FNP-45

Глава I «С добрый утром, агент Харуно!»

      Кто-то именно сейчас привычно потягивается в кровати и идет, не спеша, заваривать ароматный вкусный кофе, а кто-то уже в пять часов утра был поднят по тревоге. На этот раз «босс», как его любили называть многие, решил устроить внеочередную проверку. То ли ему хотелось узнать побольше о выдержки своего спецотряда, то ли его жена – Цунаде Сенджу сегодня встала не с той ноги, и огромный мужик, который руководит сотней парой ног, сегодня решил пораньше встретиться с коллективом.       Сейчас весь спецотряд прибыл в кабинет №3, огромный зал и небольшой стол в центре – это практически единственное, из чего состоял кабинет начальства. Зато на стене не было ни одного свободного места, здесь висели портреты тех, кто в памяти ФБР и японском национальном полицейском агентстве остался навсегда. Практически ни один из тех людей, чье лицо еще вечность будет находится под стеклом в рамке, не дожил и до тридцати пяти лет. Все они – молодые парни, которые ценой своей жизни, выполняли служебный долг.       - Как бы тебе туда не попасть, Харуно, - послышался смешок из толпы.       Обернувшись, девушка злобно посмотрела на своего друга. Всякий раз ей приходилось удивляться, как этот веселый разгильдяй смог с ней поступить в правоохранительные и вооруженные силы Японии? Ни таланта, ни блестящих знаний, только беззаботная жизнь и неуправляемый пыл. И каков итог? Брюнет со звериным оскалом точно так же прошел экзамен, как и она. Хотя, наверное, для Сакуры экзамен был настоящим испытанием, потому что именно с этого года стали брать в спецотряды девушек, конечно, не без помощи. Она уже даже прикинула, чтобы бросила ему в ответ, но служба есть служба. Спокойно отвернувшись от нагло улыбающейся фигуры, ее взгляд снова приковался к картинам. На одной из десятков тех, что висели в кабинете, находилось знакомое лицо. Прошло уже лет десять с той поры, а девушка все не может забыть день, когда не стало больше отца и она осталась наедине сама с собой.       Жизнь так распорядилась, что мать отобрала у нее еще в детстве, а отец покинул ее на задании, после чего Сакура и решила, что любой ценой заработает себе место в ФБР или, в крайнем случае, в Интерполе Японии. И вот сейчас, ровно пять часов утра, на улице начинает только светать, а она уже стоит в черной форме с символичной нашивкой на левой груди и со строгой прической – аккуратно собранными розовыми волосами в хвост. Пожалуй, из-за одного цвета волос ее набор в отряд уже стоял под сомнением. Агент ФБР должен всегда оставаться хладнокровным и незамеченным. Мало того, что сюда она пришла из-за отца, так еще и цвет волос поддался генной мутацией, подарив ей нежный розовый цвет. Пару раз девушка пыталась перекраситься в блондинку или рыжую, но после этого Сакура переставала себя чувствовать собой. Возможно, она просто привыкла быть особенной.       Важный мужчина, сидевший за столом напротив, поднял голову. Он так же, как и все, был одет в строгую черную форму, только лишь нашивок на ней было гораздо больше, чем у обычного спецотряда. Светлые волосы тенью падали на лицо, уставшие глаза посмотрели куда-то вдаль, словно не на тех людей, которые прибыли по первому приказу «босса», а куда-то сквозь них. Прошло еще пол минуты, как тяжелый мужской голос нарушил тишину, которая начинала уже давить.       - Сакура Харуно, - он бросил взгляд на единственную девушку в спецотряде, - шаг вперед.       Услышав свое имя и бросив тихое «Есть», она тут же вышла из строя. Руки по швам, черный костюм, тяжелые берцы и легкий розовый хвост, который задерживал на ее личике пристальное внимание всегда и всех без исключения.       - Саске Учиха, - вот и прозвучало имя ее напарника. Сакура еще в детстве влюбилась в этого холодного мальчика, но, все имеет свойство меняться, прошло много лет, и они с Учихой просто напарники. Не друзья, которые могут встретиться и пойти в кафе на чашечку кофе, не влюбленные, что занимают последние ряды кинотеатра, а хладнокровные друг к другу напарники. Как две акулы, бок обок прикрывающие друг друга, они просто ходят вместе, практически даже не перебрасываясь и парой слов. За два года службы с Саске, Сакура выучила привычный для них обоих диалог, обычно в него входило всего сто слов, половина из который предназначалась на разработку плана действий по операции, а вторая половина могла ради интереса разбавить затянувшуюся тишину, когда план не приходил в нужное для них обоих соответствие.       - Сегодня, - все продолжал тот же голос, - к нам в генштаб поступило сообщение, что Итачи Надзимадзе смог бежать из той тюряги, в которую Вам двоим удалось его заключить.       - Но как, Джирайся-сама? – послышался голос из толпы. На что начальство недовольно искривилось и, будто не слышав вопроса, продолжало повествование:       - Вам двоим будет поручено дело, открывшееся по вновь возникнувшим обстоятельствам, - заключив руки перед собой в замок и, исподлобья посмотрев на двоих вызванных на ковер, начальник спецотряда продолжил, - Харуно и Учиха по нашим данным разведки стало известно, что Итачи Надзимадзе хочет совершить террористический акт в токийском метрополитене. Главной его целью является корпорация «Tokyo metro», которая обслуживает 179 станций. По предварительным данным, Итачи будет садиться в поезд на станции Синдзюку, которая обычно в будние дни бывает самой оживленной. В день проходит около двух миллионов людей. Вы осознаете глобальность и важность этой операции?       - Да, Джирайя-сама, - спокойно ответил Учиха. Его взгляд всегда оставался таким: равнодушным и холодным. Сакура слегла повернула в его сторону голову, если когда-то она мечтала встретиться с ним взглядом, то сейчас, смотря на него в пол оборота, она думала лишь о том, в какой очередности они будут действовать.       - Так, - тяжело выдохнул мужчина, что сидел за столом, - эту линию метро мы максимально разгрузим, но естественно, что основной поток нам не удастся скинуть. Как минимум, Итачи может заподозрить. Тем более, навряд ли он будет действовать один. Все вы, - он вновь поднял голову, - вызваны в мой кабинет не просто для того, чтобы распустить уши. Агент Харуно и агент Учиха пойдут прямиков в поезд, остальным нужно будет проконтролировать ситуацию снаружи. Инузука Киба, ты так же зайдешь вместе с ними в поезд, тебе придется побыть их глазами на спине. Контроль ситуации на тебе. На этом, уважаемые жертвенники и просто самоубийцы, - тонкие губы изогнулись в ухмылке, - вольно. Харуно и Учиха, операция придет в действие через полтора часа. Собраться, взять оружие, разработать план.       Постояв еще немного и выслушав пару рекомендаций по действиям в непредвиденных ситуациях, они получили дополнительные патроны к оружию. Все двенадцать человек спецотряда «ТОРА» (с япон. «Тигр»), вышли из кабинета. Сейчас каждый был погружен в свои мысли, и как на подбор, все они угнетали и не без того напряженную атмосферу.       - Харуно, - из мыслей девушку вырвал знакомый с детства голос. Саске, который подошел к ней, уже успел перезарядить и поставить на предохранитель свое оружие, - ты с FNP-45 на операцию пойдешь?       - Да, - на холодный вопрос такой же прозвучал ответ, от чего кожа покрылась ни с того - ни с сего, мурашками. – Это пистолет отца, мне он точно принесет удачу, - уголками губ слегка улыбнувшись, она посмотрела на напарника. Недовольно поджав губы, Учиха собрал свои черные густые волосы руками, завязав их в короткий хвост.       - Бельгийские пистолеты не такие уж и бесшумные, - не отрывая взгляда от нее, равнодушно произнес Учиха.       - Да, Саске-сан, но мы идём не в библиотеку, - вот и все, их запас слов, который не касается работы, иссяк. Черноглазый брюнет еще раз криво усмехнулся и махнув головой в сторону организационного кабинета, пошел по направлению к нему. Широкие плечи, мускулистая фигура, которая привыкла таскать железо в спортивном зале организации, черные волосы, так аккуратно собранные в хвост, острые черты лица и бесподобный акцент, который больше походил на английский, чем на японский, заворожил бы любую девушку. Саске было достаточно просто стоять, чтобы заполучить на себе массу заинтересованных взглядов. Настолько приевшееся внимание его утомляло, агенту всегда было все равно. Всегда и на всех.       Харуно давно уже разучила его замашки, быстрым шагом направляясь за ним, девушка по дороге спрятала свой излюбленный пистолет в кабуру. Сейчас в Токио ранее утро – пять часов утра, полтора часа на сборы и подготовку к операции, и несколько мучительных минут, которые они проведут в поезде. Их прикрытием будет изображение из себя хороших друзей. В отличие от Кибы, который будет заходить к ним из четвертого вагона, Харуно с Учихой займут центральные места предполагаемого представления – центральный вагон.       «Ну что ж, представление начинается» - внутреннее эго будто змея, прошипело внутри Сакуры.

