Love story

      Когда сняли последнего прыгуна, это была девушка из искренности с темными короткими волосами, их длина еле доставала до плеч. У нее маленькие карие глаза, большой нос и кривые губы. Ее внешность не запоминающая, ее нельзя назвать красивой. Но она была довольно крупной, и мышцы казались накаченными. Она присоединилась к нам и мужчина, который представился, как Мартин, скомандовав следовать за ним, развернулся и устремился вглубь каменного коридора.       Когда экскурсия по нашему будущему дому почти закончилась, Мартин пообещал показать наши спальни, до того, как начнется ужин. Поэтому мы направились именно туда. Все шли молча, боясь нарушить молчание, я же, углубившись в свои мысли и никого не замечая, следовала за Мартином в начале очереди. Кем является Эрик, и почему он не встречал нас вместе со всеми или же я просто его не заметила? Нет, не могла, хотя куда уж там, я дальше своего носа видеть не могла от страха. А уж Эрика, то могла и не заметить, хоть в глубине души, почему-то была уверена, что его не было, тогда на крыше, он пришел многим позже. И кем же он является? Одним из пяти лидеров или инструктором? От размышлений меня выдернул удар об спину Мартина. — Эй, поосторожнее. — дружелюбно произнес он, я улыбнулась ему и отошла к группе своих. — Итак, следующие десять недель вы будете спать тут, — продолжил он, глядя на меня и улыбаясь мне глазами.        Я отвечала ему тем же, пока Трис не ткнула меня локтем в бок. Я недовольно на нее посмотрела, мол, нет ну, а что? Не помешает завести хорошие отношения с Мартином, но увидев ее взгляд, тихонько зарычав, повернулась к Мартину. — Девчонки или парни? — спросил парень из Искренности, он стоял рядом с последним прыгуном, Молли, кажется, она представилась именно так. — Все, — ответил ему Мартин.        «Чудесно!» «Просто замечательно!» «Класс!» Раздавалось в толпе. — Нравится? Туалет еще круче! — и он проследовал вглубь комнаты. Толпа последовала за ним. «Ого, а другого места нет?». «Это что, шутка?» — Чувствуй себя как дома! — произнес он и, подмигнув мне, направился на выход. — Переодевайтесь, — уже в дверях произнес он.       Быстро переодевшись, мы с Трис направились в столовую. По пути я без сожаления выкинула одежду в огонь, даже не заглянув в бочку. Мне не интересно, как сгорает частичка моей прошлой жизни. Мне не интересно. Трис же, немного задержавшись и перекинувшись парочкой слов о чем-то с Четыре, направилась ко мне.       Усевшись за единственные свободные места, рядом с Искренней, с которой, кстати, сидела та самая Молли, она мне не нравилась. Напротив сидели парень из Искренности, Ал, кажется, и Уилл из Эрудиции. Я поджав губы и, глубоко вздохнув, присела рядом с Четыре на скамью. Он мягко мне улыбнулся и продолжил пить кофе. Меня же распирало от желания поговорить с ним. О ком? Снова об Эрике? Да почему я вообще думаю о нем, ну подумаешь спас он твою задницу, это же ничего не значит.        Встряхнув головой, я постаралась вникнуть в разговор Трис и компании. Они разговаривали о фракциях и, судя по их разговору, я уловила, что Трис не умеет есть котлеты. Ну да, не умеет, я тоже. Для нас это было неприемлемым в отречении, разве они этого не знают? Потеряв всякий интерес к разговору, я осмотрелась по сторонам и встретилась с взглядом серо-голубых глаз. Мои губы дрогнули в улыбке. Наши взгляды разошлись, когда его отвлек какой-то мужчина, на вид ему было лет 40. На лбу была большая морщина, которую я, даже сидя через три стола, могла разглядеть. Глаза были добрыми, а на устах играла легкая улыбка. Эрик кивнул ему и, кинув взгляд на меня, встал из-за стола и направился к выходу. Я прожигала его спину взглядом, а когда она скрылась из виду, уткнулась в свою тарелку, вяло ковыряя в ней вилкой. — Эй, котлета не виновата в том, что у тебя выдался неудачный день, — положив руку мне на плечо, тихо произнес Четыре. Я усмехнулась и, кивнув, снова уткнулась в тарелку. — У тебя что–то случилось, — снова заговорил он.       