Чёрное и белое

      «Где я?»       Усаги с трудом открыла глаза. Болела голова. Обстановка медленно обретала чёткость. Огромный зал с мраморными колоннами и каменным полом, вычурными диванами и креслами выглядел внушительно, но за огромными окнами не было ничего, кроме непроглядной тьмы.       «Что это за место? Что произошло?»       Память возвращалась по крупицам, будто нехотя.       «Сколько времени прошло?»       Усаги попыталась встать. Тело было слабым, непривычно тяжёлым и непослушным, мысли путались. Медленно приподнявшись, она осмотрела себя.       «Что? Что это за платье на мне? Я ведь...»       Они отправились в будущее, в разрушенный Хрустальный Токио тридцатого столетия, и сражались с демоном. С ней были её возлюбленный Мамору — Такседо Маск — и Сейлор Венера. А она была Сейлор Мун! Но сейчас вместо боевого костюма на ней роскошное белое платье из блестящей атласной ткани, расшитое золотом — длинное, тяжёлое и неудобное. Откуда оно? Усаги пошевелилась и нащупала рукой что-то мягкое. Оглянувшись вокруг, обнаружила себя на огромной кровати с мягкими бархатными подушками.       «Это что, королевские покои? Но где я? Я не должна здесь быть! Я должна спасти друзей!»       Усаги прошиб холодный пот. Серебряный кристалл, её единственное оружие! Где брошь с кристаллом? Без неё нельзя превратиться в Сейлор Мун! Дрожащими руками Усаги стала сбрасывать на пол многочисленные подушки, и вскоре почувствовала в ладони прохладную и такую родную брошь. Распахнула крышку: Серебряный кристалл был на месте, и она чуть не расплакалась от облегчения.       «Нужно перевоплотиться! Я не знаю, где я, но должна выяснить! Должна!»       Усаги медленно, с трудом поднялась, оглядываясь вокруг и сжимая в руке брошь. Необыкновенно роскошный зал с богатой обстановкой казался нереальным из-за тупой головной боли, очертания предметов расплывались. В конце зала она увидела нечто светящееся, что сначала приняла за иллюзию, но, сфокусировав взгляд и присмотревшись, увидела что-то вроде голограммы, изображавшей... её саму лет двадцати, в длинном платье, похожем на платье принцессы Серенити, её прошлого воплощения из погибшего Лунного королевства. В белоснежных волосах копии сверкала драгоценными камнями корона.       «Может ли это быть? Это... Я?»       От удивления Усаги на секунду забыла о том, что собиралась превратиться в воина. А в следующий момент за её спиной послышались мягкие шаги, и она вздрогнула, безотчётно прижав к груди брошь с Серебряным кристаллом.       — Не думаю, что брошь тебе поможет. Не на этой планете, — раздался вкрадчивый голос, в котором чувствовалось ледяное спокойствие и жёсткость. Это был опасный голос, и по спине пробежали мурашки, ведь Усаги даже не заметила, как кто-то появился в зале.       Голос был знаком. Она глубоко вдохнула, собирая всю смелость, и обернулась. Около огромной украшенной резьбой двери, небрежно прислонившись к стене, стоял молодой мужчина с красивым благородным лицом, на которое падали пепельного цвета волосы. У него была очень светлая кожа, почти прозрачная с серым оттенком; выглядело так, будто он никогда не бывал на солнце. Глаза его цвета тёмного льда, холодные и почти неподвижные. В ушах серьги из чёрного кристалла, такие же, какие носили их новые загадочные враги — Рубеус и призрачные сёстры. На нём бело-голубой костюм, украшенный росписью, и длинный плащ с застёжками из драгоценных камней. Это тот самый человек, который похитил её из Хрустального Токио. Он что-то сделал, и она не могла отвести взгляд, а потом наступила тьма. Что стало с остальными?       — Понравилась голограмма?       Усаги не смогла вымолвить в ответ ни слова и просто смотрела. Мужчина подошёл ближе и произнёс торжественно, обводя взглядом зал:       — Добро пожаловать в мой дворец на планете Немезида, в дом братства Чёрной Луны. Чувствуй себя как дома, Сейлор Мун. — Он в несколько шагов преодолел разделявшее их расстояние и наклонился вперёд, пристально глядя в глаза Усаги своим ледяным взглядом. — Или ты позволишь называть себя будущей Нео королевой Серенити? Это имя подходит тебе куда лучше, моя красавица.       