Love story

      Вокруг было много людей. Парни, девушки, всех нас объединяет одно. Сегодня мы выберем фракцию, сегодня мы определим свое будущее. Кто-то останется в своей, со своей семьей, а кто-то, как я, покинут ее навсегда, без права вернуться. У нас пять фракций, пять цветов, представляющих каждую из пяти, пять разных характеров и лишь одно отличие. Каждого из нас тест определил в одну из пяти фракций, но не меня. Каждый знает, к какой фракции он относится, но выбор остается за нами. Выбор остается за мной, и если тест не смог определить склонность к какой-либо фракции, я выберу сама. Но будет ли мой выбор совпадать с решением Трис. Так или иначе нам придется выбрать.       Последний раз я видела Трис вчера перед тестом. Я огляделась по сторонам, но ее все еще не было. Они с братом почти опаздывали, интересно по какой причине. Меня отвлек голос, который призывал всех проследовать по очереди к своей двери в главный зал. Я еще раз огляделась, ее все еще не было, очередь стремительно редела, а Трис с Калебом не было. Куда она могла пропасть?       Подошла моя очередь, и я вошла в зал, где меня проверили двое охранников, наверняка на наличие оружия, чтобы этой сучке Джанин, не всадили пулю в зад! Я огляделась. В центре был подиум со столом, на котором стояло пять чаш, напротив находились кресла, разделенные проходом, видимо так отделяли каждую фракцию друг от друга. — Эй, можешь поживее, — проворчал охранник и подтолкнул меня в спину. Я проследовала к своему месту и стала дожидаться.

***

— Джессика Уайт, — как гром среди ясного неба, прозвучал голос лидера фракции отречения, Маркуса. Нервно сглотнув, я встала и на ватных ногах проследовала к центру. Боже, Трис, помнишь ты обещала всегда быть вместе, где же ты? Ты солгала мне как мама, как отец? Ты не можешь просто взять и не явиться!       Взяв в руки нож, я резко резанула им по ладони и уверено, даже не на секунду не задумываясь, занесла руку над раскаленными углями? — Ты уверена? — как будто голос матери прозвучал у меня в голове, и я замерла с протянутой рукой над чашей. Я улыбнулась, кивнула и сжала ладонь в кулак. Угли зашипели, как только мои капли крови оставили красный след на черном. — Бесстрашие! — голос был словно приглушен. Я, почти ничего не соображая, улыбаясь, направилась навстречу новой жизни. Я не сожалела, ведь это был первый день, когда я услышала голос мамы в своей голове, я вспомнила его. Вспомнила этот мелодичный, нежный и хрупкий голос. Голос, который согревал душу, доставая до сердца. Я сделала правильный выбор, я уверена. — Роберт Джонс — Бесстрашие Марлен Райт — Искренность Кларисса Уотсон — Отречение       Я почти не слышала фамилии, я все думала, где Беатрис. Мне оставалось только догадываться и ерзать на кресле. Как вдруг дверь в главный зал растворилась, и вошел Калеб, а следом и Трис. Я облегченно выдохнула. Я вижу, как она ищет меня глазами, а когда не находит, ее взгляд начинает бегать по другим фракциям в надежде найти знакомое, такое родное лицо. Ее красивое, милое личико охватила паника, когда она не обнаружила меня там, где я должна быть. Она поднялась и уселась на стул, продолжила высматривать в толпе меня. Я уже хотела поднять руку или встать лишь бы не видеть тех эмоций, которые отразились на ее лице. — Беатрис Прайор! — я закрыла глаза.       Вот сейчас решается наша дальнейшая судьба, увидемся ли мы в дальнейшем или это день, когда мы, возможно, в последний раз видимся. — Бесстрашие! — я резко открыла глаза.       Не верю, этого не может быть, мы вместе, вместе. Я подорвалась с кресла и, широко улыбаясь, побежала к Трис навстречу, увидев меня, Трис, полетела ко мне. Я не верю, не верю.

