Всё что ни делается, всё к лучшему.

POV Кевина       После того, как приехали наши родители, в доме стало более оживленно. Мой папочка постоянно будил меня и первого звал завтракать, чтобы я, как можно меньше, проводил времени рядом с братом-альфой. Я пытался поговорить с ним и объяснить, что Дилан мне вреда не причинит, жили ведь мы как-то вместе, пока их не было. Но тот уперся, говоря, что все альфы одинаковые, и не хотел слушать. Когда у меня прошла течка, стало еще хуже. Но вот, однажды, моего папочку осенило, что подобное поведение ненормально, особенно для его скромной, тихой натуры. Он вспомнил, что такое уже бывало: перепады настроения, истерики, капризность - это всё было началом его первой и единственной беременности. Но, даже осознав это, свое решение он изменять не собирался.       Как-то раз мы сидели в моей комнате и беседовали о поездке на день открытых дверей в университет.       - Ну как ты не понимаешь, Кевин, это очень опасно!       - Дилан согласился съездить со мной, так что всё будет хорошо. Если рядом будет альфа, никто не посмеет ко мне приставать. Пап, ну почему ты так уперся? Я ведь очень хочу туда поступить, хочу увидеть это место, возможно будет шанс поговорить с некоторыми преподавателями, - я говорю уже жалобно, надеясь на его снисходительность и мягкосердечность, но это не помогает.       - Вот именно, он - альфа, который смотрит на тебя голодными глазами. А я не готов отдать тебя на растерзание этому жестокому миру, понимаешь? Вам ведь придется ночевать там, а что, если он воспользуется ситуацией?       - Откуда в тебе эта мнительность? Дилан хороший парень, мы много общаемся, уж я бы точно заметил что-то неладное.       По правде говоря, я действительно заметил его взгляды в мою сторону, но меня совсем не радует, что это становится таким очевидным для окружающих. Мне бы хотелось, что бы это видел лишь я. Почувствовав к себе чрезмерное внимание альфы, наверное, моё сердце ошибочно начало принимать это за любовь. Нечто теплое и приятное распространяется в груди, стоит только Дилану появиться на горизонте, а разговоры с ним словно пытка. Мне так тяжело произносить слова, ведь в горле образуется ком, мешающий говорить. Думая об этом, я каждый раз краснею, а альфа, замечая мою реакцию, улыбается немного хитро и довольно. Он так же обзавелся привычкой облизывать губы при виде меня, словно действительно голоден и вот-вот попытается съесть.       А папочка все продолжал протестовать, споря со мной о поездке. Иногда мы с ним говорим о Дилане, и он очень злится, словно знает о нем что-то ужасное и боится мне сказать.       - Не поедешь и всё. Звони им, просматривай сайт университета, но чтобы туда, ни ногой, пока не придут результаты о твоем зачислении, - наверное, я действительно слишком много прошу и очень самоуверенный, раз всё еще пытаюсь переубедить его. - Кевин, это всё не без причин, понимаешь?       - Пап, мы живем не в каменном веке, когда альфы и омеги действовали по принципу «кто кого поймал», люди сейчас культурные.       Наш разговор так ни к чему и не привел, мы только разозлили друг друга своим упрямством и разошлись. И почему, его так сильно выводит из себя Дилан? Неужели, только потому, что мой папочка заметил жаркие взгляды альфы в мою сторону? Как бы то ни было, когда родители уедут в свой медовый месяц, я сделаю всё, лишь бы добраться до университета. Дилан обещал отвезти меня или сопроводить, если решусь ехать поездом. Я очень рад этому предложению, ведь не только Дилан раздаривал свои жаркие взгляды на протяжении недели. Меня всё больше переполняют странные чувства, по отношению к нему. Я так же, когда никто не видит, смотрю на него и хочу прикоснуться. Словно одного маленького прикосновения будет достаточно. Но разум не позволяет мне решиться на такой поступок. Ведь если окажется, что для молодого альфы это всего лишь игра и повод поиздеваться надо мной, мне, наверняка, будет очень больно.       