Усаги отпрянула, сердце бешено колотилось. Значит, на голограмме действительно она, её будущее! Но кто все эти люди, кто их новые враги? Что за братство Чёрной Луны? Почему они охотятся за маленькой Усаги, их с Мамору будущей дочерью? Зачем напали на Хрустальный Токио? Вопросы всплывали с чудовищной скоростью, но было трудно сконцентрироваться из-за головной боли.       Мужчина вышел в середину зала и отвесил издевательский поклон.       — Я — принц Алмаз из братства Чёрной Луны. Присядь, я желаю с тобой говорить.       Он взмахнул рукой, и Усаги почувствовала, как её тело, повинуясь воле Алмаза, вновь оказалось на постели в окружении мягких подушек. Усаги ощущала себя беспомощной и потерянной.       — Вопреки недавним событиям ты быстро пришла в себя. Серебряный кристалл делает тебя необычайно сильной. Я предполагал. Но на моей планете он тебе не поможет.       Это имя! Принц Алмаз... Немезида! Усаги сжала кулаки и постаралась собраться с силами.       — Я знаю, что это ты! Тот, кто напал на Хрустальный Токио будущего и разрушил его!       — Совершенно верно, — невозмутимо кивнул Алмаз, с интересом наблюдая за своей пленницей.       — И ты так просто говоришь об этом! — Усаги схватилась за голову. — Но зачем? Погибли люди, всё в руинах, это же... Это ужасно... Я не понимаю! Зачем?       Она почувствовала, как на глаза наворачиваются злые слёзы, но сумела себя сдержать. Алмаз слушал спокойно, похоже, не испытывая никаких эмоций.       — Я всё объясню, спешить некуда. — Он усмехнулся, проигнорировав отчаянный взгляд Усаги.       Принц Алмаз пересёк зал, легко опустился в одно из кресел, стоявших недалеко от кровати, и заговорил.       — Тебе известно, что жизнь членов королевской семьи на Земле длится тысячу лет? — Он мечтательно прикрыл глаза, но через секунду резко устремил колючий ледяной взгляд прямо на Усаги. — Слишком долго для человека, правда? Но это объясняет жестокость Нео королевы Серенити.       — Что? — Усаги перебила его, не сумев сдержаться. — Жестокость? — Она вскочила с постели, но Алмаз небрежным жестом вернул её обратно. — Королева не может быть жестокой! Это же... Это же будущая я! Я такой никогда не буду!       — Никогда не говори «никогда», — усмехнулся Алмаз. — Долгая жизнь испортила не только королеву, но и её дочь.       Это было уже слишком. Что могло быть не так с маленькой Усаги?       — Да что ты несёшь? — У Усаги голова шла кругом. Внезапно появилось очень реальное ощущение того, что ничего этого не должно происходить, и пришлось сделать резкий глубокий вдох. Стало немного легче.       — О, Юная леди — настоящая проблема нового Серебряного тысячелетия, — усмехнулся Алмаз, проигнорировав её состояние. — Ты же сама была в тридцатом веке и видела крольчишку, ничего не насторожило?       — Она просто испуганный ребёнок! Что не так?       — То, что королева родила дочь в возрасте двадцати двух лет. Сейчас принцессе девятьсот лет, но она совсем не выросла, а её сознание до сих пор остаётся на уровне восьмилетнего ребёнка. Разумеется, она не может использовать Серебряный кристалл, в то время как тысячелетняя жизнь короля и королевы подходит к концу.       Усаги потёрла глаза. Она не готова была слушать всё это. Это... Не по-настоящему. Что за странное чувство? Реальность будто ускользала из-под пальцев, и, чтоб хоть как-то удержать сознание, пришлось сконцентрироваться на словах Алмаза и начать думать. Действительно, король Эндимион, которым станет в будущем её любимый Мамору, говорил, что королева родила дочь в двадцать два года, но Усаги не придала этому значения. Выходит, если маленькая Усаги не повзрослеет до того, как закончится жизнь короля и королевы, Серебряным кристаллом никто не сможет управлять. Страшно подумать, что тогда произойдёт, ведь на его силе держится всё могущество Хрустального Токио и всего мира будущего. И всё просто рухнет? Но...       — С чего ты взял, что Нео королева Серенити жестока? — Усаги решила задавать вопросы. Казалось, что если замолчит, в ту же секунду весь мир обрушится в небытие. И ещё хотелось как можно больше узнать о своём будущем «Я».       Алмаз холодно улыбнулся.       — Потому что именно королева виновна во всём происходящем, виновна в том, что я и мои братья и сёстры не родились на Земле. Я расскажу о Немезиде. Но сначала ответь: знаешь ли ты, что у всего в этом мире есть противоположность? Добро и зло, любовь и ненависть, чёрное и белое?       Усаги злилась, не в силах понять, к чему все эти разговоры, почему принц Алмаз сразу не убил её, что ему нужно? Что вообще происходит? Из-за звона в ушах было тяжело собраться с мыслями, и странное чувство в груди мешало дышать. Усаги казалось, что нужно говорить хоть что-то, отвечать, не дать сознанию потухнуть, и она попыталась ответить на вопрос:       — Конечно, знаю! Но добра и света должно быть больше, чем тьмы. Я стремлюсь к этому! — она посмотрела Алмазу в глаза и постаралась вложить в свои слова так много чувств, как могла, чтобы он понял её.       Но он только рассмеялся.       — Как это наивно, Сейлор Мун! Но в этом вся ты, и ты прекрасна, когда так смотришь на меня. Твои глаза говорят лучше всяких слов.       Усаги смотрела на Алмаза непонимающе, но он не обратил внимания и продолжил:       — Моя родная планета Немезида существует с давних времён, но долгое время о ней никто не знал, потому что она себя скрывает, путешествуя сквозь время и пространство, поглощая космическую пыль и газ, словно чёрная дыра. И я думаю, она появилась, когда ты впервые использовала силу легендарного Серебряного кристалла на Земле. По сути своей Немезида — это Чёрный кристалл, по силе равный твоему Серебряному, но его сила другая. Предназначение Немезиды — уравновесить силы во Вселенной.       — Уравновесить? — Усаги непонимающе уставилась на Алмаза. — По-твоему уничтожить Вселенную — это значит уравновесить?       — Я сказал то, что хотел, — раздражённо бросил он. — Земля — это планета, которой нет равных. На ней всё находится в равновесии, и так было всегда. На Земле не место таким сильным вещам, как Серебряный кристалл, это убивает её. Но правители Хрустального Токио никогда не задумывались об этом, считали себя всесильными, думали, что им можно всё! Тогда мы, братство Чёрной Луны, захотели сбить с них спесь, доказать, что Чёрный кристалл сильнее Серебряного. И как же просто это оказалось! Но теперь Земля лежит в руинах, и мы понимаем, что простое разрушение не имеет смысла. Наши планы поменялись. Мы родились и выросли на Немезиде, но теперь хотим, чтобы Земля, эта прекрасная и изобильная планета, принадлежала нам. Мы отправились в прошлое, чтобы уничтожить Серебряный кристалл до того, как будет создан Хрустальный Токио, и переписать историю. Поскольку королева создала Хрустальный дворец и утвердила свою власть на Земле в двадцать один год, думаю, мы выбрали правильный момент. Сколько тебе сейчас? Семнадцать?       — Какая чушь! — Усаги не могла поверить в его слова, это же абсурд! — Уничтожить Серебряный кристалл, переписать историю? Безумие! Что это даст? Разве долгая жизнь, безмятежность, счастье, отсутствие войн — это плохо? Мой Серебряный кристалл даст людям всё это, он может исцелять, дарить жизнь, возрождать! Это не может быть злом, не может убивать Землю!       Усаги чувствовала, будто вот-вот потеряет сознание, но Алмаз, кажется, совсем не замечал её состояния.       — Ха, думаешь, после создания Хрустального Токио не было войн? — он скептически приподнял бровь. — Свобода и вечность — не что иное, как утопия. Нельзя давать людям полную свободу, и нельзя давать им вечность. Люди должны умирать, а продлевать им жизнь с помощью Серебряного кристалла — это святотатство, это против Бога. Ты правда не понимаешь?       — Ты сумасшедший, — Усаги было страшно. Шум в голове становился сильнее. — Как ты вообще... Люди не должны умирать! Те, кого мы любим, никогда не должны уходить!       — Наивная... — мечтательно и слегка нараспев произнёс Алмаз. — Именно такой была королева в первые годы правления. Я изучал историю возрождённого Серебряного тысячелетия и анализировал её поступки. Только взойдя на престол, она — то есть ты — пыталась создать идеальный мир с помощью силы легендарного Серебряного кристалла. Однако вскоре мир попытался восстановить нарушенное равновесие, породив жестокого диктатора. Он родился в Хрустальном Токио и был человеком, но обладал сверхъестественными способностями. Королева не захотела казнить его и отправила на обнаруженную благодаря сильному тёмному излучению Немезиду. После планета была запечатана, а людям строжайше запретили приближаться к ней.       Немного помолчав, Алмаз вкрадчиво спросил:       — Как считаешь, насколько доброй может быть королева, которая, вместо того, чтобы убить человека, — пусть он даже, несомненно, преступник, — ссылает его на чёрную загадочную планету, обрекая тем самым на неминуемую и мучительную смерть просто потому, что не захотела испачкать руки кровью?       Усаги потрясённо молчала, хватая губами воздух как рыба, выброшенная на берег. Она не знала, что на это сказать. Она действительно так поступит в будущем?       — Впрочем, — продолжил Алмаз, даже не глядя на её реакцию, — будущее уже меняется. Ведь ты убила моих сестёр с помощью Серебряного кристалла, а Нео королева Серенити в своём прошлом не делала этого.       Усаги сильнее сжала брошь, так, что побелели костяшки пальцев. Это была её связь с реальностью. Она убила призрачных сестёр, да, но она защищала тех, кто ей дорог!       — Кто из нас более гуманный? Ты, убившая моих сестёр, или я? Твоих воинов я ещё не убил.       — Они живы? — воскликнула Усаги. Она почувствовала, как тяжёлый камень упал с груди, стало легче дышать, она почти позабыла всё, что только что говорил Алмаз. — Скажи мне, где они?       — Ты не ответила на мой вопрос, — жёстко оборвал Алмаз. — Они живы, этого достаточно. Скажи, кто из нас более гуманен? Сейлор Мун.       Он выжидающе уставился на Усаги, и она сжалась под этим взглядом. Братство Чёрной Луны уничтожило Хрустальный Токио и всех его жителей, а Усаги убила только призрачных сестёр. Но теперь ей хотелось уничтожить и Немезиду тоже.       — Усаги. Меня зовут Усаги, — пробормотала она, — и я считаю, что то, что вы делаете, нельзя оправдать. Я не знаю, кто более гуманен, но верю в то, что делаю, потому что все мои поступки основаны на любви и вере в добро!       Алмаз удовлетворённо кивнул.       — Я ожидал такого ответа от тебя... Усаги.       Он криво улыбнулся уголком рта.       — Хочешь узнать что-то ещё? Времени у нас полно.       Усаги колебалась. Конечно, хотелось знать, где девочки и как они. Она так скучала! Хотела вернуться домой, поскорее убраться из этого странного места, но понимала, что Алмаз не отпустит просто так.       — Расскажи о братстве Чёрной Луны, — обречённо сказала она. — Как вы оказались на Немезиде?       Алмаз расплылся в улыбке. Он прекрасно видел, что Усаги не хочет его слушать, но ему было всё равно.       — После того, как Нео королева Серенити отправила на Немезиду преступника, прошло около сотни лет, но ей так и не удалось построить идеальный мир, хотя она ещё верила, что это возможно. Тогда всё шло не так: в Хрустальном Токио происходили беспорядки, устроенные теми, кто не хотел жить долго и принимать очищение Серебряным кристаллом. Эти люди сопротивлялись очень жестоко и тоже обладали сверхъестественными способностями, заключить их под стражу было невозможно. Конечно же, королева решила изгнать их с Земли.       — Изгнать с планеты? — Усаги уставилась на Алмаза, и её захлестнула волна ужаса. — Но куда?       — Странно, что ты спросила! Конечно, на Немезиду, после чего королева вновь её запечатала. Но она была по-своему великодушна и предоставила бунтовщикам выбор: очищение Серебряным кристаллом либо ссылка на Немезиду, но они выбрали второе. Эти люди и основали братство Чёрной Луны.       