История не из сказки.

      Я сделала шаг и выстрелила. Все мысли, терзавшие меня, сразу исчезли. Были только я, пистолет и красно-белая мишень. Вот что мне нравится здесь — нет лишних элементов, все просто, ясно и логично. Я почувствовала терпкий запах пороха, тут же обволакивающий меня со всех сторон. Вакуумные наушники глушили выстрелы других людей, тренирующихся в зале постоянно.       После нового выстрела легко отдало в плечо — это неважно. Металл холодит и приятно утяжеляет руку, но я лишь смотрю на пулю. Она точно по прямой рассекает воздух и независимо попадает в центр. Такой же была и я раньше — шла напролом к своей цели и не задумывалась о последствиях. Было задание, и нужно было его исполнять. Все просто.       Я опускаю пистолет и легонько вздрагиваю, резко возвращаясь обратно в реальность. Нехотя расстаюсь с «моим другом», прощаюсь с Мирой и выхожу на улицу. Шум толпы и гудящих моторов заполнили мир вокруг меня. Хочу обратно в тишину.       Медленно шагая в сторону дома по небольшой улочке, на которой находился маленький супермаркет, я вспомнила о том, что мне надо бы узнать кое-какую информацию. Достав свой мобильник, я быстро отыскала нужный номер и нажала «Вызов». Послышались гудки, а после мне ответил хриплый мужской бас.       — Привет, болельщица. Чего надо? — Опять этот недовольный тон.       — Хватит меня так называть, — с улыбкой отвечаю я. Гажил единственный среди друзей, кто знает о моем прошлом, ведь именно так мы и познакомились. Он грубый, необщительный, у него ужасные вкусы в еде и безудержное желание петь, но этот парень всегда поможет, поддержит, прикроет. А еще он очень любит мою подругу. Разве что-то еще надо?       — Да-да, болельщица. — Вот же засранец. Но сейчас не об этом.       — Слушай, у меня к тебе есть разговор. Надо встретиться.       — Хорошо. Сегодня, в девять, на том же месте.       Послышались гудки. Что ж, в любом случае, ответ я получила. Только вот странно, что он так быстро согласился. Обычно приходится уламывать его минут пять, а иногда и намного больше. Значит происходит что-то серьезное.       Я подошла к дому и легко вбежала по лестнице. В руке сверкнул ключ, и под его давлением щелкнул замок. Дверь послушно открылась, и я шумно ввалилась в собственную квартиру. Как я до сих пор оставалась жива с такой неуклюжестью? О Фейри, о чем я вообще думаю.       Дома оказалось на удивление тихо, что несказанно меня порадовало. Я действительно люблю тишину. Но в таком случае Нацу спит? И впрямь, развалился тут на моей кровати. Надо бы приготовить ужин и по-тихому свалить. И нет смысла объяснять что-то Нацу — он ведь мне никто. Просто парень, которого я спасла. И через пару дней он уйдет, и мы больше не увидимся.       На автомате быстро режу картошку, дальше занимаюсь с мясом, погруженная в свои мысли. По квартире начинает распространяться вкусный запах, и живот от этого сводит. На циферблате уже семь.       Все снова по-простому. Без паники, спешки, суеты. Моя обычная жизнь возвращается ко мне снова, но я и не жалею. После стольких событий спокойствие мне в радость. И все равно, что некоторые гоняются за эмоциями, проповедуют активный образ жизни и засоряют мне этим мозги. Ужасно раздражает. Я рвалась к именно такому: окраина города, тишина и никаких лишних проблем. Но нет же, способность попадаться в дурацкие ситуации подкинула мне идею, как расшатать свои нервы снова. А все из-за него. И правда, кто меня просил ходить через гаражи? Никогда больше так не поступлю!       Делаю вдох. Спокойствие, Люси, только спокойствие. Тихо прохожу обратно в спальню — спит. Почему-то наклоняюсь над ним и зависаю. Его умиротворенное выражение лица, выпирающие на загорелом лице скулы, небольшой шрам на щеке, тонкая полоска сухих обветренных губ, длинные чуть подрагивающие ресницы. С такой-то внешностью у него должна быть девушка. Точно. Тогда чего он зависает у меня?       Пора идти. Джинсы, майка и сверху кардиган. Вечером холодает. Беру ключи, мобильник; на ноги — кроссовки. Щелкает дверной замок, лестничный пролет, и я на улице.       Время еще есть, так что не тороплюсь. Иду размеренным шагом, кое-где по бордюрчику. Закат сегодня очень красивый, давно такого не было. Но меня бы сейчас утроил теплый плед, горячий шоколад и какая-нибудь бессмысленная мелодрама с прекрасным счастливым концом. Идеальный вечер для одинокой девушки.       