак.       Пускай спит. Поворачиваюсь на правый бок... и чувствую, что что-то большое и тяжёлое упирается мне в спину. Кажется, его лохматая башка... А, фиг с ним!       Из соседней комнаты слышен скрип кровати и сдавленные «охи» и «ахи». Кажется, это из той, где ночуют наш продюссер и Вера...       Блядь, ну я так и знал! Я же знал, что они мутят! Догадывался, а то ведь Костя строил из себя ледяного, когда Брежнева была рядом... Оказалось, что сердце Константина Меладзе тоже не камень.       И всё-таки слегка завидно: почему, у кого-то есть секс, а у кого-то рядом только спящий Киоссе!? По мне, так правила обязательны для всех. А если нет, то никакие правила вовсе не нужны!       Той ночью я не спал. С одной стороны — интересные шумы за стеной, с другой — голова Никиты, давящая на мою спину... Печально.