Усаги обхватила себя за плечи. Она не могла поверить в то, что говорил принц Алмаз, но в глубине души допускала, что это может оказаться правдой. Снова перехватило дыхание, и пришлось сильно ущипнуть себя, чтобы не потерять ощущение происходящего.       — Как они выжили на Немезиде? — спросила она, стараясь дышать ровно.       — Шансы погибнуть были велики. На этой планете темно и днём, и ночью. Немезида окружена плотной атмосферой из чёрных облаков, которые не пропускают солнечный свет. У неё нет постоянной орбиты, она путешествует по Солнечной системе, повинуясь своей воле, и иногда оказывается очень далеко от солнца, и тогда здесь становится холодно, а когда подлетает очень близко, становится жарко. Однако каким-то образом планета следила за тем, чтобы температура не становилась смертельной для людей. Здесь очень сильная гравитация, создаваемая Чёрным кристаллом, из-за этого тебе трудно вставать, в то время как мне это привычно. И я вижу, что ты испытываешь эффект расщепления. Не дай своему сознанию уплыть слишком далеко, позже ты привыкнешь. — Заметил он, не задерживая внимания, словно это было что-то незначительное, и продолжил, как ни в чём не бывало: — А ещё на Немезиде не растёт ничего, кроме нескольких цветков; здесь совсем нет пищи. Но люди, прибывшие сюда, никогда не нуждались в пище. Энергия Немезиды питала их и питает нас до сих пор. И всё же первые поселенцы были людьми, и, хотя Немезда поддерживала их жизнь, эта жизнь была чрезвычайно короткой. Редко кто мог дожить до сорока лет в таких условиях. Так, к тридцатому веку со времени первых людей на Немезиде сменилось двадцать три поколения. Нас охраняет и направляет Мудрец — дух Немезиды. Он помогает нам и научил использовать Чёрный кристалл в своих целях, что сделало возможным нападение на Хрустальный Токио.       — Дух Немезиды? Откуда он взялся? — Усаги нахмурилась.       — Согласно рассказам, которые из поколения в поколение передавали друг другу жители Немезиды, он был здесь всегда и подчинялся правителям, как теперь подчиняется мне.       Усаги совсем не понравилось то, что сказал принц Алмаз. Она начала размышлять вслух, на мгновение забыв о том, что она пленница. Размышления помогали удерживаться на плаву.       — Ты говорил, что Немезида — это, по сути, Чёрный кристалл, так? — Усаги медленно села, свесив ноги с кровати и нервно теребя пальцами брошь.       — Так и есть. Здесь нет ничего, кроме кристалла и космической пыли.       — Это странно... — Усаги силилась понять, что так сильно беспокоит её, но не могла — мешала сильная головная боль и слабость, и в этот момент сильнее всего не хватало девочек. Ами дала бы хороший совет, Рей бы накричала на неё и велела не раскисать, Мако похлопала по плечу, обняла и вручила чашку самого вкусного чая. При мысли о девочках на глаза навернулись слёзы. Усаги силилась их сдержать, но они покатились по щекам против воли, а плечи задрожали от едва сдерживаемых рыданий.       Принц Алмаз вскочил со своего кресла и в мгновение ока оказался рядом, присев на колени рядом с постелью.       — Что с тобой? — обеспокоенно спросил он.       Лица девочек по-прежнему стояли перед глазами.       — Что со мной?! — зло выкрикнула она в лицо принцу Алмазу, уже не пытаясь сдержать слёзы. — Всё замечательно, просто прекрасно! Ты похитил моих друзей, разрушил будущее, наконец, похитил меня, запер на чёрной планете, где даже дышать тяжело, и спрашиваешь, что со мной?!       Усаги вскочила на ноги, даже не подумав, как у неё это получилось, — ведь до этого у неё совсем не было сил — и, держа брошь в одной руке, а другую сжав в кулак, зло смотрела на Алмаза.       Принц не спешил подниматься на ноги, он зачарованно смотрел на Усаги.       — Прекрасная королева, — тихо, почти шёпотом проговорил он, — Нео королева Серенити. Женщина, о которой я боялся даже мечтать... Всемогущая богиня, живущая в своём дворце.       От изумления Усаги замерла, словно обездвиженная. Слёзы внезапно остановились, она смотрела на принца, широко раскрыв глаза.       — Я наблюдал за ней. Я часто перемещался в Хрустальный Токио, в библиотеку, созданную королём Эндимионом и Сейлор Меркурий. Хотел знать историю. Хотел знать... И обнаружил, что в истории короля и королевы не нашлось места для Немезиды и тех, кто был туда отправлен. Ни одного упоминания. Отправили нас умирать и забыли. Я возненавидел их, хотел их смерти, но однажды, — Алмаз порывисто вздохнул, — я увидел её. Прекрасную королеву. Вечно молодая, всесильная и безжалостная. Я был поражён. Я захотел, чтобы королева принадлежала мне. Когда Хрустальный Токио пал, не сумев противостоять могуществу Чёрного кристалла, я видел её снова. Каким был её взгляд! Она презирала меня, даже человеком не считала. Её глаза отвергли меня.       Принц опустил голову и продолжил говорить, глядя в сторону.       — Когда мы разрушили Хрустальный Токио, я впервые своими глазами увидел ужасающую мощь Серебряного кристалла. Он защищал королеву, создав вокруг неё хрустальный саркофаг, который не может преодолеть ни одна сила во Вселенной. Позже её воины-слуги унесли саркофаг во дворец. А после уснули и они, и все члены королевской семьи, а остальные люди погибли, и только дочь короля и королевы выжила. На ней не осталось ни царапины.       Принц Алмаз поднялся на ноги и посмотрел Усаги прямо в глаза. Она не могла пошевелиться, не зная, как реагировать на его слова.       — С тех пор я не мог забыть взгляд королевы, — сказал Алмаз, — я долго мечтал о том, чтобы снова её встретить, — он приблизился на шаг, — Юная леди привела нас в прошлое, и я увидел тебя, будущую королеву. Твой взгляд... Наконец-то ты принадлежишь мне. Нео королева Серенити, очаровательная королева этой прекрасной планеты.       Принц Алмаз приблизился ещё на шаг. Одной рукой он приобнял Усаги, а другой задержал её затылок. Он медленно наклонился, глядя в изумлённые глаза Усаги, и поцеловал её. Это было странно. Никто, кроме любимого Мамору, будущего короля Эндимиона, не целовал её раньше. Усаги чувствовала, будто совершает преступление, но она словно превратилась в статую на несколько мгновений, не в силах оттолкнуть его. Губы принца Алмаза были жёсткими и холодными, но она не чувствовала опасности. Осознав это, Усаги словно пришла в себя.       — Нет! — она оттолкнула его, и Алмаз послушно отступил на пару шагов. Он держал её совсем не крепко, и, даже будучи очень слабой, она с лёгкостью освободилась от объятий.       Кровь стучала в висках, отрезвляя. Нужно что-то делать, нужно выбираться отсюда! Усаги стиснула в руке брошь. Да, это единственный способ!       — Сила Лунного кристалла, перевоплоти! — отчаянно прокричала она.       Ничего не произошло.       — Перевоплоти! — повторила она, но кристалл не реагировал. Глаза Усаги округлились от ужаса и осознания своей беспомощности.       Алмаз только усмехнулся.       — На этой планете сила Серебряного кристалла поглощается Чёрным кристаллом, — раздался незнакомый мужской голос, — здесь ты бессильна.       Усаги резко обернулась к двери и увидела две мужских фигуры.       — Чувствуй себя как дома, Сейлор Мун. — Второй голос Усаги знала очень хорошо. Рубеус! — Ведь тебе придётся остаться здесь навеки.       — Да вы с ума сошли! Вы даже не люди! — с бессильным отчаянием выкрикнула Усаги. — Вы чудовища!       — Не смей, — жёстко приказал принц Алмаз. — Ты не имеешь права называть нас так. У меня дела, я должен уйти. Если что-то понадобится, мои братья Сапфир и Рубеус выполнят твои пожелания. А пока меня нет, ещё раз хорошо подумай о том, что я говорил.       Он резко развернулся и вышел, а вслед за ним и его братья. Они плотно закрыли за собой дверь, и Усаги осталась одна.       Она бессильно откинулась на подушки. Сил не было, а голова продолжала болеть. Она снова вспомнила девочек. Они живы, где-то рядом, здесь, на Немезиде. А Такседо Маск и Сейлор Венера наверняка уже нашли маленькую Усаги.       «Всё будет хорошо», — подумала Усаги, проваливаясь в беспокойный сон.