Наверное, в этом и есть плюс того, что Нацу у меня. Он заполняет мое одиночество. Пусть даже спящий, раненный, но все же он есть — со своими шуточками и подколами, уплетающий за обе щеки мою еду и смотрящий на меня без стереотипов. Улыбаюсь, чем вызываю вопросительный взгляд прохожего. Неужели это так странно?       Медленно бреду по улице, в конце которой есть небольшой парк. Независимое местечко, где никогда не бывает много людей. Где можно спокойно поговорить и не бояться быть услышанным. Как-то раз я нашла его и там отныне решила назначать все встречи.       Солнце все катилось к горизонту, а я вспоминаю день из детства. Вот я стою на берегу речки, где-то рядом слышен смех мамы и громкий голос отца. Это вечер осени: красивый закат и моя семья. Тогда я была счастлива. Но их больше нет. Мама умерла от болезни в моем раннем детстве, а отца убили. Вздрагиваю. Не стоит вспоминать об этом. Я давно пережила.       Иду к беседкам на самом обрыве, а в одной из них вижу знакомый силуэт. Высокая статная фигура, длинные черные волосы, весь в пирсинге, но для меня он просто «Гажил», и плевать как выглядит.       — Йо, болельщица. — Усмешка, которая вызывает у меня улыбку.       — Еще разок привет. — Настроение постепенно поднимается, но я замечаю небольшое напряжение в его взгляде. — Что-то случилось?       — А ты прям в корень зришь. — Пытается намекнуть на то, что я блондинка. Но шутка моментально проходит, как и легкость в моем теле. — Здесь Саблезубые, ты знаешь?       — Да, об этом и хотела поговорить. Видела перестрелку и Его ищеек. Что происходит?       — Они зашевелились, ведь не контролируют Магнолию. А Он хочет ее себе, надменный придурок. Но, похоже, что тут замешано нечто покруче. Говорят, что Он хочет провести контрабандную сделку с наркотой. — Я охаю и подозрительно оглядываюсь вокруг. Не исключен тот факт, что за нами могут следить. — Тяжко ему сейчас, раньше-то скидывал на тебя и ладно. Он ищет замену, но не найдет. Я же знаю. Если позвонит, ты только скажи — угрохаю, хотя, ты и сама можешь.       — Гажил, ты знаешь, что не могу. Я давно ушла и возвращаться точно не буду, мне это не нужно. Столько всего тогда случилось. — Стараюсь отогнать нахлынувшие воспоминания, но внутри уже просыпается ненависть.       — Да знаю я, знаю. Поэтому скажи, если что. — Он улыбается искренне и чуть заботливо. Редко такое увидишь, но от этого мне становится заметно легче. Я встречаюсь взглядом с его красными глазами, пытаясь выразить благодарность. — Но что делать-то?       — Надо бы приставить слежку к ищейкам. Он их послал сюда договариваться о сделке, наверное. Если такое в Магнолии произойдет, то все влипнут. — Я уже начинаю переживать.       — Да уж, ты права. Предложу своим такой вариант, надо это остановить. — Гажил задумывается и замолкает на несколько секунд. Ой, чую я, что-нибудь этакое спросит. — Люси, если вдруг надо будет смахнуться с ними, то пойдешь?       — Эй, ты знаешь, я больше не участвую. Даже не проси. — Голос срывается на холодный шепот. Как знала.       — Ну ладно, я хоть попытался. Короче, будь осторожнее.       — И ты тоже. Не влипайте с Лилейным ни в какие передряги раньше времени. — Уже встаю, но слышу еще одну не очень хорошую новость:       — Кстати, тебя тут твой «старый друг» снова ищет. Все никак не успокоится. — В голосе Гажила нотки тревоги. Неужели все так серьезно?       — Я буду аккуратна. Обещаю. — Показываю ему язык и ухожу. — Пока.       Сердце начинает колотиться быстрее. Да что им обоим надо от меня? Я ушла уже больше пяти лет назад, а они все ищут. Все же страх перед этими двумя личностями меня немного сковывает. Один — мой единственный соперник. Человек, равный мне во всем. Моя тень. Где я, туда и он. Другой — опасный и безумный. Тот, кто сломал мне всю жизнь.       Срываюсь на бег, и оставшееся расстояние преодолеваю так. Замедляю шаги уже около дома и тяжело дышу. В легкие попадает вечерняя свежесть, которая расслабляет и успокаивает. Я смотрю на солнце — оно уже на половину опустилось за горизонт. Красивый вид, хотелось, чтобы остался навсегда. Но тогда это была бы не моя жизнь.       