***

Токио. Станция Синдзюку. 6:45 A.M.       Яркое весеннее солнышко освещало оживленную улицу. Сейчас частью этого непринужденного и ни о чём не подозревающего мира стали на время Саске с Сакурой. Уже не было той строгой черной формы с нашивками. Всего на операцию характер сотрудников должен был измениться так же, как и одежда на их теле. Сакура поменяла служебную форму на черные брюки, удобные кроссовки всеми любимой фирмы Nike и сверху белой кофточки был накинут темный, практически черный, нежели коричневый пиджак в широкую клетку. Для полного образа осталось одеть очки, которые девушка на время повесила на пояс. Наверное, единственное, что осталось неизменным в ней – розовый волосы, собранный в строгий хвост. Саске же не удивил своим выбором, черные брюки и такого же цвета рубашка с железными пуговицами, сквозь которую можно было с легкостью разглядеть тяжелую массивную фигуру Учихи. Только лишь сверху ему пришлось накинуть темную куртку, иначе об оружии знали бы чуть больше, чем два агента ФБР. С виду такие обычные, а в голове строго разработанный план: зайти – найти – ликвидировать.       Молодой человек сверху вниз посмотрел на свою спутницу. Сакура подняла голову, в глазах у агента искрился блеск. Но не от слез или страха, а от предвкушения. В метро прозвучало оповещение, что скорый поезд через пять минут прибудет на нужную станцию.       - Сакура-чан, возьми меня под руку, - Учиха отвел от нее голову, спокойный взгляд упал на лестницу, которая вела вглубь метро. Ни сказав и слова, девушка взяла его под руку, пальцы слегка сжали грубую ткань куртки и пара спустилась вниз. Их обтекали люди, сейчас агентам ФБР нужно было слиться с толпой и, чем ниже они спускались, тем больше японцев теснило их.       «Поезд прибыл. Двери открываются», - милый женский голос оповестил на станции оживленных людей. Как по команде, двери автоматически разъехались, и толпа просто занесла обоих агентов внутрь. Сакура, все так же держась за руку своего напарника, кинула на него взгляд.       «Странно, чего ты лыбишься, Саске-кун?» - удивилось внутреннее эго Харуно. Как будто услышав ее мысли, лицо Учихи снова обрело спокойный вид. Этот азарт в его глазах – он был страшен. Как будто ему нравилось загонять фигурантов уголовного розыска в западню, а потом, подобно хищнику, либо поймать утомленную жертву, либо…ликвидировать.       Облокотившись на стекло поезда, парень притянул к себе напарницу, одевая попутно на голову кепку, которая все это время болталась у него на поясе. Сейчас их разделяло всего сантиметров десять, не больше. Его голос прозвучал настолько тихо, что сначала Сакура подумала о том, что читать по губам у нее уже начало получаться. Но он повторил еще раз:       - Сакура-чан, как думаешь, Имизу с Тодзи нас еще ждут? Мы опаздываем на час, - входя в свою роль, улыбнулся одними уголками губ Учиха.       «Осторожно, двери вагона закрываются. Пожалуйста, не занимайте места у дверей в избежание различных неприятных случаев. Следующая станция – Сёнан. Приятного Вам пути», - прозвучал все тот же женский голос.       - Я думаю, Имизу с Тодзи нас уже заждались, - хитро ухмыльнулась девушка, одев очки.