Я посмотрев ему в глаза, отрицательно помотала головой, улыбнулась. — А что, твоя подружка не умеет разговаривать, а, убогая? — с вызовом кинула Молли Трис. Я обернулась и увидела, как Трис открыла рот, готовясь ответить. Я, взяв Трис за руку и обратив внимание на себя, отрицательно замотала головой, мол, не обращай внимания, она этого не стоит. — И что, ты так и будешь прятаться за свою хиленькую подружку? А Джесс? Кажется, тебя так зовут, да? Ах, да ты же не можешь мне ответить, кажется, тебя мама не научила разговаривать. Она умерла, когда тебе было два. Кажется, она не успела научить тебя ни чему, — продолжила подначивать она.       Я услышав о матери, вздрогнула и на глаза начали наворачиваться слезы. Я чувствовала, как меня охватывает истерика. Да как она смеет так говорить о моей матери, как она смеет! Сука, я тебе пасть на мелкие кусочки порву, чтобы больше не смела говорить. Я вскочила с лавочки и бросилась на нее, но меня обхватили за талию сильные мужские руки и крепко прижали к себе. Развернув меня, я встретилась с глазами Четыре, он, положив руки мне на плечи, шептал что-то успокаивающее. Я не слышала его слов, меня распирало от злости, и моим единственным желанием было разорвать пердак этой тупой суке. — Успокойся, ясно. Иначе я предприму меры, — встряхнув меня, произнес, он.       Я смотрела на него с укором, и на глаза снова стали наворачиваться слезы от беспомощности. Я со злостью скинула его руки, развернулась и быстрым шагом направилась к выходу. Слезы застилали глаза, но я пыталась сдерживать себя, хотя бы до выхода из столовой. Оказавшись снаружи, я дала волю эмоциям и направилась в спальню.       Все еще плача и злясь на себя, я не заметила, как забрела в незнакомые темные коридоры. Оглядевшись и тяжело вздохнув, я развернулась, чтобы идти обратно, как уткнулась в чью-то грудь. От него пахло потом и цитрусами. Знакомо.       Меня грубо отпихнули, и его сильные пальцы сжались на моей руке чуть выше локтя, он попытался заглянуть мне в глаза. Эрик? Черт, ну вот почему мне так не везет? Я быстро отвернулась, не желая, чтобы он увидел мои слезы. — Что ты здесь делаешь? — удивленно спросил он. Я пожала плечами, стараясь не смотреть ему в лицо.  — Ты заблудилась? — со смешком в голосе произнес Эрик, я кивнула, снова отворачиваясь от него. Он повернул голову за мной, но я снова отвернула ее в другую сторону. — Да посмотри же ты на меня! — сильно сжав мои руки, прикрикнул Эрик. Я закусила губу и медленно повернулась лицом к нему. Его глаза смотрели холодно, не выражая никаких эмоций. Увидев красные следы у меня под глазами и удивленно вскинув брови, он мягко спросил: — Ты плакала? — Я отрицательно замотала головой. Его губы дрогнули в улыбке, и он продолжил уже более строго: — Ты, правда, думаешь, что я не заметил бы следы от слез, Джессика, — мое имя слетело с его губ так легко. Я нервно сглотнула, глядя ему прямо в глаза. Он молча стоял и ждал ответа. Широко улыбнувшись, я кивнула. Он засмеялся тихо, немного грубо. — Не скажешь? — так же тихо произнес он. Я снова кивнула и попыталась отстраниться от него. Он разжал пальцы, и я отошла от него на два шага назад. — Иди в свою спальню. Ты промахнулась двумя поворотами ранее. Тебе налево, — грубо заговорил он. Я удивленно заглянула ему в глаза. С чего бы такие перемены в настроении? Он обогнул меня и направился дальше по коридору. Я кивнула в пустоту и, развернувшись, направилась обратно. — И чтобы я тебя больше тут не видел, — донесся до меня твердый голос Эрика. Я, сделав вид будто не услышала его, продолжила идти.       Дойдя до спальни, я разделась и, забравшись в кровать, постаралась быстренько заснуть, пока не вернулись другие.        Разговаривать, а тем более слушать новые издевки, я не горела желанием, поэтому я закрыла глаза и, напевая у себя в голове колыбельную, которую мне всегда напевала мама, а когда ее не стало, пел отец. За размышлениями я не заметила, как заснула.