Всё из-за нашей природы, которая порой плюет на общественное мнение и заставляет притягиваться полные противоположности. Мы с Диланом не яркий тому пример, так как наши жизненные дороги разойдутся, как только я уеду учиться, а единственное, что будет связывать нас - это наши влюбленные родители.       Каждый раз, когда Дилан уезжает куда-нибудь на день, я сижу и жду его, гадая, где же он сейчас и с кем. А когда альфа возвращается домой, меня окутывает страх и странное нежелание говорить с ним. Я боюсь почувствовать от него чужой запах, поэтому сбегаю куда-нибудь, предпочитая какое-то время провести в одиночестве. В последнее время, моим убежищем стала библиотека. Я запираю ее изнутри и беру с себя слово не выходить, пока не прочту какую-нибудь небольшую книжку. Это помогает успокоиться и на какое-то время забыть обо всем, вызывающем тревогу.       - Кевин, я хочу взять книгу, откроешь мне дверь?       Тихим воскресным вечером, я снова спрятался от своих же мыслей, ведь Дилан час назад приехал откуда-то, и, чтобы не пересекаться с ним, я снова ушел читать. Но вот он осторожно стучит в дверь и просит открыть ему, а причин отказывать у меня нет. Только голос у него какой-то странный. Неужели альфа вернулся не трезвым?       - Минутку, - я не торопясь поднимаюсь с небольшого диванчика и медленно иду к двери, за которой стоит брат. Он ведь просто возьмет книгу и уйдет, а мне уже начинает казаться, что это место перестало быть спасением. Мои пальцы подрагивают, прикасаясь к прохладной дверной ручке, а сердце на мгновение замирает в груди.       Всё это происходило быстро, но такое ощущение, что я вечность держался за дверную ручку и проворачивал небольшой ключик в замке.       - Привет, - Дилан открыл дверь сразу же, как услышал щелчок замка, словно ожидание и ему показалось бесконечным. Я кивнул ему и отошел в сторону, что бы альфа мог войти, но он не торопится. Просто стоит и смотрит на меня.       - Ты ведь за книгой? Проходи, но не трогай те, пожалуйста, - пытаясь улыбнуться, я указал пальцем на стол, где лежало несколько романов. Дилан, наконец-то, приходит в себя и спрашивает:       - Чего ты такой напряженный? - он и вправду пил, чувствую запах алкоголя и даже сигарет, что удивляет меня еще больше, ведь я не замечал, что бы альфа когда-нибудь курил. - Тебя напрягает мой запах?       - Немного. Ты давно куришь?       Дилан подошел к одной из книжных полок и начал выискивать взглядом название нужной книги. На вопрос он отвечает не сразу, словно, не решаясь признаться, но, вскоре, все же начинает говорить, не поворачиваясь в мою сторону:       - Мой омега курит, всё не могу заставить его бросить. Видимо, запах и мне передался. Не думал, что ты почувствуешь.       - Я хорошо различаю запахи, просто особой реакции на них нет.       Я сел обратно на диванчик и посмотрел на него. Это последний раз, когда я позволяю себе бросить в сторону альфы взгляд, полный надежды и, одновременно, разочарования. Дилан принадлежит кому-то, а значит, наши игры закончились, а может, закончились уже давно, но я избегал его и не замечал этого. Может быть, я просто вообразил себе, будто нас тянет друг к другу?       Раньше мне не доводилось представлять себя рядом с альфой, и я всегда думал, что когда придет время искать себе пару, я буду растерян и напуган. Но, оказалось, можно просто плыть по течению и поддаваться волнам, лишь догадываясь, на какой берег тебя вынесет. Сейчас Дилан для меня тот самый берег, отдаляющийся и постепенно растворяющийся в тумане горизонта.       - Не знал, что у тебя есть омега.       - Если бы ты не бегал от меня последние дни, то знал бы, - его слова были очень похожи на обвинение.       - Зачем мне от тебя бегать?       - Вот и мне интересно. Вдруг, совершенно внезапно, ты стал избегать меня. Это так очевидно, что даже не пытайся отрицать. И скажи мне честно, Кевин, - Дилан повернулся, смотря на меня хмуро, спиной облокачиваясь на полки с книгами, - тебе Шон что-нибудь говорил обо мне?       Сказать, что я удивлен - ничего не сказать. Ведь папочка и вправду выглядел так, будто знал что-то о Дилане, поэтому злился и не хотел, чтобы я находился рядом с ним. А теперь сам альфа спрашивает у меня об этом.       - Ничего не говорил, - честно признался я, а самого так и распирает от любопытства. - Папа сам не свой в последние дни, да и ты вечно пропадаешь. Если вы поругались или не нашли общий язык, прошу, помиритесь. Он очень хороший и добрый человек, но стоит упомянуть о тебе, как в нем остается одно только недоверие.       - Он решил, что я уделяю тебе слишком много внимания и это плохо на тебя повлияет. - Альфа вертит в руках книгу и разглядывая ее со всех сторон, тихо вздыхает. - Родители всегда так сильно волнуются за сыновей-омежек, это нормально. Просто не позволяй ему думать, что эти подозрения оправданы, хорошо?       Мне стало не по себе, от этого разговора, но как избежать его я не знал. Дилан поставил книгу обратно на полку, после чего направился в мою сторону и остановился у небольшого столика, рядом с диваном. Он стал рассматривать обложки романов, которые я выбрал почитать, и улыбаться, ведь они все о запретной любви. Должно быть, это позабавило его, учитывая какую нелепую игру мы с ним негласно затеяли. Альфа не спешил что-либо говорить, просто разглядывал книги, читал пару строк из предисловий и иногда посматривал в мою сторону. Я не мог отвести от него взгляд и думал, что отдал бы всё на свете за возможность узнать мысли этого парня.       - Всё, что происходит, должно оставаться между нами, - альфа почти шепчет, от чего моё сердце вновь начинает стучать, как заведенное. Он облизал губы, еще ближе подходя ко мне.       Он был, как всегда, спокойный, с легкой улыбкой на лице и безумно красивый. Не могу оторвать от него взгляд. Лишь, часто вздымающаяся грудь, выдает в нем волнение. Дилан присел передо мной, положив теплые ладони мне на колени. Это кажется каким-то неправильным. Стоило, только, подумать о том, чтобы оттолкнуть его, как руки молодого альфы скользнули вверх от коленей к бедрам, а пальцы больно их сжали. Я поморщился, но ничего не сказал, ведь был уверен, что он не позволит себе ничего большего.       - Знаешь, смотреть на что-то и не сметь дотронуться - довольно просто, но дотронувшись, уже сложно отказать себе: хочется это «что-то» попробовать, - тихо произнес Дилан, отводя взгляд в сторону. Я готов поклясться, что почувствовал, как дрожат его пальцы.       - Я понимаю.       - Тогда, почему позволяешь мне?       Я молчу, опустив голову и начинаю краснеть, осознавая, что наша игра продолжается уже на каком-то новом уровне. Его вопрос раз за разом повторяется в моей голове, но я и сам не понимаю. Почему же? Ударить его и заставить убрать от меня свои руки было бы куда правильнее? Альфа медленно начал поглаживать мои бедра, больше не сжимая их до боли. На его лице появилась едва заметная довольная улыбка.       - У тебя ведь есть омега, так зачем ты…       - Я соврал.       - Тебе так весело издеваться надо мной? - выкрикнул я, нахмурившись. - Подшучивать, врать, дразнить - всё это, по твоему, забавно?       - Извини, но нам по-другому нельзя. Послезавтра, мы официально станем братьями. - Дилан поднялся и поправил на себе одежду. - Многие новые знакомые не будут знать, что мы не родные. Понимаешь, о чем я?       - Да.       Его теплые руки словно всё еще касаются меня, заставляя чувствовать неловкость и напряжение во всем теле. Но Дилан больше ничего не предпринимает, и мне безумно хочется спросить: «А как же слова о том, что сложно отказать себе в большем?».Ведь я думал, что он не откажет себе. Я надеялся на это!       Тем временем альфа ушел, тихо прикрыв за собой дверь.