***

      Мы бежали недолго, но дыхание все равно сбилось, а сердце готово было вырваться из груди. Я, наверное, переволновалась. Бегать нам с Трис не привыкать, мы постоянно бегали или убегали от кого-нибудь в Отречении. Добежав до моста, бесстрашные от рождения начали карабкаться вверх. О, боже, неужели нам тоже надо? Да! Я тысячу раз видела, как проделывали все это, но надо же, я ужасно боюсь высоты. Надо было подумать об этом раньше, Джесс. Я завертела головой в разные стороны, не веря своим глазам, я не смогу. Но если я не заберусь, то меня можно считать изгоем. От мыслей меня прервала Трис. — Ради нас и мамы, Джесс, — прошептала мне на ухо Трис.       Я кивнула и, подойдя к столбу, начала карабкаться. Поднявшись вверх, я глубоко выдохнула. Не так уж и страшно. Да, Джесс? Я старалась не смотреть вниз, взяла за руку подругу и продолжила наблюдать за бесстрашными. — Пора, — крикнула женщина лет 30. И я увидела поезд. Все начали бежать вдоль перрона, и мы тоже побежали. Нам нужно запрыгнуть в поезд. Это я могу.       Запрыгнув в вагон, я помогла Трис, и мы уселись на пол.       Мы сидели у открытых дверей, поэтому нашу кожу обдувало прохладным ветерком. Мне хотелось спросить у подруги, где она была и почему опоздала на церемонию, но рука болела, и мне не очень хотелось выдавать свою слабость. Иначе меня просто растерзают прямо здесь, и я не доеду до бесстрашия, даже Трис не поможет, ее разорвут вместе со мной. Я поджала губы и, глубоко вздохнув, посмотрела на нее. Она пожала плечами и поднялась на ноги, помогая мне встать. — Приготовится, — крикнула все та же женщина. На вид ей было 30, темные волосы, светлая кожа и на шее татуировка, но не успела я приглядеться, как она, разбежавшись, выпрыгнула. Я подлетела к двери и выглянула из вагона. Она уже вставала на ноги, а рядом приземлялись урожденные бесстрашные. Я посмотрела вниз и меня охватила паника. Боже, да здесь, как минимум, этажей 9. Я отошла от двери и замотала головой. Ко мне подошла Трис и, взяв меня за руку, сказала: — Мы сможем, — я отрицательно мотала головой. — Давай вместе, — я вскинула свой взгляд на нее и замерла. — Вместе не так страшно, — Я быстро закивала головой, и Трис, улыбнувшись в ответ, тоже кивнула. — Раз, два, три, — прошептала в голове я и, разбежавшись, закрыв глаза, прыгнула. Открыла глаза, когда сильно пропахала локтем и ногой по камням. Я зашипела и, подняв руку, отряхнула камни. Кожа на руке была содрана, так же, как и на лодыжке. Трис приземлилась рядом, я осмотрела ее. Ей повезло немногим больше меня. Ее одежда хотя бы просто прошеркалась, а моя местами была порвана. — Новички, внимание. Я Четыре, один из ваших инструкторов, — произнес наш будущий инструктор. Я оглянулась на Трис, это Четыре. Значит ли это, что и Эрик тут? Она ободряюще мне улыбнулась и кивнула. — Четыре, как цифра? А что, один, два, три были заняты? — вызывающим тоном заговорила Искренняя. Я обернулась и увидела, как глаза Четыре потемнели. — Как тебя зовут? — спокойно спросил он. — Кристина, - все тем же тоном ответила девушка. Он подошел к ней вплотную и спокойно прошипел ей в лицо: — Значит так, Кристина, — он сделал ударение на ее имени — первое, что ты должна запомнить, если хочешь здесь выжить, держи язык за зубами. Поняла? — Да, — тихонько прошептала девушка. Ха, Четыре поставил ее на место. Хорошо, что мы с Трис уже с ним знакомы. — Хотите в Бесстрашие, вход там. Если прыгнуть, кишка тонка, вам не место в Бесстрашии, — продолжил Четыре — А там вода или что? — спросил парень из Искренности. — Сам узнаешь. Идет? — ответил ему Четыре. Он кивнул и заткнулся. – Ну, так кто прыгнет первым.       Я огляделась, все отошли на шаг назад и, опустив голову, уткнули свой взгляд в носки. Я глубоко вздохнула, подняла руку и направилась к бортику. Пока шла я видела, как лицо Четыре вытянулось от изумления. Он узнал меня и никак не ожидал увидеть меня здесь. Я улыбнулась ему и подняла одну бровь, мол, что удивительного. Он кивнул, спрыгнул с бортика, отошел к остальным. Я подошла ближе и заглянула за бортик, закрыла глаза.       Боже, боже. Ну вот, Джесс, зачем ты решилась первой прыгать? Ты не прыгнешь, страшно и рядом нет Трис. Хотя, кто сказал, она не рядом, вот она стоит позади меня, наверняка с шокирующим, немного упрекающим взглядом, прожигает мне спину. Я забралась на бортик и скинула свою кофту на крышу. Кто-то в толпе одобрительно загудел, но я не обращала внимания, пыталась сосредоточиться на своих чувствах и мыслях. — Ну ты долго будешь там стоять или тебя подтолкнуть? — я даже не заметила, как кто–то оказался рядом со мной на бортике.       Я уже поворачивала голову в сторону говорящего, как меня грубо столкнули с борта. Мои глаза широко открылись от страха, когда под ногами пропала почва, и я полетела вниз. Меня кто–то прижал к себе и резко перевернул так, что я оказалась сверху. Я что, схватила того, кто был со мной на крыше? Я усмехнулась, по делом тебе!       Паника поднималась все выше, и у меня свело горло. Казалось, мы падали целую вечность, как я вдруг сильно ударилась коленкой и оказалась прижатой телом к своему «спасителю». Воздух весь вышел из легких, и нас отбросило назад. Сетка? Здесь сетка. Меня резко перевернули в воздухе, и я оказалась уже под своим «спасателем». — Ты, что творишь, сука? — я сжалась. Весь его голос был пропитан ядом. Мы перестали раскачиваться, и я решилась открыть глаза. Серо-голубые, такие знакомые глаза смотрели в упор на меня. Я открыла рот в немом изумлении и удивлении. — Ты??? — Произнес он. — Что ты здесь делаешь? — спросил он. Я усмехнулась. Глупый вопрос, очень глупый, Эрик… На мне сверху лежал Эрик. Да, странные у нас с ним встречи. Его уголки губ вдруг дрогнули наподобие улыбки, но он быстро взял себя в руку и, наклонив голову ко мне, прошептал прямо в губы. — Добро пожаловать в Бесстрашие! Но если ты еще раз выкинешь что-то в таком духе, я за себя не ручаюсь. Ты поняла меня? — я закивала головой. — Вот и славно! — он слез с меня и, спрыгнув с сетки, помог мне. — Умничка, — прошептав на ухо, развернулся. — Джесс! — коротко бросил он какому-то мужчине, похлопал его по плечу и ушел.