Медленно поднимаюсь на второй этаж, снова ключ, дверь, и я дома. Слышу телевизор и звук льющейся воды. Скидываю кроссовки и иду на кухню. Перехватываю пару кусочков картошки и включаю чайник.       Слышу, как выключается в ванной вода, а потом оттуда выходит Нацу. Черт, о Фейри, лишь бы не задохнуться. На бедрах сидят джинсы, немного оголяя выпирающие тазовые кости. На плече и боку все еще видны нитки, но раны уже затягиваются. Мой изучающий взгляд цепляется за капельку, которая падает с розовых волос на здоровое плечо. Она скатывается вниз, поперек ключицы, дальше по мощной груди на кубики идеального пресса. Как же хочется ее слизнуть.       Едва заметно дышу и немного краснею, когда понимаю, что откровенно пялюсь на него. Нацу разглядывает меня и легко ухмыляется, а от моих щек уже чуть ли пар не идет. Я отворачиваюсь. Черт, черт, черт. Так, я знаю, что озабоченная дура, но не стоит же показывать это всем. Возьми себя в руки, Люси.       — Что у нас на ужин? — У нас?! Серьезно? Да он издевается!       — Там картошка с мясом. — Голос немного хрипит. Да это пытка какая-то. Почему по моей квартире ходит самый сексуальный парень! Где справедливость? Кто пожалеет мои бедные нервы?       Ужинаем молча, а от этого не легче. Ненавижу эти дурацкие паузы, которые выводят из себя. Он пытается довести меня, периодически поднимая глаза и встречаясь взглядом со мной. Каждый раз у меня прерывается дыхание, а Нацу открыто смеется. Придурок. Да чтоб тебя!       Вечер проходит в тишине, которую нарушает звук телевизора и начавшийся на улице дождь. Я провожу почти час в душе, пытаясь успокоиться. Вода стекает по телу, снимая всю усталость. Кажется, что утро было так давно. И почему сегодня такой длинный день? Но неважно. Мозг совсем не хочет работать, поэтому я откладываю все размышления до того момента, как появятся время и силы.       Переодеваюсь в ту же пижаму, вытираю волосы. Снова вспоминаю те капли на теле у Нацу и краснею. Да что со мной такое? Расскажи я такое девочкам: Леви бы покраснела больше, чем я, а Эльза сказала, что мне нужен парень. Пф, с моей-то жизнью и отношения? Э, нет. Сейчас я к такому не готова.       — Эй, Нацу, как твои раны? — спрашиваю я, заходя в комнату.       — Да ничего. Уже почти не болит. — Он переводит глаза на меня.       — Давай я все же посмотрю.       Он молчит, но все же поддается моей назойливой заботе и садится. Я падаю рядом с ним и хмурю брови. Повязки все же снимать не надо было. Что за дурак. Ищу в аптечке спирт и, о чудо, нахожу небольшой пузырек. Как я его раньше не увидела? Смотрю лишь на его раны; легко, почти не касаясь, провожу ваткой по швам, а Нацу морщится. Поддаюсь порыву и дую, а потом снова краснею. Мотаю головой, отгоняя ненужные мысли, и накладываю повязки, чтобы не было заражения. Уже приноровилась. Хоть и прошли всего сутки, а за них столько случилось. Везение, да и только.       — Эй, Люси, мне пора. — Нацу встает с кровати. Что? Пора? Как?       — Но сейчас уже поздно. Вдруг опять куда-то влипнешь. — Я закусываю губу от отчаяния. Только не плакать.       — Я вызову такси. — Он холодно проходит мимо, утыкаясь в телефон. Даже не смотрит. А я и не знаю, что сказать. — Где моя толстовка?       — Она в ванной, — я тихо шепчу, подавляя истерику. Мне так не хочется оставаться одной. Снова. — Ты уверен, что тебе нужно ехать сейчас?       — Да. — Моя надежда рушится.       Через несколько минут Нацу появляется в проходе, что-то говорит, но я не слушаю. Лишь пустым взглядом смотрю на него.       — Спасибо тебе, Люси. Вытащила меня буквального с того света. Не знаю, где бы я был, если б не ты. — Он искренне улыбается, и я отвечаю ему тем же. Нацу пропадает в коридоре. Придется идти за ним.       Я смотрю на то, как он обувается. На что я надеялась? Что Нацу здесь будет вечно? Нет, мы из разных миров. Между нами ничего не могло быть.       — Прощай. — Меня обхватывает теплое кольцо сильных рук на несколько секунд, и потом он навсегда исчезает за входной дверью.       — Прощай…       Моя жизнь снова возвращается в привычное русло, которое я сама тщательно создавала. Никаких рисков, паники и истерики, никакой спешки и безумного желания окунуться в омут прошлого, никакой суеты и лишь размеренный ход времени. Ведь все это раньше категорически отсутствовало в моей проклятой жизни. Нет, даже близко приближаться к этому не хочу.