***

2

      Родители не планировали пышную свадьбу, наоборот, им хотелось провести всё как можно скромнее. Из гостей были лишь родители Марка, с которыми мне посчастливилось познакомиться. Альфа и омега, которым было чуть больше пятидесяти, были довольно милой, счастливой семейной парой. Как оказалось, они уже больше сорока лет вместе, а история их любви началась еще в школьные годы. И как только им удалось столько времени жить душа в душу - не представляю, но очень рад, что встречаются всё-таки крепкие союзы. Хотелось бы и мне так же, не смотря ни на что, быть с любимым человеком и прожить долгую, счастливую жизнь. Но сначала нужно выучиться, устроиться на хорошую работу и стать самостоятельным. Стать тем, кого полюбят не только за запах, а за куда большие достоинства.       В данный момент мы все ужинаем, отмечая образование новой семьи. По такому случаю Марк заказал столик в одном из самых дорогих ресторанов города. Он мог себе это позволить и хотел всех порадовать. Но оказавшись в таком дорогом заведении, мне стало неловко и от волнения скрутило живот, так что поесть нормально я так и не смог, да и признаться в своем недуге было стыдно. И вот, когда все наелись и расслабились, старшие стали обсуждать предстоящую поездку новобрачных, а мы с Диланом ведем свою, невидимую для остальных игру.       Из-за того что случилось позавчера, у меня остались синяки на бедрах, которые увидел папочка. У него началась паника, а вместе с ней и куча вопросов: «Откуда?», «Как?», «Почему?» и «Кто это сделал?». Пришлось придумывать оправдания и врать ему, от чего мне до сих пор стыдно. Дилан же за оставленные на мне синяки получил по заслугам – я решил игнорировать его. Это очень сильно задевает молодого альфу и вместе с тем, кажется, расстраивает. Он чувствует, что виноват, но не понимает, что именно из всего произошедшего меня так сильно возмущает. Ведь я не отталкивал его в тот вечер, не возражал, даже наоборот. Но теперь, обдумав всё как следует, я понял, что не хочу снова испытывать слабость перед ним, не хочу оказаться на грани и желать чего-то большего. Однако, сейчас мы сидим рядом и избегать его невероятно сложно, более того, Дилан не оставляет попыток начать разговор.       - Мы останемся вдвоем, - говорит он тихо, почти шепотом, намекая на то, что наши родители скоро уедут, - а если не перестанешь меня игнорировать, потом будет хуже.       Альфа улыбнулся, а под столом провел ладонью по моей коленке. Его угроза действует на меня именно так, как он и рассчитывал, ведь я в миг становлюсь чуть более общительным, после чего у Дилана пропадает ко мне интерес. Он больше не достает меня пустой болтовней, убирает руку с коленки и продолжает улыбаться, слушая разговоры старших. Вот так и бывает, совсем как в романах, которые я читаю. Главный герой поглощен мыслями о ком-то недоступном, добивается его, а когда приходит пора жить душа в душу, начинаются проблемы. И всё, что он чувствовал до этого, оказывается лишь желанием получить недосягаемое. Вот и Дилан добился того, чего хотел, и успокоился. Хорошо хоть у нас всё не так масштабно, как в романах.       - Дилан, вы с Кевином поезжайте домой, а мы еще немного покатаемся по городу, - говорит Марк, улыбаясь, и прерывает тем самым мои размышления. – Мы, скорее всего, вернемся домой уже завтра.       - Дилан живет с вами? - удивился его отец-омега.       - Да, у него ремонт в квартире, так что до начала учебы он побудет у нас.       - Ох, я уж было подумал, что дело в Кевине, - омега подмигнул нам и рассмеялся. - Было бы забавно, если бы образовались сразу две парочки.       - Нет, отец. Это невозможно, - слегка улыбаясь и очень спокойно ответил ему Марк. Выражение лица моего папочки немного изменилось и он с настороженностью начал поглядывать на сидящего рядом со мной молодого альфу. Я не знал, что на самом деле он живет отдельно и лишь временно с нами. Хотя, это логично, Дилан ведь в том возрасте, когда альфы начинают вести самостоятельную жизнь. От этой новости сердце в моей груди начало стучать чаще, то ли от радости, что он скоро уедет, то ли от разочарования. Но ведь это к лучшему! Никаких игр, никаких душевных терзаний и неопределенности. Всё будет как прежде, и я спокойно продолжу учиться, ни на что не отвлекаясь. Может быть, даже посчастливится унять в себе эти странные чувства.       Тем временем, ужин подошел к концу, и всеми было решено покинуть роскошный ресторан. Дедушки начинали хотеть спать, а наши с Диланом отцы - побыть наедине в их первую брачную ночь. По озорным взглядам родителей было понятно, что возраст своё не берет и им всё так же хочется резвиться, как юнцам. Я искренне рад за них, особенно за моего папочку, который буквально расцвел рядом с Марком.       Мы с Диланом первыми вышли из ресторана. Ему хотелось закурить, а мне - подышать свежим воздухом, и так как цели наши не совпадали, нам пришлось разойтись в разные стороны от крыльца. Однако, стоило брату достать сигарету, как охранник тут же это заметил и не разрешил курить вблизи ресторана, пригрозив немалым штрафом.       - Не дали лишний раз отравиться?       - Злорадствуешь? - ворчит Дилан, подходя ко мне ближе.       - Нет. Просто это вредно, а я не люблю смотреть, как люди травят сами себя.       - Ты такой правильный, - альфа глубоко вздыхает. - Не боишься, что студенческая жизнь тебя изменит?       - В какой бы компании я не оказался, вряд ли она сможет на меня сильно повлиять, ведь я не хочу меняться и вряд ли позволю этому случиться. Дилан усмехнулся и отвел взгляд, задумавшись над услышанным. Хотелось бы мне знать, о чем думает альфа и что в моих словах вызвало его улыбку. Он смял пальцами сигарету, которую ему так и не дали закурить, из-за чего тонкий бумажный цилиндр разорвался. Высыпающийся табак тут же подхватил легкий порыв ветра, унося куда-то, а Дилан наконец-то ответил:       - По-моему, для того, чтобы измениться, достаточно и одного человека, который будет тебе не безразличен.       Я молчал, смотря на него и ощущая, как по моей спине бегают мурашки. Дилан попал в яблочко с тем, что измениться можно благодаря всего одному человеку. И, конечно же, я понимаю его намёк. Ведь мне достаточно его одного, для того, чтобы начать задумываться о вещах, которые раньше бы никогда и не пришли мне в голову. Я не нашел, что сказать в ответ, а потому просто промолчал, усердно делая вид, что никакого намёка не уловил. Неловкую паузу между нами, через несколько минут, прервали родители, вышедшие из ресторана. Они смеялись и болтали о чем-то, держась за руки, следом на крыльце появились и дедушки, выглядящие не менее счастливыми. Почему-то, смотря на них, на моей душе становится спокойно, а вот стоит подумать о Дилане, как изнутри меня начинает переполнять волнение. Прощаясь, самый старший среди нас омега решил мне помочь советом, видимо уловив мою реакцию на Марка, когда пошутил про две парочки. Не знаю, почему он решил, что мне это как-то поможет и вообще необходимо, но я был удивлен.       - Никого не слушай, - сказал он. - Если бы я слушал родителей, а не сердце, не прожил бы такую счастливую жизнь.       Он похлопал меня по плечу, отводя в сторонку, и только Дилан обратил на это внимание. Когда мы сидели в его машине, со всеми распрощавшись, он спросил меня довольно серьезным голосом:       - Что тебе сказал дедушка?       - Это тебя не касается, - недовольно пробормотал я в ответ, ведь озвучивать те слова не хотелось, но врать, претит мне еще больше, поэтому я предпочел скрыться под маской грубияна.       Дилан завел машину, и вскоре мы тронулись с места. Вопросов он больше не задавал, молчал и внимательно наблюдал за дорогой. Я, в свою очередь, повернулся к окну, любуясь ночным городом и, ради забавы, пытался читать рекламные афиши, быстро проносящиеся мимо. Это отвлекало от посторонних мыслей, не давало задуматься о наших странных отношениях и есть ли они вообще. На первом же перекрестке, пока светофор показывал красный, Дилан достал пачку сигарет и зажигалку, видимо, не в силах больше терпеть. Он открыл окно и закурил, облегченно выдыхая облачко дыма.       - И что же такого прекрасного в сигаретах?       - Сигарета помогает мне отвлечься, - альфа сделал затяжку и улыбнулся.       - Купи сосательные конфетки, это не вредно и здорово отвлекает, - я не могу представить, как Дилан достает из кармана пару маленьких конфеток, но эта картинка в моей голове, развеселила. Сигареты, куда больше, подходят его образу взрослого парня, но всё же, это вредно и мне бы не хотелось, что бы он когда-нибудь заработал себе какую-нибудь болячку.       - Я не часто курю, так что не стоит беспокоиться, но при тебе больше не буду. Через какое-то время, я замечаю, что мы едем совсем не в сторону дома. Дорога незнакома, и дело не в том, что мне сложно узнать ночные пейзажи за окном, просто Дилан действительно везет меня в другую сторону, что заставляет насторожиться.       - И куда мы едем? - наконец-то решаюсь спросить его.       - Просто катаемся, тебе ведь нравится ночной город?       - Да, но…       - Вот и отлично, - Дилан перебил меня, видимо опасаясь возмущений и протестов, - просто сделаем небольшой круг по городу, расслабься.       И я стараюсь расслабиться. Правда ничего не выходит. Чем дольше мы остаемся наедине, тем сильнее мне хочется сбежать куда-нибудь, но не выпрыгивать же мне на полном ходу из машины! Я сижу и пытаюсь вновь на что-нибудь отвлечься, а чувства внутри так и вскипают, стоит только глянуть на сидящего рядом парня. За рулем он выглядит еще взрослее, уж не знаю почему, и немного мужественнее. Мне нравится подмечать то, как выглядит Дилан, и пытаться разобраться в нем, хоть немного, но я в себе-то разобраться не могу, что уж там до других.       - Тебе всё еще интересно, что сказал дедушка?       - На сколько, я помню, это не моё дело, - Дилан крепко сжал пальцами руль, что я заметил по его побелевшим костяшкам.       - Он сказал никого не слушать, - мне стало интересно, что альфа думает об этом и как бы он отреагировал на слова дедушки, поэтому я иду наперекор своим же словам. - Сказал, что если бы не слушал своё сердце, не прожил бы такую счастливую жизнь. Как думаешь, что он имел в виду?       - Наверное, ты показался ему нерешительным, может даже трусишкой, - Дилан тормозит машину у обочины и отстегивает свой ремень безопасности, что уже кажется мне странным. Но это не первое моё удивление за этот вечер, так почему я продолжаю поражаться его поступкам?       - Почему мы остановились? - каждый жест альфы заставляет меня сомневаться в его намерениях, и если позавчера я как-то справлялся с его напором, то теперь мне немного страшно.       - Так удобнее, - парень дарит мне свою ослепительную улыбку. - Кстати, дедушка, довольно давно, уже говорил что-то подобное, когда я учился в школе и мне впервые понравился омега, но моему младшему отцу тот кандидат не пришелся по вкусу, а старший был в командировке. Я побежал к деду за советом и, помнится, услышал нечто подобное.       - Тогда странно, что он сказал это мне.       - Он очень хорошо разбирается в людях и видит зачастую даже то, что другие пытаются скрыть. Не думаю, что это странно, ведь ему наверняка было, что в тебе разглядеть.       Вжаться бы в кресло, да так, чтобы провалиться в него и исчезнуть. Я краснею, не в силах контролировать это, и напрягаюсь всем телом. Сердце в груди стучит как заведенное весь вечер, я думал, что привыкну к его бешеному ритму, но не получается. И бормотание, единственное, на что меня хватает:       - Сомневаюсь. А вот то, что ты под столом руки распустил, могло и не ускользнуть от его взгляда.       - В тот момент никто не смотрел на нас, не волнуйся. Я бы не стал так рисковать и лапать своего брата у всех на виду.       - Но ты это сделал! - возмущенно выкрикиваю я, хмуро смотря на альфу. А вот голос Дилана как всегда спокоен:       - Ты злишься на меня из-за этого?       - Нет, просто не делай так больше, когда рядом родители. Я чуть не умер от стыда, пусть они и не видели ничего.       - А когда мы одни? - Дилан протягивает руку и поправляет мои волосы, убирая часть челки за ухо. Этот жест выходит у него очень нежным. - Это ведь нормально, когда альфа и омега тянутся друг к другу.       - Похоже, что я тянусь к тебе?       - Ты это пытаешься отрицать, а я еле как держу себя в руках, но у нас обоих это плохо выходит. В итоге, я даю себе слабину, и ты очень быстро сдаешься.       От волнения мое дыхание участилось и мне стало жарко, даже пришлось опустить стекло, впуская в салон прохладный ночной воздух. Я понимаю, что без этого разговора мы не сдвинемся с мертвой точки, но даже так мне нелегко обсуждать происходящее между нами. Мне нравится гадать, нравится иногда думать об этом, но не произносить вслух! А вот Дилан, наоборот, хочет поскорее разобраться со всем. От этих разговоров, мы, словно, становимся ближе - это пугает меня.       - Ты сам сказал позавчера, что нам нельзя по-другому. Зачем ты пытаешься это изменить?       - Это сравнимо с тем, что ты не хотел говорить о дедушке, но в итоге, всё же рассказал. Тебе понадобилось пять минут для того, чтобы поменять свое решение, мне же пришлось потратить на это несколько дней. Сегодня, когда дедушки рассказывали вам о том, как давно они вместе и как шли против мнения родителей ради своего счастья, я подумал, что эта история похожа на нашу с тобой. Хотя, в отличие от них, мы точно обречены на провал.       - Тогда зачем что-то начинать, если мы знаем, что в итоге у нас ничего не выйдет? – в моем голосе звучала обида и какое-то разочарование, словно я в сотый раз задаю этот вопрос.       - Но «что-то» уже началось, Кевин, - Дилан тяжело вздыхает и продолжает уже чуть тише. - Ты не хуже меня понимаешь, как тяжело противиться этим чувствам. Давай поддадимся им немного?       Дилан осторожно придвинулся ко мне ближе, словно боясь, что я вот-вот вылечу из машины, перепугавшись его предложения. Но вместо того, чтобы сбежать, я остался. Ведь в чем-то он был прав, я, и вправду, очень быстро сдаюсь, наверное, потому что нас, действительно, тянет друг к другу? Да и перед его запахом, голосом, взглядом устоять очень сложно. Словно, я теряю волю в его присутствии. Альфа провел пальцами по моей щеке и улыбнулся, очаровывая меня своей улыбкой уже не первый раз. Моё лицо горит, руки дрожат, а сердце на этот раз готово вырваться из груди. Я окончательно сдался и потянулся к нему навстречу, прикрыв глаза и надеясь, что он сейчас не потеряет ко всему этому интерес. Но прикосновение его горячих губ к моим, говорит об обратном. Дилан нащупывает ручку рядом с сидением и поднимает её, от чего спинка, в которую я так отчаянно вжимался, откинулась назад. В этот момент мне показалось, что я упал, буквально рухнул куда-то, и даже немного испугался от неожиданности. Но альфа тут же пришел на помощь и заставил забыть обо всем, даря мне свои страстные поцелуи с привкусом сигарет, на которые я так неумело отвечал.